Настроение сейчас - Спать...
Не мог удержаться =)) Почитайте надосуге...
Темно…
Под дождём прорастают семена недавно посаженных трупов… Смерть жадно смотрит на меня из темноты…
На коленях возле неподвижно застывшего тела, на ладонь в грязной дождевой воде стоит человек. Голова запрокинута, скалится на тёмное мокрое небо. Глаза закрыты, по лицу от уголков рта тянутся две тонкие струйки крови. Стучат, смывая грязь большие, холодные капли…
Это я…
Серые бетонные стены, и холодный асфальт. Между ними лежат тела. Застывшие от страха глаза смотрят в даль, не доступную глазу живых. Я ловил взгляды мёртвых уголком своих глаз…
Они до конца моих дней будут следовать по пятам, терзая и до того измученную душу.
Я знал все их надежды, все их не осуществившиеся мечты…
Медленно тянулась ночь. Я стоял у входа в логово. Не спал… Смотрел на мелькающие огоньки тающего во тьме мегаполиса. Город страдал бессонницей, подобно мне… Первые снежинки падали на раскисшую плоть этого мира, чернея и пропитываясь им, смешиваясь и превращаясь в его часть. Так и я постепенно падал всё ниже и ниже, превращаясь в часть чего-то очень и очень напоминающего ночь. Солнце забыло обо мне и швырнуло во власть тьмы. Ещё три шага и я уже там…
Там внизу на куче тряпья среди, своры голодных и злых существ, лежала она. В лихорадке, почти в беспамятстве, умирая, лежала она. Совсем ещё молоденькая и худенькая девушка, лишь по закону подлости оказавшаяся тем , кто она есть. Говорят она пришла под утро еле живая с разбитым ртом… У неё вырвали клыки… Теперь она умирала…
Та кровь, словно тошнотворный привкус ржавчины во рту. Так всегда сначала пьянящая радость, а потом отвращение и ненависть. К самому себе…
Я вернулся, накрыл её своей курткой. Сел рядом. Её глаза дрогнули, чуть приоткрылись, посмотрели на меня. С большим трудом она чуть улыбнулась. Только что-то ещё хуже мне стало на душе от этой улыбки. Что-то упорно грызло меня из самой середины, точило ходы, пробираясь в самое сердце.
Чтобы заснуть, я рассказывал ей сказки о свободе, не знаю, слышала она меня или нет. Но порой казалось, что это единственное что я могу сделать для неё… Дурак…
Надо мной стоял старик. Совсем седой, всё лицо в глубоких морщинах. Единственный человек в логове. Уж не знаю как, но ни у меня, ни у других никогда не появлялось желание напасть на него. И у ж совсем загадкой было его присутствие в самом логове. Казалось, за стариком была какая то сила, нечто большее, чем просто жизнь теплилась в его старческих глазах…
Стоял молча и смотрел на меня. Его глаза закрывала тень от широкополой шляпы, что он носил. Я не мог сказать, что эти глаза так упорно пытались сказать мне.
Затем он вздохнул, тихо сказал:
- Умирает она. Недолго уже осталось…
- Я вижу…
- Видит он. Видеть каждый может! - Старик снял пальто, - Я вас тварей знаю. Только она, когда видела тебя, такого же! Но при этом не сидела, себя не жалела, тебе собаке резаной несла! – он сел, рядом поставил небольшой старый чемоданчик. – А ты только видеть и можешь.
Я молчал. Сам знал всё знал… И опять ничего не сделал…
- Отойди, - велел старик.
Он достал шприц, старый, стеклянный. Наполнил его, чем я не видел. Перетянул жгутом ей руку… Я было дёрнулся помешать, но старик успел быстрее, неожиданно сильно усадил меня на место.
- Это поможет.
Отчего то очень хотелось поверить этому человеку. Я кивнул.
Смотрел, как, жидкость постепенно уходит из шприца. Смешно, но меня всегда мутило при виде шприцов…
- Но это не спасёт её, только продлит мучения… Даст ещё какое то время.
- Зачем ты здесь? – я всё-таки спросил.
- У меня была дочь, - начал старик – примерно одного возраста с ней. Уходила рано, приходила поздно, как и все в её возрасте. Естественно ни о чём не рассказывала. Уж и не знаю, где она подцепила эту заразу, и знать не хочу. Впрочем, когда я об этом узнал, было уже поздно. Утром я нашёл её мёртвую, в снегу около дома.
Старик умолк, затем заговорил вновь:
- Не все из вас заслуживают такой участи, некоторые должны жить. Только вот вы, падлы, живёте, а таких как она становиться с каждым днём всё меньше и меньше.
Затем он повернулся к девушке. Разговор был окончен.
Совсем муторно стало на душе. Я вышел на улицу…
Тёмная ночь, словно дуло пистолета…
У смерти никогда не заканчиваться пули…
В голове плавали отчаяние, бред, слова старика и мысли о ней.
Внутри закипала тихая, бессильная злость. На самого себя и на всех кто сейчас там в городе.
Этой ночь я стал на один шаг ближе к тому, что бы навсегда провалиться в забвение.
Лабиринт улиц распростёрся передо мной… Ни мгновения ни сомневаясь я шагнул прямо внутрь этого зверя. Далёкое звучание сирен, гул и рёв машин, перемежающихся с бликами полицейских огней. Город продолжал смотреть на меня неоновыми глазами реклам.
Я стоял посреди этого кошмарного лабиринта, асфальт беспокойно дрожал под моими ногами. Удушливые тени города подступали всё ближе и ближе.
Смерть настойчиво звала из темноты выстрелами, и вдруг захотелось потеряться в этой темноте…
Я не узнавал себя, во мне сидел кто-то старый, уставший от жизни…
Когда я вновь спустился, старик всё ещё сидел около неё. Взглянув на меня, его лицо посерело, потом опустил глаза и перевёл взгляд на неё.
- Дурак…
Я ничего не ответил, не было смысла, этот старик знал всё, смысла оправдываться не было.
- Все вы звери, ими и останетесь… - голос старика звучал тихо, устало.
И опять я молчу…
- У тебя осталось слишком мало времени, чтобы тратить его на себя!
- И что ты можешь мне предложить? – взревел я от обиды.
Старик остался спокоен, только чувствовалось, та сила в его глазах она постепенно кончалась, иссякало то, что поддерживало его столько времени.
- В нескольких километрах отсюда есть, одна охраняемая правительственная лаборатория. Я не знаю, насколько это, правда, но я слышал, что там есть то, что поможет ей. Тебе нужно идти одному, с ней ты далеко не уйдёшь. Потом ты должен возвратиться за ней… Если конечно, ты сможешь вернуться… Иди, у тебя осталось слишком мало времени…
В глазах темнело…
На улице шёл снег, мягкий, большими белыми хлопьями. Теперь они не смешивались с этим миром, а укрывали его полностью, скрывая чёрное раскисшее естество.
Глаза больно резало от блестевших кристалликов льда… Я заблудился…
Она лежала на моих руках, глаза были наполнены мукой, а губы слегка подрагивали пытаясь улыбнуться… Где-то в глубине души я понимал, что всё кончено, Она умрёт и я навсегда останусь один… Ни свет, ни тьма больше не хотели принимать меня.
Уродливый диск луны, поднимался над дымовой завесой, закрывавшей город уже много дней. А в моей душе, вместе с луной, поднималось то желание которое возникает после того, как мир отверг тебя, после того, как последнее, что держало тебя внутри его исчезло…
Медленно, словно прорываясь сквозь тающую реальность, пробился холодный, вперемежку со снегом дождь. Я содрогнулся когда, впервые ледяные капли коснулись её лица… Она была мертва…
Две короткие слезы… Я ловил взгляды мёртвых уголком своих глаз… Смерть жадно смотрела на меня из темноты… А я усмехаясь смотрел на неё… Я знал все её надежды, все не осуществившиеся мечты… И даже одну из них не смог исполнить…
