В пустыне синей, самолётной
Плывёт верблюдов караван.
И ты мечтаешь о полёте,
Ты словно жёлтый бактриан.
Ты грезишь о восточных странах,
О маках, спящих на песках.
Твой дом - сыпучие барханы,
Твои собратья - в облаках
Парят, забыв о земной скуке,
О едкой пыли городов;
Их с домом не томит разлука,
Они свободны от оков.
Оков, что жалят твои руки,
Оков, что не дают взлететь.
Тебе надела я их, друг мой,
Тебе придётся их терпеть.
Они не сдержат тебя, знаю,
Не остановят - ну, и пусть!
И пьяный бред о знойной дали
Заговорить я не берусь..
Когда-нибудь настанет день
Безумно солнечный и жаркий;
Растает в подворотнях тень,
Исчезнет прудик в старом парке.
В синющей неба тишине
Раздастся вопль восторжённый,
И, как в своём любимом сне,
Ты вылетишь в проём оконный.
Наверное, мне будет больно...
Я, всё-таки, тебя люблю.
Но чтобы ты летел спокойно,
Я промолчу. Я всё стерплю.
P.S.:
Я не хочу прощаться долго.
И плакать тоже не хочу.
Ты лишь произнеси негромко:
"Когда-нибудь я прилечу..."
