Он то расстегивал ширинку,то застегивал ее. Толстые, непослушные пальцы жили своей отдельной жизнью. И при этом он все пел, и требовал, и грозил. На самом деле вся ария барона Скарпия во втором акте «Тоски» сводится к одному звериному рыку: «Дай!» без полутонов. Флория Тоска тоже не вчера родилась. Знает, что почем, и что от нее требуется. И даже как-то не очень поначалу сопротивляется. Пометалась, заламывая руки. Продемонстрировала свой роскошный загар и тяжелое золотое колье на шее, малиновую помаду на губах. И это ее изумрудное атласное платье haute couture c треном, которое красиво волочилось по полу. Нарядилась как на бал, а выходит, что ее сейчас поимеют как вокзальную шлюху. Читать далее