Ночной дозор

В прошедшую субботу мы с собачатами ездили в приют, но не как обычно, а на ночную вахту.
Я согласился помочь ребятам - подежурить у них в ночное время и утром воскресенья, поскольку им надо было отъехать каждому по своим делам. В сильный мороз ниже 20 градусов, когда везде включены обогреватели, оставлять без присмотра такое хозяйство беспокойно.

Я прекрасно понимал, что полностью заменить их мне не под силу - знакомые собачата воспринимают меня как источник вкусняшек и почесушек за ушком. Остальные - просто как чужака. В сложном хозяйстве приюта я не разбираюсь, но ребята и не ставили передо мной задач кормления и выгула, надо было просто быть рядом, если - не дай бог! - что-то произойдёт.

Но судьбе было интересно добавить экстрима - утром в субботу я как-то не так повернулся, ворочаясь перед подъёмом, и ощутил сковывающую боль в грудине. Боль была не острая, но неприятная, дышать стало больно, лежать неудобно, но ходить я мог, так что пошёл завтракать и готовить своим собачатам еду на вечер и утро. Боль усилилась, я полез в интернет изучать причины. Вроде бы, это было что-то похожее на межрёберную невралгию.

Отменять вахту пока не стал. Выпил таблетку Найза и вызвал «скорую» - кавычки уместны, поскольку она появилась только через два с лишним часа (участкового врача можно вообще не дождаться).

«Фельдшер жить дозволил» и подтвердил схожесть с невралгией, так что я, оживший от действия Найза, поехал за вкусняшками для приютских собачат. Слава аккумулятору! - моя Тучка завелась, я купил побольше сухого лёгкого в «Сытом Шарике» и успел вернуться до темноты. Потом опять взбодрил себя Найзом и стал собираться в путь - собачата ещё не догадывались, какая им предстоит ночка.

История ночной вахты тут - кому это интересно

Утром рассвело и я выпустил Рыжулину группу - там все были рады и вопросов, как Мэйбл, не задавали. Загнать их обратно было «задачкой со звёздочкой», но я справился, хоть и не с первого раза. Первая группа тоже погуляла, Мэйбл продолжала устраняться от моих ласк, пока мы не дождались возвращения Сергея. Тут уж её радости не было предела!

Сергей сразу принялся за дела - выпускал по очереди группы собак на выгул, кормил и прочее. Он удивился, что старые собаки вытерпели почти суточное заточение и не надедали «дел» у себя в вольерах. Мы забились в свою спальню, чтобы ему не мешать - там могли бегать крупные собаки, которые не знали меня и моих собачек, а у Буча ведь нет никаких ограничений по размеру для облаивания.

Уехали домой позже намеченного, по пути уткнулись в стоячую пробку, но мне удалось свернуть к знакомому мясному магазину, купить там парную говяжью печёнку для моих собачат и потом поехать долгим путём в объезд со своими локальными затруднениями. Хорошо, что вернулись ещё засветло и смогли припарковать Тучку вблизи от подъезда. Дома мы сразу завалились отдыхать «без задних лап», уровень стресса у Буча и Лиса тройной, я тоже устал изрядно.

Короче, работа в приюте с полсотней собак это дико адский труд, и мне очевидно, что к нему я не годен. Нет уже ни сил, ни того умения рукодельничать, что было у меня в молодости. Воздаю ребятам по заслугам - я давно их считаю людьми героическими. Содержать в порядке столько разных по размерам и характерам собак с трудной судьбой, проблемами и увечьями!

Боюсь, что заменить их будет некем, если они захотят уйти (а они уже об этом задумываются серьёзно!) и я оказываюсь непригоден. Мысли меня посещают тяжёлые, я пока стараюсь их отгонять.

Что до моей болячки, то она проходит медленно. Боль блуждает и отпускает с неохотой. Продолжаю её гасить и лечить таблетками.

Salmon poisoning disease (SPD) is caused by a rickettsial organism, Neorickettsia helminthoeca, that is carried by the trematode Nanophyetus salmincola, which encysts in freshwater fish, most commonly salmonids. We reported two dogs from the United States West Coast that had similar clinical signs, hematologic and biochemistry findings. They were both diagnosed with salmon poisoning disease. Lymph node cytology showed morula formation, suggestive of N. helminthoeca organisms in macrophages, while the parasitological fecal test found ova of N. salmincola. The dogs were treated early and showed complete remission of clinical signs within a few days. Lymph node cytology and fecal parasitology are quick and low-cost tests that can be performed whenever SPD is suspected. SPD should be considered as a differential diagnosis for a canine patient with clinical signs of vomiting, diarrhea, lethargy, and lymphadenomegaly; laboratory findings of thrombocytopenia and hypoalbuminemia; and potential exposure to raw fish from the West Coast of the US or Southern Brazil. The earlier the diagnosis and treatment, the greater the chance of survival.