груля все записи автора Нашла интересную статью о смысле дорогой косметики. Конечно, в ней больше про дорогие омолаживающие кремы, но суть ясна: люкс делается из люксовых ингредиентов.

Почему мы платим так дорого за «новый люкс»

Воистину мы готовы втридорога заплатить за надежду выглядеть моложе: в первые же две недели после выпуска в продажу крема Orchidee Imperiale от Guerlain (300 евро) продавалось по баночке каждые 15 минут. А изначально дорогие марки: La Prairie, Sisley, Valmont, Kanebo, Clé de peau beauté — наращивают армию своих почитательниц и предлагают все более дорогостоящие средства. Появление (и востребованность) кремов, претендующих на высочайшую элитарность, можно считать своего рода тенденцией. Мы решили выяснить, что могут предложить нам косметические концерны за вызывающую цену в десять минимальных зарплат.
Деньги за спрос

Прежде всего, кто же покупает все эти роскошные новинки? Мы провели опрос и обнаружили, что это отнюдь не только обладательницы состояний, но и скромные служащие с обычными зарплатами. «Я могу потратить почти всю зарплату на такой крем, — аргументирует свои пристрастия 32-летняя Анна. — Могла бы купить сумку какого-нибудь известного брэнда, но предпочитаю крем: это действительно роскошь, предназначенная исключительно для меня, а другие об этом даже не узнают». Это перфекционистки, которые не признают никаких компромиссов в отношении собственной кожи. Красивая кожа — самая лучшая одежда, говорят они. А покупку немыслимо дорогого крема считают самым лучшим вложением средств — инвестицией в молодость и красоту. Вот как комментирует такое положение вещей доктор Дэниел Маэс (Dr. Daniel Maes), вице-президент Estēe Lauder по науке и разработкам: «Мы обнаружили, что есть особая категория потребителей, которая желает иметь лучшее, что только возможно создать, а это самые лучшие ингредиенты, новейшие технологии и высочайшая эффективность». А спрос по законам рынка рождает и предложение.

Целая наука

Косметические корпорации выделяют огромные средства на научные исследования — и каждая делает это по-своему. Скажем, в Estēe Lauder специальная группа ученых занимается непрерывным мониторингом научных открытий во всех областях знаний. В этом океане информации они ищут те немногочисленные жемчужины, которые можно будет так или иначе применить при создании косметических средств. Chanel снаряжает целые экспедиции в отдаленные уголки земли в надежде отыскать новые ингредиенты для создания еще более эффективных новинок. В лабораториях Kanebo для исследований используют не только сложнейшую аппаратуру, но и биоинформационный подход, который позволяет отслеживать биоэнергетические процессы на уровне клетки.

Компоненты на вес золота

Экстракт икры, 24-каратное золото, рейши (японский эквивалент трюфелей) — все это очень редкие и дорогостоящие компоненты. Высокотехнологичные составляющие кремов стоят подчас еще дороже. Так, марка Valmont использует пептиды (вещества, стимулирующие восстановление клеточных функций) по 780 евро за грамм, то есть 780 000 евро за килограмм. «Более доступный компонент — ДНК лосося, которая присутствует во всех наших средствах, — стоит около 960 евро за килограмм, — говорит Софи Гийон (Sophie Guillon), директор по маркетингу Valmont. — Она способствует интенсивной регенерации кожи. Для сравнения: килограмм глицерина стоит 50 евро». Некоторые ингредиенты, входящие в состав кремов Re-Creation от Estēe Lauder, стоят более 16 000 долларов за килограмм. «Но дело даже не в этом, — поясняет доктор Маэс, — а в том, что они чрезвычайно хрупки и количество, которое мы можем произвести, ограничено. Это является главной причиной того, что мы создали к началу продажи всего 7000 упаковок Re-Creation — он по-настоящему эксклюзивен».

Чудеса технологий

Дороговизна активных компонентов часто связана с тем, что они требуют дорогой процедуры экстракции или изменения структуры, для того чтобы кожа могла их усвоить. Нанотехнологии особенно активно применяются в косметологии: наноэмульсии состоят из частиц вещества в тысячу раз меньших, чем частички классических эмульсий, что позволяет активным компонентам проникать в кожу более глубоко. Для завершения процесса биоферментации — залога высочайшей эффективности Crème de la Mer — требуется шесть месяцев. Полифракционирование активных веществ, используемое для производства крема Sublimage от Chanel, позволяет получить более чистые и концентрированные экстракты. В целом на разработку и исследования средства по уходу такого уровня требуется от 6 до 10 лет. Пять лет исследований позволили специалистам Kanebo добраться до самой сути процесса старения, заключающегося в снижении регенеративной способности ДНК, — это открытие было использовано при создании The Cream Sensai Premier. Принцип «открытой формулы» в средствах La Prairie, Clé de peau beauté позволяет продукту постоянно находиться на пике эффективности, так как формула перерабатывается и дополняется последними научными изысканиями. Производимые в совсем небольших количествах, эти кремы имеют не только высокую цену, но и действительно высокую себестоимость.