В ПРОГРАММЕ ЧЕЛОВЕКА ПРОИЗОШЛИ НЕКОТОРЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ

Чем грозят гражданину России ошибки в электронных базах данных
Мы впервые получали справки в ДЕЗе по новой системе — «в одноокно». Правда, пришлось все же пройти не одно, а четыре «окна», но по сравнению с тем, что было раньше, прогресс. Только вот в копии финансового лицевого счета, отпечатанной умным компьютером на качественном лазерном принтере, оказалось записано, что мы живем на третьем этаже. На самом деле мы живем на четвертом, и жена пошла выяснять — мало ли что…

Запись исправили, поставили печать «исправленному верить», но в компьютерную базу внести поправку сразу не смогли — это делает приходящий программист, который появляется раз в месяц. Объяснили: ошибка произошла оттого, что компьютеру доверили считать этажи автоматически. А в нашем подъезде на первом этаже одной квартиры не хватает, вместо нее служебное помещение. И компьютер сбился.

Анекдотическая на первый взгляд история случилась и со списками избирателей в Крыму. Не знаю, кто там додумался не просто записывать фамилии и названия улиц согласно правилам української мови, но и переводить их с русского. Представляете, что бы было, если бы немца Ротенберга в России звали Красногоркиным, в Англии — Редмаунтином, а в Испании — Рохомонте? В точности это и произошло с крымскими избирателями. А все потому, что денег на живого переводчика у крымских властей не хватило и они поручили это дело электронному. В результате улица Телегина превратилась в Бричкина, Клоков стал однофамильцем Шматкова, а некто Грач и вовсе перевоплотился в Игрока.

Это было бы очень смешно, если бы не один момент — ошибка неисправима в частном порядке. Нельзя прийти на избирательный участок с паспортом (действительным!) Клокова и потребовать, чтобы тебя включили в списки вместо Шматкова. Работники комиссии будут счастливы соблюсти Конституцию, но сделать ничего не смогут. Раз Клокова нет в компьютере, значит, его не существует в природе.

А вот уже совсем серьезная история. Представьте себе некоего гипотетического бомжа, который во всем пытается вести себя, как нормальный гражданин. Положим, устроиться на работу он еще как-то сможет. Но больше он не сможет почти ничего: он не вправе встать на учет в поликлинике, зарегистрировать предприятие, взять ссуду в банке, поступить в учебное заведение, приобрести недвижимость — только по той причине, что он нигде не прописан. Причем ни в одном законе вы не найдете соответствующего требования.

Правозащитник из Московской Хельсинкской группы Давид Горелишвили провел подобный эксперимент и выяснил на практике, что, даже если суд обяжет Регистрационную палату выдать бомжу свидетельство о регистрации ПБОЮЛ, номер ему присвоить физически невозможно, то есть свидетельство все равно останется недействительным — компьютер «не позволит».

В другом деле компьютер отказался выдать некоему гражданину ордер на занимаемую им квартиру, несмотря на положительное решение суда. Причина: жилплощадь занята. Кем? Самим этим человеком, но компьютеру это безразлично. Чиновники абсурдность ситуации понимают, но не могут ничего поделать, так как вручную выписать ордер теперь невозможно.

Самое интересное, что в любой, даже самой жесткой системе административного учета, но основанной на бумажной технологии, подобную ситуацию разрулить теоретически несложно. Это может сделать чиновник, наделенный соответствующими полномочиями, при демократическом режиме подобные функции берет на себя суд. А вот электронная система бесчеловечна в прямом смысле этого слова. Если, например, некое поле в формуляре неким программистом помечено звездочкой (то есть является обязательным для заполнения) хотя бы просто из тех соображений, чтобы люди не забывали туда что-нибудь написать, то никто обойти это не сможет, даже президент. Разве что переписать программу полностью. Правда, можно назвать тысячу причин, по которым никто этим заниматься не будет.

И чуть ли не главная причина такова: программа ничем и никем формально не регламентируется. Есть законы, есть подзаконные акты, есть ведомственные инструкции — все это можно оспорить в суде, а вот программу оспорить нельзя. Конец связи.

Шум, который в конце минувшего года некоторые политики подняли вокруг законопроекта «О персональных данных», по уровню аргументации немного напоминает знаменитые «картофельные бунты» при Николае I.

Успокойтесь, граждане: от того, что вместо номера паспорта вас посчитают номером в глобальной базе данных, не изменится ровным счетом ничего, разве что не надо будет заполнять это идиотское поле «кем выдан». А вот настоящую опасность мало кто обсуждает всерьез: теория вероятностей категорически отрицает саму возможность того, что в базе данных объемом полторы сотни миллионов записей не будет сделано ни одной ошибки и не допущено ни одного противоречия. А каждая такая ошибка — хорошо, если просто волокита, ну а если это чья-то сломанная судьба? Без бумажки ты хотя бы букашка, а вот без записи в базе данных ты просто никто. И звать тебя никак.


Юрий РЕВИЧ, специально для «Новой»

30.01.2006


LI 5.09.15