Моя душа – всего лишь тонкий шелк,
Раскрашенный в цвет утренний, туманный…
Он легок, будто воздуха поток…
И нежен… в необъятности пространной.

Возьмите кисть, я разрешаю вам…
Хотя, могу ли запретить на самом деле?
Нет, не могу… Рисуйте! Каждый сам
Пусть цвет берет и выбирает цели…

А может целей нет? А только цвет?
Быть может вы желаете процесса?
Не знаю… только может надоесть
Абстракция. Пятно или принцесса?
А может солнце, небо иль луна?
А может ветер иль земля сырая?
А может просто три мазка, игра…
Игра цветов. Но я не выбираю…

Могу просить лишь только об одном.
Рисуйте осторожней… в самом деле…
Вам все равно. Не всем. Но все ж… Потом
Мне с этим жить. Секунды и недели…

Я будто бы смотрю со стороны…
Как вы подходите к изысканному шелку.
Как кисть берете. Это будто сны…
И каждый сон подчас сбивает с толку…

И страшно мне. Что выйдет из мазка?
Что кисть оставит, с полотном играя?
Что вы хотите? Я хочу сама…
Взяв кисть, играть… оттенки выбирая.

И жизнь рисует что-то. На шелка
Пол-литра краски разом выливая…
Хоть не всегда. Но даже иногда
Мне это многовато, я считаю…

А шелк палитрой стал за много лет,
Эскизами для сотен из картинок.
Мне нравятся не все. Но красок нет,
Чтобы исправить там вон тот оттенок.
Чтобы закрасить темным силуэт,
Чтобы добавить бликов на окошке,
И вроде краски есть… а вроде нет
Тех самых, что нужны для банта кошке…

Я их могу создать, найти, смешать.
Всегда ли? Это далеко не просто…
Оттенков слишком много… и попасть
В один лишь только нужный – нет… непросто.

А вы подчас глумитесь надо мной.
Рисуя четко красками без цели…
Но въедливые капли краски той
Я, может, даже вывести сумею…

Хотя…

Останутся следы, и навсегда –
Тяжелой памяти тоскливая тревога.
И въедливей тем капли иногда…
Чем вы дороже мне… и чем длинней дорога…

Длиннее полотно из многих лет.
И с каждою секундой на прощанье
Все оставляют на шелках свой след.
Быть может и не ведая сознанием.

Но знаете… есть кисть и у меня.
И точно так же выбираю краски.
Рисую на шелках на ваших Я.
И вы на это смотрите с опаской.