Отчетливо слышу, как слова уходящего на фронт отца в опорках, голос Азизяна: "потому что я - вождь октября", голос человека, котрому, как Людовику, тоже было четырнадцать, и отправить в дурдом у нас почему-то деликатно называли "отправить на четырнадцатый" вплоть до середины семидесятых, причем выражением этим пользовались даже педагоги.

И стало мне жалко пропавших сокровищ, но потом я припомнил, сколько ничтожеств таки докопалось до этих некогда забавных вещей, превратив их в говно своими каверами, и я успокоился, дописал свой дифирамб пану Нецкаржу и пошел пить кофе.

Что "пропало" вовремя, то не пропало вообще, избежав осквернения и фальсификации профанами.

Сумасшедший человек по фамилии Хихлов, уверял, что I'm Gonna Buy Me a Dog пели и Фараоны, путая её с Deputy Dog.

Порнухи, кстати, у него было море. Он был фотограф. Очень честный антикоммунист-романтик.



*