Послевоенное поколение
Наши отцы вернулись живыми с Великой Войны, но они не любили рассказывать нам о войне. Их медали были нашими первыми игрушками. В оплывающих от времени окопах и воронках мы искали нестрелянные патроны и трубки артиллерийского пороха. Матери по ночам латали наши штаны. Мы росли во дворах, как крапива, но дрались только за правое дело, до первой крови и никогда не били лежащего.
Наши одноклассницы дарили нам 23 февраля открытки с пожеланием стать достойными защитниками. 12 апреля 61 года мы сорвали занятия в школе не умея ещё скрывать переполнявшие каждого счастье и радостную гордость за Родину. "Аттестат зрелости" выдавали нам в школах рабочей молодёжи. Мы успевали работать, учиться, играть в лучшей гандбольной команде города, писать стихи, ездить на танцы в пригород, пить домашнее вино, встречаться с девчонками, смотреть лучшие фильмы и читать лучшие книги. А в трудовой книжке, выписанной нам на заводе в 16 лет, второй записью после "принят на работу" через три года было - "уволен в связи с призывом в Советскую армию".
"Деды", обучавшие нас наматывать портянки, были как старшие братья - суровые, но справедливые. Потому-что именно мы должны были заменить их, уходящих на "гражданку", на стартовых батареях. "Сандалы" нашего дивизиона были нацелены на Итальянскую республику. Тёплой августовской ночью 68 года мы, сидя в бункере, читали Петрарку издания "Academia", умыкнутого в полковой библиотеке.