Знаешь, лежу на кровати и смотрю в потолок. Здесь высокие потолки, и воздуха много, хоть комнатка маленькая. А рядом перевернутая книга и телефон.
Надо убить время? Можно вбивать этот текст прямо в телефон, а потом отослать тебе.
Но я не хочу этого делать – боюсь проиграть.
И книга тоже не зря здесь – она хороший инструмент убийства, но я не могу.
Погода такая? Да, конечно, но ей не объяснишь всего. Я уже давно не рад. А те минуты, когда я смеюсь, причем главным образом искренне, не приносят хорошего настроения на следующее утро.
Впечатляться? Можно, только если тщательно настроить себя, но в последний раз мне и этого не удалось.
Помнишь, мы ходили в кино? Хотя не, тебя со мной не было. Я сидел в зале один вместе с двумя дестками других, странно, ведь зал был большой.
Я не мог сосредоточиться на фильме. В голове проскакивали посторонние мысли, а ведь надо было замолчать полностью. Да это еще пол беды, стали проскакивать кадры из Симпсонов, снов и жизни. Ужасно! Этот фильм надо было смотреть молча, отключив сопротивление погрузиться в красоту.
Обратный путь у меня совсем не получился. Звонки телефона, подстерегающие опасности окончательно раскачали мои мысли.
Странно, мне самому странно! Я чувствую искренне – и радуюсь, и смеюсь, и шучу – но это не разрушает мою печаль.
Я бы напился, но тогда я забудусь, а на утро проснусь в еще более плохом состоянии.
Я бы съел ЛСД, но не готов встретиться лицом к лицу со страхами, вселившимися в меня за последний месяц.
Я бы накурился гашиша, но после часа звериного смеха у меня бы не осталось ничего.
Поэтому я лежу и смотрю в потолок, а рядом – перевернутая книга и телефон.
Знаешь, ты нужна мне.