Свонн и Беккет у стола работают с кипой документов. Свонн расписывается под неусыпным наблюдением Бэккета, который ставит печать каждом документе. Губерна- тор приостанавливается, разглядывая один лист из груды.
Свонн: Разрешение на атаку? Я думал, большинство пиратов истреблено или запугано.
Беккет: Они затаились на время. Но они соберутся – это их Братство… Вот тут мы сделаем последний решительный удар.
Свонн: Португальское торговое судно?! Корабль Французского Королевского Флота! Вы со своим Летучим Голландцем собираетесь развязать войну между нашими странами?
Беккет: Мы всего лишь пытаемся сохранить морские пути для британской торговли. Что служит Компании, то служит и Англии. (постукивает по документам) Губернатор?
Губернатор колеблется, но ставит подпись. Как он все это ненавидит!
Свонн: Если бы мне не нужна была Компания, чтобы спасти мою дочь, я бы сообщил о ваших делах королю.
Беккет: Замечательная иллюстрация того принципа, что осознанный личный интерес приносит обоюдную выгоду.
Свонн зло надавливает на перо, так, что оно ломается. У Беккета уже наготове другое.

Нат. Пристань. День.

Свонн вышагивает вдоль причала. У причала монтируют огромный паровой двигатель. Он начинает работать с оглушающим ревом, пугающим Свонна. В раздражении он стучит по нему тростью. НОРРИНГТОН хватает его за руки. Во время разговора они вынуждены перекрикивать шум.
Норрингтон: Губернатор!
Свонн: Что это такое?
Норрингтон: Прогресс! Мир меняется!
Свонн: Что?
Норрингтон: Мир. Меняется. В…
Машина содрогается, неожиданно запинается, звук наполовину затихает. Больше кричать не нужно.
Норрингтон (продолжает): В лучшую сторону.
Свонн: Как вы можете на это смотреть, и говорить, что мир стал лучше?
Он размахивает руками.
Свонн: Когда Летучий Голландец встал на якорь в нашей бухте, омерзительный в ярком дневном свете, с врастающими в него матросами...
Норрингтон не знает, что ответить.
Свонн (продолжает): Думаю, он должен сломаться в первом же деле. Это единственное, что он может сделать для общей пользы.
Норрингтон не знает, куда деваться.
Вдруг все происходящее так придавливает губернатора, что он теряет пыл, раскисает.
Свонн: Я скучаю по Элизабет. Я должен узнать, что с ней случилось.
Норрингтон смотрит на него. Оглядывается через плечо на Летучий Голландец. Снова смотрит на Свонна, делает над собой усилие:
Норрингтон: Мне очень жаль, сэр, но по последним известиям Элизабет была на борту Черной Жемчужины, когда она пошла ко дну. Помощь подошла слишком поздно.
Свонн поднимает взгляд на Норрингтона. Он не хочет верить. Норрингтон не собирался этого говорить, но…
Норрингтон: Я был там.
Губернатор переваривает информацию.
Свонн: Я должен послать корабль в Англию.
Паровой двигатель внезапно возвращается к жизни и ревет с новой силой, так что слова губернатора теряются в этом шуме.

Камера: УГОЛ БАЛКОНА, откуда Беккет пристально наблюдал за всей этой сценой, развернувшейся прямо под ним.
Повтор. Точка зрения Беккета: как паровая машина начинает работать, как Свонн пытается пройти мимо Норрингтона, а Норрингтон удерживает его за руку. Возбужденный обмен репликами, при котором больше горячится губернатор. Наконец, Свонн поворачивается и уходит. Норрингтон бросает ему вслед покорный взгляд, потом поднимает глаза наверх и смотрит прямо в глаза Беккету.

Нат. Палуба Хай Пэнга. Ночь.

ГИББС у штурвала. Барбосса читает карты. Гиббс пытается украдкой заглянуть в них, но Барбосса отталкивает его.
Барбосса: Делай полный поворот и держи курс точно на север.
Гиббс супится и не прикасается к рулю. Барбосса приподнимает бровь.
Гиббс: Мы три дня и три ночи плыли точно на юг.
Барбосса: Мне нет нужды обсуждать с вами мои приказы, мистер Гиббс.
Гиббс: Ага, ты теперь отдаешь приказы, как же…
Уилл встает между ними
Уилл: Гиббс, послушай меня, следуй тому курсу, который предлагает Барбосса, он делает свое дело - выполняет работу навигатора.
Барбосса ангельски улыбается, Гиббс поворачивает штурвал.
Уилл (продолжает): Мистер Барбосса, на карте меня поразила одна непонятная фраза: «Опрокинут в зеркале моря, когда солнце восходит садится в зеленой вспышке». Вы не могли бы подумать над этим и объяснить мне?
Барбосса: Видели когда-нибудь зеленую вспышку, мистер Гиббс?
Гиббс: Полагаю, на мою долю увиденного хватит. (объясняет для Уилла) Это специфическое зрелище. Случается, последний миг заката, в редких условиях вспыхивает зеленым светом. Некоторые плавают всю жизнь, и никогда этого не видят, некоторые утверждают, что видели, но врут. Матросы говорят, это знак, что душа вернулась в этот мир из загробного.
Уилл: (Барбоссе) Что вы думаете по поводу цели нашего путешествия?
Барбосса: Я думаю, это будет достаточно ясно, когда придет время.
Уилл: Я хочу знать, что вы сейчас думаете по этому поводу.
Барбосса: Я свои мысли оставлю при себе пока, так что у тебя есть отличный повод оставить меня, чтобы я мог полностью отдаться этому путешествию.
Гиббс: Благоразумная стратегия, если хотите знать мое мнение.
Барбосса косится на Гиббса. Уилл решает не развивать тему.
Уилл: Ну, продолжайте, значит…
Барбосса кланяется и отворачивается. Неподалеку Пинтел и Раджетти моют палубу швабрами и явно подслушивают. Пока они обсуждают услышанное, на палубу начинают падать хлопья снега.
Раджетти наклоняется к Пинтелу, как будто хочет сообщить ему страшную тайну.
Раджетти: Это загадка.
Пинтел: Я знаю, что это загадка. Они знают, что это загадка. Они не знают, как эта загадка разгадывается. Я не люблю эти загадки.
Раджетти: Загадки забавные. «Опрокинут в зеркале моря, когда солнце восходит садится в зеленой вспышке»
Пинтел: Загадки вовсе не забавные. Как они работают: какой-нибудь бедный болван не знает, как их разгадывать, и когда в конце он умирает, то не может сообразить: я не собирался слушать песенки сирен, я не собирался искать горшок с золотом и загадывать это четвертое желание, но уже слишком поздно, и наступает для него какой-нибудь ужасный или ироничный конец, и в данном случае мы с тобой – как раз такие бедные болваны!
Раджетти: Загадки забавные.
Пинтел: Правильно, это все игра да забава, пока кто-нибудь не теряет глаз…
Пинтел бледнеет, понимая, что сказал лишнего.
Раджетти: Эй… не стоило переходить на личности!
Пинтел: Я не об этом!
Они улавливают странный звук под килем, перегибаются посмотреть…

Нат. Океан. День.

За кормой дрейфует грандиозный айсберг. Хай Пэнг плывет среди снега и льда, под бело-голубым сиянием глетчеров.
Пинтел: Где Господня зеленая земля, если он взял нас?

Нат. Палуба Хай Пэнга. Ночь

Тиа Дальма разливает ром для команды. Барбосса сразу же отправляет напиток по назначению. Гиббс долго нянчит свою порцию. Элизабет обхватывает чашку ладонями, как будто это может помочь ей согреться.
Тиа Дальма: Мы вместе плывем в опасных водах. Я надеюсь, каждый из вас понимает свою задачу? Вы спасетесь, если ваши намеренья серьезны.
Она поворачивается к Уиллу.
Тиа Дальма: Что заставило тебя отправиться в это путешествие?
Уилл: Это просто то, что человек может, и то, чего человек не может. Джек Воробей умер, спасая мою жизнь. Я не могу это так оставить.
Камера на Элизабет. Она знает, что это не так, но не спешит делиться своим знанием с остальными.
Тиа Дальма обращается к Барбоссе. Он отвечает с искренностью и убежденностью, опустив голову:
Барбосса: Я искупаю мои многочисленные и разнообразные грехи, мадам.
Гиббс смеется. Кажется, Барбоссу это ранит.
Барбосса (продолжает) – И еще потому, что вы вежливо попросили меня присоединиться к этой компании, мадам. (Объясняет) Поскольку она оказала мне огромную услугу, вытащив меня с того света, я, конечно же, преисполнился благодарности, и пообещал быть полезным во всем, в чем смогу.
Гиббс: Мне вот что удивительно: как все-таки тебе удалось обмануть судьбу?
Барбосса улыбается, втыкает свой нож в ломтик яблока, отправляет его в рот и начинает жевать. Молчание – его единственный ответ.
Тиа Дальма: А ты, Элизабет? Что лежит в твоем сердце к этому путешествию?
Голова Элизабет дернулась, когда она услышала «лежит». Уилл заметил это движение.
Элизабет задумалась, и наконец произнесла:
Элизабет: Джек Воробей не заслужил той судьбы, которую дал ему мир.
Тиа Дальма: А-а, а что делает человек?
Элизабет: Наказывать злодейство и порок я предоставляю Богу. Но мы, в конце концов, можем постараться отплатить за добро, как вы думаете? А ты сама, Тиа Дальма? Что тебя заставило рискнуть отправиться на такую опасную прогулку?
Тиа Дальма: Мир стал заметно меньше без Джека Воробья
Элизабет: Несомненно. Но ведь это не ответ.
Уилл: По-моему, твой еще любопытнее.
Тиа Дальма медленно перевела взгляд с одного на другую и ответила загадочно
Тиа Дальма: У меня много должников, и Джек Воробей – не последний в этом списке. Я могла бы коллекционировать парней не от мира сего.

Нат. Палуба Хай Пэнга. Ночь.

Элизабет в глубочайшей задумчивости уходит от общей компании. Уилл догоняет ее.
Уилл: Это должен быть совершенно ужасный секрет, если ты позволила ему встать между нами.
Элизабет: Ничего не стоит между нами. Но я боюсь, что не соответствую тому, чего ты заслуживаешь.
Тернера не очень-то устраивает такой ответ.
Уилл: Я думаю то же самое о себе. Каждый день. Я подозреваю, есть что-то более серьез- ное, что тебя угнетает.
Элизабет: Меня угнетает т о же, что и тебя. Если мы спасем Джека, все будет хорошо.
Уилл не знает, как к этому относиться. Он почти уверен - хотя и несправедливо - что Элизабет любит Джека, и надеялся, что капитан останется там же, где и сейчас.
Уилл: Это путешествие окончательных решений.
Элизабет кивает. Она смотрит туда, где заканчиваются корабельные снасти. Океан похож на зеркало – звезды наверху и звезды внизу.
Элизабет: Как будто мы плывем по ночному небу. Такие картины и рождают сказки и суеверия о крае света, где океан впадает в бесконечность.
Барбосса присоединяется к ним у перил, довольный.
Барбосса: Эх, нам хорошо и мы потерялись.
Элизабет: Потерялись?
Барбосса: Разумеется. Нужно как следует потеряться, чтобы найти место, которое найти невозможно. Иначе его мог бы найти каждый.
Уилл: Потерялись, или сошли с ума.
Барбосса: А почему не то и другое вместе?
Он смеется. Потом они слышат отдаленный рев.
Звук ярящейся воды становится все громче. Корабль поворачивается вокруг своей оси – и устремляется в сторону шума.
Гиббс: Тревога! Все сюда, надо удержать корабль!
Пираты сбиваются с ног, пытаясь спасти свое судно. На палубе появляется Тиа Дальма, спокойная и безмятежная, в отличие от окружающих. Она бросает свои гадальные клешни крабов на бочонок, изучает узор и улыбается. Она бормочет, выстраивает клешни вокруг в сложном порядке, повторяя образец. Элизабет и Уилл изумленно смотрят на нее – что она делает? Рев воды становится оглушительным. Элизабет наклоняется…
Вид снизу: огромный водопад, так обычно изображают край света.
Элизабет набрасывается на Барбоссу
Элизабет: Ты дьявол, ты привел нас всех к гибели!
Барбосса: Ну, не будь такой злой, крошка. Кроме всего прочего, если мы не спасемся, это могут быть последние дружеские слова, которые ты слышишь. Он смеется. Нос Хай Пэнга повисает в воздухе… а затем весь корабль опрокидывается.
Элизабет кричит, Барбосса громко смеется, все пираты кричат, пока корабль летит в…
Темнота.
И тишина.
Тишина нарушается пением и смехом разных пиратских голосов, далеких, мрачных:
«Йо хо, йо хо, пиратская жизнь по мне»
И очень быстро – так быстро, как могут, - голоса стихают, вновь уступая место тишине.
Появляется белое жаркое солнце, сияющее на безоблачном голубом небе.

Натура. Пустыня. День

ДЖЕК ВОРОБЕЙ сидит, опустив голову, один в пустыне среди дюн. Дует сухой ветер. Это Чистилище Джека. Бесконечный песок, песок со всех сторон.
Джек поднимается на ноги и бредет, пошатываясь, к лежащей на песке веревке. Поднимает ее, закидывает за спину, наклоняется и тянет. Его ноги тонут в песке, он выбивается из сил, пытаясь продвинуться вперед хоть немного, но безуспешно. Веревка, немного приподнявшаяся над песком от его усилий, постепенно снова тонет.
Камера показывает более общую картину: веревка привязана к Черной Жемчужине. Она возвышается над Джеком, плотно застряв в песках бесконечной пустыни.
Джек продолжает свои бессмысленные попытки сдвинуть корабль с места.
Неподалеку несколько гладких круглых камней начинают качаться взад и вперед, как яйца, когда из них кто-то вылупляется. По поверхности камней расползаются трещины, и булыжники чудесным образом превращаются в крабов. Один из них бочком приближается к Джеку, рассматривает его. Щелкает клешнями, как будто смеется.
Джек Воробей: Ну замечательно! Что были бы все мои мучения, если бы меня не осмеял шаловливый краб?
Джек швыряет в краба пригоршню песка, и тот быстро убегает.
Павший духом Джек застывает на песке.
Джек Воробей (продолжает): Я разговариваю с крабом.
Краб снова приближается, обегает Джека стороной, разглядывает корабль, стремительно убегает прочь.

Нат. Пустыня. День

Джек Воробей лежит на песке. Поджаривается на солнце, совершенно измученный.
Вдруг на него падает тень. Тень перемещается.
Джек, прищурившись, смотрит наверх.
Над ним – нос Черной Жемчужины. Двигается.
Джек встает, вглядывается – Черная Жемчужина дрейфует, плывет через пески на спинах тысяч маленьких крабов.
Джек поднимает брови.
Джек Воробей: Странно.

Нат. Берег моря. День.

В воде колыхаются обломки кораблекрушения – все, что осталось от Хай Пэнга. Пинтел и Раджетти по очереди гребут обломком деревянной доски по направлению к берегу. Лицо Раджетти освещает широкая ухмылка.
Пинтел: Ну уж на этот-то раз явно не мы корабль угробили… Что это с тобой?
Раджетти съеживается и улыбка исчезает.
Раджетти: Я думал, это было весело.
Пинтел: Это было НЕ весело! (Пытается нахмуриться, но быстро прекращает) Ну разве что немного… та часть, где корабль опрокидывается…
Раджетти: … и большой плюх в конце!
Пинтел плескает на него водой, Раджетти отвечает тем же. Элизабет, Уилл, Барбосса, Гиббс, и Тиа Дальма выбираются на берег.
Гиббс: Истинно покинутый Богом угол.
Элизабет: Как мы здесь найдем его?
Барбосса: Он здесь. Любой должник Дэви Джонса находится здесь. Где-то.
Уилл: А чего нам особенно беспокоиться об этом? Мы здесь тоже в ловушке, как и он.
Тиа Дальма: Джек Воробей гораздо ближе, чем вы думаете.
Все взгляды устремляются на нее. За ее спиной открывается удивительный вид.
Джек Воробей появляется на фоне безоблачного неба. Он стоит на носу Черной Жемчужины, пересекающей пустынные пески по направлению к воде. Корабль несут на своих спинах десять тысяч крабов.
Гиббс: Чтоб мне перевернуться кверху килем и утонуть в овечьем дерьме! Джек!
Джек машет рукой, хватает веревку и спрыгивает с носа корабля на песок.
Джек Воробей: Слава благодати, я вас нашел! Все в порядке?
Черная Жемчужина продолжает двигаться за его спиной к морю. Джек ведет себя так, как будто все это самая естественная вещь на свете.
Джек Воробей (продолжает): Уилл! Гиббс! Пинтел и… ух, Тиа Дальма, очаровательная, как всегда. (Идет к Барбоссе) А вот это сюрприз.
Барбосса: Джек, Джек, мое сердце радуется, когда я вижу тебя на полдороге к преиспод- ней.
Он хватает Джека и приставляет нож к его глотке.
Барбосса (продолжает): Мне бы хотелось помочь тебе пройти остаток пути. Могу пору- читься, это совсем не далеко!
Элизабет: Эй, хватит! Мы здесь, чтобы спасти его.
Джек поворачивается на ее голос, фокусирует на ней взгляд, отталкивает Барбоссу в сторону с полным равнодушием. Барбосса хмурится – ему не нравится такое пренебре- жение.
Джек Воробей: Элизабет, родная. Ты пришла спасти меня. Какое необыкновенное великодушие с твоей стороны.
Уилл внимательно наблюдает за их диалогом.
Элизабет: Это за то, что ты героически пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти нас от Кракена. Теперь мы квиты.
Джек Воробей: Да неужели? Квиты.
Джек многозначительно смотрит на пустыню, где заунывно подвывает ветер, перегоняя песок с места на место.
Джек Воробей (продолжает): Я как-то не чувствую себя спасенным. (с некоторой долей яда в голосе). Так что мы еще не квиты.
Барбосса: Я надеюсь, ты обратил внимание, что мы в настоящий момент как раз в середине операции по твоему спасению.
Джек Воробей: Это в том случае, если спасаемый нуждается в спасении. А кто вам вообще сказал, что я хочу быть спасенным?
Джек делает шаг назад под недоверчивыми взглядами честной компании.
Уилл: Ты отправишься с нами. Мы потратили слишком много сил и нажили слишком много неприятностей ради этой операции.
Джек отмахивается от него.
Уилл (продолжает): Джек!

Джек Воробей: Мне это не нужно. Я совершенно счастлив. Здесь. Это очень… (пытается думать о чем-нибудь хорошем) Просто.
Уилл и Барбосса обмениваются взглядами.
Джек Воробей (продолжает): Но я, в принципе, мог бы согласиться помочь вам с вашими трудностями. Но только в качестве капитана.
Барбосса качает головой.
Барбосса: Капитан нашего обратного путешествия – я.
Джек Воробей: Но, увы, ты уже не сможешь собрать свой корабль.
Барбосса: Мой корабль стоит во-он там.
Он показывает на Черную Жемчужину. Джек смотрит в ту сторону, ясно показывая, что в упор не видит там корабля, который имеет в виду Барбосса. Но очень старается увидеть. Очень старается. Но все равно не видит.
Барбосса теряет терпение, показывает.
Джек поднимается на носки, опускается, высматривает с еще большей старательностью…
Барбосса: Ну ладно! Только я знаю, как попасть домой.
Джек Воробей: Что и делает тебя – навигатором.
Барбосса: Капитаном.
Джек Воробей: Поваром?
Барбосса: Капитаном.
Уилл становится между ними.
Уилл: Хватит. Джек действительно капитан этого корабля.
Уилл вытаскивает свой меч и делает выпад, останавливая клинок в миллиметре от глаза Джека, затем проделывает ту же операцию с Барбоссой.
Уилл (продолжает): Все спорные вопросы буду решать я. Ясно?
Джек Воробей: Как капитан, я рад назначить мистера Барбоссу своим первым помощником.
Уилл поднимает бровь и интересуется у Барбосы
Уилл: Принимается?
Барбосса: Сойдет пока и первым помощником. Последнее время это мне неплохо удавалось.
Он протянул руку, Джек посмотрел на нее с неопределенной гримасой.
Барбосса: Непростой союз?
Джек Воробей: Чертовски.

Нат. Черная Жемчужина.

Корабль плывет во мраке между мирами.
Под поверхностью воды скользят тела. Каждое – в своем потоке. Пинтел и Раджетти наблюдают эту картину, перегнувшись через борт.
Пинтел: Жуткое зрелище.
Раджетти (мечтательно): Интересно, а что будет, если запустить в одно из них пушечным ядром?
Они переглядываются – надо проверить! Пинтел начинает охотиться за пушечным ядром. Барбосса, проходя мимо, припечатывает их гневным взглядом, и они, оробев, возвращаются на свой наблюдательный пост.
Пинтел: Ну никакого уважения!
Внимание Раджетти тем временем привлекает новый объект – маленькая лодка, приближающаяся к ним, освещенная лучом фонаря.
Раджетти: Другая лодка плывет!
Элизабет поворачивается, тоже замечает лодку. Вглядывается внимательнее… и узнает пассажира.
Элизабет: Отец! Сюда! Посмотри сюда!
Губернатор поднимает глаза.
Свонн: Элизабет! Ты… умерла?
Элизабет: Нет.
Свонн кивает. Элизабет идет вдоль борта Жемчужины, чтобы не терять отца из виду.
Свонн: А вот я, кажется, умер.
Элизабет: Как?
Свонн (с трудом вспоминает): Беккет? Его война? Он ждет, что пираты объединятся. Как странно… раньше все это казалось так важно.
Элизабет: Переходи к нам (к остальным) Бросайте конец! (Отцу) Возвращайся вместе с нами!
Матрос готовит канат. Слишком медленно, как кажется Элизабет. Она выхватывает у него веревку и бросает сама. Конец падает точно в лодку Свонна, но губернатор не пытается его подобрать. От движения весел конец каната скользит вдоль борта лодки.
Элизабет: Держи веревку!
Свонн (неожиданно): Элизабет!
Она слушает его с предельным вниманием.
Свонн (продолжает): Когда я заставлял тебя подчиняться правилам, я просто пытался уберечь тебя от несчастья. Но я должен был разглядеть в твоем своеволии – твою отвагу. Я горжусь тобой, Элизабет.
Канат уже почти выскользнул от лодки.
Элизабет: Да лови же!
Конец веревки скрывается в воде.
Элизабет (продолжает): Отец!
Его лодка недалеко от кормы Жемчужины.
Элизабет (продолжает): Возвращайся с нами! Прошу тебя! Я не могу тебя так отпустить!
Она забирается на борт. Уилл игнорирует этот опасный порыв, но Джек втаскивает Элизабет обратно на палубу.
Свонн: Я передам матери, что ты ее любишь, хорошо?
Элизабет не может оторвать от него взгляда, машинально кивает, соглашаясь.
Свет фонаря на борту лодки теряется во тьме.
Элизабет вворачивается к остальным.
Элизабет: Беккет ждет, когда пираты объединятся.
Барбосса: Братство.
Элизабет: Мы их предупредим. А он должен умереть.
Уилл, Барбосса и Джек сморят, как она уходит.
Джек Воробей: Лично у меня нет возражений против этого плана.

Нат. Черная Жемчужина. Главная палуба. Закат.

Барбосса наблюдает за солнцем, которое медлит у горизонта.
Барбосса: Попасть в страну мертвых не проблема, проблема - выбраться из нее.
Тиа Дальма кутается в свои одежды.
Тиа Дальма: Душой я чувствую, что если мы не выберемся отсюда этой ночью, то поплывем неизведанными морями под беззвездным небом к нашей гибели.
Гиббс, Элизабет и Уилл собрались вокруг карт. Джек свернулся, как кот, на одном из парусов.
Гиббс: Веселенькая мысль.
Джек Воробей: Во всяком случае, описание нашей гибели звучит поэтично.
Барбосса: Карты дают нам день свободного плаванья.
Пинтел и Раджетти сидят напротив друг друга за столом. Деревянный глаз Раджетти выпадает и катается по столу от корабельной качки.
Элизабет читает на карте
Элизабет: «Верх это низ в зеркальном море, когда солнце встает садится в зеленой вспышке»
Уилл: Зеленой вспышке?
Барбосса: В редких случаях, когда солнце садится, горизонт вспыхивает зеленым. Говорят…
Гиббс/Пинтел (одновременно)
…только в этот момент души могут путешествовать между мирами.
Гиббс и Пинтел недобро смотрят друг на друга – два рассказчика-противника.
Пинтел (обращаясь к Раджетти): Думает, он все знает.
Гиббс (обращаясь к Джеку): Думает, он все знает.
Джек лениво наблюдает за глазом Раджетти, катящимся через стол, корабль качается на волнах.
Джека осеняет идея. Он встает, наблюдая за глазом. Его движение привлекает внимание всей компании.
Джек Воробей: Гм… Когда солнце встает садится. Это мысль.
Он идет к левому борту корабля, остальные следуют за ним, корабль немного наклоняется в эту сторону. Джек размышляет. Внезапно перебегает к правому борту. Все снова следуют за ним: что он делает? Он смотрит на закат. Неожиданно он как будто увидел что-то у левого борта.
Джек Воробей (продолжает): Точно, двигается!
Элизабет: Что?
Уилл: Я ничего не вижу.
Но Джек перебегает обратно, все бегут за ним, корабль кренится в эту сторону. Джек возвращается к другому борту, и до Гиббса вдруг доходит
Гиббс: Он раскачивает корабль
Барбосса: Все вместе!
Гиббс: А волны еще усиливают качку!
Джек бегает от борта к борту, судно кренится то в ту, то в другую сторону.
Пинтел: Он собирается нас опрокинуть!
У Раджетти уже наготове веревка.
Раджетти: Мы привяжем друг друга к мачте, и будем в полном порядке, когда корабль снова встанет, как надо.
Пинтел думает. Думает. Думает.
Пинтел: Хорошая идея!
Уилл хватается за борт качающегося корабля, выглядывает наружу.
Солнце тонет в море, над горизонтом виден только краешек оранжевого сияния.
Черная Жемчужина качается сильнее, она ложится на бок, волны наполняют паруса и Жемчужина уже не может встать.
Камера следит за опрокидывающимся кораблем. Съемки из-под воды.
Цепи, пушки, все мелкие предметы падают в пучину. Джек, Уилл, Элизабет, Барбосса, Гиббс вываливаются с корабля. Пинтел и Раджетти надувают щеки, задерживая дыхание.
Черная Жемчужина – переворачивается. На горизонте вспыхивает зеленый луч. И вдруг…
Алле-оп!
Вся вода падает на палубу, предметы падают, люди падают, валятся грудой на палубу. Вода стекает, и Черная Жемчужина снова возвышается над морем.
Гиббс: Голубые небеса! Вот счастье!
Уилл оглядывается. Над морем – рассвет.
Пинтел и Раджетти болтаются, привязанные к мачте.
Пинтел: Это была твоя идея, и то, что я ей последовал, не делает тебя меньшим идиотом.
Раджетти: Но и тебя умником не делает.
Пинтел: А вот и нет: недостаток тупых идей делает меня умнее.
Элизабет с удивлением щупает свою сухую одежду.
Элизабет: Невероятно.
Барбосса подходит к борту, бросает косой взгляд на горизонт, улыбается.
Барбосса: Празднуйте победу, джентльмены. Это рассвет.
Гиббс: Хэй! Бери все …
Джек Воробей: И не отдавай ничего!
Краткий момент общего торжества, все лучезарно улыбаются друг другу.
Затем все вытаскивают пистолеты и направляют друг на друга.
Уилл – на Барбоссу.
Барбосса – на Джека.
Гиббс – на Барбоссу.
Элизабет – на Джека.
Джек – на Уилла, достает второй пистолет и направляет его на Барбоссу.
Барбосса тоже вытаскивает второй пистолет и целится в Гиббса.
К этому моменту все давно готовились. Пауза – и все начинают смеяться, пытаются удержаться от хохота, но не могут, стволы опускаются…
Вдруг смех прекращается, и оружие поднимается снова.
Пинтел и Раджетти помогают друг другу отвязаться от мачты.
Пинтел: Давай объединимся и найдем наши пистолеты. Скорее!
Раджетти: И на кого мы их направим?
Барбосса берет на себя миссию разрулить ситуацию.
Барбосса: Хорошо… Пиратские капитаны объединяются. Они должны встретиться в тайном убежище, и некоторые говорят, что это должна быть мифическая Бухта Кораблекрушений.
Уилл: Ага.
Барбосса: Как честный человек, я должен вам признаться, что это я кинул клич капитанам, чтобы Братство соединилось. Джек, ты понимаешь, мне надо туда, иначе они никогда ни до чего не договорятся. Среди нас есть те, кто готов оспорить этот маршрут?
Все переглядываются.
Джек Воробей: Спасение в количестве. Отличная идея. Принимается.
Джек опускает пистолет. Барбосса не ожидал, смотрит на Джека с подозрением. Повора- чивается к Элизабет.
Элизабет: Вы знаете – я хочу достать тех, кто убил моего отца. Если это объединение необходимо для того, чтобы сразиться с убийцами, я хочу быть там. Принимается.
Она опускает пистолет. Джек с любопытством смотрит на Уилла – что будет делать он?
Тиа Дальма: Что скажешь ты, Уилл Тернер? Твое сердце не лежит к этому пути?
Уилл обдумывает сложившуюся ситуацию, просчитывает.
Уилл: Вы не правы. Но мое сердце – с Элизабет. Это длинный путь, так что нам все равно придется сделать остановку, чтобы пополнить запасы.
Уилл опускает пистолет. Джек глядит на него удивленно – он ожидал более ожесточен- ного сопротивления.
Джек Воробей: Итак, значит, мы все заодно.
Как только Джек и Барбосса опускают пистолеты, Пинтел и Раджетти наконец освобож- даются, хватаются за оружие – им ничего не остается, как направить его друг на друга.
Пинтел/Раджетти (одновременно) Принимается.

Нат. Летучий Голландец. Штурвал. День

ДЭВИ ДЖОНС у штурвала своего ужасного, собранного из костей корабля. Норрингтон смотрит на поле недавней битвы – португальский торговый корабль. Перепуганные матросы собраны на палубе.
Дэви Джонс: Очередная партия рекрутов для твоей Армады.
Норрингтон: Да.
Дэви Джонс: Ситуация так сложилась, что у меня нет особого выбора. Но мне интересно: какое оправдание ты нашел для себя? Почему тебе нравится быть пешкой Беккета?
Норрингтон: Тебе так кажется? Ты думаешь, я пешка.
Дэви Джонс: Мне кажется, Губернатор Свонн бы со мной согласился.
Появляется Торговец (?), докладывает:
Торговец: Пустить корабль ко дну, сэр? Повреждений довольно много.
Норрингтон: Нет. Отправьте туда достаточное количество людей, чтобы управлять им. Пусть двигается за нами. Команду – в кандалы. Когда повыбьете из них боевой дух, дайте им какую-нибудь работу.
Торговец отдает честь и удаляется.
Дэви Джонс: В этом вся суть натуры пешки – не знать, что она пешка.
Норрингтон: Объясни это себе. Почему ты упомянул Свонна?
Дэви Джонс: Я не могу этого сказать, сэр.
Дэви Джонс видит, что торговец еще слишком близко. Норрингтон встревожен, он смотрит на Дэви Джонса вопросительно.
Дэви Джонс (шепотом): Спроси Уиверна.

Инт. Летучий Голландец. Трюм. День.

Норрингтон спускается вниз по лестнице, призрачной и темной. Только тоненькие лучики света пронзают темноту. Норрингтон несет фонарь. Он слышит жужжание мух, идет вдоль корабельной обшивки. Она двигается. Это лицо Уиверна, вросшего в корабль.
Норрингтон: Меня послал Джонс.
Уиверн: Кровавое убийство вопиет.
Уиверн смотрит в сторону и исчезает. Норрингтон идет в том направлении. Мушиное жужжание становится громче. Норрингтон идет дальше и снова видит Уиверна. Тот поднимает руку и показывает на скопление бочек. Норрингтон раздвигает бочки, смотрит…

Нат. Летучий Голландец. Палуба. День.

Норрингтон перегибается через борт, пытается восстановить дыхание.
Дэви Джонс неожиданно оказывается рядом.
Норрингтон: Кто это сделал?
Дэви Джонс: Я не знаю. Может быть, ты.
Норрингтон: А может быть, ты.
Норрингтон оглядывается, видит, как невинных моряков заковывают в цепи, превращают в рабов.
Дэви Джонс: Что ты будешь делать?
Норрингтон: Разрублю на куски и похороню его в море.
Дэви Джонс: И все? Ты будешь продолжать это безумие?
Норрингтон. И все. Я не обсуждаю приказы. Однажды я нарушил свой долг. Мне вернули мою нормальную жизнь, и я не собираюсь терять ее снова.

Нат. Карибское море. День

За Летучим Голландцем следует уже пол дюжины кораблей под командованьем Норрингтона. Армада растет.



Нат. Остров черного песка. День.

Черная Жемчужина бросила якорь за пределами кольца рифов. Марти вскарабкался на хорошую обзорную площадку на скалах, держит пистолеты наготове и наблюдает за округой.
На берегу идут от шлюпки Джек, Барбосса и Уилл, увешанные бутылями и флягами. Пинтел и Раджетти тащат на спинах три пустых бочонка, и еще два – между ними.
Они перебираются через небольшую гряду скал, Джек останавливается, увидев Кракена.
Мертвого. Гигантское создание растянулось на огромном пространстве берега, контрасти- руя белизной с черным песком.
Группа приближается к Кракену. Пинтел и Раджетти пинают чудовище, насмехаются.
Пинтел: Ага, не такой грозный теперь? Тупая рыбина, так тебе и надо!
Раджетти (хихикает): Так тебе и надо!
Джек заглядывает в огромный круглый мертвый глаз. У него печальное лицо.
Джек Воробей: Величественное создание. Какой позор.
Уилл: Как ты можешь так говорить? Он пытался тебя убить.
Пинтел и Раджетти поднимают по щупальцу и начинают шлепать друг друга.
Джек Воробей: И все-таки, это величественное создание.
Уилл замечает многочисленные следы ударов и гарпуны, застрявшие глубоко в теле Кракена. Тернер вытаскивает один из гарпунов.
Уилл: Это бессмысленно. Он был их лучшим оружием.
Барбосса: Беккет не смог его контролировать, смог только уничтожить.
Джек снимает свою шляпу, склоняет голову.
Джек Воробей: Не так много осталось правдивых мифов. Вот в мире стало и еще одним меньше.
Джек разворачивается и идет прочь, Уилл и Барбосса следуют за ним. Они проходят мимо Пинтела и Раджетти, которые позируют на вершине одного из огромных щупалец.
Пинтел: Пинтел и Раджетти! Победители Кракена!
Раджетти: Победители Кракена!
Раджетти улыбается, а потом ему в голову приходит идея столь грандиозная, что ему приходится сесть. Блестящие картины проносятся перед его глазами.
Раджетти (продолжает): Пинтел! У меня… у меня сейчас появилась мысль.
Пинтел (зачарованно): И каково это?
Раджетти: Держу пари, люди будут платить по шиллингу, чтобы увидеть это! Еще как раскошелятся! А второй шиллинг они выложат за рисунок своей особы, восседающей на Кракене.
Пинтел некоторое время думает, захваченный идеей.
Пинтел: А еще мы можем вырезать фигурки Кракена из кокосовых орехов и продавать их тоже!
Раджетти: Мы разбогатеем, и нам больше не придется пиратствовать!
Пинтел: О! И я, наконец, смогу купить тебе настоящий стеклянный глаз, как давным-давно собирался.
Раджетти теряет дар речи. Пираты так переполнены чувствами, что не замечают, что происходит за их спинами - Марти на отдаленной скале размахивает руками и кричит…

Нат. Остров черного песка. Источник. День

Уилл, Джек и Барбосса продираются сквозь джунгли вдоль тоненькой струйки ручейка и выходят к источнику чистой воды, из которого этот ручеек вытекает. Увы – в источнике лицом вниз плавает мертвый человек.
Джек Воробей: Какое несчастье.
Уилл: Для него.
Джек Воробей: Для нас. Вода наверняка теперь испорчена.
Раджетти залезает в воду и переворачивает тело. Пинтел сдвигает брови.
Пинтел: Эй, я его уже где-то видел!
Это китайский пират с перерезанным горлом. Один из солдат, с которыми сражались в Сингапуре.
Джек хмурится. Его глаза опускаются вниз – и расширяются, когда он видит лезвие у своего горла, а потом расширяются еще больше, проследив, что клинок держит Барбосса.
Джек Воробей: Давай обойдемся без поспешных действий.
Барбосса: Я чувствую зуд и покалывание между лопатками. Ты ведь планировал ударить меня в спину, не так ли?
Джек Воробей: Барбосса, дружище, твое слабенькое обвинение, видимо, призвано скрыть твой собственный план - одурачить меня.
Барбосса, мрачнея, смотрит вниз. И видит клинок Джека у собственного горла.
Барбосса: Возможно, ты прав, и нам не стоит спешить с выводами.
Уилл огибает их, раздвигает ветки и бросает взгляд на море.
Уилл: Там! Смотрите!
Клинки остаются в том же положении. Джек заставляет Барбоссу повернуться, и видит, как далеко на берегу Марти прыгает вверх-вниз, махает руками и показывает…
Тут Барбосса заставляет Джека развернуться и видит – за рифами, рядом с Черной Жемчужиной, качается на волнах китайский боевой корабль – Императрица.

Нат. Черная Жемчужина. Главная палуба. Позднее

Компания, высаживавшаяся на берег, забирается на палубу.
Китайские пираты – слишком много, чтобы с ними драться – захватили Жемчужину. Они обезоружили команду. Несколько пиратов с обеих сторон мертвы. Элизабет держат два стража, один из них трет опухший глаз, у другого окровавлены губы.
Уилл: Уберите от нее свои руки!
Элизабет вырывается, и пираты отпускают ее.
Элизабет: Прости, Уилл, их было слишком много.
Барбосса подозрительно смотрит на Джека.
Барбосса: Я не совсем понимаю, как такое могло произойти?
Джек Воробей (отворачивается): Это серьезная неприятность. У тебя нет в запасе какого-нибудь хорошего совета?
Китайские пираты расступаются, давая дорогу Капитану Сао Фэнгу. Он подходит ближе, кивает Уиллу, как в Сингапуре.
Уилл: Вы говорили, никто не будет убит.
Сао Фэнг: Некоторые из моих людей слишком увлеклись сражением, я извиняюсь за них.
Барбосса и Джек в шоке.
Барбосса: Щенок. Кто бы мог подумать?
Тернер неприятно улыбается.
Уилл: Мне нужна Черная Жемчужина. Это единственное судно, которое может догнать Голландца. (Пауза) Прости, Джек, но я даже не извиняюсь.
Джек: Отсутствие извинений принято.
Элизабет: Ты спасал не Джека, ты спасал корабль.
Уилл: Джек заставил тебя беспокоиться о нем, к чему было добавлять еще и мои усилия?
Барбосса (обращаясь к Сао Фэнгу): Чем парень расплатился?
Джек явно волнуется.
Сао Фэнг: Он получает корабль и несколько человек для управления им. Взамен я забираю Капитана Джека Воробья.
Вот из-за этого Джек и волновался.
Джек Воробей: Уилл, друг мой, смею даже сказать, брат мой – ты принял во внимание все, что я для тебя сделал? О, хотя бы половину? Я спас тебе жизнь. (бросает взгляд на Элизабет) Ты можешь напомнить ему?
Тернер вытаскивает меч и направляет Джеку в сердце, отталкивая его от Элизабет.
Уилл: Заткнись. Ты положил на нее глаз, как только впервые увидел ее.
Джек Воробей: Да ладно, посмотри на нее.
Уилл наклоняется к Джеку, готовый проткнуть его насквозь.
Уилл: Я не буду смотреть, как она отдает сердце тому, у кого его нет вовсе.
Элизабет: Уилл, прекрати это. Между нами ничего нет.
Уилл (улыбается): Тогда чего ты боишься?
Элизабет: Я боюсь, что ты сделаешь то, в чем потом будешь раскаиваться.
Джек Воробей: Послушай ее, парень. Она знает твое сердце лучше, чем ты знаешь ее.
Уилл испепеляет Джека взглядом, воображая, какую массу удовольствия получил бы, убивая его.
Сао Фэнг: У нас сделка.
Тернер решается.
Уилл: С каким наслаждением я бы тебя убил… но не могу лишить Сао Фэнга и Леди удовольствия отомстить.
Джек Воробей: Значит, ты заплатил им, чтобы они сражались за тебя? Я впечатлен.
Уилл опускает меч.
Уилл: А кто был тот, кто сказал мне, что не имеет смысла драться честно?
Джек Воробей: Это был я. Сколько? Мне любопытно знать свою цену на рынке.
Уилл: Пять дублонов за каждого.
Джек расцветает, поворачивается к Сао Фэнгу
Джек Воробей: Я предлагаю десять дублонов за каждого.
Сао Фэнг поднимает брови. Китайские пираты выглядят заинтересованными. Тернер протестует.
Уилл: У тебя же нет этих дублонов.
Джек Воробей: О, зато мое слово – золотое.
Он сверкает золотыми зубами в обаятельнейшей улыбке. Уилл поворачивается к Сао Фэнгу, тот пожимает плечами. Уилл считает.
Уилл: Я плачу двадцать дублонов.
Сао Фэнг переводит взгляд с одного на другого. Улыбается. Ему нравятся эти торги.
Джек Воробей: Тридцать дублонов.
Барбосса наклоняется к нему.
Барбосса: Плюс девушка.
Джек Воробей: Плюс девушка.
Элизабет: Что?
Сао Фэнг оглядывает ее с головы до ног, ему нравится, то, что он видит.
Сао Фэнг (обращаясь к Уиллу): Ты готов предложить девушку?
Уилл: Никогда!
Сао Фэнг поворачивается к Джеку.
Сао Фэнг: Условия?
Джек Воробей: Ты ее не убьешь и вернешь нам обратно в Бухте Кораблекрушений.
Сао Фэнг: Я собираюсь быстро с ней закончить.
Джек Воробей: Ясно. Договорились.
Сао Фэнг: Договорились.
Уилл ошеломлен. Элизабет ругается. Китайские пираты хватают ее и волокут прочь.
Уилл: А как насчет вашей мести?
Сао Фэнг: Подумай сам: сладкое удовлетворение реванша – или девушка, прекрасная и непокорная, как само море? По-моему, выбор очевиден.
Элизабет тащат мимо, Джек на секунду останавливает ее
Джек Воробей: Элизабет, хочу, чтобы ты знала: я чувствую себя очень двойственно в связи с этим.
Она плюнула в него – и ее утащили.

Нат. Черная Жемчужина. Палуба. Позднее

Китайские воины возвращаются на Императрицу. Сао Фэнг – с веревкой в руке – готов плыть назад на свой корабль.
Сао Фэнг: Мы не сможем держаться рядом с Черной Жемчужиной.
Джек Воробей: Мы в любом случае не поплывем вместе. Какой путь вы выберете – южный или северный?
Сао Фэнг: Северный длиннее и коварнее (улыбается) Я выбираю его. С таким пленником на борту у меня нет причин спешить.
Джек вымученно улыбается в ответ. Сао Фэнг плывет к Императрице. Уилл, которого удерживают Пинтел и Раджетти, смотрит не отрываясь на китайский корабль. Его хватают за плечи и оттаскивают. Это Барбосса.
Барбосса: За решетку его.

Нат. Карибское море. Вечер

Грандиозный шторм ярится на горизонте. Императрица пытается уйти от него, двигаясь прямо по направлению к полной луне, висящей прямо над водой.

Инт. Императрица. Каюта капитана. Ночь

Шелк на стенах, множество подушек, озаренные светом свечей… Все это окружает трех китайских девушек – плавучий гарем. Элизабет очаровательна в традиционном китайском шелковом платье, покрытом искусной вышивкой. Девушки заканчивают наряжать Элизабет, последние штрихи – разглаживают, поправляют. Появляется Сао Фэнг. Он смотрит на Элизабет с откровенным восхищением и декламирует старинные китайские стихи, посвященные красоте:
Сао Фэнг: Ты похожа на побеги ивы, слегка касающиеся воды в маленьком пруду…
Сао Фэнг отсылает девушек и приближается к Элизабет.
Сао Фэнг (продолжает): Когда я впервые увидел тебя, то подумал, что ты, должно быть, Калипсо, повелительница морей.
Элизабет: А теперь?
Сао Фэнг: А теперь я уверен в этом. Каждое твое слово, каждое действие подтверждают это.
Элизабет: Если я морская богиня, то я приказываю тебе отпустить меня.
Сао Фэнг: А-а, ты не знаешь эту историю. Это случилось тогда, когда море было жестоким и непредсказуемым. Калипсо полюбила одного моряка и подарила ему бессмертие. А еще корабль – спасать души утонувших.
Элизабет догадалась, о ком идет речь. Сао Фэнг ошибочно принял ее узнавание за недове- рие.
Сао Фэнг (продолжает): Не сомневайся, это тот самый Дэви Джонс, который преследует нас теперь.
Элизабет: Итак, мужчина встречает женщину – богиню. И они влюбляются друг в друга. Как оригинально.
Сао Фэнг: О, но Калипсо капризна, как море, она бросила своего возлюбленного. Джонс в отчаянии вырезал свое сердце и запер в сундуке, чтобы никогда им не пользоваться. (Пауза) Я понимаю, это кажется невероятным…
Элизабет не может удержаться от улыбки
Элизабет: Да нет, этой части рассказа я верю.
Сао Фэнг: Когда Джонс вырезал свое сердце, Калипсо страшно разозлилась и на море долгие годы бушевали штормы. Много хороших людей тогда погибло. Тогда пиратское Братство собралось вместе. Они вызвали Калипсо и наложили на нее чары, заключив в человеческое тело.
Сао Фэнг вытащил завязанный сложным узлом кулон и погладил его.
Кулон старый, стершийся и оплавленный.
Элизабет: Что это такое?
Сао Фэнг: Ничего. Знак, отличающий капитана. Так вот, когда была укрощена Калипсо, успокоилось и море, так началась Эра Пиратов.
Элизабет: Значит, ты думаешь, я Калипсо? Заключенная в человеческом теле?
Он пристально посмотрел на нее.
Сао Фэнг: Никто не знает, в чьем теле спрятана Калипсо. Почему это не можешь быть ты, прекрасная, как лунный свет на волнах, как звезды над горизонтом.
Элизабет улыбнулась.
Элизабет: Сладкая речь для тюремщика. Но слова, которые шепчут сквозь решетку, теряют свое очарование.
Сао Фэнг: Разве можно винить меня за это? Море притягивает всех, несмотря на опасность. (???)
Элизабет: Мужчины часто предлагают страсть в качестве оправдания для своих преступлений.
Сао Фэнг: Я предлагаю просто страсть.
Элизабет: А взамен?
Сао Фэнг: Я возьму тебя, как дар, если ты решишь преподнести мне этот дар.
Элизабет: А если я решу этого не делать?
Сао Фэнг: Тогда я возьму тебя силой.
Он наклоняется, чтобы поцеловать ее, Элизабет отталкивает его. Сао Фэнг падает, пленница сбивает свечи и они гаснут, погружая каюту во мрак. Элизабет собирается сбежать, но вдруг слышит оглушительный грохот. Она останавливается. Поворачивается.
Лунный свет льется сквозь круглую дыру в корпусе.
Элизабет медленно приближается к ней. Она следует за лучом лунного света и видит Сао Фэнга, окровавленного, лежащего без движения – в него попало пушечное ядро.
Элизабет: Сао Фэнг?
Она трогает его – никакой реакции.
Элизабет слышит приглушенный расстоянием звук пушечного выстрела – и приближающийся свист летящего ядра. Только Элизабет успевает отскочить от корпуса, как его прошивает второе ядро. Второй поток лунного света бьет в новую дыру. Корабль атакуют.
Сао Фэнг: Сюда. Пожалуйста.
Элизабет подползает к освещенному лучом распростертому капитану. Он снимает свой кулон.
Сао Фэнг (продолжает): Возьми.
Элизабет: Почему?
Сао Фэнг: Возьми. И отправляйся на встречу Братства.
Новый залп орудий. Первый помощник врывается в дверь и застывает на секунду – он видит, как умирающий капитан передает кулон Элизабет. Она надевает его.
Сао Фэнг: Скажи мне: ты она?
Он смотрит на Элизабет с надеждой.
Сао Фэнг: Ты Калипсо.
Элизабет задумывается, но наконец отвечает
Элизабет: Нет.
Сао Фэнг смотрит на нее разочарованно. И закрывает глаза, чтобы больше не открыть их.
Новый залп, еще одно ядро приближается. Первый помощник и Элизабет ныряют на палубу.

Нат. Императрица. Палуба. День

Элизабет уходит из капитанской каюты в сопровождении первого помощника и китайских пиратов. Она смотрит на море – там возвышается Летучий Голландец, готовые к бою пушки нацелены на Императрицу.
Первый помощник: Что прикажете, капитан?
Элизабет вздрагивает. Он показывает на кулон. Элизабет оглядывается – вся команда смотрит на нее. В их глазах страх. Но, кажется, они готовы сражаться.
Элизабет смотрит на Летучий Голландец: он больше, маневреннее, лучше укомплектован людьми и лучше вооружен.
Элизабет: Сдаемся.

Нат. Летучий Голландец. Главная палуба. День.

Китайская команда – пленники – выстроены вдоль борта.
Норрингтон: Пираты.
Он идет вдоль строя, переняв манеру у Дэви Джонса.
Норрингтон (продолжает): Корабль сохраним. А эти люди нам не нужны. Повесить их всех.
Дэви Джонс: Никакого милосердия?
Норрингтон: Милосердие – это свойство Бога, ему скорее пристало судить этих людей, чем мне.
Он приближается к первому помощнику.
Норрингтон (продолжает): Кто ваш капитан?
Первый помощник смотрит в конец ряда. Норрингтон поворачивается в направлении его взгляда и видит Элизабет в ее китайском наряде и с символом капитанства. Норрингтон поражен, он не верит своим глазам. Ответный взгляд Элизабет полон ненависти, воспоминаний о смерти отца. Норрингтон замечает эти чувства.
Дэви Джонс: Повесить их всех, сэр?
Норрингтон: Нет. Мужчин за решетку, капитана – в мою каюту.
Элизабет: Не стоит, сэр. Я останусь с моими людьми.
Норрингтон удивлен, и снова обращает внимание на ее явную ненависть к нему.
Норрингтон: Как хотите, капитан.

Инт. Летучий Голландец. Помещение для пленных. День.

Пленники между решетками, но еще не заперты. Охранники освобождают Элизабет от ее оков. Элизабет уже настолько справилась со своими чувствами, чтобы улыбнуться. Норрингтону сразу полегчало.
Норрингтон: Элизабет, извини.
Элизабет приближается к нему, выхватывает его меч и пытается ударить. Норрингтон ловит клинок ладонью в перчатке. По руке течет кровь. Он заглядывает в ее глаза и угадывает причину ее ненависти.
Норрингтон (продолжает): Я глубоко сожалею о том, что случилось с твоим отцом.
Окровавленной рукой он отбирает у нее оружие.
Норрингтон (продолжает): Но я клянусь тебе, я не принимал в этом участия.
Элизабет: У меня есть причины предполагать обратное.
Норрингтон: Я уважаю закон. Человек, виновный в смерти твоего отца, получит по справедливости.

Элизабет: Такую же справедливость ты собираешься продемонстрировать мне – и моим матросам?
Норрингтон: Пиратам.
Элизабет: Объясни мне разницу? Кажется, ты стал хуже. Справедливость. Ты убиваешь во имя справедливости. Раньше ты был, по крайней мере, честен. Теперь это не так.
Норрингтон: Ты запуталась.
Элизабет: Я знаю свое место. Почему бы тебе не запереть меня вместе с остальными пиратами, капитан?
Норрингтон кивает и стражи запирают Элизабет.
Норрингтон: Я невиновен.
Элизабет: Ты убиваешь людей, чтобы жить, как тебе хочется. Не говори мне о своей невиновности.
Норрингтон пристально смотрит на нее. Потом – на свою окровавленную руку. Что-то меняется в нем. Он печально улыбается, протягивает свою руку.
Норрингтон: Нет ни одного невиновного в этом мире. На рассвете вас всех повесят.
Он выходит. Стражи переглядываются, они подслушивали.

Нат. Карибское море. Ночь.

На спокойных волнах покачивается Императрица – соединенная буксирным тросом с Голландцем.

Инт. Летучий Голландец. Помещение для пленных. Ночь.

Глубокие черные тени. Элизабет отрывает глаза, услышав звук открывающейся тюремной двери. Это пришел Норрингтон.
Элизабет: Что ты делаешь?
Норрингтон: Идите за мной. Все.

Нат. Летучий Голландец. Палуба. Ночь

Норрингтон ведет Элизабет и ее команду к буксирному тросу, протянутому между Голландцем и Императрицей.
Норрингтон: По одному. И живее.
Матросы один за другим ползут по канату к своему кораблю.
Элизабет: К чему такая таинственность. Ты же капитан.
Норрингтон: Боюсь, что нет. И у меня нет шансов с тобой (???)
Элизабет: Слишком поздно заслуживать прощение.
Норрингтон: Ты права. Я не знал о планах убийства твоего отца. Но это не освобождает меня от прочих моих грехов.
Элизабет смотрит ему в глаза – и, наконец, верит ему.
Элизабет: Пойдем с нами.
Норрингтон готов согласиться.
Элизабет (продолжает): Джеймс, правда, пойдем.
Норрингтон действительно хочет уйти вместе с ней. Практически все китайские пираты уже добрались до корабля. Элизабет умоляет его.
Норрингтон кивает.
Но тут он слышит приближающиеся шаркающие шаги.
Бутстрэп. (Прихлоп что ль?): Кто здесь?
Момент упущен.

Норрингтон: Эх, нет места честному человеку в этом несправедливом мире, не так ли? Иди.
Он достает меч и поворачивается. Бутстрэп выглядит ужасно. В нем осталось еще меньше человеческого.
Норрингтон (продолжает): Возвращайся на свое место, матрос.
Элизабет едва не срывается, но забирается обратно на трос.
Бутстрэп замечает ее. Понимает, что что-то тут не так.
Достает свой клинок.
Норрингтон (продолжает): Это приказ капитана.
Бутстрэп смотрит на него озадаченно. Переводит взгляд на Элизабет, которая двигается в сторону Императрицы. Пытается уложить все это в голове.
Норрингтон (продолжает): Спокойно, парень.
Элизабет уже на середине пути. Что-то ломается в Бутстрэпе.
Бутстрэп: Все сюда! Тревога! Пленник сбежал.
Норрингтон нападает на Бутстрэпа, тот защищается. Норрингтон оглядывается – Элизабет добралась до корабля. Он обрубает трос и Императрица отправляется в свободное плаванье. Элизабет раздает приказы и команда начинает уводить судно прочь.
Норрингтон пытается договориться с Бутстрэпом, пока они дерутся.
Норрингтон: Прекрати это! Ты не в своем уме.
Но матрос, кажется, совершенно рехнулся. Он ожесточенно нападает, заставляя Норрингтона отступать. Несколько других членов экипажа присоединяются к нем, обнажают оружие и бросаются на капитана. Когда Норрингтон отвлекается на новых врагов, Бутстрэп Билл пронзает его насквозь.
Норрингтон падает. Бутстрэп стоит над ним и не может понять, что он сделал.
Клакер (???): Капитан убит! Капитан убит!
Этот крик эхом повторяют другие матросы. Они бросаются врассыпную, мимо Бутстрэпа, толкая пего плечами. Он все еще не может осознать, что произошло.
Пираты с криками «Капитан мертв!», «В каюту капитана!» несутся по кораблю, вышибают дверь в каюту.

Инт. Летучий Голландец. Каюта капитана. Ночь.

Перед столпившимися в дверях пиратами открывается картина: сундук открыт, Мартог и Малори (???), дрожа, держат свои винтовки направленными прямо на сердце. За ними улыбающийся Торговец, держит в руках ключ.
Пираты разочарованы, их энтузиазм испаряется. Они, расступаясь, пропускают в каюту Дэви Джонса. Они встречаются глазами с Торговцем.
Торговец: Ничего не изменилось.
Джонс оценивает ситуацию
Дэви Джонс: Расходитесь по местам, ребята.

Нат. Черная Жемчужина. Главная палуба. Ночь.

Джек Воробей лицом к лицу с Джеком-обезьяной. Оба – серьезны. Джек Воробей отправляет в глотку порцию рома, ставит стакан.
Джек Воробей: Твоя очередь.
Обезьяна нюхает стоящий перед ней стакан с ромом и тоже пьет. Мимо идет Марти.
Марти: Лучше бы за пленником следили. Уилл пропал.
Джек отмахивается
Джек Воробей: Пропал? Да куда он мог деться?
Марти: Барбосса отправил его в… (помещение для пленных, в общем)
Джек Воробей (не на шутку встревоженный): Куда?
Джек вскакивает, шатаясь, подходит к Барбоссе.
Джек Воробей (продолжает): Как ты мог отправить его туда. Он проектировал эти штуки. Он сбежит оттуда.
Барбосса: Весьма полезная информация, которую ты забыл мне сообщить. Щенок пропал еще на закате.
Неожиданно черпак падает откуда-то сверху прямо на шляпу Барбоссы. Джек смеется. Пинтел косится вверх.
Пинтел: Он забрался на снасти, все отлично. (с удовлетворением) Мы нашли его.
Раджетти (тоже весь лучится от удовольствия): Ага. В конце концов.
Пинтел: Правда, туда страшно высоко лезть.
Раджетти: Очень опасно. Особенно ночью.
Пинтел: Не хочется давать ему такое преимущество.
Раджетти: Правильно.
Пинтел: Лучше подождать до утра.
Раджетти: Ага. Пусть он там попотеет.
Пинтел: Это самый мудрый ход.
Джек и Барбосса пристально смотрят на этих двоих. Барбосса поднимает взгляд наверх.
У них (?) появляется идея, и они начинают карабкаться по снастям.

Нат. Черная Жемчужина. Снасти. Ночь.

Пинтел двигается по некой снасти рядом с парусом, вдруг видит пузырь на парусе, тыкает в него мечом – и прорезает парус.
Пинтел: Раджетти! Сюда! Хватай его!
Раджетти тоже видит некий пузырь и тоже принимается кромсать парус.
Раджетти: Пинтел! Сюда!
Они протыкают парус своими клинками и начинают прорезать себе дорогу через парус, пока – Дзинь! – клинки не встречаются. Оказывается, они выслеживали и пытались проткнуть друг друга – с разных сторон одного и того же паруса.
Они раскачиваются, как на детских качелях, падают, хватаются за веревку – и висят, крепко ухватившись за разные концы веревки, перекинутой через снасть. Пинтел рычит.
Пинтел: Отлично! Вот сейчас мы шаг за шагом выясним, кто во всем этом виноват.

Нат. Черная Жемчужина. Ночь.

Гиббс драит ш