Он поводил носом, с шумом втягивая воздух, и продолжил писать:

«…Пахнет маляр
Скипидаром и краской.
Пахнет стекольщик
Оконной замазкой…»

Отложил перо, перелез через стекольщика и присел на корточки у шофера, потом у рабочего. Вернулся к столу.

«…Куртка шофера
Пахнет бензином.
Блуза рабочего -
Маслом машинным.
Пахнет кондитер
Орехом мускатным.
Доктор в халате -
Лекарством приятным…»

Лекарство, конечно, было неприятным. Пока он обнюхивал врача, нестерпимо смердело чем-то похожим на анис, и от этого запаха слезились глаза. Но «неприятным» ломало строку.

«…Рыхлой землею,
Полем и лугом
Пахнет крестьянин,
Идущий за плугом…»

С крестьянином пришлось повозиться. Он долго гонял его по кустам, и запах луга был слабо различим на фоне запаха пота.

«Рыбой и морем
Пахнет рыбак…»

Донюхав рыбака, он оттащил его на гору остальных трупов и пристроил между кондитером и стекольщиком. Потом сходил в душ, с наслаждением отдраил кровь жесткой мочалкой, тщательно обтерся полотенцем, обнюхал свои подмышки, улыбнулся довольно и дописал:
«И только бездельник
Не пахнет никак!»

НУ НЕ СМОТРЕЛ Я ВАШЕГО ПАРФЮМЕРА! И НЕ ЧИТАЛ!
(c) - ?