Куранты пробили...и вот под бранный дым и гром Сатурн венчает Новый год железом и огнем. Встаем мы вновь среди друзей, бокалами звеня, И есть для Родины моей три тоста у меня.   Мой первый тост – за тех, чей взор как прежде бодр и прям, На чьей груди нам всем в укор Алеет грозный шрам, За тех, кто там, плечо с плечом сплотившись в ряд, звенят Но не бокалом, а мечом!.. Тост первый за солдат!   Второй мой тост – бокалов звон – за жатву наших дней, За наше будущее он, за наших сыновей. Чтоб, помянув на тризне нас, на мелкие куски Они разбили в тот же час отцовские очки!   И, сбросив в прах былой кумир, казавшийся святым, Смогли б увидеть новый мир под солнцем золотым! Второй мой тост – бокалов звон - за жатву наших дней, За наше будущее он. Второй тост – за детей!   Звени, звени, мой третий тост, звени же вновь и вновь О вечно лгущей сказке звезд! Тост третий – за любовь! Когда-то где-то в дни свои жил некий человек, Который не вкусил любви за весь свой долгий век.   И потому и оттого узнал весь край о нем, И называли все его великим мудрецом. И вот явился, наконец, сам царь проверить слух, И оказалось, что мудрец был просто слеп и глух!..   Звени, звени, мои третий тост, звени же вновь и вновь О вечно лгущей сказке звезд! Тост третий – за любовь!   Николай Агнивцев 31 декабря 1916 г.

 

Серия сообщений "Николай Агнивцев":
Часть 1 - Мечты!.. Мечты!..
Часть 2 - В день рождения принцессы
...
Часть 17 - Смерть поэта
Часть 18 - Дама из Эрмитажа
Часть 19 - Три новогодних тоста (почти век назад)