он - очень рядом, он, как я, рассуждает
говорю - и знаю ответ, и он так же
знаю, что у него внутри - и это меня пугает
страшно услышать самую малость даже

этот червяк в голове поселился надолго
роет ходы, откладывает дурацкие мысли
обязательно переболеть - иначе без толку
иначе с кем-то другим не смогу близко

так и сидим, и время проходит мимо
миллионы, тысяч лет провожаю взглядом
зажмуриваюсь - он рядом неотвратимо
только бы не уходил, только бы рядом...

Кидаю в шейкер, не разбирая,
Немного ада, немного рая,
Немного секса, немного дружбы,
И сам не знаю, зачем мне нужно

За гранью фола, на грани "мыла",
Чуть-чуть рискованно, очень мило
Цедить по капле слова из сердца...
Поверишь вряд ли - а мне б согреться,

А мне б проснуться - туда, обратно,
А мне б себя - из себя - по капле!
А мне бы в небо! Да кто ж отпустит...
И снова нету причин для грусти.

Я клоун,
Склонившийся в полупоклоне,
Я слеплен неопытной детской ладонью,
Стою и смотрю, как стремительно тонут
Крупинки песка в набегающих волнах,
Как чайка, спикировав с низкого неба,
Рисует узор над морским мелководьем,
Как барышня жертвует морю монетки,
Надеясь вернуться...

...Надеясь проснуться однажды от ветра,
Что выдохом мятным целует колени,
Шепча, что минувшее - горестный сон,
Что есть только море, и это мгновенье,
И пустоши вереска там, за песками,
И клоун, что робко разводит руками,
Прервав церемонный свой полупоклон.

Нарисуй меня школьным мелом
На асфальте пунктиром с точкой,
Непроявленным, черно-белым
Силуэтом, изгибом, строчкой...

Меня примет тепло дороги
Неподвижной, неровной, серой,
Сдует ветром мечты-тревоги,
Оставляя дождям лишь веру...

А потом по пунктирам с точкой
Ты пройдешь, незаметив, мимо,
Я останусь забытой строчкой,
Так когда-то тобой любимой...

Я, в общем, большая девочка, и жить без него могу,
и он понимает это - он тоже давно живёт.
Вот только мы друг без друга, как раненый – на бегу,
он даже ещё не знает, что насмерть его – в живот.

Он может всё это бросить и дальше жить так, как жил,
и я понимаю это - я тоже умею так.
Вот только мы друг без друга живём на пределе жил,
где сил лишь на то хватает, чтоб следущий сделать шаг.

Мы оба самодостаточны, как многие к тридцати:
себе на уме во многом, и омуты – не про нас.
Но это совсем не важно, ведь нам удалось найти
единственную возможность использовать этот шанс.

За столько ночей без сна, за столько тревожных дней,
Знаю ли я тебя теперь, да, да, бесконечно - нет,
Тенью, мелькнувшей тихо в темном моем окне –
Чуждый, давно знакомый, кто ты мне, кто ты мне.

Век, короче чем час, пара мгновений многих веков длинней,
На высоте, где нельзя дышать, на неизмеряемой глубине,
Можно плакать горше, смеяться легче, можно любить сильней?
Не отвечай мне, кто тебе я, кто ты мне, кто ты мне.

В маленьких городах, в столицах, затерявшись в чужой стране,
Ночи кажутся холоднее, звезды дальше, а небо еще черней,
Некого спросить мне, правда, вправду?- со стороны видней
Что это, и о чем, кто ты мне, кто ты сегодня мне.

Знаешь, как это просто – быть одной, никогда не бывать одной,
Верить, не верить, знать, как не должно быть, а как должно,
Честность и честь не станут спорить с недоказуемою виной,
Ты знаешь об этом больше, отчего, отчего ты еще со мной.

Тысячам громких слов проверяться хрупкою тишиной,
Зимнею вьюгой за окнами, так и не наступающею весной,
Но на мостах, в переулках, на обрыве самых высоких нот
Будь со мной, будь со мной, кем ты будешь мне – все равно.

Господи, Господи, дай мне сил -
Научи, меня, Господи, быть собой...
Господи! Кто бы меня научил -
Как великий дар принимать эту боль...

Господи, Господи, дай мне сил -
Научи не спешить, любить и прощать.
Господи! Кто бы меня вразумил -
В жизни дурного - не замечать...

Господи, кто бы услышал мольбу -
Камень огромный убрать с души,
Я задыхаюсь, я не живу -
Смилуйся, Господи, научи!

Господи, здесь немного страшно и очень грустно:
Тридцать три окна, ворох ломких книг, ни одной двери.
В ста углах - драгоценный хлам, в ста - темно и пусто,
А ещё в одном - желтоглазой зверюгой - шестое чувство.

Вот так, если вкратце, я, Господи, выгляжу изнутри...

Я знаю, что время не лечит -
Овидий порукой,
Я знаю, что платят за встречи
Калёной разлукой,
Клеймом несмываемым платят –
Сердечным ожогом,
Я знаю – за каждым объятьем
Клубится дорога.
Я знаю, как в стёкла - губами,
Как лбом – в крестовину,
Я знаю ещё, что мы сами
В разлуках повинны.
Но, друг, не ищи виноватых,
А лучше утешь их –
Как много на свете распятых,
Как мало воскресших...

Билась бабочка в оконное стекло,
Бархатные крылышки ломая,
Кто-то скажет: "Ну, не повезло.
Все не могут наслаждаться маем".
А она не верила и вновь
Билась слабым тельцем о преграду,
И на крыльях проступала кровь -
Плата за возможную награду.
В испытанье - каждому свой срок,
И упала бабочка разбитой,
И никто ей подсказать не мог
То, что рядом форточка открыта.

Кумира твори немедленно – вот моя первая заповедь, иначе с кем целоваться ты будешь бульваром утренним, кумира вне снов и времени – Мастера, как у Булгакова, с которым нет, не остаться, но можно вернуться мудрою.
Еще в горьковатой юности – вот мое первое правило, твой выбор – лучший из лучших, смелее, ты тоже с крыльями, к вершинам любовь тебе нести, знаю, хоть больно, но справишься, твори кумира, не слушайся, не верь устаревшим библиям
Кумира твори, будь счастлива – вот для победы знамение, иначе с кем же ты за руку пройдешь по ночному городу, и кто тебе скажет ласково правильное решение, не зря стихи пишешь заново, прекрасная, темная, гордая...

Владение русской орфографией это как владение кунг-фу - истинные мастера не применяют его без надобности

Ты считаешься хорошим человеком. Но это до поры до времени. Вскоре начнут претендовать на твою личную свободу какие-то несуществующие "друзья", но никак не смогут, понять твоего сопротивления. А когда придет время просто и болезненно сольют тебя подальше. Что-то вроде: спасибо за жертву, ты был замечательным другом.

О чем бы ты ни думал сейчас, для кого-то твои мысли всё равно будут неверными. Не прекращай думать. Просто выбирай, кому и что озвучивать.

Странная вещь. Вроде, итак все знают, что жизнь дерьмо.
Что миром правит черт знает что,
у власти как правило одни мерзавцы и воры,
чести, достоинства и справедливости нет и в помине,
а культура и искусство по-прежнему в большом долгу.

Что три четверти сервисов никуда не годятся,
три четверти товаров ломаются или вредны,
95 процентов аудио, кино, видео и печатной продукции - полный отстой, большинство населения - внушаемые идиоты,
а доверять нельзя никому и не при каких обстоятельствах.

То есть особых иллюзий насчет себя человечество уже точно давно не питает.
И тем не менее, мы еще умудряемся ежедневно в чем-то и ком-то РАЗОЧАРОВЫВАТЬСЯ!
Вот именно - разочаровываться и потом страшно возмущаться по этому поводу.
Ну разве это не восхитительно?

...изменения в большинстве своем происходят постепенно, и только оглянувшись, мы их замечаем.

в конечном итоге все личные отношения строятся на взаимном стремлении не за*бать друг друга раньше времени

Я обрекла себя на прогулку по огромнейшему лабиринту, где сплошняком натыкаюсь лишь на тупики. Прогулка не из лёгких, но зам-то я всё ещё иду. Правильно определила ведь. Если бы это был тоннель или дорога, то всегда бы имелась возможность развернуться и вернуться в начало, выбрать иной путь и быть спокойной. Но лабиринт - это нечто иное, потому что нет ни пути назад, ни вперёд, ты просто ищешь выход. А существует ли этот выход? В конце ты можешь набрести туда, откуда всё началось и потом просто не возвращаться туда, но пока я бреду и не могу рассчитать итог прогулки. Не малейшей надежды на выход. Разное случается в лабиринте, можно даже наткнуться на что-то неожиданное, а можно просто снова зайти в тупик.
Тупик. Тупик. Тупик. Чёрт, я здесь была. Я наступила на грабли.

Начинается дорога к мирозданью
С миллионов разных да и разных нет
И как трудно дотянуться к осознанью
Что в себе причина радостей и бед.

Скоро грянет лето жаркое и душное
И деревья приоденутьсялиство
Я поверю в жизнь суровую и нужную
Если буду этой осенью живой!

А пока из тени лени да на солнышко
Просушить промокшие мозги
И все заново начать с простогоколышка
Без метелей без сомнений без пурги

А зпод ложечкой все ноет одиночество
Уговорами его нельзя унять
И все чаще задают вопрос про отчестов
И все реже что то хочется менять..

Рваные кеды по первому снегу,
В драных носках, да по талому льду.
Голой ногой по живому асфальту,
И восемь километров по дороге...

Шестая струна порвалась на гитаре.
Ломай медиаторы, в пальцы гвозди вбивай!
Процесс вырожденья под бой барабанов,
И восемь километров по дороге...

В Сибирь! Ехх-хо! На-на-на-на

А ночью кошка замерзла у двери,
А утром кто-то взял и перерезал весь свет,
А днем не хватило двух копеек на астру,
И восемь километров по дороге...

В Сибирь! Ехх-хо! На-на-на-на


Рваные кеды по первому снегу,
Мое настроение маслом на полотне,
Мои впечатленья мелком по асфальту,
И восемь километров по дороге...

В Сибирь! Ехх-хо! На-на-на-на
Рваные кеды, веревка на шее,
Рваные вены, пять букв на стене- "блядь",
Моя мечта - голубая пижама,
И восемь километров по дороге...

В Сибирь! Ехх-хо! На-на-на-на