Во время своих странствий по Индии (период Паривраджака) Вивекананда много времени проводил с аскетами секты Удаси, аскетического ордена, основанного Шри Чандом, старшим сыном Гуру Нанака. Они не являются ортодоксальными сикхами-кхалса, но почитают «Гуру Грантх Сахиб» и следуют учению Нанака, сочетая его с аскезой веданты. Именно от них Вивекананда, вероятно, получил глубокое знание «Джапджи Сахиб» (священного гимна Гуру Нанака) и других текстов. Можно сказать, что он получил шикшу (наставления) и неформальное духовное посвящение в мудрость Гуру.

 

Вивекананда считал десятого Гуру сикхов, Гобинд Сингха, величайшим героем в истории Индии. Для него Гуру Гобинд Сингх был воплощением идеала, который он сам проповедовал: сочетание глубочайшей духовности (Сакши) и невероятной силы духа (Шакти).

 

Вивекананда часто со слезами на глазах повторял знаменитые строки Гуру Гобинд Сингха:

САВА ЛАКХ СЕ ЭК ЛАДАУН, ТАБХЕ ГОБИНД СИНГХ НАМ КАХАУН (Когда один сразится с сотней тысяч и победит — тогда я назовусь Гобинд Сингхом).

 

Вивекананда часто приводил в пример то, как Гуру пожертвовал всеми своими сыновьями ради защиты Дхармы, и при этом его сердце оставалось спокойным, утвержденным в Боге.

 

Когда Вивекананда вернулся из Америки, он произнес в Лахоре (тогдашней столице Пенджаба) одну из своих самых пламенных речей, полностью посвященную сикхизму (1897). Он назвал Гуру Нанака «кротким и нежным Мессией», проповедовавшим любовь. Гуру Гобинда Сингха он назвал «Львом Пенджаба» и призвал индийцев следовать его примеру мужества.

 

В узком кругу своих учеников в Белурматхе Вивекананда часто пел сикхские бхаджаны. Один из его любимых гимнов, который он часто напевал в состоянии экстаза, начинался словами: НА КИЧУ ХАМАРЕ... («Ничего моего нет здесь, о Господь, всё Твое»).

 

Он часто повторял мантру ВАХЕГУРУ и говорил о ней с величайшим почтением.

 

Существует малоизвестный факт: когда Вивекананда создавал свой монашеский орден, он вдохновлялся структурой сикхского братства. Концепция Гуру Гобинда Сингха о «Пандж Пьяре» (Пяти Любимых), которые были готовы отдать головы за Гуру, сильно повлияла на Вивекананду. Он хотел создать группу таких же самоотверженных монахов, готовых умереть ради служения человечеству.

 

Вивекананда видел в учении Гуру не отдельную религию, а героическое и социальное воплощение Веданты — религию, которая не убегает от мира, а сражается за правду со стальным мечом и мечом знания.