Я почти приручил, но она под конец испугалась.
Ты позволь мне остаться до горького слова «весна».
Я не видел ее. Настоящих почти не осталось…
Нарисуй мне на плечи закатом чужие дожди.
И, с улыбкой накинув на грозы сочок из агата,
Раздели мою вечность на глупое «я» или «ты»,
Не забыв подписать между строк «Были вместе. Когда-то».

На кленовой тропе повстречалась мне чья-то мечта.
Шаловливая, дерзкая, наглая, чуточку злая.
И она мне, как ветер шептала «не плачь никогда…
Потому что в слезах бесконечность любви умирает…
Потому что, когда ты летишь - надо просто лететь!
И, быть может, внизу тебя кто-то поймает.
Только так невозможно и больно смотреть
В высоту, на закрытое небо, которое тает».

На кленовой тропе повстречалась мне чья-то любовь.
И я выкрал себе ее дивное чуткое сердце.
И лаская метелью страстей, разбивал вновь и вновь
И оно раскололось на сломанный ключ и закрытую дверцу.
По холодной ладони гадала мне светом луна.
Опрокинута белая ночь и исчерпаны песни.
Боги слишком устали играть. И мы сходим с ума.
Ты по теплой дороге песка, ну, а я…по бесчестью.