Авторы: [J]Morlynx[/J] и я.


После ужина мужчины снова уютно устроились в гостиной. Герберт был с ними, и по тому, как привычно юный фон Кролок расположился в большом кресле, забравшись в него с ногами, Герхард понял, что проводить здесь долгие вечера для мальчика скорее обыкновение, чем любопытство, связанное с появлением неожиданного гостя. Какое-то время юный вампир тихо прислушивался к негромкому разговору взрослых, переводя пытливый взгляд с отца на его друга и обратно. Порой задумчиво перелистывал страницы старинного и весьма увесистого тома. Молль пригляделся - "История княжества Влашского". Всё это время Герхарда не покидало ощущение, что его очень пристально и тщательно изучают, подмечая и анализируя, словно какой-нибудь особенный, очень хрупкий, но невероятно притягательный экспонат, трогать руками который пока боязно.
В дверь тихо поскреблись.
- Аы-ы-ы-ы… - сказал фон Кролоку возникший в дверях Куколь, деловито жестикулируя.
- О, прошу прощения, мой друг. - Николас поднялся. - Я оставлю вас ненадолго.
С этими словами Граф вышел.
Герберт ещё какое-то время смотрел на Молля, склонив голову набок и накручивая светлые кудряшки на палец. Потом всё же подошёл к Герхарду, улыбнулся:
- Почему от тебя пахнет пеплом?
Молль пожал плечами:
- А почему от тебя пахнет невинностью?
- А это чем? - озадачился Герберт.
- Не важно. Почему, например, от тебя пахнет тобой? - из-под полуопущенных век мужчины влажно блеснуло - то ли глаза, то ли металл.
Юный фон Кролок насупился.
- Папа всегда говорит, что невежливо отвечать вопросом на вопрос.
- Я не был невежлив. - Молль откинулся на спинку кресла, побарабанил тонкими, жёсткими пальцами по подлокотнику, потом продолжил. - Я дал тебе возможность дойти до ответа своим умом. Это всегда лучше, чем давать прямые ответы. Так почему же от меня пахнет пеплом?
Герберт немного подумал.
- Ты другой.
Герхард насмешливо фыркнул. Но, потом кивнул:
- Да, я другой. Не такой, как вы.
Герберт сделал к гостю ещё один шаг. Посмотрел снизу вверх, стараясь поймать его взгляд.
- А зачем ты носишь такие очки? Ты не любишь свет, да?
- Да. У меня от него болят глаза. - Герхард снял очки, позволяя ребёнку рассмотреть свои шрамы.
Герберт привстал на носки, положив руки на колени Молля, потянувшись рассмотреть поближе. В кажущихся огромными глазах ребёнка отражался одинокий огонёк свечи, что стояла на каминной полке за спиной Герхарда. Чуть помявшись, мальчик протянул к лицу мужчины руку:
- Можно? - неуверенно спросил он.
- Нет, - спокойно, но твёрдо ответил Молль. Не потому, что что-то мешало разрешить ребёнку прикоснуться к себе, но потому, что ему было интересно: как он отреагирует на отказ.
- Почему? - хлопнул глазами Герберт. Было заметно, что отказы он привык слышать не часто.
- Потому что я не люблю, когда меня трогают руками за лицо, - Герхард даже чуть подался назад, показывая, что мальчик не сможет дотянуться до него, даже если захочет.
Губы Герберта сложились в очаровательно-недоверчивую улыбку:
- Или ты боишься?
- Ты говоришь, как моя бывшая жена. Та же уловка. Знаешь, что с ней случилось? - Молль на миг наклонился ближе к мальчику и клацнул зубами:
- Я её убил!
Ребёнок отшатнулся, но рук с колен мужчины не убрал. Нахмурил светлые бровишки и уточнил:
- И съел?
- Именно так. Не всю, конечно, но сердце точно.
Герберт пожал плечами. Это уточнение явно не произвело на него никакого впечатления.
- У тебя клыков нет.
- Я разрезал её грудь острым ножом.
- А… - в голосе ребёнка прозвучало явное разочарование. Он немного помолчал, потом задумчиво погладил колено Молля. - А ты будешь со мной играть?
- Смотря во что. - уклончиво ответил Герхард, мельком отметив спокойную реакцию ребёнка на описание убийства. Впрочем, разве это странно .. для того, кто рождён хищником?
- В прятки! - выпалил мальчонка.
- Хммм… Ну, хорошо. Иди прячься. - Молль надел очки.
Герберт улыбнулся, самыми уголками губ, почти по-взрослому.
- А ты даже не подумаешь меня искать.
- Почему ты так считаешь? - ухмыльнулся в ответ мужчина.
- Папа всегда говорит так, когда я ему мешаю. Давай прятаться будешь ты?
Молль мельком подумал о том, что уловки всех взрослых мира, кажется, похожи до невозможности. Снова хмыкнул:
- Хорошо. До скольки ты умеешь считать?
- Не знаю.
- До пяти? До десяти? - Герхард, кажется, смирился со своей участью, и теперь прикидывал, как далеко от гостиной он сможет отойти.
- Сначала до тысячи, но… Я не знаю, как дальше, ведь потом очень долго все тысячи одинаковые…
- А сколько тебе лет? - вдруг уточнил Молль. Насколько он знал, в знатных семьях детей учили грамоте лет с шести или семи, а большинство простых детей постигало сложную науку чтения и чистописания только с десяти, когда их принимали в общие школы. Если Герберту действительно столько лет, на сколько он выглядит, то этот ребёнок обещает быть весьма и весьма перспективным.
- Пять с половиной, почти шесть. - гордо ответил Герберт. - А тебе?
- Не могу точно сказать, увы. Это как с тысячами.
- Это как с папой. - вздохнул мальчишка. - И я потом не буду помнить?
- Если проживешь настолько долго - да. Но, на самом деле, возраст кажется важным только первые две сотни лет.
Герберт подумал о том, что две сотни лет - это очень и очень много. А там… а там видно будет. И снова улыбнулся.
- Обычно я считаю до ста. Играем?
- Можно до пятидесяти. - Моль поднялся из кресла.
- Хорошо! - явно обрадовался Герберт и отвернулся к стене. - Раз, два, три, четыре…
Досчитав, мальчик огляделся. Молль исчез. Герберт бесшумно вышел из гостиной, растворяясь в сумраке коридора. Едва уловимый тепловой след тянулся по галерее, кружил по одной из лестниц и снова поднимался наверх. Юный фон Кролок тоже чуть покружил по тёмным коридорам, остановился было у тяжёлой портьеры - Герхард почему-то задержался возле неё - двинулся дальше, чувствуя, как в груди разгорается азарт охотника. Около дверей библиотеки он принюхался, а потом тихонько потянул на себя ручку двери.
Внутри было тихо и темно; впрочем, ни юному фон Кролоку, ни Моллю темнота помехой не была. Ничто не выдавало присутствия мужчины, но тончайшая линия его запаха уходила от двери вглубь лабиринта высоких шкафов.

Скрипнула дверь. Молль повернул голову и прислушался. Ни звука. На его плечо легла чья-то рука.
- Герхард?
Глаза и лицо фон Кролока-старшего не выражали особенного удивления, но фон вокруг Графа красноречиво говорил о том, что удивлён он, пожалуй, до крайности.
- Николас? - несколько мгновений Молль выглядел смущённым, потом справился с собой.
- На кого охотишься? - усмехнулся Граф.
- Ни на кого. Играю с твоим сыном. В прятки. - объяснил Герхард.
- Ты играешь… - похоже, что до Графа не сразу дошёл смысл сказанного. - Ты шутишь?
- Ничуть. - Молль, действительно, был серьёзен и снова спокоен. - Просто мне стало интересно, насколько он хорош.
В коридоре раздались крадущиеся шаги. Фон Кролок приложил палец к губам и сделал шаг в темноту. Герхарт почувствовал, как Граф встал за его плечом. В темноте маленький силуэт ребёнка выглядел призрачным. Герберт двигался вперёд осторожными шажками и глаза его были полуприкрыты. Молль же, обойдя стеллаж, также беззвучно зашёл мальчишке за спину - и ухватил его за бочок, проверяя, не боится ли тот щекотки. Герберт взвизнул, подпрыгнув, правда, скорее, не от страха, а от восторга, и залился счастливым смехом. А потом вцепился в ногу Молля, почти повиснув на ней.
- Нашел!!!
На лице Герхарда отразилась снисходительная улыбка:
- Молодец, быстро нашёл. Принюхивался?
- Нет. Смотрел другим зрением. - счастливый мальчонка всё ещё обнимал бёдра дракона, - Твой след ещё не остыл, а я шёл быстро.
- Молодец. - тоже похвалил сына Граф, невозмутимо созерцая эту умилительную сцену.
- Папа, а что такое моя невинность? - спросил Герберт.
- Это… - и фон Кролок поднял глаза на Молля. В них читался явный вопрос.
- Душевная чистота. Неискушённость. - ответил Герхард с непроницаемым лицом.
- Неис… что? - не понял мальчик.
- Неопытность. - пояснил сынишке Граф. - Ты же пока только узнаёшь этот мир. - он едва коснулся его волос и, как показалось дракону, подавил вздох. - А теперь беги, скажи Ангешке, что время пить молоко и ложиться спать.
- Мы ещё поиграем, Герхард? - с надеждой спросил мальчонка. - Завтра?
- Возможно, - уклончиво ответил Молль.
- Доброй ночи, папа. - Герберт подошёл к отцу и потянулся, чтобы поцеловать его. Граф смирённо принял эту, явно привычную, ласку. - Доброй ночи, Герхард.
- Доброй ночи. - Молль расправил брюки, помятые объятиями мальчика.
- А теперь объясни мне, Герхард, - чуть насмешливо проговорил Граф, однако, глаза его были холодны. - Не считаешь ли ты, что обсуждать нюансы невинности с Гербертом ещё рановато?
- Я говорил о его запахе. Что он пахнет невинностью. - невозмутимо пожал плечами Молль. Стёкла его очков насмешливо блеснули: - А ты о чём подумал?
- Мой долг, как отца - думать обо всём, имей ввиду. - проворчал Граф.
Дракон по-кошачьи фыркнул:
- Я уверен, когда придёт время, твой мальчик и без меня справится.
- Так и будет, ехидное создание. Выпьем?
- Конечно.