Жизнь менеджера среднего звена (или, что почти то же самое, топ-менеджера маленькой компании) хоть и уступает по насыщенности и красочности жизни новых русских в малиновых пиджаках и с килограммовыми золотыми цепями, за последние два-три года успела обрасти не менее богатой мифологией. Мифология эта покоится на единственном, но внушительном тезисе, а именно: бездуховность есть главная отличительная черта среднестатистического офисного работника.
Наверное, когда-то так и было. То есть когда-то очень давно, не три года назад, а лет десять или даже пятнадцать, молодой сотрудник какого-нибудь советско-западногерманского СП, первого или одного из первых в Москве, рассеянно переведя взгляд с диковинного компьютерного монитора на окно и на осенние листья, облетающие с растущего под окном дерева, вздыхал, поправляя модный галстук: «Боже, какая бездуховная у меня жизнь!». Тот, из давних времен, менеджер, безусловно, имел право так вздыхать, и если он действительно вздыхал, то нужно отдать должное его человеческим качествам и выразить надежду на то, что прошедшие годы он потратил с пользой для себя и сейчас живет, например, в Тибете, ежедневно медитирует и пребывает в полном согласии с собой. Но такой менеджер, если он действительно существовал, был один. А так — никто не отменял известного жизненного закона, гласящего: тот, кому первому пришло в голову срифмовать «кровь-любовь», был гениальным поэтом, а все остальные — не более чем пошляки.
С тех давних-давних времен, когда настоящего, в нынешнем понимании, менеджера среднего звена можно было встретить только в редких офисах немногочисленных советско-западногерманских (советско-американских, советско-финских и т. п.) СП, офисная профессия стала массовой, массовыми стали и ее мировоззренческие признаки. Тот первый менеджер, праменеджер, вздыхал по поводу своей бездуховности вполне искренне — но когда вздох становится хоровым, искренности в этом вздохе быть уже не может.
Корпоративная культура, включающая в себя и обязательное «как же меня достала эта корпоративная культура». Песенка группы «Ленинград» про менеджера с припевом: «Тебе повезло, ты не такой, как все, ты работаешь в офисе». Регулярно появляющиеся в мужских глянцевых журналах «провокационные» статьи в духе кинофильма «Бойцовский клуб» о том, как беспросветно бездуховна менеджерская жизнь. Сайты fuck.ru и udaff.com, на которых можно общаться, мягко говоря, без опостылевшей профессиональной терминологии. Возникла целая индустрия, призванная напоминать менеджерам о том, насколько они бездуховны и омерзительны. Посмотрится менеджер в это зеркало с нарисованным в нем фальшивым отражением, изобразит все тот же вздох: «Какой же я бездуховный!» — и снова сядет за компьютер дописывать какой-нибудь отчет, не замечая, что вздох давно уже превратился в удовлетворенное кряканье. С таким же удовольствием профессиональные нищие в вагонах метрополитена рассказывают сердобольным пассажирам о своих страданиях. Менеджеры, впрочем, не ездят в метро. Они стоят в пробках. В пробках тоже приятно думать о собственной бездуховности. Под музыку группы «Кровосток», например. Это сейчас модно.
Художественная литература никогда не была принципиально важной частью индустрии менеджерской бездуховности. В каком-то смысле темы касалась Оксана Робски, но у нее все же другая аудитория и другие цели. Ближе к теме был маргинальный Владимир Спектр с романом «Наезд» и последующими сборниками рассказов — но Спектр банально не умеет писать, поэтому большого успеха он не снискал, максимум — был в прошлом сезоне тенью той же Оксаны Робски на рублевских тусовках. Правда, был еще сейчас прочно забытый, но в свое время нашумевший роман «Головоломка» Гарроса и Евдокимова про то, что каждый клерк мечтает замочить своего начальника, — бледная копия все того же Чака Паланика с его «Бойцовским клубом».
Сергей Минаев, менеджер-виноторговец и — в качестве хобби — один из авторов уже упомянутого fuck.ru (много лет выступал под ником Amigo) пишет немного лучше — и чем Спектр, и чем Робски. Минаев написал роман о бездуховности менеджеров и светских персонажей. Роман так и называется — «Духless», русско-англоязычная «бездуховность» по аналогии с бездомностью (homeless).
Корпоративная культура, тупой начальник и еще более тупые подчиненные, секретарша-андроид, лузер-американец, работающий в фирме, потому что в Америке он никому не нужен. Смесь матерной брани и терминологии экономических журналов вместо языка. Кокаин. Телки. Клубы. Питер. Сверхциничные взгляды на все. Интернет. Глянцевые журналы. Тусовки. И постоянный фон, на котором все перечисленное мелькает: «Ой какие мы все бездуховные». Пожалейте нас. Посмейтесь над нами.
А не над чем смеяться. Дежурно-фальшивая поза, столь популярная в менеджерской среде, давным-давно не производит никакого впечатления ни на кого, кроме тех, кто в этой позе пребывает. Вместо того чтобы просто жить, просто работать, просто, если уж так хочется, писать книжки — о том, что действительно есть, а не о том, что придумано.
Не будем смеяться. Не будем сочувствовать. Они же Духless — и им это явно очень нравится.
