Рассказами об удивительных поступках котов и кошек полнится и Интернет и специализированные печатные издания. Многие из них уже стали баянами, однако от этого не теряют своей прелести. Только вчера читала в журнале "Друг кошек" историю про абиссинскую кошку Асю, которая без колебаний приняла и вырастила чужого котенка как своего. Дело дошло до того, что котенок рассосал ее, и у нее появилось молоко, хотя она не рожала и своих детей у нее не было. А сегодня мне удалось перетащить фотографии со старого мобильного телефона на компьютер, хотя я уже и не надеялась, что они когда-нибудь увидят свет. Многое вспомнилось. Хочу рассказать вам другую историю, случившуюся с нашими собственными котами, но подобную достижению Аси.

Случилось так, что, будучи во Пскове, мы с мамой взяли на рынке котенка. Никто особенно не хотел его, не искал, не выспрашивал. Мы долго бегали по рынку, надеясь, что котенка к тому времени уже возьмут, - но от судьбы не уйдешь: хозяева малышки сами нашли нас, котенок, всю дорогу плакавший, успокоился и задремал у меня на груди. Мы подошли друг другу. Котенок остался у нас. Это была девочка самой невзрачной наружности, тощенькая, на кривеньких ножках, с маленькими слезливыми глазками, беспокойная, но с уже вырывавшимся наружу темпераментом, который она обязательно покажет, когда подрастет. Девочке был всего месяц от роду (для справки: это очень мало. Породистых котят не отдают на руки раньше трех месяцев. А то и позже), она только-только начала переходить в питании на взрослую пищу, лакать из блюдца и мыться еще не умела, в туалет после непривычной для нее пищи ходила с трудом, хотя лоток, стараниями своей матери, знала прекрасно. Ребенком она была смышленым, однако было понятно, что многое в ее воспитании, что она недополучила от матери и сестры, не наверстаешь уже ничем.



Кошечка была серой и полосатой, поэтому получила кличку Минерва, в честь профессора трансфигурации из Гарри Поттера Минервы МакГонагалл, которая, как известно, умела превращаться в серую, полосатую кошку со странными отметинами вокруг глаз. Однако очень быстро кличка трансформировалась в Минни.

В это время мы гостили у бабушки в деревне, которая находится в Псковском районе, и привезли приобретенного котенка туда, чтобы забрать с собой, когда будем возвращаться домой. Там уже жили два кота: Тишка и Барсик. Про Тишку много рассказывать не буду: это степенный черно-белый кот, родившийся и выросший в этом доме, у бабушкиной кошки Мурки, которую к тому времени задавила машина, и считавший себя полноправным хозяином и властелином в квартире. Второй кот был взят в дом уже взрослым, примерно в годовалом возрасте. Однажды вечером бабушка во время своей смены (она подрабатывает сторожем, ибо пенсии ни на что не хватает) увидела, как к обочине дороги подъехала машина и оттуда выкинули какой-то сверток. Она к свертку - в свертке кот. Крупный, необычайно красивый, с причудливыми разводами по бокам, благодаря которым он напоминал тросниковую дикую кошку, однако больной: к животу было не притронуться, он орал и вырывался - потому его, должно быть, и выкинули. Бабушка взяла его домой, выходила, вылечила и оставила себе, назвавала Барсиком. Кот оказался добрым, общительным, ласковым и совершенно неприхотливым - не в пример избалованному и капризному Тишке, - быстро привык к новому дому и его обиталелям, так что бабушка необычайно не могла нарадоваться и гордилась тем, что поступила именно так, как поступила.



Когда Миньку привезли в деревню, оба кота поначалу приняли ее враждебно, однако вскоре один из них в корне переменил свое отношение к ней. Нетрудно догадаться, что этим кем-то был именно Барсик. Он начал позволять ей есть рядом с собой, затем - перестал трогать порции, которые накладывались котенку, и гонял от них Тишку (Барсик был ощутимо крупнее и сильнее). Дальше - больше. Он начал играть с Минькой, вылизывать ее, следил за тем, чтобы она ходила в туалет вовремя и в правильное место (хотя в этом за Минькой как раз следить не надо было), стал ночевать вместе с ней, перестал уходить гулять, чтобы постоянно находиться рядом: уйдет минут на 15 справить делишки - и возвращается. Иными словами, взяд на себя роль заботливого папочки и выполнял ее с завидным рвением. В конце концом Барсик начал позволять ей себя сосать, хотя, конечно, молоко у него образоваться не могло в силу его пола.

Был у этой парочки любопытный обычай: каждый день после завтрака и игр они приходили отдыхать на мой кровать. В это время я их фотографировала - на мобильный телефон, поскольку другой фотографической техники в деревне просто-напросто не было. Покажу сейчас несколько фотографий. Хотя я пыталась вытянуть их в фотошопе, но качество все равно оставляет желать лучшего, чего не скажешь о моделях. Они все разные по размеру - фотографировались с разными расширениями, чтобы все поместилось в память телефона, которая была отнюдь не резиновая. А жаль, ибо Барсика уже никто никогда не сможет сфотографировать и поиграть с ним, почесать за ушком.



















Барсик родился под несчастливой звездой, поплатился за свое доверие и любовь к людям. Дело было так: рядом с огородом бабушки, в ранее пустовавшем доме, поселилась какая-то пьянчужка, которая начала оспаривать ее права на землю, на территории которой был расположен огород, дескать, рядом с моим домом - отдавай! Все это время она ходила туда воровать, причем делала это крайне варварски, не жалея ничего вокруг, и между ними с бабушкой произошел серьезный конфликт. Бабушка, разумеется, не уступала: она обрабатывала эту землю более 20 лет, во время развала СССР и приватизации получила документы, объявляющие огород ее собственностью. Да и просто вся семья кормилась с этой земли - покупать продукты в магазинах часто не хватало денег. Как ни странно, расплачиваться за все пришлось бедному коту: пьянчужка заманила его куда-то, ударила по голове (у Барсика был разбит висок и вся голова залита кровью, когда его нашли, уже мертвого), завернула в мешок и подбросила недалеко от огорода. Прекрасная месть - убить ни в чем не повинное, но любимое животное противницы, чтобы доказать свои права на чужой огород.

Барсик - один из тех зверей, которых я буду помнить всегда.