Furiousangel все записи автора Жил-был гот по имени Вася, и по прозвищу тоже был Вася, да и вообще он был Вася по всем параметрам. И был у Васи очень готический атмосферный прикид – шапка-ушанка с перевёрнутой кокардой, сделанная по случаю на заказ из шкурки занзибарского кролика, выкрашенный мазутом тулуп с рюшечками и косточками ( вишнёвыми, сливовыми и местами даже абрикосовыми), стильно протёртые на жопе шаровары с мегаатмосферными пузырями на коленках, и сногсшибательные чёрные лыжные ботинки с искусными вкраплениями обломков лыж и оленьих рогов (для стильности ).

Вася был очень трушный так как фанател исключительно только от похоронного марша : увидит бывало на улице похоронную процессию, вклинится в её нестройные ряды и как давай выписывать готические па и реверансы, периодически бья челом в гроб с покойником. Сам по себе Вася обладал эстетическими наклонностями и труёвой готической депрессивностью так как очень любил бродить под готической атмосферной луной, прихлёбывая водку из горла и отбирая мобильники у местной гопоты.

В селе Перевздрищенцево, где обитал Вася периодически проходили готик-пати. Сельские парни и девушки собирались в местном сельском клубе, пили палёную водку со вселенской печалью на лице, и с не меньшей вселенской печалью на лице отплясывали гопака под ЭмСи Вспышкина и Ларису Черникову. В углу танц-площадки стоял самогонный аппарат, в который кочегар Петрович и две толстые тётки, периодически подкидывая дрова, варили первосортный абсент из редьки, чертополоха, хрена и репейника. Там же паслись остальные готы, которые в силу физической неспособности танцевать не могли, ибо были калеками и слабоумными. Они тихо аутировали над бадьёй с абсентом, по очереди падая в неё с печальными лицами, дабы глотнуть оттуда божественного готишного напитка, так как стаканы в сельпо не продавали уже года два. В другом углу помещения висел готишный дырявый флаг Советского Союза, через который просвечивала атмосферная луна и далёкие огни местного свинарника, по совместительству служившего сельсоветом и стратегическим складом мопедов и комбайнов. Вася был завсегдатаем этого клуба, потому что он в нём жил, оказывая посильную помощь делу продвижения готической культуры в селе Перевздрищенцево, за что периодически бывал бит местными байкерами, форсящими по селу на тракторах, мопедах и комбайнах.

Периодически Вася подрывал всю готическую братию в поход на местное сельское кладбище, находящееся в болотистой местности за лесом. Готы одевали стильные резиновые сапоги и закусывая редисками дули через готишные огороды в сторону леса, попутно восхищаясь готическими курятниками, коровниками и прочими скворечниками. Запах падали с кладбища маняще притягивал готов, ибо время было голодное. Собравшись в конечной точке маршрута , готы ставили палатки, которые тонули на следующее утро в болоте вместе с некоторыми из готов. Увидев это зрелище, готы неорганизованно собирались в толпу и долго и нудно гундели о том, какой стильной готической смерти удостоились их сотоварищи, но сами почему-то помирать так не спешили. До отвала набив рюкзаки и животы черепами, готы спешили обратно. По пришествии они долго хвастались трофеями и, пока не получали люлей, не успокаивались. А успокоившись, они долго пилили черепа лобзиком и варили черепаший суп.

Подкрепившись и набравшись сил, готы всей ватагой ломились к забору, который окружал село Палевное, расположенное неподалёку ( 150 километров лесостепи ). Готы суетливо с печальными лицами грузились в мопед и, гремя черепами, в том числе и своими, давя поганки, двигались в вышеуказанном направлении. Смысл движухи к забору состоял в том, что готы испокон веку вели на нём мелками дневники и фотографировали друг друга мордой в сей же плетень. Злобные хакеры из села Палевное периодически ломали сервак, череп админу Васе, а заодно и всех остальных готов вместе с мопедом, после чего они подолгу отлёживались в канаве, ожидая пока Вася поднимет забор и восстановит по памяти записи. Но память Васи тоже не была безграничной и, после очередной поломки черепа ему приходилось сначала восстанавливать его содержимое, а уже потом поднимать забор.

Наразвлекавшись с дневником-забором, порастеряв остатки черепов ( в том числе и своих ) готы, спотыкаясь об ёжиков и проваливаясь в кротовьи норы, угрюмо, с печатью вечности и кулаков хакеров на лице, стирая следы побелки с рож, гуськом брели домой. Добравшись до родных пенатов, готы разбредались по деревенским клозетам, наскоро расточенным под гробы, готишно тосковать до следующего готик-пати.

(с) Shadownoise и Кляп.