Хочу рассказать вам, дорогие читатели, одну историю, которая имела место быть в моей жизни совсем не давно. Все события происходили в общежитии одного ВУЗа, в котором я собственно и учился.
Все началалось с того, что надо было готовить еду, но, как назло, у нас в комнате кончилась соль. В магазин бежать было уже поздно, да и какой студент покупает соль. Соль просят у соседей.
Вот я и пошел за солью к соседям, прихватив с собой стеклянную банку из под кофе.
В нашем общжитии живут почти одни девушки, поэтому я и пошел в комнату к девченкам, чтоб спросить соли. Но как назло никого знакомых на этаже дома не было - все разъехались по домам на выходные. Я немного постоял, думая что мне делать, и вдруг услышал в одной из комнать негромкую музыку - что-то из попсы.
Секунду поколебавшись я пошел на зов музыки и пришел к комнате, в которой я никого не знаю. Негромко постучав, я вошел. В комнате приятно пахло духами, играл магнитофон, было чисто и...
Две красивые девушки. Одна блондинка, другая огненно рыжая.
- Э... Привет, девченки! Соли не найдется?
- Монетку принес? - они почему-то переглянулись и хихикнули.
- Да, вот. - я положил пятикопеечную монетку на холодильник.
Рыжая девушка встала, подошла ко мне, взяла у меня из рук банку и насыпала мне туда соли.
- Спасибо огромное. Вы не представляете... - договорить мне не дали.
- Литр водки на нас двоих это много, как ты думаешь? - ошарашила меня вопросом рыжая.
- Много. Будет плохо, даже если хорошо закусывать. - сказал я ничуть не солгав.
- Тогда может поможешь? - вмешалась вторая.
- Чего не сделаешь ради прекрасного пола. Конечно, помогу!
- Тогда относи соль и возвращайся. Возми стопки, если есть.
- Я мигом. Стопки есть.
Вернулся я точно мигом, держа в руках три стопки и пол кило вареной колбасы. Стол был уже организован: литр хорошей водки, пара солатиков, сыр и лимон. Мы добавили к этому мою колбасу и сели застол.
- Я Таня, - сказала рыжая. - а это Настя. Тебя мы знаем - ты Сергей.
- Ну, за знакомство. - мы выпили, закусив лимончиком.
Девченки достали длинные сигареты из длинной пачки и закурили. Я сам не курю, но дым выношу спокойно, так как сам раньше курил несколько лет.
Разговор потек, как по маслу. Мы пили за прекрасных дам, за парней, за учебу, за исскуство, за танки и за дзен-буддизм.
Когда литр стал подходить к концу и девушки уже порядком захмлелели я стал замечать, что они что-то затевают. Ну, что еще могут затеять пьяные бабы, а?
- Мы не пили еще на брудешафт. - заявила Таня.
А так как в бутылке было еще стопки три, может четыре, то ее инициатива была тут же принята и поддержана Настей.
Они выпили и стали так яростно целоватся, нет не целоватся, а сосатся, что мне на секунду стало не по себе. Меня спасло от шока выпитое колличество алкоголя. В штанах у меня член встал, как кол - он хотел на свободу, но лишь не надолго, чтоб потом скрытся в одном из нежных ротиков или в обоих сразу, или погрузится в жгучую юную пещерку страсти. Когда девушки закончили целоватся, а при этом они еще и гладили друг друга по грудям, залезая под футболки, они обе впились в меня взглядами голодных самок, готовых разорвать свою добычу на части.
Так, наверное, поступают самки пауков "Черная вдова".
- Я вас обоих хочу. - сказал я и потянулся к ним.
Они бросилиси на меня и стали яростно стягивать с меня джинсы и рубашку, а я в свою очередь остервенело мял их напрягшиеся груди через прозрачные футболки. Чере минуту, когда я остался в чем мать родила они схватили мой член и стали его мять. Мне было больно, но в тоже время нестерпимо приятно. Они стали поочередно заглатывать мой огромный член почти до самого основания, при это яростно теребя свои промежности рукой.
Настя, сосавшая мой член последней выпустила его, отстранила Таню, откинула меня на кровать и с размаху насадилась на мой член своим вулканом страсти. Там было так влажно и так горячо, что мой член просто взорвался струей спермы внутрь девушки, но не расслабился - он хотел еще и Настя стала яростно скакать иногда делая вращательные движения по кругу. Она стонала все громче и громче и, наконей, прошептав - Все, кончаю... - завизжала и забилась в оргазменных судорогах, как в смертельной агони бьется рыба вытащенная из воды. Из ее глаз брызнули слезы и, завыв и забив своими маленькими кулочками мне по груди, она обмякла и с ползла с меня на бок - это было как легкая потеря сознания. Но мой верный друг стоял и сдаватся не собирался. Таня, до этого яросно мастурбировавшая на то, как мы трахались с Настей полезла на меня. Она успела довести себя до оргазма один раз, хотя это было не сильно заметно, пока мы трахались и ее клитор был огромный, распухший и красный. Она, как и ее подруга села на меня сверху, но не так резко. Потом села как бы на корточки, но еще опираясь на меня задницей, раздвинла одной рукой губы, а другой отодвинула склатку над клитором.
- Потрогай его - она потянула меня за руку. - Он любит ласку.
Я дотронулся до невероятных размеров клитора - она запрокинула голову в сладкой истоме. Клитор пульсировал, температура была градусов, наверное, сорок. Я стал нежно делать круговые движения по нему и почувствовал членом, который был все еще внутри, что там становится влажнее. Она начала двигатся. Медленно. Ритмично. Максимально вводя член в себя и также максимально выводя - край головки показывался между ее алых губ. Она стала двигатся быстрее, арритмичнее. Было видно, что она близка к оргазму.
- Давай кончим вместе - предложил я, подмахивая ей задом. - я почти готов.
- Я тоже! Давай!. А-А-А-А-А-А-А!!! Да-а-а-а! О, Боже!!! Да!
Одновременный оргазм подобен взрыву сверхновой звезды. Я хотел кричать, она тоже, но в горле пересохло и мы хрипели, выгнув спины, раздирая и царапая друг друга ногтями. Она вцепилась мне зубами в плечо и мы умерли, потеряли ощущуние реальности. Так, наверное, умирает новая или сверхновая звезда, осветив всю галактику последней предсмертной вспышкой. Не зря французы говорят, что оргазм это маленькая смерть.
Настя Уже спала и мы тоже уснули не выходя из забвения, не расцыпляясь, в объятьях друг друга. Плоть во плоти. Мясо в мясе.

Многие женщины в своей жизни вплотную сталкивались с таким понятием, как анальный секс. Одним - это безумно нравится, другие считают данную утеху просто отвратительной. Их можно понять. Ведь большинство вкушают такой вид секса совершенно спонтанно, без всякой подготовки. А если у партнёра половой член больших размеров, тогда неприятных ощущений не избежать. В итоге, женщина не получает никакого удовольствия и всё завершается в первый же раз. Однако, нужно подумать о мужчинах. ОНИ ЖЕ ХОТЯТ ЛЮБИТЬ НАС В ПОПКУ. Не даром же они стараются пощупать мягкие, пухленькие ягодицы своих жен, девушек. А мы им отказываем в их желании заняться анальным сексом. Зря! Всё гораздо более приятно и романтично, чем кажется сначала. Я имею большой опыт в этом вопросе и хочу поделиться им с вами.
Впервые я столкнулась с анальным сексом в 15 лет. Приключилась не очень приятная история: меня изнасиловал один парень, которого я, кстати, больше так никогда и не видела. Он лишил меня девственности одновременно в обоих моих интимных местах. Не скрою, мне было очень больно в тот момент ощутить в своей попке немалых размеров член. Он насиловал меня около часа, хотя уже минут через десять я совершенно не сопротивлялась и начала получать удовольствие. Мой анус понемногу привык к инородному телу в своих владениях и начал податливо принимать в себя нового гостя. В какой-то мере я благодарна этому человеку за то, что он дал попробовать мне то, чем и в зрелом возрасте не рискнут заняться многие женщины. Однако это ещё не всё. Так случилось, что я забеременела после этого инцидента и в свои шестнадцать лет стала мамой. У меня родилась чудесная доченька Ксюша. Природа щедро наградила её физической красотой, впрочем, как и меня. Сейчас ей 14 лет, а мне 30, и мы с ней будто две схожие капельки. Нас нередко принимают за сестёр. Мы не имеем друг от друга никаких тайн, секретов и стараемся найти общий язык в любых вопросах, в том числе и интимных. У нас дома часто бывают мужчины, ведь я женщина незамужняя и естественно они приходят непросто так. Я занимаюсь с ними сексом, причём очень разнообразным и длительным.
Моя дочь знает об этом, и я отношусь к этому спокойно. Я никогда не выгоняю её из дома в такие часы, не запираю на ключ свою спальню. Я знаю, что она частенько подсматривает за моими постельными сценами. Я не вижу в этом ничего плохого. Пусть она лучше узнает это от меня, чем её кто-то изнасилует и причинит боль. Однажды мы с ней беседовали по поводу секса и моего отношения к нему. Ксюша задала мне при этом ключевой вопрос. Она спросила, почему я очень часто во время полового акта стою на коленях, и мужчины любят меня, сзади. Не скрою, я долго ждала подобного вопроса, так как не заметить того, что я занимаюсь анальным сексом, было невозможно. Мне невероятно нравится такой вид половых отношений. Я регулярно его практикую и хочу поделиться своими впечатлениями.
В первую очередь я хотела поведать об этом своей девочке. Она у меня ещё девственница. Лишиться её в своём обычном месте она сможет сама и без особых проблем и специальной подготовки. Совсем другое дело - её попка. Она очаровательна - пышная, упругая, совсем как у меня. Я просто обязана подготовить её к будущим испытаниям, которые, несомненно, её ожидают, поскольку такой зад долго незамеченным не остаётся. Уж это я знаю по себе. Минимум два-три раза в неделю я имею анальный секс и испытываю оргазм при этом. Мужчинам нравится насаживать мою задницу на свои члены, и чем внушительней орган, тем больше наслаждения я получаю, тем сильнее оргазм испытываю. Мой сверхчувствительный анус стал для меня настоящим источником наслаждения. Нередко я даже мастурбирую себя в попку. Я довела технику анального сношения до совершенства и горжусь этим. И вот теперь я хочу поделиться своими секретами со своей Ксюшенькой. На заданный ею вопрос, я ответила прямо, сказав, что мужчины имеют меня не только во влагалище, но и в попку. Доченька немного удивилась сначала, не понимая, как туда можно что-то засовывать. Тогда я решила перейти от теории к практике и на реальных вещах показать, что и как. Мы пошли в спальню. Там я велела Ксении полностью раздеться и лечь боком на кровать. Моя послушная девочка так и сделала. Затем я попросила её согнуть ноги в коленях и максимально поджать к животу так, чтобы попка выпячивалась в сторону, а ягодицы были разведены. Поза получилась просто восхитительная. Две упругих половинки приоткрыли очаровательный, девственный, маленький анус. Как он прекрасен. Мною вдруг овладело дикое желание прикоснуться к нему, ввести в него свой палец, поцеловать его, полизать язычком, как очень часто делают мне это мужчины. Я присела возле дочери, взяла её руку и провела вдоль промежности, остановившись на заветной дырочке. Затем я просунула её же пальчик вглубь. Ксюша вздрогнула на мгновение, но затем успокоилась. Её анус был таким узеньким, что с трудом принимал даже один палец. Она не понимала, как туда можно ввести большой член. Тогда я решила доказать ей это. Я разделась сама, встала на колени и выставила свой шикарный зад прямо перед дочерью. Она была в восторге и могла теперь воочию созерцать плод моих многолетних постельных сцен. Мой анус был во много раз больше её. Чтобы удостоверить её в этом, я попросила засунуть себе в попку её палец. Она сделала это. Её пальчик буквально поглотило моё ущелье. Не было ни малейшего сопротивления. Разница оказалась впечатляющей. Я присела возле дочки и сказала, что у неё будет такой же, и что она сможет получать невообразимое наслаждение от занятия анальным сексом.
Однако есть одно "но", наши попки должны быть всегда предельно чистыми и ароматными. Иначе мужчины могут нам и сами отказать. Для этого перед каждым анальным сношением нужно делать ароматизированную клизму, а затем смазывать анус специальным кремом. Впрочем именно этим мы вплотную и занялись. Я достала специальный раствор, развела его в нескольких литрах воды и сделала Ксюше две клизмы, дабы её зад был кристально чистым. Тоже самое я велела сделать и с моей попкой, поскольку ужасно хотела получить в этот день порцию анального удовольствия.

Эта история началась еще тогда, когда Владик еще не знал, что такое оргазм, да и секс вообще. Но еще в возрасте 8-10 лет его интересовали его членик и попка. Ему нравилось играть со своей пипиской, когда родители оставляли его дома одного. Он ложился на кровать и трогал свой член, яички, попку. В эти годы член его был достаточно большой и часто "вставал" в трусиках спонтанно, что зачастую приносило Владику неудобства, особенно, если это происходило на уроках в школе. Информации о сексуальном развитии подростка в те времена не было, порнуха тоже было труднодоступной, поэтому приходилось познавать свое тело самому. Владик представлял себе, что такое секс - это когда ты засовываешь свой член в девочке в письку. Что должно происходить дальше, и что такое сперма, Владик еще не знал. Он устраивался поудобнее на кровати, гладил свой вставший член, брал ручку или карандаш с закругленным концом и вставлял его себе в попу. Ему давно нравилось засовывать в попу различные предметы - ручки, карандаши, трубочки, палочки, и ходить с ними в попе целый день. Это приносило ему непонятные, но приятные щекочущие изнутри попы ощущения. Потом он становился рачком, выпятив назад свою попку с карандашом в узкой дырочке и, просунув руку у себя между ног, трахал себя в попу карандашиком. Затем, не вынимая этот "инструмент" из дырочки, мальчик укладывал под себя две подушки, всовывал между ними свой возбужденный член, и трахал все это сооружение, представляя себе, что он трахается с настоящей девочкой.

И однажды, во время таких "упражнений", трахая таким образом подушки, со вставленным в попку карандашиком, Владик кончил. Это были непередаваемые ощущения. Все тело как будто свела непонятная , но приятная судорога, в глазах потемнело, Владик выгнулся как струна, и, обессиленный, упал на подушки. Немного придя в себя, он обнаружил, что из члена вытекла белесоватая жидкость со странным привкусом. Он испугался вначале, думая что это какая-то болезнь, но потом понял, что это и есть настоящая сперма, о которой он уже не раз читал в медицинских журналах.

После этого события Владик уже точно знал, чего ему нужно от своего члена. Он начал применять разные способы своего удовлетворения. Он скручивал в трубочки журналы, насаживая их на член, проделывал в мягких игрушках отверстия для своего члена, в общем, экспериментировал. И дрочил, дрочил, дрочил.

Но больше всего ему нравились ощущения, когда в его попке что-нибудь находиловь во время этих мастурбаций. Поэтому, как следует научившись дрочить себя, Владик переключился на свою попку, а точнее, на это маленькую тогда еще дырочку. Он стал все больше и больше уделять ей внимания. Он любил, став рачком на кровати, разводить руками половинки попы, выставлять напоказ свою дырочку. Смазав слюной пальчик он раздрачивал ее, засовывая в тугую дырочку сначала, один, потом два и три пальчика. Вскоре этого оказалось мало, и Владик начинал подыскивать подходящие для его попки предметы. Но это уже другая история......

Больше всего на свете Полина не любила две вещи: свое собственное имя и арфу. И тем и другим она была обязана своей мамочке. Когда Полина окончила музыкальную школу по классу фортепиано, ее мать веско промолвила: "Наша дочь будет играть на арфе". И хотя Полина не питала к своей мамочке ни малейшего уважения, ей пришлось подчиниться. На сторону мамочки встал отец, которого она боготворила и немного побаивалась. LПолина, так нужно!¦, - сказал он, и Полина поступила в училище на отделение щипковых, класс арфы. Арфу не надо было таскать на себе, а для домашних занятий ей выделили комнату в их просторной пяти-комнатной квартире на Арбате. Ее отец работал важным начальником в нефтегазовом министерстве, поэтому он мог бы легко ей купить для занятий орган вместе с кирхой средних размеров.
Полина была высокой и красивой девушкой. Ее рыжие волосы были настолько густы и неподатливы, что напоминали медную проволоку. От матери она унаследовала не только шевелюру ярких вьющихся волос, но и зеленые, как изумруд, глаза и молочно-белую кожу. Вокруг ее точеного носика густой россыпью расходились веснушки. Когда появлялось первое солнце в апреле, они становились настоящей проблемой. Хорошо хоть никто не видел, как покрывались рыжими точками ее руки до самого локтя и кожа от ключиц до крутых изгибов ее полных грудей.
Только спустившись в вестибюль Полина вспомнила, что у нее была назначена встреча с Костей Рабиновичем. Он уже ждал ее у колоны с большим зеркалом, сжимая в правой руке похожий на тубус футляр гобоя. Полина уже почти два месяца встречалась с Рабиновичем, поэтому их отношения дошли до серьезного петтинга. То есть не то чтобы Полина особенно давала полапать себя. Но в последний раз, когда они были дома у Костика, она помогла рукой ему кончить. Он и сейчас выглядел так, словно готовился сообщить ей, что его мама опять на дежурстве и они могли бы пойти к нему домой "попить чаю с тортом".
Костя застенчиво поморгал за толстыми стеклами своих очков и сказал: "Можно пойти ко мне. Сейчас никого нет."
- Я не знаю, - сказала Полина слегка выпячивая нижнюю губу. Ее томное личико было очень красиво. Костя смотрел на нее не отрываясь.
- Хотя ладно, пойдем. Заодно дашь Булгакова, я у тебя видела.
У Костика в квартире одним чаепитием конечно не обошлось. Они начали целоваться взасос на диване, а потом его рука стала мягко поглаживать ее крупную грудь под серым джемпером в обтяжку. В который раз Полина вздохнула и отвела его руку в сторону. LКостя, прошу тебя!¦ Он убрал руку и начал нежно посасывать кончик ее языка. Осмелившись, Костик положил ее правую руку на свою эрекцию под натянутыми, как палатка, брюками. Полина спрятала лицо у него на плече, пока он возился с молнией от брюк. Затем ее рука была водворена на пульсирующую плоть члена. Украдкой повернув взгляд, она увидела то, что недостаточно подробно разглядела в прошлый раз из-за спешки и сумбура. У Рабиновича был довольной длинный пенис, хотя и не очень большой в диаметре. Ярко-красная головка была полностью обнажена - Рабиновичу еще в детстве сделали обрезание.
Расценив ее любопытство как нерешительность, Костя помог ее руке совершить несколько поступательных движений вперед и назад. Шелковистая кожа как футляр закрывала возбужденную головку члена, и потом медленно скользила назад. Полина начала медленно надвигать и сдвигать крайнюю плоть. Она по-прежнему смотрела вниз. Ей нравилось видеть, что у нее красивая рука с тонким запястьем и длинными элегантными пальцами. Сейчас эти холеные пальцы арфистки с ухоженными розовыми ногтями медленно, возбуждающе томно мастурбировали длинный фаллос ее сокурсника.
- Знаешь, - сказал Рабинович, - я тут в одной книжке прочитал. Ну, в общем ты говорила, что должна остаться девушкой. Так вот, в Латинской Америке, оказывается, девушки созревают довольно рано, и потом им все равно запрещают терять невинность. Они же католики. Поэтому они занимаются любовью сзади... то есть... ну, в общем, как геи.
Он осекся и в комнате установилась неловкая тишина. Полина густо покраснела и потупила взгляд, ее рука начала двигаться как-то неровно и быстро.
- Тише, тише, мне ведь больно, - воскликнул Костя.
Полину его слова ничуть не шокировали, она даже ожидала, что рано или поздно Рабинович предложит ей нечто подобное. Ее невинная внешность и желание остаться девственницей были искусным прикрытием, не более того. Сурен Агамянович, преподаватель сольфеджио в музыкальной школе на Плющихе, еще год назад познакомил ее с грехом Содома. Хотя девственницей в техническом смысле она до сих пор была.
- Нет, я не могу! - заявила Полина.
Однако Рабинович был хорошим психологом и уже прекрасно разбирался в миллионах интонаций, которыми Полина оформляла свои отказы.
- Я тебе не сделаю больно, честное слово! Я буду очень осторожен! - настаивал Костик.
Полина встала. - Ну ладно, только обещай, что это останется между нами!
- А разве может быть иначе? - с пафосом воскликнул он. Это было смешно, его патетический тон и торчащий член, полуспущенные брюки и растрепанная копна волос. Его толстые стекла очков в роговой оправе отражали яркий свет настольной лампы.
- Откуда я знаю? А вдруг ты завтра пойдешь и разболтаешь всем, что я "извращенка", и что со мной "можно делать все, что хочешь"!
- Никому не скажу, правда! - Костик уже чувствовал, что победа близка.
- А ты уверен, что этим можно заниматься? - лживо спросила Полина. (Кому как не ей самой знать, что не только можно, но и весьма приятно этим заниматься!)
- Я же тебе говорю, я читал об этом в книге!
- Тогда отвернись пока я разденусь.
Это было глупо, заставлять его отворачиваться, уже согласившись на анальный секс. Но в Полине по-прежнему боролись стыд и похоть.
Рабинович послушно повернулся к стене. Полина расстегнула боковые пуговицы на юбке и стащила ее через голову. Затем она сняла колготки и медленно стянула крохотные трусики, оставшись голой ниже пояса. На ней все еще оставался обтягивающий джемпер. После минутного колебания она сняла и его, оставшись в черном кружевном лифчике. Его чаши сжимали полную, упругую и мягкую грудь. Грудь Полине не хотелось обнажать. Для нее это было гораздо интимнее, чем показать все остальное. Полине казалось, что у нее слишком большая грудь.
Рабинович повернулся. Он тупо застыл, затем указательным пальцем вдавил очки в переносицу и откровенно вперился взглядом в ее наготу. У него даже рот слегка приоткрылся.
Полине позавидовала бы любая манекенщица, У нее были длинные, молочно-белые ноги. Они были очень тонки в лодыжке и голени, но в то же время достаточно полны в бедрах. Затем следовал плавный, как у лекала, изгиб к осиной талии, а выше опять расширение к двум грушеобразным грудям, к сожалению, наполовину скрытым за черным кружевом белья. Ее плоский живот гармонично сходился к дельте рыжих завитков, закрывающих доступ к ее интимному месту. Лежа на диване, Рабинович отчетливо видел, как стоящая на столе за спиной Полины лампа сквозным светом высветила толстые губы ее гениталий на выпуклом лобке. Свет лампы позволял даже увидеть нитку туго сомкнутой половой щели.
Его наполовину упавший член вновь начал стремительно напрягаться. Чувствовалось, как кровь толчками наполняет его длинный ствол.
Полина встала на четвереньки посреди дивана.
- Только ты мне обещал, что не сделаешь больно, - капризным тоном предупредила она.
- Если вдруг станет больно, я тут же прекращу, - пылко заверил ее Костя.
Он спрыгнул с дивана и стащил с себя брюки, попеременно прыгая на каждой ноге. Раздевшись догола, он встал на колени на край дивана и пододвинулся поближе к девушке. Полина не мигая наблюдала за ним из-за плеча. Она так и не распустила тугой узел своих непослушных волос, и их плотный узел, похожий на моток медной проволоки, лежал в мягкой впадине ее затылка.
Рабинович нерешительно положил ладонь на большие, похожие на два белых арбуза, ягодицы Полининого зада. Между ними пролегала довольно широкая щель, внутри которой ничего не было видно из-за того, что он заслонил своим телом лампу. Костя передвинулся немного в сторону, чтобы увидеть свою цель. Рыжая поросль густо покрывала толстый расщепленный персик вульвы. Над закрытой половой щелью находился небольшой участок почти голой кожи. В боковом свете настольной лампы были видны крохотные пупырышки кожи промежности. Прямо над ней была нежно-розовая и чистая, как у младенца, розетка ануса. Костя прикоснулся к ней кончиком пальца. Радиальные складки, сходящиеся к центру, были похожи на пластинки совсем маленькой шляпки сыроежки. Почувствовав его прикосновение, небольшой мускулистый узелок втянулся внутрь подобно рожкам застигнутой врасплох улитки. Затем, медленно и осторожно, он опять расправился.
Костя вдруг начал сомневаться в успехе своего дела. Его член был намного крупнее, чем это игрушечное отверстие. "Но ведь она ходит в туалет по большому", - мелькнула у него в голове идиотская мысль.
Неожиданно Полина села на бок.
- Я боюсь! - жалко сказала она.
Рабинович растерялся.
- Я боюсь, что мне будет больно! Ведь это противоестественно! v воскликнула Полина и опять густо залилась краской, внезапно вспомнив, как Сурен Агамянович доводил ее почти до беспамятства, вводя свой толстый член в ее задницу и одновременно массируя большим пальцем ее клитор.
- Тогда, может быть, ты это... ну... губами... то есть... в рот... - промямлил Костя.
- Нет! Не сейчас, потом, может быть.
- Тогда может все-таки попробуем?
- Только один раз! И больше никогда не будем, - решительно сказала Полина. - Договорились? - Договорились, - сказал Рабинович.
Она опять встала на колени и, положив локти на подушку, оперлась на руки щекой. Костя провел рукой по ее чудным ягодицам, жадно впитывая глазами интимные детали ее зрелой красоты.
Тремя пальцами он взял свой член и навел его на нервно сжавшийся анус. Сначала легонько, затем все сильнее и сильнее он стал пытаться втиснуть внутрь набухшую от возбуждения головку. Ничего не получалось. Пенис не хотел входить ни на миллиметр в ягодицы Полины.
Она лежала на скрещенных руках с закрытыми глазами и напряженно размышляла. У нее в сумочке лежала баночка вазелина. Сурен Агамянович сказал как-то ей: "Всякая уважающая себя дама должна всегда иметь при себе две вещи: кондом для своего кавалера и вазелин для своей попки." Но если она сейчас скажет, что знает что делать, да еще и вытащит столь необходимую мазь из сумки, Костя сразу все поймет. И тогда получится, что это она его склонила к анальному сексу, а не он ее.
Тем временем, она почувствовала, что он стал втирать в ее анальное отверстие что-то мокрое. Это была его слюна. Слюна тоже появилась благодаря книжке о находчивых латиноамериканках. Затаив дыхание он осторожно ввел ей в задний проход указательный палец. Его первая фаланга попала в горячий и мягкий мускул, который доверчиво охватил его со всех сторон. Косте показалось, что он пульсирует в такт быстрым ударам его сердца.
Он выделил еще немного слюны на пальцы и размазал ее по багровой головке члена. На этот раз ему показалось, что он немного проник внутрь.
Полина еле слышно простонала.
- Тебе больно? - беспокойно спросил Костя.
- Немного, - призналась Полина.
Затем она вдруг решилась.
- Ты знаешь, я для мамы купила вазелин. Ну, для массажа. Лучше с ним попробовать, а?
Рабинович оторопело посмотрел на нее.
- Ну, давай.
Полина порылась в сумочке и протянула ему жестянку. Свинтив крышку, он опять начал смазывать ее мокрый, блестящий от слюны анус. Тут он заметил, что блестит не только ее анус. Ее нежная раковина немного раскрылась, так что стали видны гребешки малых половых губ. Внутри все казалось влажным, как будто сочащимся.
- Головку тоже намажь, - сказала Полина.
Он покорно подчинился и изрядно смазал свой член вазелином. Полина дала ему свой платочек.
- На, вытри руки.
Рабинович не переставал удивляться такой готовности к сотрудничеству.
Он опять нажал скользким членом на маленькое мускульное кольцо. Неожиданно его головка проскочила ребро преграды и оказалась внутри.
- Ох! - вскрикнула Полина.
Но боль была незначительной и уже рассеивалась. Ввести за головкой весь член оказалось чрезвычайно легко. Он как будто был проглочен в ее жарком и скользком футляре. Рабинович засопел, у него громко билось сердце. Сказать кому-то, что он отымел самую красивую девушку училища в жопу v ни за что не поверят! Он не успел сделать и нескольких движений, как фонтан спермы брызнул из его погребенного в Полининой кишке члена. LЧто, уже все?¦ -подумала она, почувствовав конвульсивные толчки спермы. Но Рабинович после минутной паузы начал двигать членом в ее анусе. Его эрекция ничуть не пострадала от обильного семяизвержения. Он был по прежнему тверд и длинен. Настолько длинен, что когда его волосатый лобок упирался в округлость Полининых ягодиц, он ощущал изгиб в самом конце ее прямой кишки. Полина немного раскачивалась вперед и назад вместе с его размеренными движениями. Она пропустила правую руку под животом и украдкой нащупала твердый черенок своего клитора. Тихонько, чтобы не заметил Рабинович, она стала раздражать круговыми поглаживаниями торчащий, как мизинчик, бугорок. Ее внутренности были полны его спермы, поэтому в комнате раздавалось громкое непристойное хлюпанье и скрип дивана в такт его движениям. Полина почувствовала, как большое и горячее светило рождается у нее в животе. Лучезарный поток нарастал и она начала постанывать, внеся новые звуки в однообразную палитру хлюпанья и скрипа. Солнце взорвалось, и она кончила, дергаясь всем телом и чуть ли не выталкивая пенис Рабиновича из своей прямой кишки. Он почувствовал сокращения ее сфинктера и сам начал повторно кончать, замедлив поршневые движения в ее заднем проходе.
- О-о-о, - почти одновременно выдохнули оба.
Полина облегченно захихикала, а Костя медленно извлек свой член из ее размягченного, как резиновая трубка, ануса. Его отверстие было сейчас покрасневшим и очень расширенным. Теперь он бы не стал удивляться несоответствию размера своего члена и ее анального отверстия. Из темной дырки вытекла струйка спермы. Эластичные края начали медленно сходиться, пока сфинктер полностью не закрылся. Полина грациозно, как кошка, выгнулась и легла на живот, повернув лицо с закрытыми глазами к Косте. Он лег рядом и начал медленно поглаживать ее шелковистые бедра, упругие полушария ягодиц и ровную спину. Его рука дошла до бретельки лифчика.
- Слушай, а почему мне нельзя увидеть твою грудь? - спросил Рабинович.
- Она некрасивая. Я стесняюсь, - сказала Полина.
- Ну пожалуйста, Полиночка! - взмолился он.
- Ой, ну ты опять начинаешь. Вечно ты у меня что-то просишь. - Полина скорчила свою любимую мину надувшей губы капризной девчонки.
- Там не на что смотреть, - сказала она. - Я там толстая!
Но она все таки завела руку назад и расстегнула застежку лифчика. Потом повернулась на спину и сняла его со своей груди.
- Они прекрасны! - искренне воскликнул Рабинович.
Ее груди лежали как два налитых соком плода. Соски были светло-розовые и широкие, почти пять сантиметров в диаметре. Полина сдавила большие шары с обеих боков, так что между ними появилась глубокая щель. Она лукаво посмотрела на него из-под опущенных ресниц и сказала: "А я читала, что некоторые занимаются этим вот в этом месте!". И она кивнула подбородком на мягкую складку между грудями.
Рабинович с трудом сглотнул, его кадык нервно подпрыгнул и упал.
Взгляд Полины вдруг скользнул к круглому будильнику, тикающему на столе.
- Уже десять! - ахнула она. - Я побежала.
И она быстро начала одеваться. Перед тем как натянуть трусики, она вновь приказала Рабиновичу отвернуться, и положила на их дно тоненькую прокладку "олвис". Из ее заднего прохода по-прежнему текло, поэтому прокладка поможет ей добраться до своего дома.
- Ты завтра свободна? - спросил Костя, одевая через голову рубашку.
- Нет! Созвонимся! - отрывисто сказала Полина. Она быстро наложила на губы несколько мазков помады, поправила свои непокорные волосы и выпорхнула за дверь, послав Косте прощальный воздушный поцелуй.
На следующий день она бежала вниз по лестнице, чтобы успеть домой до прихода папы, у которого был день рождения. Она хотела первой поздравить его и вручить в подарок гобелен, приобретенный у художников на Крымском мосту.
В вестибюле она заметила Рабиновича с Семеновым. Костя стоял к ней спиной, поэтому она не видела выражения его лица. Однако Семенов, каким то странным взглядом уставился на нее. На лице у него заиграла пошлая улыбка. "А вот и она!" громким развязным тоном заявил он. Рабинович оглянулся и застыл как истукан, увидев растерянное лицо Полины.
Она низко пригнула голову и, быстро-быстро перебирая изящными ножками в слишком тесной юбке, устремилась к выходу.

Вот уж что заслуживает повествования, так это, самая теплая моя признательность анальному отверстию Алечки. Да-да, той самой дырочке в Алькиной попочке, подарившей мне столь много незабываемых впечатлений. Более того, было бы просто нечестно, если б я не упомянул, что анальный секс с Алечкой не сравнится ни с чем другим. И ни до нее, ни после, я не встречал женщину, так самозабвенно и великодушно отдавающуюся в жопу: Но, обо всем По-порядку. Итак, живу я в небольшом таком городишке, совсем непримечательном, сером и скучном. Его я описывал уже не единожды в своих предыдущих рассказах. Так что, останавливаться на подробностях ландшафта не будем. Скажу только, что будние дни здесь скучны. А вот воскресенье: вы не поверите, милые мои, воскресенье здесь просто омерзительно. Выйди в город. На улицах - как после ядерной войны. Никогошеньки! Не единой живой души! Город, как будто вымирает. Лишь лениво проедет какой нибудь металлолом, считающий себя автомобилем, поднимет пыль, и :опять тишина. У в воскресенье нас не работают ни увеселительные заведения, ни магазины, ни чего еще. Исключение - продовольственные. Да и то, не все. Вон такая хрень. Но ниче, мы люди "сельские", привыкли уже. Почему я все это описываю? Ах да! Вспомнил! Еду, я, значит однажды в своей колымаге (машина моя), ищу хлеб.
Ебаный в рот! Это в 21-ом то веке! На дворе весна, теплынь. Зелень распускается. Погодка так себе, шепчет. Нет-нет, пара капель упадет на лобовое стекло. Намекает, к дождю: Еду я, опять таки. Вдруг, гляжу, по тротуарчику не спеша, идет одна молоденькая леди. Одета она в темного цвета плащ, перетянутый в талии. А в руке держит зонтик. Видимо, капельки то дождя не понравились. Плащ, как нельзя лучше подчеркивает ее высокую и худенькую фигурку. А вот ее попочка по сравнению с талией выглядит весьма заманчиво и аппетитно. Я тихонечко останавливаю машину немного впереди девушки. Выхожу с нее, и обращаюсь с довольно глупым вопросом: - Вы не знаете, мадмуазель, где сейчас можно купить хлеб? На глаз я уже определил, что мадмуазель лет на 13-15 младше вашего покорного слуги, пишущего эти строки. -Ну: я не знаю: Может в супермаркете если, - девушка довольно воспитана и мила. Пытается даже помочь мне в поисках еды. Пресловутый супермаркет, единственная достопримечательность в провинции. Сюда горожане ходят не столько, купить еды, сколько посмотреть на ассортимент заморских товаров, привезенных более предприимчивыми земляками. - Покажите мне дорогу, умоляю вас, мисс,- взмолился тут я, - я сам то не местный. В последнее время я придумал такую фишку для знакомства. Так можно на несколько секунд удержать внимание собеседницы.
Иногда этого бывает достаточно, чтоб перейти в более решительное наступление. Девушка как-то нерешительно посмотрела на меня, потом сложила зонтик -А вы привезете меня обратно? - сама с улыбкой глядя на более, чем "местные" номера моей машины. - Конечно, милая,- я галантно открываю дверь своей видавшей виды девятки. "Мисс" уселась рядом со мной. Теперь я мог оглядеть ее всю, с ног до головы. Лицо у нее было изумительно красивым. Глаза большие, светло-карего цвета. Густые и темные брови. Носик прямой, аккуратный с розоватого цвета ноздрями. А вот губки сей мадмуазель крупные, изумительного рисунка, накрашены темно-перламутрового цвета помадой. В довершение всего, почти да пояса свешивались красивые, вьющиеся волосы, "махагонового" цвета, с редким мелированием в области челки. Когда она усаживалась, полы плаща распахнулись, обнажив на секунду стройные ножки под коротенькой юбочкой. Сами стопы были на редкость маленького размера, не смотря на то, что девушка довольно высокая, не меньше 175ти см. Вот с такой красавицей мне посчастливилось познакомиться в то пресловутое воскресенье! Аля (а ее звать так) оказалась девушкой эрудированной и милой в общении. Работала в местном институте компьютерщицей в отделе кадров. На вопрос, откуда она шла, ответила просто и без затей: "Так, скучно дома сидеть. Вышла прогуляться". Короче, проездив по городу пару часов, мы решили отметить наше знакомство в одном из немногих, работающих в воскресенье ресторанчиков. Аля выбрала шампанское. Я - водки. Из еды заказали что-то вроде бараньих ребрышек, салатов и ассорти. Наш обед плавно перешел в ужин. А в процессе непринужденного общения, мы уже выяснили друг о друге многое. Она узнала, что мне уже 34, у меня есть работа, машина, квартира, жена и дети. Впрочем, то, что я женат, ее не особенно смутило. С ее слов, я понял, что ей было 19 лет, и что она 2 года встречается с женатым мужчиной, а он все водит ее за нос, обещая развестись с женой и жениться на ней, и то, что в последнее время у нее почти никакой личной жизни. Живет, она оказывается, с ревнивым братом, мамой и отчимом. Вот такие пироги. Отлучившись в туалет, я быстренько "перетер" с администратором на счет номера. Ресторанчик то находился в гостинице. Я весь сгорал от нетерпения, в предвкушении более близкого знакомства с милой, очаровательно Алечкой. Вернувшись, я спросил ее, не против ли она "продолжить" общение в более интимной обстановке. На что Алечка невинно пожала плечами, что можно было расценивать, как согласие. Через еще полчаса, расплатившись с официантом, мы поднимались в один из номеров. В одной моей руке была еще бутылка шампанского, а другой я нежно, за талию обнимал новую знакомую.
Сняв верхнюю одежду, мы уселись на кровати. Я приблизился к Алечке, обнял ее, и стал целовать взасос. Она ответила мне сильным и страстным поцелуем. Я стал медленно раздевать ее. Сначала я, поглаживая груди, медленно расстегнул пуговички на легкой блузке. Потом стал поглаживать ее бедра, запуская руку все глубже под коротенькую юбочку. Алечка только и успевала хватать меня за "непослушные" руки. Однако, ее сопротивление было нежным и ласковым. Повозившись пару минут, я раздел девушку до трусиков и лифчика. Разделся сам. Продолжая целовать, я снял с нее и лифчик. Моему взору предстали две упругие, идеальной формы грудки, со светло-коричневого цвета сосочками. Сосочки были еще совсем маленькие, "неразработанные". А вот ореолы вокруг них достаточно большие для девушки, сантиметров по 5 в диаметре. Сосочками то я и занялся в первую очередь. Непрерывно целуя один, я в то же время ласкал кончиками пальцев другой, не давая "ему" скучать. Я перебирал длинные, вьющиеся волосы девушки, ласкал ее шейку, спину, и опять "спускался" рукою к сосочкам. Они, нежные, молоденькие сосочки совсем еще юной девушки. Алечка немного привыкла ко мне, отвечала объятиями и поцелуями. Но ее движения были более легкими и чуткими, как прикосновения ветерочка. Это делало их еще более сексуальными. Мое желание усиливалось, я снял с себя и трусы.
Следует здесь сказать, что если я и ношу трусы (в холодное время), то только семейные. Терпеть не могу узенькие плавочки, стягивающие член и яички. Они, эти предметы моей нескончаемой гордости, не маленькие в размерах. И постоянно требуют пространства и свободы. За время общения с Алечкой, мой член неоднократно приходил в твердое состояние. А тут, едва я только снял с себя последнюю "одежду", Он распрямился во всей своей красе. Нет, слово "распрямился", наверное, не совсем походит к данной ситуации. Я хочу сказать, что Член мой горбатый, с крупной головкой, обрезанный, с большими, тяжело свисающими яичками. Алька, увидев все это великолепие, аж отпрянула на кровати, как-то судорожно прикрыв груди руками. -Иди ко мне, милая,- взяв в правую руку член, я привстал перед ней, и придвинул ее к себе. Теперь Член находился как раз на уровне ее сосочков. Я, поглаживая ее волосы левой рукой, стал водить Членом по ложбинке ее грудей, сосочкам. Алька только задышала прерывистей, и как-то неуверенно взяла рукой за яички. Она погладила их, потом притронулась и к самому Члену. Но в рот себе пока Его не брала. Я сильно желал ее. Я чувствовал ее тело. Каждое ее дыхание. Каждую ее клеточку. -Алечка, нежная, я хочу тебя: Я склонился над ней. Прижал ее тело, стал ласкать ее промежность, запустив руку сзади, сквозь попочку.
Притронулся к влагалищу. Алька вздрогнула. Трусики все были мокрыми от выделения. -Я хочу тебя, милая:- теперь уже мое дыхание участилось. Мой член упирался ей в область влагалища. Я обнимал ее юное тело, целуя ее губы, шею, ушки. Вот мои руки спустились ниже, и ласкают ее ягодицы. Вот я оттопыриваю край кружевных белых трусиков, и запускаю палец внутрь. Алька вздрагивает сильнее, и хватает меня за руку. -Нет, Алик, не нужно: Не нужно это:. -??? - Прошу тебя, не сейчас: Я не могу остановиться, я пытаюсь стянуть с нее эти трусики, единственную преграду сейчас к блаженному наслаждению. -Алик, прошу тебя, милый:Не сегодня. Не сейчас, ладно? Тут я уже прихожу в удивление. -Алечка, лап, я что-то делаю не так? Алька уже выскочила из под меня. Она сидит на кровати, поправляя края своих трусиков. От моих попыток стянуть их, сзади они уже впились в попочку. А спереди отодвинуты в сторону, открывая густую растительность на влагалище. Обожаю волосатые пиздочки! Я большой поклонник густой растительности в промежности женщины. Не понимаю, почему женщины, да и мужчины считают, что пизду нужно брить?! Ведь именно пушок ее делает таким сексуально-притягательным объектом. Волосатая пизда манит. Волосатая пизда обещает удовольствие. Именно волосатая пизда похожа на пизду. Ее уже не спутаешь ни с чем.Вы когда нибудь видели на картинах старых мастеров бритую пизду? Или, не нужно так далеко. Даже в глянцевых журналах, фотки с эро-моделями. Разве у них пиздочки лысые? Ничего подобного! У каждой на лобке есть хоть небольшой, но пушок. Пизда: Это центр вселенной. Это жизнь. Это удовольствие. Это сказка. Это поэзия: Опять я отвлекся. О чем это я? Ааа! У нашей леди, у божественной красавицы Алечки пизда была именно волосатой. Причем, с густой черной растительностью, торчавшей даже сквозь кружева трусиков. Я хотел ее пизду. Но Алечка, поправив краешки своих трусиков, уже взяв в руки юбочку, прикрыла ей так милый моему взору предмет моего желания. Более того, оглядевшись, она нашла блузку, брошенную в порыве страсти, и уже поднимала ее с пола. Замысел ее стал вполне ясен. Однако, в мои планы это не входило ни в коем случае. - Да что с тобой?! Скажешь ты, наконец? Что случилось? Я обидел тебя чем?- нескончаемым потоком я засыпал ее вопросами. В моем голосе было и раздражение, и удивление, и досада. Алечка, видимо заметила всю гамму моих чувств. Она только нежно прильнула к моему телу, и примирительно сказала: - Ты только не обижайся, Алик. Ты мне нравишься, поверь мне. Я даже не знаю, как тебе это сказать. -Что сказать? -Ты пойми меня только правильно. Понимаешь, я еще никогда не пробовала "туда": Только теперь до меня стал доходить смысл ее слов и поведения.
Но, необходимо было как-то уточнить. -Туда, это - во влагалище? -Да. -Так ты еще, как бы - девственница? -Не "как бы". Я действительно еще девственница. А два года, что мы встречались с Артуром: Он имел меня только:сзади: Ооо! Это было в первый раз в моей практике. Ну, я имею в виду подобную ситуацию. Я вообще большой любитель анального секса. Я почти всех своих партнерш перепробовал в их сладенькие попочки. Но, чтобы передо мной сидела обнаженная "девственница спереди" и отъебаная сзади: Такое и вправду со мной не случалось. Получалось так, что это "женатик" Артур, два года морочил наивной девочке голову словами о вечной любви и обещаниями жениться. А сам в это время преспокойно ебал ее во всю ивановскую в жопу. Целку же, дальновидно не трогал, видимо опасаясь ревнивого брата или родителей Алечки. Ну и дела! Я уже присел рядом с Алечкой. Перспектива выебать ее в попочку мне нравилась не меньше, чем в пизду. Я даже и не мечтал, что в первый же раз можно засадить ее в жопу. Обычно такие "мероприятия" проводишь с уже давними партнершами. И то, многих приходится медленно подготавливать к этому шагу, давая привыкнуть. А тут: -Алечка, милая моя: -А тебе нравится такой секс? - Алечка повернувшись ко мне лицом, без обиняков спрашивает меня в глаза. -Да, да, нежная. Я хочу тебя в попку! Я обожаю тебя.
Я обожаю твою попочку: Мои руки опять, обретя новую уверенность, ласкают Алечку через трусики. -Обещай мне, что не тронешь "там". -Ты имеешь в виду целку? -Да. -Конечно, нежная,- голос мой становится ниже, хриплей, обретая вкрадчивые интонации. Алечка уже лежит на спине, а я, целуя все ее тело, наконец, стягиваю с нее трусики. Пизда ее действительно великолепна. Вся, от лобка, вплоть до анального отверстия покрыта густой зарослью черных, вьющихся волосиков. Эти же волосики покрывают немного и ее ляжки, и даже узенькой полоской стремятся куда-то наверх, к пупочку. В общем, для искушенного человека сразу же ясно, что это пизда девственницы. Еще не видевшая лезвия бритвы, не принимавшая в себя ни одного члена. От таких мыслей у меня кружилась голова. Член мой стоял торчком, и на удивление, чуть ли не под острым углом. Для меня это было ново. Так, как мой член не маленьких размеров, и довольно таки тяжелый, он, обычно, как бы свисает, что ли: А тут: Я впился ртом прямо в Алечкину промежность. Мне хотелось целовать и лизать ее девственное влагалище, упиваться ее соками. Оно даже пахло по-особому. Это ни с чем не сравнимый аромат именно девичьей пизды. Он дурманил. Он дурачил. Он возбуждал неимоверно. Я прикоснулся языком к ее клитору. -Что ты делаешь, Алик? - Алечка даже приподняла голову с подушки.
-Разве тебе Он не делал так? -Нет, никогда. -Расслабься: Сейчас тебе будет приятно. Доверься мне, - я левой рукой оттолкнул ее тело на подушку, а сам, слегка раздвинув ее половые губки пальчиками, стал лизать клитор. Вход во влагалище был нежно-розового цвета, контрастируя с чернотой обрамленных волосиков. Я ласкал его рукой. Я лизал его. Я стонал от наслаждения. Стонала Алечка. Она вся текла от возбуждения. Ее соки, смешиваясь с моими слюнями, стекали вниз, по ложбинке влагалища к дырочке анала... Я поставил ее раком. Я стал тереться сосками своей груди об ее пиздочку. Поверьте мне, это ни с чем не сравнимое наслаждение! Мои соски возбужденные и торчащие. Я смазываю их об Алечкины выделения с влагалища. Это полная гармония наших тел. Ее попа прижата к моей груди. Я тянусь руками к ее грудям. Алька стонет сильней и сильней. Это уже предзнаменование оргазма, я это чувствовал. Я лег на спину, посадив Альку пиздой прямо себе на рот. Я заставил делать ее движения по моему рту. Она, сначала неловко, как бы стесняясь, а потом, расслабившись и забывшись, стала тереть пизду сильнее и сильнее. И тут: Тут она, запрокинув голову назад, и схватившись за свои сосочки, еще сильнее протерла пиздой по моему рту и застонала. Ее стон стал превращаться в крик. Сначала сдерживаемый, а потом откровенный. Она вся забилась в конвульсиях. Алька кончила бурно и громко. Ее выделения еще сильнее потекли в мой рот. Я не давал ей даже двинуться, сильнее держа за бедра, насаживая на свой рот. Алька дернулась еще два раза, и упала лицом в подушку, животом прикрыв мою голову. Я вылез из под нее. Моему взору теперь предстала та самая сладенькая "шоколадная" дырочка, которую так славно пользовал мой предшественник целых два года. Мммда: Дырочка была неплохо разработана. Хотя, сейчас она просто представляла собой темненькое пятнышко со складочками и морщинками. Нетрудно было догадаться, что все-таки ее пользуют часто. Недолго думая, теперь занялся ею и я. Я стал лизать. Алька, едва оправившись от оргазма, застонала заново. Теперь она вся выгнула спинку, подставляя моему языку попочку. Я не мог долго тянуть с прелюдией. Мой хуй стоял колом, так и желая поскорее войти туда. Алька же испытывала наслажденья, ранее ей незнакомые. Видимо, этот быдло, ее любовник, просто и нагло драл ее без всяких сюсюканий и ласк. Я еще лизнул пару раз дырочку, и стал вставлять туда свой палец. Палец зашел без особого труда. Я тал сплевывать слюну, макать палец, и опять вставлять в дырочку. Тут Алька застонала еще сильнее. Опыт анального секса вызвал в ней знакомые ощущения, она стала даже "подмахивать" мне навстречу.
-Алик, родненький, - Алька повернула голову и взглянула на меня затуманенными глазами.- Давай возьмем вазелин, прошу тебя. -А где мы его сейчас возьмем? - В моей сумочке, милый: Вот это предусмотрительность! Оказывается, эта "невинная" девочка носит с собой в сумке вазелин. Для встреч со своим Артурчиком, надо полагать. Я, не переставая ласкать ее дырку пальцем, склонился вниз, и достал сумочку. В ней и вправду была плоская такая баночка с надписью: " Вазелин косметический. Для смягчения и защиты кожи". Открыв ногтем крышку, я воткнул туда палец, и захватив добрую порцию вазелина, стал смазывать им вход в Алечку. Вазелин и вправду смягчил не только кожу, но и всю дырочку. И через пару минут моего "массажа", в ней помещались уже три моих пальца. Алька стонала и "отдавалась" моим пальцам. Тут я, встав над ее попкой в позе всадника, стал медленно погружать в Нее хуй. Сначала головку. Дал привыкнуть. Потом стал вводить ствол. Алька уже ревела. Видать, возбудил я ее не на шутку. Я ввел хуй медленно на всю длину. Алька дернулась и: закричала! Да-да! Она орала от оргазма. Она билась в оргазме. Ее тело содрогалось. Я не останавливаясь стал ебать ее попочку. Зрелище мне открывалось восхитительной красоты. Попка, выгнувшись, увеличилась в размере. Потом шла тонкая, чуть ли не осиная талия, и медленно переходила в область грудей.
Левая ее сиська, сплющившись, виднелась на подушке. Алька грудью лежала на подушке, вцепившись в нее руками. Попка торчала сильнее, всем видом говоря: " вот она я! еби меня!" Я сильнее погружался в попочку, выходил из нее и снова вонзался. Дырочка уже не закрывалась, если хуй выходил с нее, а зияла манящей, таинственной чернотой. Я, то вынимал хуй полностью, сплевывая туда слюну, то, хлюпая, впихивал снова. Алька кричала уже не переставая. Ощущения ее слились в один, не прекращающийся оргазм. Я тоже чувствовал приближение. В какое то мгновение, я опрокинул ее на живот, и лег ей на спину. Хуй мой внутри ее попки. Алька бьется в новом потоке экстаза. Вот я останавливаюсь. Шепчу ей на ушко: -Алечка, милая: Можно я кончу тебе в рот? -Ты хочешь этого, солнышко? - глаза ее подернуты поволокой страсти и благодарности. -Да, да! Нежная! Я хочу, чтоб ты выпила мою сперму. Я еще несколько раз с силой воткнул хуй в ее жопу, и вынув его, приблизил к Алькиным губам. Они уже призывно раскрыты. Я сую блестящий от вазелина, моих слюней и еще чего там хуй прямо в ее пухлые губки. Алька тут же начинает сосать его беспрестанно. Опытная: Сделав пару толчков, я разряжаюсь таким потоком спермы, что Алька чуть не давится им. Сперма стекает с уголков ее рта. Она вынимает хуй, и сперма брызгает ей лицо. На волосы.
На грудь. Она опять берет его в рот. Я дергаюсь в конвульсиях. Меня бьет током. Так бывает, когда я очень возбужден. -Ааа!!! - я кричу, как стая бизонов. Алька слизывает сперму без остатка и вытирает лицо. Мы лежим радостные и уставшие. Алька на боку. А я, обняв ее сзади, и "вложив" член ей между ног, ласкаю ее соски. Кажется, мы счастливы. -Аль, давай с тобой встречаться? -Посмотрим, милый. Не будем пока ничего загадывать: Дальновидная: Хоть и молодая: История, здесь описанная - чистая правда, от начала и до конца. Как и все, размещенные мной на этом сайте под псевдонимом "мистер икс". Более того, она имеет продолжение, о чем я напишу непременно в скором времени. Почему Алечка до встречи со мной была "девственницей"? Да потому, что в наших краях девственность до сих пор считается добродетелью. Хотя, многие хитромудрые девушки, желая получать удовольствие от секса, но берегущие "целочки" для будущих супругов, нашли выход (или, вернее сказать - вход) таким вот образом. Забегая вперед, скажу только, что свою девственность Алька подарила именно мне. И это было ЕЕ желанием. Но это уже другая история.

Эта история началась несколько лет назад, когда я и моя подруга Ирка решили не возвращаться в родные Запупырински и после окончания Пединститута решили остаться в областном центре. Проблему работы и жилья мы решили довольно быстро. Жить, правда, мы стали в старом малопригодном к жизни доме. Дом уже давно подлежал сносу, но официально жить в нём было можно. Но, кто мог, все уехали. Осталось лишь несколько пенсионеров которым просто некуда было податься. Квартиру мы снимали зачисто символическую плату, так как мало того что дом был в аварийном состоянии, так в нём не было телефона, стоял он на краю города, лифт работал с очень большими перебоями, да к тому же поблизости не было ни одного горящего фонаря. Квартира наша изначально была однокомнатной, но затем её специально разделили на две небольшие комнатки. Расделили старой мебельной стенкой да добавили несколько листов фанеры. Во вновь появившуюся комнатку была добавлена вторая дверь с замком, так как хозяйка предполагала что жить будут чужие друг другу люди. Мы же были только рады дополнительным запорам, в наше время они не будут лишними. Работу мы нашли довольно быстро, устроившись по полученному образованию, то есть учительницами в школу, надеясь перекантоваться там год другой, а затем найти более денежную работу, да и личную жизнь обустроить, ведь мы обе не замужем...
...Время шло, а планы наши не спешили реализоваться. Найти мужей в женском коллективе проблема, а из-за сильной занятости на работе мы почти никуда не ходили. Да и поиски работы ни к чему не привели. Тут начался пресловутый кризис неплатежей. Других источников существования кроме зарплаты у нас не было и нам пришлось туго. Экономили каждую копейку. Но вскоре и это перестало помогать. Нам стало сложно платить даже эту чисто символическую плату за квартиру. Мы упрашивали хозяйку повременить, она соглашалась, но каждый раз её тон становился всё суше. Мы были на грани отчаяния. Однажды Наталья Сергеевна (учительница географии) принесла газету в которой была статья о тяжолом положении бюджетников, в том числе учителей. В статье рассказывалось как доведённые до отчаяния учительницы зарабатывали себе на жизнь. Одна брала деньги с учеников за оценки, другая же по вечерам так сказать подрабатывала своим телом... Смущённо пересмеиваясь мы обсудили статью и пришли к выводу что это не для нас. Даже если забыть про морально-этическую сторону. Детишек богатеньких у нас почти нет, а заниматься проституцией в нашем небольшом городе чревато тем что рано или поздно наткнёшся на знакомых. Да и красавиц у нас особых нет. "Вот Светлана Алексеевна вполне могла бы," - шутливо сказала Наталья Сергеевна. Светлане Алексеевне было слегка за 30 и она была действительно симпатичной женщиной. "Да ну вас", - отмахнулась она.
Вечером, чаёвничая, мы с Иркой вновь невзначай вернулись к дневному разговору и решили что это определённо не для нас. Школа у нас что ни на есть пролетарская, а торговать телом... хм, приезжаем мы на хату, а там родитель ученика, или, что вполне возможно, собственно ученики. "Здравствуйте, Ирина Сергеевна! Здравствуйте, Наталья Николаевна! Ну, давайте показывайте что умеете! Прокатимся щас с вами в РОТтердам через ПОПАнгаген! Лечь на спинку, ножки врозь, начинаем наш урок!..." В общем, не то. "Есть ещё горячие кавказские парни," - осторожно сказала я, решив что сейчас неплохой момент рассказать о содержании дневника одной нашей коллеги. Дневник этот попал ко мне при странных обстоятельствах, долгое время я его честно не читала. Но однажды женское любопытство взяло верх над воспитанностью... Я ещё днём хотела поделиться со всеми о содержании его, но что то меня сдержало... "Ну знаешь!" - возмущённо прошипела Ирка. "Да знаю, знаю", - ответила я и мысленно добавила "не судьба, в следующий раз". Возмущение Ирки было понятно и обьяснимо. Общага Педа находилась рядом с Центральным рынком, давно и прочно оккупированном выходцами с Кавказа и Средней Азии. А если добавить что комендантом общаги был тоже кавказец, то никому не надо обьяснять, что проживание в ней для студенток носило более чем экстремальный характер. Многочисленные жалобы ничего не давали. По слухам, комендант делился с ректоратскими деньгами, а те "не замечали" творившегося в стенах общаги. Все были довольны. Ректоратские подсчитывали денежки полученные от коменданта, комендант подсчитывал денежки полученные от торговцев, торгаши подсчитывали денежки полученные на рынке, а после подсчёта шли развлекаться в обществе молодых симпатичных студенток...
Что, естественно, не вызывало восторга у подавляющего большинства студенток. Нет, мы не были упёртыми националистками, дескать Россия для русских, понаехали тут и т.д. Просто их, мягко говоря, навязчивое внимание к нам нам категорически не нравилось. Приставания их носили откровенно хамский характер, а чего стоили их пресловутые "прописки"! Прописка - это когда они вламывались в комнаты к первокурсницам и начинали их обхаживать. Лёгшая или вынужденная лечь под горячего кавказского парня студентка считалась "прописанной"... Крайне мало кто "прописывался" добровольно. Обычно же это происходило добровольно-принудительно, причём в большей степени принудительно чем добровольно. Не обошла стороной "прописка" и нас с Иркой.
...Они вломились толпой человек в 10, не меньше. Нас четверо. Мы растерялись. Они тут же обступили нас и стали обхаживать, что то галдя и размахивая руками. До сих пор помню их ухмыляющиеся, довольные рожи, помню как оцепенев смотрела как раздевают Ленку Мышанову, как один из них сажает упирающуюся Ленку на колени, попутно задирая ей юбку. Как вдруг почуствовала что чья то рука жадно мнёт мою правую грудь, забравшись прямо под футболку и лифчик. Как я отчаянно рванулась, вдруг оказалась лежащей кверху попкой на коленях одного из них и они тут же задрали мне юбку. Не помню как вырвалась, но почему то врезалось в память как перепрыгнула через лежащих на полу кавказца со спущенными штанами, и бессильно дёргающейся под ним студенткой. Он трахал её громко рыча при этом, а задница его дёргалась как отбойный молоток. Помню как вбежала в нашу с Иркой комнату. Ирка уже была там. С разорванной блузкой, из под которой виднелись её груди...
В общем, общением с ними, мы, мягко говоря, не злоупотребляли. Впрочем, были исключения. Некоторым нравилось столь назойливое внимание к ним со стороны торговцев. Иногда с такими у нас возникали яростные споры. Они утверждали что кавказцы не такие уж страшные и что они за определённые услуги очень даже щедры. Желающим предлагали познакомиться. Желающих как правило не находилось. Нас не поколебал даже случай, произошедший в лето перехода с 2 на 3-й курс. В общаге остановились 3 преподавательницы ВУЗа из соседнего города. Они приехали собирать материал для своих никому не нужных диссертаций. У учёных с деньгами тоже не ахти, и их кто то надоумил пристроиться в общаге. Мол дёшево и сердито. И все 5 ночей из их комнаты неслись гортанные крики и смех кавказцев перемежаемый томными стонами и повизгиваниями кандидаток никому не нужных наук. "Взрослые тётки! Учёные! Отдавались им по полной программе! Вы бы видели это!", - вещала Ленка Андреева, которая сама всегда была не прчь с кавказцами. В принципе она говорила правду. Примерно то же самое рассказывала Лариска Григорович, не питавшая к ним никаких симпатий: "Открываю двери и вижу: женщина примерно 30-ти лет и приятной внешности стоит на чевереньках в окружении двух азеров или кто они там... Из одежды на ней лишь очки в элегантной золотистой оправе... Азеры тоже оба голые и оба волосатые с ног до головы. У них и члены то волосатые! Представляете!? Один трахает её сзади, а другой водит членом по её лицу ну по губам там, по щёкам... А она только ахх да ахх. Представляете!? Главное, по лицу видно что ей это приятно! Представляете!?" Но эта история тоже никого не убедила. "Рехнулись они от своей науки. Вот и всё. Я у русского то член в рот не возьму. А тут у хачика!", - помнится, кипятилась Ирка. В общем, каждая из нас старалась при первой же возможности слинять из общаги, тратя последние сбережения на квартиру, но избавляя себя от навязчивого внимания торгашей. Мы с Иркой сделали это уже на 1-м курсе.

...В общем поговорили о путях получения дополнительных доходови забыли. А спустя несколько дней...
Я валялась на своей кровати аболютно разбитая. Голова раскалывалась вдребезги и пополам. Это, собственно, и было причиной того что меня отпустили домой, избавив от утомительного похода на учительский семинар в РОНО. Я услышала шум на пороге квартиры. Это возвращалась с уроков Ирка. Но шум был какой то странный. Какая то возня. Раздался звук открываемой двери. Затем послышались голоса. Мужские. Кто бы это? Раздался здавленный вопль Ирки и я услышала как в прихожую вваливается несколько людей. Головная боль сразу отошла на второй план, сердце бешенно заколотилось, а затем я услышала как открывается дверь уже в Иркину комнатку и вошедшие вваливаются туда. Я прильнула к щёлочке в перегородке, обнаруженной мной ещё пару лет назад при уборке. Я увидела лежащую на полу Ирку в окружении стоящих над ней мужчин. А именно злосчастных кавказцев! Их было трое. Один их них что то сказал двум другим и они резким рывком подняли Ирку и посадили на кровать. Она сидела с искажённым от ужаса лицом. "Что вам надо? - дрожащщщим голосом проблеяла Ирка. - у меня ничего нет. Я учительница. Нам зарплату почти полгода не дают." Эти её слова вызвали странную радость у них. Они переглянулись и главный спросил: "Учылка!? Ты учылка!? Нэ врёшь?" Она мотнула головой в сторону письменного стола, на котором стояли кипы тетрадей и учебников. Главарь подошёл, посмотрел и радостно произнёс "дэйствително, учылка!" Ирка(и я) с изумлением посмотрела на них, не понимая причину их радости. Они вдруг наперебой заговорили нахваливая Иркины прелести, какая она вся из себя красавица и что они очень хотят с ней познакомиться поближе. Ирка потерянно молчала, не зная как реагировать. А они обступили её с трёх сторон - двое сели по бокам, третий присел перед ней - и стали медленно но настойчиво пытаться раздевать Ирку. Сидевшие по бокам расстёгивали пуговицы на блузке, а третий гладил её колени, постепенно обнажая её ляжки, осторожно продвигаясь от колен к бёдрам.
Ирка отчаянно сопротивлялась, пытаясь мешать им расстёгивать блузку и умоляла их прекратить. "Ну не надо... ну пожалуйста" - повторяла она снова и снова. Они же не обращали внимания на её стенания и продолжали постепенно раздевать Ирку одновременно уламывая её на словах, по прежнему расхваливая её внешность. Судя по всему, они не собирались сводить дело просто к банальному изнасилованию, а взять её на измор, так как когда Ирка начинала слишком громко кричать они приостанавливали своё проникновение, а потом вновь приступали к словесной и раздевательной осаде. Всё же они постепенно начинали терять терпение и от галантных комплиментов постепенно переходили к весьма сомнительным и даже откровеннн хамским и пошлым: "харош ламаться, а? Вах, такой дэвушка, и не замужем! Какие ляжки у тэбя! Просто прелесть, грех такие ляжки скрывать от мужских ласк. Слюшай, а ты часом не лесбиянка? Нэт? Ну тогда тэбэ должны панравится наши члэны! Гг-ы-ы-ы!!!" и т.д. и т.п. Вдруг один из них сказал "хочэш, мы дадим дэнэг? ного! Ты же сама говорила, что вам зарплату нэ платят. Да и разве это зарплата!? Мы дадим дэнег. Много!" При этих словах лицо Ирки дрогнула. Тень смятения пробежала по её лицу. Это было видно даже с моих 4-х метров, а уж им это было видно и подавно. Поняв, где у Ирки слабое место они и стали на него давить, вновь уговаривая её в том смысле что она им очень понравилась и за утехи с такой красавицей они отдадут очень много денег. При этом они не переставали всё больше раздевать её. И минут через десять раздалось еле слышное Иркино "согласна". Кавказцы радостно взвыли и потребовали назвать сумму. Она еле слышно сказала. Они засмеялись и сказали что дадут в 3 раза больше. Ирина робко и смущённо улыбнулась. Бедная Ирка! По её лицу было видно что ей крайне неприятно их общество, но неожиданная возможность смягчить финансовый кризис, пусть и таким крайне неприятным для неё способом заставили её выдавить из себя противное для неё "согласна".
Впрочем, выбора у неё не было: либо они её поимеют бесплатно, либо она согласится лечь под них и заработает денег отдавшись ненавистным для неё кавказцам. Отчего то вспомнились слова Ленки Андреевой: " Ну полежишь под ним, отсосёшь, ну или раком там постоишь или как им ещё в голову вбредёт... и потом на неделю есть деньги на еду..." Кавказцы меж тем начали раздеваться. Ирка робко посмотрела на них и попросила "а нельзя ли поочереди?" Они переглянулись и главный сказал "Харашо. Но это последняя уступка. Паняла?" Ирка кивнула. Двое оделись обратно. Уходя один из них сказал "Нэ скучай тут без нас. Мы скоро придём." "С Арифом нэ поскучаешь" - сказал другой, и заржав, они ущли. Ариф же разделся полностью и лёг на кровать. "Раздэвайся давай. Чего сидишь?" Ирка вздрогнула, встала с кровати и стала медленно раздеваться, стараясь не глядеть на напрягшийся член Арифа. Сперва она сняла и так уже расстёгнутую и вытащенную из-под юбки блузку. Затем настала очередь юбки. Ирка стала расстёгивать юбку, но от волнения пальцы её не слушались и она никак не могла расстегнуть молнии по бокам юбки. "Падайди" - приказал Ариф Ирке. Она робко подошла. Он легко расстегнул молнии и юбка с тихим шуршаниемсьехала вниз. Она нагнулась чтоб поднять её и неосторожно подставила попку прямо к руке Арифа. Тот не преминул воспользоваться случаем и с удовольствием смачно хлопнул её по заднице. Ирка взвизгнула и отскочила. Ариф довольно заржал. Ирка, еле сдерживая слёзы, повесила юбку на спинку стула. Затем в нерешительности остановилась. "Ну чего встала? Давай остальное снимай." Ирка всхлипнула, лицо её залилось краской стыда, она повернулась к Арифу боком, так чтоб он не мог видеть её оголяющихся прелестей, и сняла лифчик. Повесила его поверх юбки. Затем, закрыв глаза и глубоко вздохнув резким движением стянула трусики до колен, переступила, освобождая ноги от трусиков оставаясь при этом боком к Арифу.
"Павернись!" Ирка послушно повернулась лицом к нему, но при этом закрыла одной рукой груди а другой лобок. По всему было видно что ей крайне неприятно, стыдно и даже противно происходящее. Ариф же с довольной ухмылкой разглядывал Ирину, явно наслаждапясь её смущением. Наконец, он приказал ей подойти и похлопал рядом с собой по кровати. Ирка подошла и с видом человека идущего на казнь робко присела рядом, стараясь не смотреть на его член. Он это увидел, усмехнулся, взял её руку и ладонь руки прижал к своему члену. Ирка вздрогнула, ещё сильней покраснела, громко всхлипнула и по щекам потекли слёзы. Ариф буквально наслаждался её смущением, постоянно говоря ей всякие гадости и смущая Ирку всё больше и больше. Потом он обнял Ирину за талию и повалил на бок, при этом её ноги сами собой согнулись в коленях. Ариф пристроился сзади, ввёл член в её лоно и начал методичными мощными толчками трахать мою подругу Ирку и мою же коллегу - учительницу биологии Ирину Сергеевну Моисеенко... Каждый его толчок отражался на лице Ирки гримассой боли. Иногда казалось, что ещё немного и она зарыдает в голос. Громкие шлепки его тела об её ягодицы разносились по комнатке. Он кончил довольно быстро. Отвалился на кровать, полежал так некоторое время, довольно отдуваясь, а потом став снова готовым к процессу, полез к ней с ласками. Он целовал её в ушко, щёчки, шею. Ирка покорно сносила его лобзания. Затем он взял её за подбородок, силой повернул к себе, и поцеловал в губы взасос. Ирка не ответила взаимностью, но и не сопротивлялась. Он положил её на спину, залез на неё и оттрахал её в классической позе. Ирка так же покорно лежала под ним, широко разведя в стороны ноги, так что член его входил в неё по самые яица. Голова её была повёрнута в мою сторону и в её взгляде читалась полная покорность судьбе. Ариф же старался вовсю, заставляя её тело двигаться в такт его толчкам. Затем он снова кончил, и обмякнув повалился прямо на неё.
Она попыталась было спихнуть его с себя, но он цыкнул на неё и она покорно затихла, ожидая продолжения. Вскоре он встал, спросил где кухня и ушёл туда, гремя там чайником. Затем он вернулся, посмотрел на безвольно лежащую на кровати Ирку, почесал не бритый подбородок и велел ей встать на четвереньки. Ирка встала. Он ещё подумал и велел убрать руки и опираться на голову. Ирка сделала как он хотел и её задница отклячилась кверху. Он опять подумал и велел прогнуться в талии. Она прогнулась и от этого Иркина откляченная вверх задница стала ещё более аппетитной. Он пристроился сзади и снова начал её трахать. И тут с Ириной стали происходить изменения. Если первые толчки по прежнему сопровождались её болезненными гримассами на лице, то где то с 15 - 20 болезненные стоны прекратились. Пару минут она молчала а потом из её уст начли вырываться стоны. Сначала редкие и еле слышные, а затем всё более частые, громкие и не без ноток наслаждения. А потом и вовсе она стала сама помогать ему своими собственными движениями телом. Она буквально юлила тазом, стараясь насадиться поудачней на его член! Ариф заметил это и перестал двигаться. Ирка похоже не заметила этого и сама двигала телом взад вперёд, сама тем самым насаживаясь на член кавказца! Он с довольной ухмылкой смотрел на это. "Что, понравилось?" - поинтересоваплся он. Ирка не ответила, а только продолжала свои телодвижения. Вскоре её тело сотрясли конвульсии, она издала протяжный стон и повалилась в блаженстве на кровать. Член Арифа выскочил из её промежности. Он постоял несколько секунд над блаженствующей Иркой, а затем подошёл к её голове, взял за волосы и приподнял её голову. Иркин взгляд был полон огня страсти.
Такой я ещё её не видела. Член Арифа оказался недалеко от её рта. Ирка посмотрела на его член своими полными страсти глазами, её губы разомкнулись и в приоткрывшееся отверстие рта властно вошёл член Арифа, при этом Ариф выглядел слегка обалдевшим, видимо он не думал что Ирка чуть ли не сама откроет свой рот, чтоб доставить удовольствие ему своим язычком. Вскоре Ариф тоже задёргался в оргазмических конвульсиях и вцепившись рукой в её затылок с силой прижал её голову к себе. Он кончал. И был намерен кончить ей в рот. Ирка пыталась сопротивляться, но силы были неравны. Ей оставалось только хлопать ресницами и возмущённо мычать. Наконец он оставил её и она стала отплёвываться и откашливаться. Он наблюдал за ней молча. "Что, панравилось? Сама взяла, я нэ просил. Хочэшь ещё пососать?" - наконец сказал он когда она успокоилась. Она села рядом и он обнял её за талию. Она не отстранилась, но прежнего возмущения на её лице не было. Напротив, она стала говорить что такого удовольствия она ещё не получала, что так классно её ещё не трахали, что у него действительно потрясный член и далее в том же духе. Ирку несло. И несло основательно. Я знала что она умела вешать лапшу на уши. У неё это хорошо получалось. Как сейчас. Если бы я не знала об её отношении к ним я вполне бы поверила в её слова. Ирка говорила очень убедительно и говорила то, что этому азеру хотелось услышать о его сексуальных способностях. Азер, судя по его самодовольной улыбке, верил. Ирка распалилась и стала вещать совсем уж неприлично, что мол ей всегда нравились кавказские мужчины, что она даже завидует девчёнкам имевшим романы с ними, что им надо было оттрахать её ещё неделю назад в подьезде когда они впервые к ней пристали. Неизвестно до чего ещё она договорилась бы, но тут появились те двое. "А-а-а, вы поладили" - сказал один из вошедших, увидев сидящих в обнимку Ирку и Арифа. Ирка смущённо хихикнула.
Вошедшие велели ей встать, и стали рассматривать её со всех сторон. Она послушно и без смущения ждала когда же они её рассмотрят полностью. Один из вошедших - его звали Юсуф - велел ей встать раком, опираясь руками на спинку кровати. Ирка встала. Юсуф встал сзади. Ариф сказал ему: "Я в попку нэ трахал. Для тэбя берёг. Ты любишь такие . - и добавил, обращаясь к ней. - тэбэ понравится его толстячок" Ирка невольно обернулась, и увидев инструмент Юсуфа, побледнела. Член его не особо велик в длинну, но в диаметре был весьма внушителен. Тем не менее она не стала протестовать и покорно подставила ему свой анус. Он начал продвижение. Ирка болезненно скривила личико. Юсуф взял её за бёдра и с силой стал ппродвигать своего толстячка. Ирка взвыла. Он не обратил внимания не её болезненный крик и попытался продвинуть член вглубь, но тут она заорала так что ему пришлось вынуть член из ануса. "Трахай её в рот. Она сама берёт" - заметил наблюдавший за этим Ариф. Он залез на кровать, подставил член к её лицу и она начала обрабатывать его член своим ротиком. Надо сказать, даже в рот его толстячок с трудом помещался. Третий же тем временем пристроился сзади и тоже стал трахать её в зад. Ирка сперва болезненно сжалась, но видимо его член особой боли не приносил ей и она поуспокоилась. Трахавший её в зад вскоре кончил. Вместо него пристроился Ариф, тоже ставший трахать Ирину в попку.
Он кончил даже раньше Юсуфа, по прежнему мусолившему её ротик. Он не стал кончать ей в рот а спустил на её щёки и губы. Ирка покорно дожидалась когда он всё спустит. После этого он поводил по её лицу обмякшим членом. Третий снова оттрахал её в попку а к её рту сразу же пристроился Ариф. Через некоторое время Юсуф снова захотел трахнуть Ирку в зад. Но опять ничего не получилось. Она инстинктивно отстранялась от него и ему никак не удавалось вставить своего гиганта в её анус. Он злился, обзывал её тощезадой безмозглой училкой и пытался ввести член хотя бы наполовину. И тут Ирка предложила поменять позу. Она сказала что если она ляжет поперёк кровати, животом вниз а ноги на полу, то попка её будет прямо перед ним, а ей некуда будет деться, не то что сейчас. Хочешь не хочешь, а член его будет проникать в неё. Они довольно засмеялись. Юсуф сказал "А ты не такая уж глупая" и она приняла соответствующую позу. Более того, она стала раздвигать руками ягодицы, хотя он этого и не просил! "Ей уже нравытся" - сказал третий и они засмеялись. Юсуф навалился на Иркину задницу и начал с силой вставлять член в её задницу. Ирка как могла терпела, но всё же пару раз не сдержалась и болезненно простонала. Юсуфу удалось вогнать член в её зад почти полностью, но ни о каком трахании и речи не шло. Когда он попробовал двинуть обратно, её тело приподнялось вслед за его членом. Они полюбовались насаженной на член Юсуфа Иркой, и помогли ему вынуть член. Затем они все втроём оттрахали её. Юсуф в промежность, Ариф в попку, а третий в рот. Затем одевшись, расплатившись с ней, они ушли, договорившись о новой встрече...

...Я лежала на кровати и с обалдевшим видом пялилась в щель. Ирка трахается с хачиками! Не может этого быть! Не может. и всё тут! Но вновь перед глазами оказалось увиденное в течении последних почти 4-х часов. Вспомнилось, как Ирка с горящими глазами пересчитывала полученные от них купюры, как весело посмотрела на часы и задумчиво произнесла "четыре часа и три месяца..." а затем наспех одевшись, не стерев даже с живота, ляжек и ягодиц сперму, куда то убежала. Что, однако, деньги, точнее их отсутствие делает с людьми. Если бы тогда, на первом курсе, я ей сказала что она будет отдаваться ненавистным ей хачикам, да ещё получит оргазм, хм, она бы со мной дружить перестала... Однако. куда она ушла? И что значат её слова про "ещё неделю назад!?"...
...Вскоре она вернулась. "А-а-а, пришла..." - протянула она, пряча глаза. - давно пришла?" "Только что". - соврала я. А я вот... мне должок старый вернули... вот, решила шикануть" - соврала уже она. Я кивнула. Мы прошли на кухню, достали из сумки вкусно пахнущие припасы и с шиком поужинали не глядя друг другу в глаза...

...Спустя 2 дня я снова была на своём посту. Стыдно признаться, но мне снова хотелось увидеть это. Ирка думала что меня нет. Раздался звонок в дверь. Ирка спешно пошла открывать. "А вам что здесь надо!?" - послышался изумлённо-растерянный возглас Ирки. Что там ещё!? подумала я. Вдруг в свою комнатку пятясь задом вошла Ирка а за ней четверо учеников нашей школы. Все они были детьми азербайджанцев и учились в старших классах. Зачем им была учёба, непонятно. На уроках они валяли дурака да пялились на ляжки одноклассниц. Самым наглым из них был Малик Мирзоев. Он за год до этого пытался приставать к симпатичной практикантке с 3-го курса Педа и довёл её до слёз. К учительницам они вроде бы не пытались приставать, хотя я пару раз видела как он жадно смотрит вслед Светлане Алексеевне, чуть пониже её спины.
"Так ты и есть та самая училка!?" - радостно сказал Малик. "Да... То есть какая это та самая? Где Ариф?" "Ариф просил передать, что он сегодня не придёт. Дела. Вот разрешил нам поразвлечься. Сказал, что ты на всё согласна" Ирка была в полнейшем ступоре, впрочем как и я. Её затея таким вот образом подработать повернулась совсем уж непредсказуемым образом! Малик - ученик нашей школы - и Ариф оказались знакомы. Мало того, что ей пришлось ложиться под азеров, так теперь они ещё и её ученики! Они первыми опомнились от неожиданного поворота событий, обступили её и стали раздевать. Находящаяся в полной прострации Ирка и не пыталась сопротивляться. Они быстро стянули с неё всю одежду. Затем велели ей лечь. Она безропотно подошла к кровати и легла в той же позе как она предложила Юсуфу. Один из них подлетел к лежащей раком своей учительнице и попытался вставить член в Иркино лоно, но был оттащен за шкирку более мощным Маликом. Малик сам первым опробовал промежность своей учительницы биологии. Ему было далеко до его более старших сородичей Арифа и Юсуфа, но и его толчки были сильны. Второй залез на кровать и подставил член к её рту. Она покорно взяля его член в рот и стала сосать. Они радостно переглянулись, по их губам буквально потекли слюнки от превкушения предстоящей оргии. Они были не так мощны как те, но они были просто неутомимы. Иркины отверстия не оставались без работы ни на минуту. Вместо одного появлялся другой. Наконец Ирка взмолилась и попросила передышку. Те неохотно согласились. Малик посадил её к себе на колени. Они разговаривали и при этом Малик не оставлял её в покое, поглаживая её ляжки и груди. Малик спросил что там за стеной.
- А там Наташ... эээ... Наталья Николаевна живёт.
- Какая Наталья Николаевна!? Наша!?
-Да.
-Вот её бы я с удовольствием в зад оттрахал - подал голос второй - всю бы дырку порвал.
-Н-э-э. - сказал третий. - я бы её в рот. По самые гланды. Чтоб заглохла наконец. Достала со своей химией.
- мы бы её вдвоём лучшэ в рот. Чтоб ей мало нэ показалось. И спустили бы туда. Чтоб захлёбывалась и благодарила! - добавил четвёртый.
Ирка молча смущённо и растерянно слушала как оскорбляют её подругу и коллегу. Впрочем, что она могла сказать в этой ситуации? Я же еле сдержалась чтоб сдержать себя и не выскочить из засады. Ну я вам покажу на уроках анально-оральные отношения! Мало не покажется. Ту фли мои целовать будете!...
Отдохнув, они снова взялись за Ирку. Они с видимым удовольствием трахали свою учительницу, ставя её в, как им казалось, наиболее неприличные и унизительные позы. Они требовали от неё полного подчинения и неукосеительного исполнения их команд. Ирка всё делала по первому требованию своих неожиданных мучителей. Впрочем, мучителей ли? Мне начало казаться, что ей приятно подчиняться им, со смиренным унижением исполняя их прихоти. Особенно я укрепилась в этой мысли когда один из них обложил её трёхэтажным матом и приказал целовать его ботинки. Ирка не мешкая исполнила это. Вдосталь насладившись унижением Ирины, они ушли снова щедро расплатившись. А у этих то откуда деньги!? Дальше всё так же как в прошлый раз. Ирка убегает в магазин, приходит, видит меня. Я говорю что только пришла, она говорит что опять отдали должок и затем на кухне мы шикарно ужинаем не глядя друг другу в глаза.

...Ночью приснился сон. Будто сижу я после уроков в своём классе. Появляется Малик. Походит ко мне и я оказываюсь сидящей у него на коленях. Я как-будто парализована. Не могу ни пошевелить руками и ногами, не закричать. А он нагло лезет мне под юбку и блузку одновременно. Я чувствую, что его рука залезает мне под лифчик и начинает жадно мять мою грудь. Другая же рука залезает мне в щёлочку и чувствую как меня охватывает сильное блаженство. Вдруг я оказываюсь стоящей раком, опираясь на классную доску. Юбка моя задрана, трусики спущены к коленям и я чувствую что вот-вот его член войдёт в меня, причём в попку. И тут я просыпаюсь... Чувствую сильнейшее возбуждение. Пытаюсь избавиться от него, но ничего не получается. После уроков прихожу домой, ложусь на кровать и руки сами собой лезут под трусики. Я уж и забыла когда занималась мастурбацией. Возбуждение окончательно охватило меня. Чтобы ещё больше возбудиться я начинаю вспоминать всякие сексуальные истории, и тут к своему великому стыду я поняла, что наиболее сильное возбуждение меня охватывает когда я вспоминаю события связанные с домогательствами злосчастных хачиков. Вспомнилось как в коридоре общаги они чуть-чуть не изнасиловали Ирку. Как бежала она визжа на весь этаж, как трепыхались от бега её белые груди, выглядывавшие из-за почти стащенной с её блузки и вздёрнутого вверх лифчика. А вслед ей неслось пьяное улюлюкание торгашей. Вроде бы, после этого случая мы и съехали из общаги...
Мои пальчики нежно ласкают плоть промежности и я получаю новую порцию блаженства. Тут же вспоминается Наталья Станиславовна, преподавательница нашего факультета, которую послал декан в общагу для урегулирования конфликта после нашей слёзной просьбы избавить нас от навязчивого внимания кавказцев. Мы потом долго удивлялись этому решению нашего дундука-декана. Туда надо было ОМОН посылать, а не приятную во всех отношениях женщину 40 лет, выглядещую максимум на 32 - 34... Помню, как она пытается что то интеллигентно им обяснить, а они обступили её и откровенно её разглядывают. Им надоедает её слушать и они предлагают ей пройти к ним. "Пашли с нами, а? Вах, такая жэнщина! Пэрсик, а нэ жэнщина! Тэбэ панравится! Гг-ы-ы!!! Ты замужем? Муж небось очкарик какой-нибудь? Пэстики-тычинки, колбочки-пробирки. Гг-ы-ы!!! Он хоть знает с какой стороны к тэбе подходить? Ггы-ы!! А мы знаем. Пашли, дарагая, нэ пожалеешь" тут кто то из них хлопает её по ягодицам, она взвизгивает. Другой не давая ей опомнится вцепляется в отворот костюма, с силой дёргает, пуговицы отлетают, появляется чёрный лифчик и уже в следующую секунду чья то лапа хищно здирает лифчик вниз и пред жадными взглядами кавказцев предстают её великолепные груди. Она приходит в себя, отталкивает их и бежит с визгом по коридору как тогда Ирка. Но надо сказать груди у неё прыгали!... это надо было видеть! Определённо декан наш идиот, послать милейшую Наталью Станиславовну... я не успеваю докрутить в мозгу воспоминание, так как возбуждение меня охватывает с новой силой, и теперь в моём мозгу всплывают не столько воспоминания, сколько фантазии. Причём воображение разыгралось настолько, что из подсознания лезут самые дикие фантазии. Я представляю, что Наталье Станиславовне не удеётся убежать, что они её ловят и затаскивают к себе.
Валят её на кровать... Оооо!!! Блаженство! Я на мгновение теряю нить рассуждений от нахлынувшего блаженства, мои пальчики энергично теребят меня... Так, они валят её на кровать... нет, на пол! Да, лучше на пол! О-оо!!!Опять блаженство! Яшир(был у них там бугай такой) наваливается на неё и начинает её грубо трахать, не сдирая с неё одежды, а трусики просто сдвигая в сторону. Я представляю как её охватывает наслаждение, как она громко и страстно стонет, а её стройные ножки сцепляются в замок за его спиной. Потом мелькает фантазия что она стоит раком, упираясь руками в стену, а в задницу её трахает Юсуф со своим толстячком. Она страстно стонет, её массивные груди величественно колыхаются в такт его толчков... А она просит ещё, ещё, ещё... В комнату заглядывает Ольга Васильевна, тоже женщина с формами, преподававшая нам Основы экономики. Её тоже ставят раком и они на два голоса заполняют пространство комнаты своими блаженствующими стонами. Вспоминается вдруг одна из злосчастных кандидаток наук, которых нам приводила в пример Ленка Андреева. Я её видела пару раз. Высокая, чуть худощавая женщина с рыжими крашенными волосами и огромными очками. Кажется, Ирина Геннадьевна... Я представляю как она вылизывает анус одного из азеров, старательно запуская язычок вглубь его отверстия. Тут меня охватывает цунами блаженства и я проваливаюсь в яму оргазмического наслаждения успев напоследок представить стоящей на коленях Наталью Станиславовну с полнейшей покорностью целующей пыльные ботинки Яшира, а его сперма стекает ей на голову, а в её задницу вставлен по самые яица толстячок Юсуфа. Она просит его не останавливаться...

...Оргазм быстро проходит. И меня охватывает жгучий стыд...

Я люблю ездить в различные дома отдыха один. Нет, с друзьями конечно тоже неплохо, сразу своя компания, но иногда в одиночестве есть свой кайф. Как говорила одна девушка: "На утро одела темные очки, прошла мимо всех и плевать. Видишь их всего две недели, какая разница, что ты вытворял прошлой ночью".
Путевку по дешевке я купил в студенческом профкоме, на юг не досталось ну и фиг с ним, в средней полосе красавиц не меньше. Ехать на автобусе предстояло часа 4, билет я купил. собрал сумку и вот стою на тушинском автовокзале. Некоторое количество молодых людей собирающихся туда же я определил сразу и начал выискивать симпатичных девчонок. Девчонки были и это радовало, были и парочки, и свободные. Пока ехали в автобусе, они пили пивко и распевали Земфиру.. "Ну па-а-ачему ?? ла-ла-ла !!". Надо сказать эта Земфира, со своим самым первым на то время альбомом достала меня ужасно, этажом ниже они все время ее заводили, но сейчас с ней у меня только самые классные ассоциации.
Познакомился я с этой компанией сразу по приезду, и мы начали отмечать наш отдых. С основном мы жили на пятом этаже корпуса и, так как заехали мы первыми, он был самый лучший - только что отреставрированный, с прикольными арочками в комнате. Я поселился с в одном номере с парнем из их компании, а две девчонки жили прямо под нами. Спускаюсь я к ним в номер, а они душ принимают. Одну из них, постройнее и получше звали Наташей, она как раз вышла из ванной в розовом халатике, и под ним явно ничего не было. Я присел на ее кровать, она села рядышком, мы начали трепаться, что делать дальше вечером. Во время разговора халатик немного приоткрылся и мне стала видна небольшая красивая грудь и сосок. "Так-так ", думаю, "хорошее начало." Вечером веселились и пили пиво.
На следущий день в соседний номер заехали две девчонки, две Юльки, одна суперсекси с обалденной фигуркой, длинными волосами. крашеная блондинка, которые заводят сразу по дикому, другая с кукольным красивым личиком , но не такая высокая и стройненькая. С ними я начал флиртовать на утро на пляже, причем понравилась то мне сразу первая, а вначале я на нее не смотрел, как оказалось, правильно, а гулял со второй, между прочим она была замужем. Вечером мы с ней пошли на дискотеку, а после гуляли за ручку под звездами и болтали о всякой ерунде. Вернувшись в номер, не застав там Юли номер один, я начал демонстрировать свое умение массажа, о чем рассказал ей пораньше. Интересно, а почему большинство девушек не умеют делать массаж ? Мне пока что ни одна не попалась, которая бы умела делать. Всех учить приходилось.
Так вот Юлька легла на кровать, сняла джинсы и футболку и осталась в белых трусиках и лифчике. Легла на живот, и я начал делать ей расслабляющий массаж. Спина у нее была совсем крохотной, но очень приятная, просто шелковая кожа. Я расстегнул застежку лифчика, массажировал спину и попку, но дальше пока не заходил. "Все", говорю, "теперь ты мне !"
-Я не умею, отвечает.
- Ерунда !! Давай попробуй. Я снял сам футболку и лег на живот, а она села мне на попу или на ноги, и начала приятно похаживать пальчиками по спине, я деланно стонал от удовольствия. Потом я перевернулся на спину, обнял ее одной рукой, а она гладила мне живот. Я шептал комплименты, поглаживал ей спинку и уже заползал пальчиками под лифчик, трогал мягкий сосочек и грудь. "Ой, я сейчас сделаю что то не то", шептала она. "Вот и очень хорошо !", думал я. Мой член встал и потом практически не ложился. Слово за слово и мы договорились, что спим все вместе (втроем с другой Юлькой) сегодня здесь. А тут и Юлька2 вернулась, хотела уйти, но мы ее остановили и она осталась. Все приготовились ложиться спать. Я пошел в свой номер за презервативами, умылся, почистил зубы, а Юльки стали мыться у себя. Я вернулся, мы сдвинули кровати, все было готово. Вопрос к чему, я что то даже разволновался ибо с двумя девушками никогда не спал. Но тут вернулась из ванной вся чистенькая и благоухающая сексиЮлька и легла на край кровати. Она была в трусиках и синенькой рубашечке. Недолго думая я протянул руку под нее и начал поглаживать ей гладкую спинку, переходя на прохладную грудь, все мое волнение в миг испарилось, я кайфовал от ее тела. Юлька задышала глубже и явно начала возбуждаться, а я поглаживал ее великолепные груди.
Потом я резко перевернул ее лицом с себе и мы начали страстно целоваться, я совсем расстегнул ее рубашку и прижал ее к себе. Мой член давно стоял по стойке смирно и требовал сатисфакции. Тут вернулась из ванной другая Юля. "У-у-у-у", сказала она и легла на другую сторону кровати. Я немедленно просунул руку ей под рубашку и начала ласкать ее. Все действо приносило неслыханное удовольствие. "Ну, девчонки ! покажи мне что вы умеете", сказал я. Юльки немедленно развернулись и стянули с меня трусы, мой член с радостью выпрыгнул. Одна взяла его в свой сладкий ротик и начала осторожно сосать, другая массировала мне яички и корень члена, а другой рукой начала ласкать себя. Я в это время стянул черные прозрачные трусики с прекрасной попки Юльки-секси и подвинул ее так, чтобы моя голова оказалась между ее ножек. От ее киски исходил волнующий запах и манил к себя. Я осторожно пальчиком раздвинул губки и начал массировать клитор. Она сразу отозвалась низким стоном, намокла и начала еще активнее сосать мой член. "Еще-ее, сильнее и глубже", простонала она. Я засунул ей три пальца во влагалище и начал активно водить туда-сюда. Юлька начала сильно подмахивать и крутить попой. Другая Юлька, забыв про нас, забилась в угол кровати и уже двумя руками, постанывая и закрыв глаза, ласкала сама себя . Она засовывала пальчики себе во влагалище, ее писька сильно набухла и блестела в свете ночника.
Я уже вовсю лизал другую Юльку, а она выводила своим разбухшим клитором кренделя у меня на лице. Мне это лизание уже надоело,я повернул ее к себе. Она легла на спину и выжидающе смотрела. Я достал презерватив и натянул его на свой член. "Юлечка, ты просто обалденная, такого у меня еще не с кем не было", это была чистая правда, но лишь сейчас я понимаю как это банально звучало. Но вот наконец мой член оказался у нее внутри. Там было очень даже узенько и горячо, но девственницей она уже не была. Я начал "работать". Юлька по сумасшедшему стонала и чуть ли не плакала, эти крики разносились по всему этажу. Это заводило меня еще больше, но долгая прелюдия и сосание уменьшили чувствительность моего члена, я все еще не кончал. "Я хочу сзади", прошептал я ей. Юлька перевернулась, мне открылся прекрасный вид на ее талию и попу. Про анал я тогда как то совсем не думал, и мы продолжили обалденно трахаться. В этой позе Юлька начала просто рыдать, ее всю затрясло и она кончила, думаю, что уже во второй раз. А я все никак. Мы поменяли позу на "наездницу", Юлька понеслась на мне, а я мял ее прелестные груди. Это продолжалось еще несколько минут, после чего я повалил ее на спину, ускорил темп, Юлька взвыла, а я ,также простонав, испустил длинную струю спермы. Кааайф. Юлька уже вспотев от таких скачек, выползла из под меня и уткнулась в подушку.
За всем этим я совсем забыл про другую Юлю, она как оказалось, вдоволь насмотревшись на нас, кончила и лежала теперь лениво поглаживая пальчиком по своей киске. "Ну ты даешь", сказал она. Я думала, сейчас сюда все прибегут посмотреть. Мой член уже встал и я потянулся к ней. Подожди, сказала мне она и взяла член в руку. "Может в другой раз ? ты наверное уже устал ..". Она нежно подрачивала мне член. "Ложись", и взяла его в рот. Она высосала всю сперму, что осталась на нем и оторвавшись от него спросила : "У тебя есть еще презерватив ?". Он конечно был и она сама ловко натянула мне его. "Вот что значит замужняя женщина", подумал я. Потом Юлечка легла на спину и немного согнула ноги в коленках. "Давай, только я люблю когда очень осторожно". Дважды просить меня не надо было и я почувствовал как жарко и хлюпко было в ее возбужденной киске. Я встал на локти и начал медленные движения, Юля всхлипывала и сильно текла. "Ах, ах, ах", говорила она с каждым толчком и обнимала меня ногами, поднимая их все выше. Киска у нее была посвободнее, но такая горячая, что я долго не продержался и с большим кайфом кончил. "Ты такой нежный", прошептала мне она, "почему бы нам не встретиться пару раз в Москве, мой муж совсем не такой".

Время уже было около 5 утра, начинался рассвет. А мы только легли спать. Потом спать хотелось весь день.
После этого еще оставалось неделя в доме отдыха, и я еще несколько раз развлекался с Юльками. То я спал у них в номере, то Юлька-секси у меня в постели, мой сосед не возражал.
Я бы хотел описать еще несколько своих встреч с Юлькой и еще одну поездку в другой пансионат, все что я написал было на самом деле, я тут даже сокращал. Но для понимания хотел бы услышать мнение другой стороны, если интересно и у кого было подобное напишите мне, мейл я оставлю, и тогда возможно продолжение.

Да ребятки, вот так попал я! И все из-за какого-то нелепого чувства сострадания к ближнему. Ой, да ладно, расскажу все по порядку:
Институт, 3-й курс: эх и замечательные деньки начались, наконец-то закончился естественный отбор на выживаемость, всех кого надо и не надо уже отсеяли, так что следующие три года должны пройти без особых напрягов на учебном фронте. Группа у нас подобралась дружная, можно даже сказать очень! Да только немножко картину портила эта чокнутая, ну да за два года к ней уже все привыкли, просто не общались и все. И создал же Бог такое чудо: мелкая, не больше 160, с какой-то дурацкой стрижкой типа под горшок, ну а об ее стиле одеваться даже говорить не стоит. Короче странная какая-то, с ней толком ни кто и не общался. Да и кто ж на такую посмотрит?
И вот однажды, на ежемесячном сборище нашей группы (собирались так каждый месяц у кого-либо на хате, и кутили во всю: ой, чего только не было на наших собраниях!), я заметил нашу чокнутую. Сначала решил, что померещилось, ведь ее ни разу не приглашали на наши посиделки, но все же это была она: такое ни с кем не перепутаешь. Я спросил у хозяйки квартиры, по какому это случаю или великому празднику, но она ответила, что сама не знает, просто ребята попросили пригласить. Чувствовалось, что затевается какой-то концерт, и мне ни как не хотелось его пропустить. Эх, и дурак я, бежать надо было с той вечеринки, ну кто ж знал: Я со стороны наблюдал как к нашей дурочке подсели 3 парня и завели с ней умные беседы, не забывая одновременно подливать ей вина. Можно было сделать вывод, что ее хотят споить. Ну на этот процесс много времени и усилий не потребовалось и вскоре, под умелым руководством хозяйки, наше чудо было транспортировано в ванную, а потом в спальню. Да, шоу ни какого не вышло. Обычно девки в пьяном состоянии вытворяют всякие там вещи, а эта просто вырубилась, полный ноль. Я даже сначала не обратил внимания, когда через пол часика наша славная троица, уже достаточно подогретая водочкой, гуськом потянулась в спальню. Наверное, и я уже был в хорошем состоянии, если во мне проснулось дикою любопытство, чем обычно не страдаю, и оправился следом за ними. В спальне было темно, и только тихий шепот раздавался из угла возле кровати.
- Слышь, а если она проснется?
- Не проснется. Вернее когда проснется уже поздно будет
- А вдруг заорет?
- Да ладно тебе! Че ей орать? Еще даже спасибо скажет. Сколь можно в девках шастать?
Ба! Да ее трахнуть собрались (по группе ползали слухи, что она еще ни разу). Лично по мне, так трахать пьяную женщину хуже удовольствия нету. Обычно баб спаивают, когда по трезвой они не дают, а пьяная баба, как известно, своей п*** не хозяйка. Но и постели она ни на что уже не годна. Один раз сам попробовал, больше ни за что!
- А говорят, что она целка. Светка орать будет, если ей кровищем всю постель перепачкать.
- Сто процентов целка! Иначе на хрен бы мне это надо было? А со Светкой я обо всем договорился.
Троица зашуршала одеждами, совершенно не обращая на меня ни какого внимания. И тут я как в очень известном фильме спросил:
- А чё это вы тут делаете, а?
Ох, и потянул же меня черт за язык! Ну нет чтоб развернуться и уйти, или остаться для просмотра продолжения. А я, как последний осел, вмешался.
- А, Серега, и тут! Присоединяйся! Только учти, я первый. - За Валеркой прочно закрепилась слава Совратителя невинных, эх, сколько же девчонок он попортил, но что бы таким способом! Во мне все взбунтовалось, хотя, скорее всего, взбунтовалось немалое количество водки, ведь защитником добродетельности ни когда не был. А может сыграла роль моя личная "симпатия" к Валерику, ну да ладно, причину уже ни кто не сможет определить. Ну я и выразил свой громкий протест на их планы. Далее все было просто: разговор постепенно становился все более насыщенным, голос срывался на крик, и скорее всего именно это привело к пробуждению нашей "спящей красавицы". На эту картину стоило посмотреть: она приподнялась на кровати, пытаясь сфокусировать взгляд и хоть что-то понять из разговора 4-х стоящих парней, при чем 3-е из них полураздетые. Вникнув же в смысл нашей "беседы", она разрыдалась, да еще и во весь голос. Пацаны, заметив такой концерт, быстро удалились с "поля боя", а я остался с рыдающей пьяной бабой на руках.
В комнату влетела злющая Светка, и популярным языком объяснила, что ей в квартире такие вопли не нужны. А раз я такой сякой джентльмен (просто Черный Плащ, защитник всех бедных и несчастных), то именно мне и даруеться великая честь сопроводить бедняжку домой, причем немедленно! Дорогу домой можно не рассказывать. Она все время ревела и пару раз отправлялась в кусты показать природе, чем угощали гостеприимные люди. Потом заявила, что ей в таком виде домой нельзя, и мне пришлось пару часов под подъездом выслушивать ее бредни, дожидаясь завершения процесса трезвения. Короче, вечерок выдался на славу!
Дальше продолжалась обычная жизнь, если не считать Надьку. Да, наше чучело зовут Надеждой, и вот стой самой проклятой вечеринки я не перестаю надеяться, что она забудет о моем существовании. Ей, видите ли, в голову взбрело вообразить меня рыцарем на белом коне, который наконец-то появился в ее жизни. И так как дракона я уже победил, (драконом были наши горе насильники), то теперь она вся моя, и будет любить до скончания дней своих. Во, повезло!
В институте Надька стала садиться рядом со мной, на переменах от нее скрыться можно только в туалете. Но в добавок ко всему она взяла за правило приходить ко мне домой, то с предметами помочь (и на хрена мне эта помощь?), то книжку принести, то еще что-либо. Отсутствием изобретательности она не страдает. Вот и приходилось терпеть ее общество, выслушивать печальные рассказы о жизни, жалобы на жестокую судьбу. Взял бы да послал куда подальше, тем более все так советовали, но вы когда-либо пытались отвязаться от бездомной собаки? Такая же история и тут, намеки Надя не понимает, а в лицо ей сказать не могу, жалко. Все бы еще ни че, да вот она задумала со мной более тесно подружиться. Недавно пришла в каком-то странном наряде, (наверное у бабушки позаимствовала выходное платье), и с боевой раскраской индейского племени, на лице. Долго пытался сдерживать смех, но все же пришлось попросить умыться. Надька сразу в слезы, типа: что во мне не так и почему ни кто не находить меня привлекательной? Да, скажу я вам, выкрутиться было очень сложно, но все же объяснил, что она из тех женщин, которым макияж не нужен, он только портит естественную красоту. Из всех косметических средств стоит применять только тушь (надо будет подарить ей, и обязательно водостойкую, а то ревет слишком часто), ну и помаду можно, только не ярко красную! Из меня конечно наставник плохой, но в женской моде разбираюсь получше, достаточно на моих девушек посмотреть. А их у меня было не мало!
Ну, в общем, так продолжаться больше не могло, и я обратился к друзьям за помощью. Как сделать, чтоб Надька сама от меня отстала? После долгих обсуждений и четвертой бутылки водки к Диману пришла идея напугать Надьку. Сказать по правде Димка у нас мастер на выдумки, плюс ко всему помешан на детективах, так что план вышел покруче всякого кино. И после пятой бутылки водки я с ним согласился.
Ну вот, именно сегодня мы и привели план в исполнение. Доберусь до Димки: Ему же лучше будет, если в ближайшее время не найду, что б ему! Выдумщик хренов!
Надька сегодня пришла как обычно с книжками из универской библиотеки, что б расширять мои знания по учебе. Долго распространялась, что и кто написал, а потом спросила:
- Сереж, что с тобой сегодня? Ты какой-то весь дерганый.
- Надь, я не хочу что бы то больше ко мне приходила, и вообще нас вместе больше ни кто не должен видеть!
- Но почему? - Так щас она опять заревет, только не это! Дальше по сценарию я должен был нервно закурить, что и было проделано с великим мастерством. Эх! Надо было в театральный поступать!
- Нет, это не твоя вина: Все дело во мне! Я попал в не хорошую историю. Это долго рассказывать
- Рассказывай! У меня для тебя время всегда есть!
- Ну я должен много денег, а срок долга истек неделю назад. - Ну и выдал ей все, что Димка насочинял. В ответ слышал только "ахи, вздохи" и предложения обратиться в ментуру.
В назначенный час X зазвонил телефон, я не ответил. Это означало: жертва у меня, по-хорошему не получилось, переходим ко второй части плана.
- Надя, тебе надо срочно уходить!
- Ты почему не ответил на телефон?
- Я чувствую, это они! Они могут прийти сюда! Уходи! Я прошу тебя!
Во артист!
- Сереженька, давай уйдем вместе! Без тебя я ни куда!
В это время затрезвонил звонок. Все. Птичка в клетке. Ну что ж, у нее был шанс.
- Сереж, не открывай!
- Не могу! Они просто выломают дверь! Спрячься!
Впустив друзей, я продолжал разыгрывать спектакль. Да и они не плохо старались. Прикольно было смотреть, как они разыгрывают злостных хулиганов. Больше всех постарался Косой, выглядел как настоящий бандит, ну а матами крыл! Мне даже жалко стало Надькины уши, такого она еще точно не слышала. Ребята разошлись не на шутку. Да еще от них перло перегаром, наверное употребили для храбрости. Лишь бы не натворили ни чего!
- Так, ну если у тебя ни чего нет, то пока возьмем, то, что найдем!
- Ребята, не надо. Меня предки убьют! Я вам все верну, клянусь!
- Ой! Смотрите, что я тут нашел! - Это ухмыляющейся Димка втащил в комнату Надьку.
- Ба! Вот это краля! Везунчик Серега, и бабки ему и красотка!
Надька уже была в пред обморочном состоянии. Кажется, план работает!
- А ты мне нравишься - Косой подошел к ней, и начал лапать за грудь. Такого в плане не было, хотя с нее не убудет. - Раздевайся! - А вот этого уже точно не было! Косой начал перебарщивать!
- Оставьте ее в покое! Она тут ни при чем! - Но на меня ни кто не обращал внимания. Все смотрели на Надю, предлагали помощь, если она не пошевелиться. Я попытался вмешаться, но быстро был успокоен и привязан к ножке дивана. Ну друзья, ну гады, они еще и себя по развлекать решили!
Надюха медленно раздевалась под пристальными всей компании, было заметно как дрожат ее руки, а на глазах навернулись слезы. Я хотел что бы она быстрее заревела, такого зрелища ни кто бы не выдержал, и все вернулось в свое русло. Но кто поймет этих баб? То она по поводу и без повода начинала рыдать, а теперь стоит, как стойкий оловянный солдатик, и ни слезинки, хотя видно, что страшно! Кодда она осталась в одном нижнем белье, ребята восхищенно ахнули, да и я вместе с ними. Ни когда не предполагал, что такую красоту можно так удачно замаскировать кучей дерьмовых тряпок. Конечно, бельишко желало лучшего, но эти формы! При таком маленьком росте я ни когда не видел таких длинных ног, которые заканчивались аккуратной попочкой "на отлете", бедра плавно переходили в узкую талию (кажется, я бы смог обхватить ее ладонями), ну а грудь: Ей бы натурщицей быть! Господа художники передрались бы за такую натуру. Наконец Косой собрался с мыслями и удосужился посмотреть в мою сторону, главарь хренов! Видок у него был еще тот, на лице явно читалось: "дурак, что тебе еще надо?". А я что? Я ж не знал!
Но нашему гению, Димке, опять в голову пришла идейка:
- А пусть она нам миньетик забацает! Гляньте, какие сладкие губки.
- Оставьте девчонку в покое! Вам что, мало! - С их нахальством пора было завязывать, и я убийственным взглядом посмотрел на Косого. - Я же сказал, все верну. А девочка еще маленькая. Ни чего не умеет!
- Не умеет? Тогда я рисковать не буду. Пусть на тебе потренируется, ты, как я вижу, уже готов.
Ну готов, и что? А кто бы не был готов от такого зрелища? Судя по штанам других, тут все готовы. Но мы так не договаривались, а показывать бесплатное порно шоу я не намерен!
- Ну что стала? Иди, поработай ротиком, прояви себя хорошей ученицей! - Вмешался Косой.
Убить бы сволочь! А еще лучше самого в такую же ситуацию поставить: сидеть на полу, привязанным к дивану, в окружении толпы смеющихся дружков, когда девушка пытается расстегнуть ширинку, что бы отсосать мой, уже давно возбужденный член. Она, наверное, и член еще ни разу в жизни не видела, а тут такое!
- Надь, не надо этого делать
- Нет, Сереж, уж лучше я у тебя, чем у этих: Только вот как?
- Что как? - Возмутился Диман. - Как мороженное, как конфетку. Соси, короче! Долго мы тут ждать будем?
И началось! Вначале ее язык робко тронул головку, потом пробежал по всей длине члена, как бы пытаясь распробовать, что это такое. Рука сильно сдавила член у самого основания
- Бля, больно! Не дави так. И с зубами поаккуратней.
Народ ржал. Но Надюша быстро училась, и вскоре я не мог сдерживать довольных стонов. Да и Надька, как мне показалось, вошла во вкус, по квартире разносилось ее довольное урчание и характерное причмокивание.
- Ба! Да ему нравиться. Давай и мы попробуем!
- Нет! Времени нет, у нас стрелка, сваливаем. Наслаждайтесь, голубки, а мы еще завтра придем. - И Косой, забрав ребят, свалил.
- Все, Надь: Они ушли. - Смог только прохрипеть я. Но она, как будто ни чего не слышала, продолжала свое дело. - Надя: ну хватит! Ну остановись же ты!
Она подняла на меня глаза. Я еще ни когда не видел такого безумного взгляда, который блуждал по моему телу. Потом ее лицо приняло совершенно серьёзное выражение, словно Надежда приняла какое-то важное решение. Она быстро стянула с себя трусики и пыталась усесться на мой член.
- Надя! Что ты делаешь? - Я уже не помню, сколько раз это прокричал: Она, словно не слышала меня и продолжала делать своё дело. Отсутствие опыта, не помешало догадаться, что просто так у нее ни чего не выйдет. Но при помощи рук, мой член, все таки был направлен в нужное место.
- Дурочка, тебе же больно! - Это было все, что я успел сказать. А потом: потом для меня всё уже было кончено. Ощущение мягкой, теплой, и еще совсем узенькой дырочки, было ни с чем не сравнимо. Достаточно только одного проникновения, и меня прорвало.
- Ой! Мамочка! - Боль моментально вывела Надьку из транса. На осмотр содеянного ушло не более 3-х секунд, и еще 3 минуты на одевание. Напрасно я кричал, умоляя её остановиться, или хотя бы развязать меня, она выскочила за дверь, оставив меня одного.
И вот, теперь, сижу я на полу, привязанный к диванной ножке, да еще и со спущенными штанами. А в голове вертятся только две мыли. Кто первый прейдет домой: мамашка или папашка? Искренне надеюсь, что второе. И еще: меня что, ИЗНАСИЛОВАЛИ?

Член зудел целую пару. Я еле-еле досидел до конца, пялясь на необъятные буфера молодой преподши, которые заманчиво качались на трибуне над моей головой. Зачем я сел перед ней? Каждую секунду мне казалось, что член не выдержит, и я кончу прямо в штаны.
Прозвенел звонок, и я запахнув куртку быстро вышел из аудитории. Член требовал немедленного удовлетворения, а в противном случае не отвечал за свои действия. В коридорах было полно народу, и приветственно кивая идущим навстречу друзьям, я начал подниматься на пятый этаж, где находился люк, ведущий на чердак.
Там было темно, и найдя укромный уголок, я вытащил член и начал онанировать. От длительного воздержания, это было настолько приятно, что, закрыв глаза, я начал даже постанывать от удовольствия. Воображение рисовало немыслимые позы и ситуации, в которых мы с преподшей занимались сексом. Но все приятное быстро заканчивается, и член, выпустив фонтанчик спермы, обляпавший старые плакаты, обмяк.
Вытащив платочек, я обтер член, и, проверив не ляпнул ли на штаны, застегнулся. Сзади послышалось деликатное покашливание. Обернувшись, я обомлел, увидев нашу уборщицу бабу Катю.
- Застегнулся? Ну, пошли к декану. Не стыдно?
- Стыдно, я больше не буду - в голове вырисовывалась неприятная картина возможных в результате общения с деканомм событий - Отпустите меня, я точно больше не буду.
- Что же ты? Как заниматься непотребностями, так можешь, а как отвечать, так язык в ...
- Отпустите меня, а? Я заплачу.
- Отпустить... Хм... Деньги мне твои не нужны, а вот просьбу выполнишь, отпущу.
- Все что угодно - с души упал не камень, а просто целый шлакоблок
- Трахни меня, жеребчик, а то уже два года ни с кем - так можно и вовсе желание потерять
- Но баб Катя, что вы такое говорите - ее телеса вовсе не внушали желания.
- Не хочешь? А к декану? Даю минуту на раздумье - баба Катя, сжав свои груди руками, посмотрела на меня.
А, была не была, я расстегнул штаны и вытащил член. От испуга он был сморщенный и никак не хотел вставать. Баба Катя взяла его рукой и начала дрочить. На удивление быстро, он встал и она стала раком задрав халат. Приставив член ко входу, я подался вперед и ввел его до упора.
Баба Катя застонала, так, как судя по сухости была еще не готова.
- Полижи меня там сначала - она соскользнула с члена и стала широко раздвинув ноги.
Став на четвереньки, я с изумлением увидел, что ее киска подбрита и ухожена. Мой язик заскользил по ее губкам, иногда проникая внутрь, иногда лаская клитор. Она застонала, а меня настолько завела необычность ситуации, что я поднялся, и с удовольствием засунул член в добросовесно подготовленую дырочку. Было даже приятнее, чем во время двухминутного перепихона с одногрупницей после дискотеки. Я трахал бабу Катю мощными размереными движениями, член полностью входил в нее, упираясь в матку в горячой глубине ее жаркого влагалища.
- Еще, еще - баба Катя самозабвенно насаживалась на мой член, со стонами, которые сделали бы честь любой секс-бомбе.
Мы трахались минут пятнадцать, и почуствовав как мышцы ее влагалища сокращаются, я выбросил в нее тугую струю спермы. Так мы стояли пять минут, пока мой член расслабившись не выскользнул из ее влагалища. По ее ногам текли ручейки спермы, а киска напоминала похабно раскрывшийся цветок.
Я с благодарностью помог ей вытерется, и обняв, поцеловал.
- Вот видишь, а ты не хотел - баба Катя прижавшись ко мне, вытащила с кармана бумажку, и написала свой адрес - если хочешь, приходи ко мне сегодня, и вообще когда захочешь, я живу сама.
Подойдя к дверям, она вытащила ключ, и хотела их открыть. Но я обняв ее за талию запустил руку в трусы. Пальцы начали ласкать ее там...
Ее страстные стоны заменили слова, и я пристроившись сзади, вновь начал ее трахать. Ее киска, все еще мокрая, охватывала член как перчатка. Баба Катя похотливо постанывала, вскрикивая, когда я доходил до дна. Ее стоны не мешали слышать приятные хлюпающие звуки издаваемые влагалищем от вхождений моего члена, и я, чувствуя, что наконец то стал настоящим мужчиной, вновь кончил в СВОЮ женщину.
Одевшись, мы открыли дверь, и выглянув нет ли кого, осторожно выбрались на лесницу.
- Заходи ко мне домой - там все это можно проделать намного приятнее - Катя посмотрела мне в глаза, и улыбнулась.
- Зайду, зайду, мне с тобою так хорошо..... - я повернулся, и пошел, с полной уверенностью, что наши отношения продолжатся дальше...

Я не курю. Но зажигалка дома есть всегда - обычно для друзей, если у них заправка кончится, иногда для таких случаев, как сейчас. Отставив в сторону стакан и оценив понизившийся уровень жидкости в бутылке с мартини, я поднес её фото к пляшущему огоньку...

Я только что закончил вуз и искал себе работу. Но, чтоб откровенно не бить баклуши, устроился в свой бывший универ. Иногда вел лабники, иногда просто расковыривал комп на какой-нибудь кафедре. В общем, обычная работа инженера-программиста - минимальный напряг и такая же зарплата. Там-то я и увидел её.

У неё не было фигуры фотомодели, она не могла часами рассуждать о ядерной физике, но было что-то такое, что выделяло её из толпы. Не нужно быть суперпсихологом, чтобы понять - это была её улыбка и убийственные глаза. Про такие глаза очень точно говорят "с блядским огоньком". И многие парни это прекрасно понимали. Она почти никогда не была одна, но и никогда не была постоянно с кем-то одним. Звали её Алена. Ей было 19 лет.

Так уж получилось, что в свои 24 я по-настоящему любил только одну девчонку чуть ли не с первого курса, но, как говорится, не сложилось... Так что довольствовался краткосрочными романами и особо не переживал из-за этого. Но с Аленой получилось всё по-другому.

Начало было стандартное - одна-две улыбки, подарок на день рождения, кино-кафе и безотказный вопрос "Почему у тебя такие грустные сегодня глаза?". Спустя полчаса я знал о ней очень много - о том, что она не верит в любовь, что есть только или дружба, или секс, но они никогда не пересекутся; о том, что она пытается забыть одного человека и прочее...

Я взял её за руку, а другой слегка приподнял подбородок. В глазах её застыли слезинки.
- Не надо плакать, пойми, что ты не права. Любовь есть, потому что я люблю тебя.
- Зачем ты это сказал? Ты же знаешь, что я не скажу тебе таких слов... Я не умею любить.
- Потому что это правда. Моя маленькая львёнка...
- Меня никто не называл так, правда... Никогда ... - В следующее мгновение наши губы соединились.
Мы так и стояли - посредине улицы - и целовались, целовались, целовались...

Огонь плавно обтекал её ноги и поднимался выше, он уже начинал лизать её черные кружевные трусики...

Мы сидели в кинотеатре, на последнем ряду. Моя рука внаглую гуляла по её ногам, скрытым джинсами. Алена со своей стороны инициативы не проявляла, но и не противилась... В конце концов, моя рука забралась ей сперва под кофточку, а потом поднялась чуть повыше и начала ласкать правую грудь, стянутую лифчиком. То, что Алена, даже не попыталась оттолкнуть мою руку, меня не удивило... Я посмотрел на неё - её голова откинулась на спинку, глаза были закрыты - фильм её не интересовал, как и меня, между прочим. Я подхватил её за талию и плавно перенес из кресла к себе на колени. Расстегнул кофточку, потом лифчик. У Алены были маленькие грудки, но даже в сумраке кинотеатра было заметно, что сосочки уже достаточно напряжены.

Не знаю, что хотела Алена, но желания её тела я понимал прекрасно. Левая рука стала тихонько теребить левый сосок, а губы обхватили правый. Язык очертил "эпсилон-окрестность" (даёт о себе знать математическое образование), а потом я просто продемонстрировал ей всё, на что способен. "Когда ласкаешь ртом женскую грудь, не веди себя как голодный хомяк" - вспомнилась рекомендация какого-то харьковского сайта. Я себя так не вел... Постепенно я стал вбирать в свой рот не только сосок, но и часть груди... Алена закрывала рот левой рукой, чтобы не застонать, и шептала мне "Нас же могут увидеть"... На что я, временно перестав заниматься её телом, ответил - "Только попроси и я перестану". Её ответ выходил за рамки печатной лексики.

Я немного откинулся назад в кресле и насладился зрелищем - полуобнаженная девушка на коленях, освещенная сзади светом экрана... Шикарно, черт побери. Склонив голову набок и пощекотав оба соска, я сделал вслух вывод:
- Правый больше. Непорядок. - Ещё бы не был бы он больше после десятиминутной обработки.
В общем дальше почти то же самое я сделал и для левой груди. В ушах стояли её приглушенные стоны и фразы "Какой ты замечательный", "Я люблю тебя"... Спустя несколько мгновений Алена пододвинулась ко мне ближе - наши лобки соприкоснулись и потом в такт поему посасыванию она стала делать тазом недвусмысленные движения. Я уже прекрасно понимал, что она завелась и плевала на все нормы и принципы морали - так что без особых раздумий просунул руку в джинсы, минуя трусики, и немного обомлел. Судя по тому, что трусики были "хоть выжимай", Алена если не кончила, то была к этому чертовски близка. Всего лишь от ласок груди! Проведя по складочкам её губок снизу вверх, но не углубляясь внутрь (в конце концов, это было просто неудобно) я стал слегка касаться её клитора. Долго такого она вытерпеть не смогла и вскоре обмякла в моих руках...
Минуту мы сидели (точнее я сидел, а она скорее лежала) неподвижно. Потом я почувствовал, что Алена пытается манипулировать с моим ремнем. Её усилия были вознаграждены, и спустя несколько секунд она держала в своем кулачке мой готовый взорваться член. Было заметно, что она мучается - взять его в рот или оставить как есть... Может быть, у неё было мало опыта в оральном сексе, может быть ещё что-то, но я не стал склонять её к минету и просто взял её руку в свою и показал "простые движения". Алена достаточно быстро все усвоила, слезла с меня и, устроившись на корточках, показала "шоу швейной машинки".
- Ален, мне ещё домой идти. А если так пойдет дальше, на штанах пятна останутся.
- Не останутся, - уверила меня львёнка, сделав несколько резких движений и тут же окунув член в рот.

Она очень точно подгадала момент - ей не пришлось работать губами или языком, рука сделала своё дело и сперма ударила ей в небо...
Мда, хорошо, что сеанс был утренний. Народу в зале почти не было.

Она стояла по пояс в огне, упрямая, не сдающаяся... Комната уже провоняла запахом горящего фото, но пламя только-только добралось до её маленькой груди...

- Привет?! - Алена пыталась сделать удивленное лицо, как будто не знала, что я приеду к ней.
- Здравствуй, львенок... Хотя скорее не львенок, а леопардица - улыбнулся я смотря на её одеяние - халатик и ночнушка в леопардовом стиле.
Она тоже улыбнулась и, даже не дав снять мне куртку, прильнула ко мне...
Всё-таки я не стал уподобляться героям дешевых порнорассказов и не стал швырять наши вещи на пол, а разделся "прилично". Впрочем, на этом приличия закончились.
Я целовал её губы, шею, плечи. Развязал поясок халата и занялся плечиками.
- Пойдем ко мне - сказала она, пытаясь развязать узелок галстука.
Я положил её на кровать, снял халатик и ночнушку... На Алене остались только узкие черные трусики. На мгновение мне показалось, что передо мной лежит Ленка, но это видение прошло. Я понял, что люблю именно ту, которая сейчас рядом - близкая и желанная. Я поцеловал её пупок и углубился туда языком. Алена выгнула спину
- Львёшка, - прошептал я, стягивая с неё трусики.
Встав перед ней на колени, я положил её ногу себе на плечо и стал целовать её, поднимаясь всё выше и выше... Почти дойдя до логичной цели маршрута, я перенес свои ласки на её грудь. Алена посмотрела на меня вопросительным взглядом - "Что же ты?". Улыбнувшись, я продолжил ласкать её тело, не прикасаясь к киске. Алена не выдержала, и её рука поползла вниз и стала гладить набухшие половые губки.

Только тогда я коснулся губами и языком её между ног и поцеловал так, как будто целую в губы, вбирая в себя её трепещущую плоть...

Так Алена кончила первый раз. Я стоял перед ней, немного измазанный в её соках и практически одетый, когда она потянула за галстук...
- Ложись рядом.
Она раздевала меня сперва взглядом, а потом и руками. Потом легла рядом и обняла.
- Милый, мне так хорошо с тобой.
Мой член оказался напротив её влагалища и попытался пройти до конца путь познания этой девчонки, но неожиданно она отстранилась...
- Нет, не туда... Давай лучше так.
Перевернув меня на спину, Алена устроилась сбоку, собралась в комочек и поцеловала мой флагшток. Минет она делать не умела абсолютно, но меня подкупала её искренность, с которой она заглатывала мой орган. Непроизвольно я погладил её попку и аккуратно ввел во влагалище два пальца. Сперва она дернулась, но потом повернулась и обшашила меня. Теперь она облизывала и посасывала мой член а я снова получил доступ к её пещерке... Вскоре она кончила повторно и повернулась ко мне лицом, прервав достаточно приятное для меня занятия.
- Прости, я не умею... Но хочу доставить тебе удовольствие...
- Не бойся, просто возьми его в рот и постарайся не выпустить.
Я начал откровенно трахать её в рот. Она поперхнулась два раза и выпускала член изо рта, но тут же захватывала обратно. Потом она схватила мои ягодицы и стала помогать мне, подводя меня к финалу...
Через два часа, она поцеловала меня уже в дверях и сказала:
- Возьми... Я позвоню тебе ещё до нового года...
Она протянула мне фото, где она почти обнаженная стояла на фоне окна.
Алена не позвонила ни 31 декабря, ни 1 января, а только пятого. У неё был далекий голос:
- Пойми, я встретила человека, которого люблю и с которым у меня всё серьезно...
Больше она не сказала ничего, точнее не успела сказать...

Фотография догорела. Но ещё одно мгновение мне виделись в пепле глаза. Её блядские глаза. Ты переиграла меня, маленькая львёшка.

Хочешь свидание! Тысячи женщин ждут тебя! Эротические приключения! Только для взрослых!

Эта история началась еще тогда, когда Владик еще не знал, что такое оргазм, да и секс вообще. Но еще в возрасте 8-10 лет его интересовали его членик и попка. Ему нравилось играть со своей пипиской, когда родители оставляли его дома одного. Он ложился на кровать и трогал свой член, яички, попку. В эти годы член его был достаточно большой и часто "вставал" в трусиках спонтанно, что зачастую приносило Владику неудобства, особенно, если это происходило на уроках в школе. Информации о сексуальном развитии подростка в те времена не было, порнуха тоже было труднодоступной, поэтому приходилось познавать свое тело самому. Владик представлял себе, что такое секс - это когда ты засовываешь свой член в девочке в письку. Что должно происходить дальше, и что такое сперма, Владик еще не знал. Он устраивался поудобнее на кровати, гладил свой вставший член, брал ручку или карандаш с закругленным концом и вставлял его себе в попу. Ему давно нравилось засовывать в попу различные предметы - ручки, карандаши, трубочки, палочки, и ходить с ними в попе целый день. Это приносило ему непонятные, но приятные щекочущие изнутри попы ощущения. Потом он становился рачком, выпятив назад свою попку с карандашом в узкой дырочке и, просунув руку у себя между ног, трахал себя в попу карандашиком. Затем, не вынимая этот "инструмент" из дырочки, мальчик укладывал под себя две подушки, всовывал между ними свой возбужденный член, и трахал все это сооружение, представляя себе, что он трахается с настоящей девочкой.

И однажды, во время таких "упражнений", трахая таким образом подушки, со вставленным в попку карандашиком, Владик кончил. Это были непередаваемые ощущения. Все тело как будто свела непонятная , но приятная судорога, в глазах потемнело, Владик выгнулся как струна, и, обессиленный, упал на подушки. Немного придя в себя, он обнаружил, что из члена вытекла белесоватая жидкость со странным привкусом. Он испугался вначале, думая что это какая-то болезнь, но потом понял, что это и есть настоящая сперма, о которой он уже не раз читал в медицинских журналах.

После этого события Владик уже точно знал, чего ему нужно от своего члена. Он начал применять разные способы своего удовлетворения. Он скручивал в трубочки журналы, насаживая их на член, проделывал в мягких игрушках отверстия для своего члена, в общем, экспериментировал. И дрочил, дрочил, дрочил.

Но больше всего ему нравились ощущения, когда в его попке что-нибудь находиловь во время этих мастурбаций. Поэтому, как следует научившись дрочить себя, Владик переключился на свою попку, а точнее, на это маленькую тогда еще дырочку. Он стал все больше и больше уделять ей внимания. Он любил, став рачком на кровати, разводить руками половинки попы, выставлять напоказ свою дырочку. Смазав слюной пальчик он раздрачивал ее, засовывая в тугую дырочку сначала, один, потом два и три пальчика. Вскоре этого оказалось мало, и Владик начинал подыскивать подходящие для его попки предметы. Но это уже другая история....

Девушки, порно девушек, эротика и красивые девушки - фото голых девушек
На сайте собрана коллекция ссылок на порно галереи где в полной мере представлены голые девушки. Девушки являющиеся примерами содержания платных порно сайтов, если Вы хотите купить порно материалы с фото девушек с доставкой на дом - ищите в интернете магазин порно видео. Если хотите платной любви, то для Вас соотвественно на нашем секс сайте баннеры на сайты где размещаются девушки проститутки. Если Вам понравился наш порно сайт, то Добавьте его в Избранное, чтобы вернуться снова, а если Вы не нашли ничего интересного для себя, просто закройте и забудьте ... Но мы все-таки надеемся, что Вы нашли все это разнообразие порно и секс фотографий голых девушек не зря и Вам здесь понравилось.