-Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 22.12.2010
Записей: 7
Комментариев: 320
Написано: 2291


 


Тайный смысл Георгиевской ленточки...

Вторник, 08 Мая 2018 г. 19:55 + в цитатник

В самом деле, а что она означает. Откуда взялось это сочетание цветов? Против которого даже сам "великий и ужасный" Сталин не возражал утверждая орден Славы в 1943 году...

«Георгиевскую ленточку» справедливо связывают с Орденом Св. Великомученика и Победоносца Георгия, учрежденным при Екатерине II (1769 г.) для награждения за военные подвиги во славу Отечества. Но при этом почему-то забывают (а иные и вовсе не знают), что цвета орденской ленты повторяют цвета Российского герба в том виде, как он утвердился со времен Петра I: черный двуглавый орел на золотом (оранжевом) поле с белым (серебряным) Георгием на груди. Впоследствии, в тех же цветах, был утвержден (1858 г.) и Российский государственный флаг, состоящий из черной, золотой и белой полос.

4141747_1858 (420x280, 18Kb)

Поэтому, 9 мая, нацепляя на себя Георгиевскую ленточку мы, по сути дела, украшаем себя старым Российским флагом.
А где же белая полоска спросят иные особо любопытные?
Так ведь белым-то на ленточке был сам Георгиевский крест…

4141747_Order_of_St__George (330x304, 35Kb)

Ну, с днем Победы, господа-товарищи!

Главное в это день не забывать, что она не первая и не единственная была в России... И дай Бог не последняя будет. Особенно это важно помнить в условиях уже начавшейся 3-й Мировой (вернее вновь разгорающейся вечной Мировой) войны.

 

 


Метки:  

Понравилось: 2 пользователям

Симфония герба и флага России

Среда, 28 Февраля 2018 г. 20:54 + в цитатник

Увертюра (allegro scherzando)


По геральдической традиции флаг государства должен повторять изображения его герба. Запомните это утверждение, мы еще вернемся к этой мелодии в самом конце произведения. Но геральдические фигуры бывают весьма замысловаты и сложны для отображения их на ткани. Поэтому на знаменах дозволяется воспроизводить хотя бы основные цветовые сочетания герба. Напомню, что герб в идеале (теоретически) создается на щите вечными «благородными» эмалями (финифтями) и металлами, а не бренными «плебейскими» красками. Поэтому, например, белого и желтого цветов в геральдике нет, а есть серебро и золото. Но на флаге это, разумеется, будут белые и желтые материи. Тут впору заметить: всякий, кто хоть немножко начинает изучать геральдику, очень скоро убеждается, что наука сия изобилует условностями и состоит скорее не из правил, а из исключений. И еще придётся посетовать: это в давние времена геральдические правила весьма уважались, а начиная с эпохи промышленного капитализма, к ним всё более выказывается пренебрежения(е). Виной тому подлое буржуазное сословие, повсеместно пришедшее к власти. Тонкости благородной символики мало интересуют ушлых мастеров прибыли и/или пролетарских противников прибавочной стоимости. Посмотрите на флаги и гербы первых революционных государств 18 столетия: СГА (США) и Французской республики. Какое отношение звездо-полосатость имеет к белоголовому орлу? А топорный «герб» Франции – к сине-бело-красному триколору? И точно так же не соотносится «герб» СССР (желто-голубой в основе) с красным бунтарско-кровопролитным полотнищем? Флаг СССР больше соответствовал гербу РСФСР – золотые серп и молот на красном поле щита. Стоит ли после такого торжества геральдической профанации углубляться в размышления о гербах и флагах? Но кому интересно – попробуйте вслушаться и вглядеться. Всего лишь 7 нот и 7 цветов, а такие, порой, исторические «чудесатости» получаются…


ЖМИ СЮДА и будет симфония



Процитировано 1 раз
Понравилось: 1 пользователю

Русские не сдаются!

Пятница, 09 Февраля 2018 г. 23:22 + в цитатник

Разумеется, фраза эта за 1000-летнюю историю России могла произноситься многократно, кем угодно, и где угодно. Звучит она для русского сознания даже банально. Хотя это вовсе не значит, что русские никогда и никому не сдавались. Как говорится: на войне, как на войне, всякое бывает. Но вот "крылатой" эту фразу, на мой взгляд,  сделал довольно наивный и посредственный советский фильм «Секретарь райкома», снятый в 1942 г. режиссером Иваном Пырьевым.  Причем, по сценарию, написанному Иосифом Прутом, таганрогским евреем до 19 лет жившим и обучавшимся в Швейцарии и Франции и, потому, конечно же, ставшим в СССР глубоким знатоком русской души и характера.

Впрочем, сценарий я не читал. И потому не могу уверенно утверждать, что там означенная "крылатая фраза" есть. Ведь она могла быть чистым экспромтом артистов на съемочной площадке. Но так или иначе, где-то на 40 минуте пырьевского фильма в ответ на предложение гадов-фашистов:"рус сдавайся!" - Звучит неоднократный ответ: "русские не сдаются!" Ответ увесисто подкрепляемый бросанием гранат и пулеметными очередями. 

Ну, вот как-то так, ребяты! А то, если "фтырнете" набрать сию крылатую фразу, то почему-то сыплются истории про "атаку мертвецов 1915 г"... которую, между прочим, последовательно возглавляли три поручика: руский пскович Котлинский, явно поляк Стржеминский и, вероятно, остзейский немец Радке.

Ох, не люблю я сказочников... Ну, ведь натуральная "гиштория" гораздо интереснее! Тем паче, что традиция сохраняется.

4141747_nadpis (700x525, 78Kb)


Метки:  

Понравилось: 3 пользователям

12 ответов о Революции и Гражданской войне

Понедельник, 13 Ноября 2017 г. 22:39 + в цитатник
Это цитата сообщения Роман_Торчагин [Прочитать целиком + В свой цитатник или сообщество!]

С сокращениями от утомительности разсуждений. Егор Холмогоров: 12 ответов Захару Прилепину о Революции и Гражданской войне

1. «Большевики не свергали царя. Большевики свергли либерально-западническое Временное правительство».

На самом деле, большевики были наиболее категоричными сторонниками свержения самодержавия среди всех русских оппозиционных партий, они исключали возможность сохранения монархии даже в конституционной форме и были последовательными республиканцами.

Большевики не сыграли крупной роли в свержении монархии только потому, что к февралю 1917-го партия была еще очень слаба.

Зато они с лихвой компенсировали это упущение убийством царской семьи, которое, помимо отвратительности жестокого и мучительного убийства юных девушек, больного ребенка и слуг, и было подлинным свержением русской монархии.

Отречение Николая II в марте 1917-го, как отмечают многие историки и правоведы, было юридически ничтожно и обратимо, а вот факт смерти необратим и против него не поспоришь.

2. Прилепин, утверждая, что борьбу белых против красных начали февралисты (Корнилов, Алексеев, Савинков), задает риторический вопрос: «Люди, выступающие против большевиков и Ленина, действительно считают, что России было бы лучше, если б весь XX век ею управляли либералы, революционеры, практиковавшие террористические методы, и генералы, изменившие присяге?»

К сожалению, большинство наших читателей и по сей день недостаточно знакомы с историей антибольшевистского сопротивления, а потому вполне может поверить этому утверждению. Но истине оно не соответствует.

Лидеры, бывшие настоящими иконами Белого движения, – генералы Дроздовский, Марков, Каппель, Юденич, Кутепов – были убежденными монархистами.

Из верховных руководителей белых только Деникин всегда оставался последовательным республиканцем. До конца непроясненной остается позиция адмирала Колчака.

Остальные в той или иной мере высказывались в пользу монархии. Причем, несмотря на недовольство представителей Антанты, Белое движение по ходу своей борьбы непрерывно «правело» и двигалось ко все более выраженному монархизму, вплоть до Земского собора во Владивостоке в 1922 году.

Генерал Корнилов: «Я никогда не был против монархии... я – казак. Казак настоящий не может не быть монархистом».

Генерал Алексеев: «Нормальным ходом событий Россия должна подойти к восстановлению монархии».

Генерал Врангель: «Царь должен явиться только тогда, когда с большевиками будет покончено».

Республиканец Деникин признавал, что половина его армии была монархистами.

Чтобы честно ответить, действительно было бы лучше, чтобы Россией вместо большевиков весь ХХ век правили либералы, отставные эсеры-бомбисты и изменившие Государю генералы, достаточно задать следующие уточняющие вопросы:

– Стал бы террорист эсер Савинков проводить всеобщую коллективизацию, раскулачивание крестьян, высылку людей, у которых была отобрана земля и имущество, в зону вечной мерзлоты, где они умирали от голода?

– Стал бы изменивший монархии генерал Корнилов создавать систему концентрационных лагерей, охватывающих всю страну, в которую люди бы отправлялись за рассказанный о Корнилове анекдот или за хищение колосков в устроенном Савинковым колхозе?

– Стал бы несомненный левацкий негодяй Керенский отдавать приказы не подвозить хлеб в голодающие области Малороссии, Кубани и Поволжья, а напротив, препятствовать голодающим покидать районы бедствия?

– Стал бы республиканец Деникин подписывать списки казнимых на сотни имен и утверждать запросы местных отделений охранки на повышение лимитов на расстрел?

– Стал бы чудовищный в своей либеральной пошлости Милюков закрывать церкви, расстреливать монахов, священников, епископов, юродивых, срывать с детских шей кресты и вскрывать для «освидетельствования» святые мощи?

Честный ответ на эти вопросы покажет, насколько власть невероятно подлых и гнусных февралистов была бы для России предпочтительней власти большевиков.

Даже самые жесткие авторитарные правые режимы не сравнимы по масштабу жертв и разрушений с левыми тоталитарными. Пиночет – не Пол Пот.

О том, почему даже февралисты были лучшим выбором по сравнению с коммунистической властью, говорит пример 90-х годов.

В те годы новейшим февралистам оказывалось ожесточенное сопротивление, политическое, идейное, а временами и силовое, со стороны национально-патриотических сил.

И в итоге не прошло и десяти лет, как российский «феврализм» закончился, добровольно отрекшись от власти в пользу Путина, начавшего восстановление государственности. Почему мы думаем, что в 20-е было бы иначе?

3. «Сторонники идеи о том, что революция была совершена на деньги немецкие и британские, должны каким-то образом объяснить для начала самим себе, получили ли искомую выгоду первые и вторые, с какой целью и первые, и вторые участвовали в интервенции против Советской России, если большевики были их агентами».

Никто и никогда не подозревал большевиков в том, что они действовали в интересах стран Антанты. Английской агентурой, вероятно, были февралисты, свергнутые большевиками. Ленин же и его соратники рассматриваются, и не без оснований, как агентура германская.

Никаких минимально значимых столкновений между большевиками и германской армией, оккупировавшей по Брестскому миру значительную часть России, никогда не было.

До последнего дня германской монархии Ленин и его правительство были абсолютно лояльны Германии, каковая пользовалась огромными выгодами от соглашения с большевиками – высвободила с Восточного фронта большую часть армии и бросила в наступление на западном, снабжалась с «Украины» продовольствием...

Что не в коня был корм, это уже никак не Ленина вина. В соблюдении своего германского контракта наш Ильич был удивительно пунктуален, фактически изнасиловав даже собственную партию ради ратификации Брестского мира.

Достаточно вспомнить, что 1 марта 1918 года большевики безропотно сдали немцам освобожденный от петлюровцев 8 февраля в результате рабочего восстания Киев.

Насколько долгосрочным был большевистски-германский альянс, показывает тот факт, что он быстро восстановился и при новых республиканских властях Германии, несмотря на то, что они подавили все попытки захвата власти поддержанными из Москвы коминтерновцами.

4. «Памятуя о том, что часть аристократии была изгнана из России, вместо которой пришли, как у нас иные любят говорить, «кухарки и бандиты», стоит отдавать себе отчёт, что Ленин тоже был дворянином, равно как и множество виднейших большевистских деятелей и руководителей партии» (далее следуют ссылки на дворянское происхождение Ленина, Орджоникидзе, Маяковского и даже чекиста Глеба Бокия).

Нет ничего нового в том, что представители аристократии встают на сторону антиаристократических движений. Тут можно привести массу исторических примеров, начиная со знаменитого афинянина Перикла и до герцога Филиппа Орлеанского.

Сами приводимые Прилепиным имена показывают, что количество дворян среди вождей большевиков было пренебрежимо мало (особенно если исключить из их списка пропитанных ненавистью ко всему русскому и считавшихся в Российской империи априори революционерами польских шляхтичей наподобие Дзержинского).

Степень «потомственности» дворянства Ленина тоже преувеличивать не следует – Илья Николаевич был сыном мещанина и получил чин, дававший право на потомственное дворянство, только семь лет спустя после рождения Володи.

Отношения между большевиками и дворянством определялись не отдельными личностями, а политической философией большевизма, сущность которой составлял принцип классовой борьбы, а дворяне, равно как и духовенство, и буржуазия, и зажиточные крестьяне, рассматривались как классовые враги, подлежащие уничтожению.

5. «В Красной армии служило 75 тысяч бывших офицеров (из них 62 тысячи – дворянского происхождения), в то время как в Белой около 35 тысяч из 150-тысячного корпуса офицеров Российской империи)».

Приводимые Прилепиным цифры являются произвольным вымыслом,

 

запущенным советским исследователем Кавтарадзе в книге «Военные специалисты на службе Республики Советов 1917–1920 гг.».

Эти спекуляции опровергнуты в фундаментальном исследовании С.В. Волкова «Трагедия русского офицерства».

Кавтарадзе произвольно суммировал такие совершенно разные категории, как: 1) 8 тысяч офицеров, добровольно пошедших на службу большевикам во время формирования войск антигерманской «завесы» весной 1918 года, то есть желавших продолжить борьбу с врагом, но обманутых большевиками. Значительная их часть покинула Красную армию, а то и присоединилась к белым;

2). Около 48 тысяч бывших офицеров, призванных в Красную армию в 1918–1920 годах, зачастую с применением насилия;

3). Около 14 тыс. пленных белых офицеров, поступивших в Красную армию ради сохранения жизни. Эти бывшие офицеры составляли, по разным подсчетам, от четверти до трети всего комсостава Красной армии, причем их доля неуклонно снижалась, так как большевики не доверяли военспецам.

Манипуляцией является и названная численность офицерского корпуса Российской империи в 150 тысяч,  на самом деле это численность находившихся в строю офицеров действующей армии, в то время как в число тех, кто служил большевикам, включаются все офицеры, где бы они ни находились в 1918 году – в тылу, госпитале и т.д.

По подсчетам Волкова, численность офицерского корпуса на конец 1917 года составляла 276 тысяч, так что количество всех пошедших к красным офицеров не составляло и четверти от этого числа.

Для сравнения: в Белом движении приняло участие 170 тысяч офицеров (больше, чем Прилепин насчитал их всего), из которых 55 тысяч (на 20 тысяч больше, чем Прилепин насчитал белых офицеров в целом) погибли в боях с большевизмом и примерно столько же оказались в эмиграции.

«Вы все еще хотите, – вопрошает Прилепин, – поговорить о том, как кухарки и сиволапые бандиты обманом и нахрапом победили белолицых и прекрасных русских дворян, не изменивших присяге и верных императору?»

О качестве пошедшего к большевикам офицерства следует поговорить отдельно.

К 1917 году командный состав русской армии подразделялся на две большие группы: первая кадровые офицеры Императорской армии, подобные Рощину из «Хождения по мукам» А.Н. Толстого.

Эта категория очень серьезно пострадала во время Первой мировой, когда в её начальный период была выбита значительная часть кадрового офицерства (что и предопределило кризис дисциплины в императорской армии).

Вторая  офицеры производства военного времени, такие как поэты Николай Гумилев и Александр Блок, Телегин из того же «Хождения», пресловутый прапорщик Крыленко и т.д.

Офицеры второй категории были, по сути, обычными интеллигентами в погонах, не обладавшими ни кастовым военным сознанием, ни зачастую серьезной военной подготовкой.

К концу войны редкий грамотный человек был не при погонах.

 

Генерал Гурко с пренебрежением говорил об офицерстве, «вышедшем из среды банщиков и приказчиков». Значительная часть из них, прапорщики, не слишком отличалась и от солдатской массы, и от штатских, из рядов которых они недавно вышли.

Подавляющее большинство покрасневшего офицерства составляли именно офицеры производства военного времени. Кадровые офицеры составляли в Красной армии не более 6% комсостава.

В Википедии фигурирует список из 385 царских генералов, служивших в Красной армии.

Даже если принимать его на веру без критики, то необходимо осознавать, что уже на лето 1916 года в императорской армии было около 4 тысяч генералов, а к концу 1917-го их стало еще больше.

В Красную армию пошло служить не более 10% генералитета.

 

В их числе практически не было командиров высшего звена времен Первой мировой – по большей части это были либо штабные генералы (такие как Михневич, Маниковский, Зайончковский), либо лихие полковники, выслужившие генеральские чины на войне.

Еще более характерно то, что самостоятельного командования этим генералам большевики практически не поручали, держа их в качестве спецов-консультантов и плотно окружая всевозможными комиссарами. Редким исключением был генерал-майор Ольдерогге, добивавший армию Колчака в Сибири осенью 1919 года.

Еще более показательна судьба большинства царских генералов и обер-офицеров, пошедших на службу к большевикам.

 

Они были уничтожены в 1931 году по сфабрикованному ОГПУ делу «Весна». В рамках этого дела были арестованы 3000 человек. Упомянутый Ольдерогге и многие другие – расстреляны.

В 19371938 годах были расстреляны и те арестованные по данному делу, кто сперва получил лишь тюрьму и ссылку: крупнейший военный теоретик Свечин, генералы Сытин, Верховский, Морозов...

Так что либо советская власть набрала в Красную армию врагов и служили они ей неискренне, либо большевики сознательно уничтожили поверивших им и решившимся служить совнаркому из любви к Родине офицеров и генералов.

6. «Гражданскую войну устроили белые...».

Первым актом Гражданской войны в России стал насильственный захват большевиками власти в Петрограде и Москве, сопровождавшийся, к примеру, артобстрелом Кремля, узурпация власти.

Автор, очевидно, предполагает, что все граждане бывшей Российской империи должны были подчиниться этой узурпации на том основании, что в столице какой-то съезд советов объявил о переходе власти в руки некоего совнаркома.

Если всякий, силой захвативший власть, тем самым имеет право на безоговорочное подчинение, то совершенно непонятно, что майор Прилепин делает в рядах армии ДНР – по его же логике типичных мятежников, не подчиняющихся самозахватной власти в Киеве и «устроивших» войну тем, что решили не сдаваться майданным узурпаторам.

«Была осуществлена интервенция четырнадцатью (14!) странами – и в такой ситуации сваливать жертвы Гражданской войны на одних большевиков – несусветная дичь».

Представлять большевиков защитниками России от интервентов – давний пропагандистский ход.

Интервенция стран Антанты имела в виду локализовать последствия отпадения важнейшего союзника в разгар Мировой войны и заключения его узурпаторским правительством сепаратного мира.

Ни Англия, ни Франция, ни США не пытались захватить часть российской территории, не предпринимали военных попыток свергнуть большевиков

 

(а такие попытки были бы, скорее всего, успешными), крайне скупо поддерживали антибольшевистское сопротивление и крайне настойчиво требовали с него золото.

Весной 1919-го Антанта и вовсе приняла решение отказаться от военного вмешательства в Гражданскую войну в России. Никакой угрозы большевистскому режиму ни одна из «интервенций» не представляла.

7. «Первые законы, которые приняли пришедшие к власти большевики, не носили никакого репрессивного характера. Большевики явились во власть в качестве невиданных идеалистов, освободителей народа и, в самом лучшем смысле слова, демократов».

27 октября (9 ноября) был принят «Декрет о печати», четвертый по счету из декретов советской власти.

В нем обосновывались и вводились критерии для репрессивных запретов органов «буржуазной» печати совнаркомом. Таких критериев введено было три: призывы «к открытому сопротивлениюили неповиновению Рабочему и Крестьянскому правительству» (т.е. непризнание узурпаторов законной властью); попытки посеять «смуту путем явно клеветнического извращения фактов» (т.е. любая информация, которую большевики считают для себя невыгодной); призывы «кдеяниям явно преступногот.е. уголовно наказуемого характера» (в условиях отсутствия на тот момент уголовного кодекса – призывы к любым неугодным совнаркому действиям).

В дальнейшем в течение ноября и декабря накал проповеди насилия в декретах советской власти неуклонно нарастает: Конфискация частных типографий и запасов бумаги (17 ноября  здесь и далее новый стиль), введение государственной монополии на объявления (20 ноября), требования арестов и «революционного суда народа» для всякого, кто «вредит народному делу» (18 ноября), прямой запрет на переговоры и посредничество с «вождями контрреволюционного восстания» (8 декабря), приказ об аресте руководства кадетов как «партии врагов народа» (11 декабря).

Вот такие «в самом лучшем смысле слова демократы».

8. «Столкнувшись с возможностью распада империи и сепаратистскими движениями на национальных окраинах, большевики немедленно изменили тактику и стремительно собрали империю, в итоге окончательно потеряв только Финляндию и Польшу, нахождение которых в составе России и ныне кажется неактуальным и чрезмерным.

При всём желании, большевики не могут именоваться «разрушителями империи» – они всего лишь именовали свои наступательные походы «интернациональными», однако результатом этих походов было традиционное российское «приращивание земель».

В прославляемой Прилепиным «Декларации прав и народов России» четко зафиксировано «право народов России на свободное самоопределение, вплоть до отделения и образованиясамостоятельного государства».

Выходит, большевики были обычные лицемеры  как только народы реально попытались воспользоваться провозглашенным правом, те тут же «немедленно изменили тактику» и занялись «приращиванием земель». Очень напоминает отношение большевиков к любым другим правам.

Но и никаких земель большевики, разумеется, не приращивали.

К моменту окончания Гражданской войны на Дальнем Востоке они потеряли Прибалтику, Западную Украину и Западную Белоруссию, признанные за Польшей по Рижскому мирному договору, Бессарабию, отторгнутую Румынией. Всё это Сталин вернул в 1939 году никак не благодаря большевизму, а благодаря Мировой войне и договоренностям с Гитлером (и ничего из этого, кроме районов, возвращенных из состава Эстонии и Латвии, в границах собственно советской России не оказалось).

По дороге потерялся аж до 1944 года Урянхайский край, ныне Тува. Навсегда были потеряны в 1921 году, благодаря Московскому и Карсскому договорам с «другом Кемалем», области Западной Армении: Карс, за который столько раз лили кровь русские солдаты, и гора Арарат.

Признавая независимость Финляндии, Ленин щедрым жестом признал за ней Выборг, отбитый еще Петром Великим у шведов.

В 1940 году Выборг вернулся в состав России только благодаря маршалу Маннергейму – его отчаянное сопротивление советским войскам привело к тому, что Сталину, вместо договора с марионеточной Финляндской Демократической Республикой Куусинена, по которому СССР дарил ей половину Карелии и проводил границу южнее Выборга, пришлось заключить полноценный мир на жестких условиях.

Ни единого приращения русской земли большевики не сделали до самого занятия Львова в ходе сталинского «освободительного похода». Но вот только

Львов вошел бы в состав Российской империи, если бы царя не свергли.

 

А в сталинском варианте он оказался отравленным подарком, заразившим Украину самой радикальной бандеровщиной.

9. «Царя нет – это раз. Есть белые генералы, которые в целом были готовы на вышеизложенный расклад и распил страны, – это два. И есть большевики, которые этому раскладу и распилу противостояли».

Апология ленинской национально-территориальной политики дается Прилепину особенно мучительно. Тут и повторение либерального тезиса о том, что «все империи распадаются», иапелляция к соглашению Англии и Франции «о разделе зон влияния в России».

Начнем с явной подмены. Белые сражались за единую и неделимую Россию. Это был главный лозунг и главная цель Белого движения.

И Колчак, и Деникин, и Врангель категорически отказывались от признания сепаратистских образований на территории Российской империи.

 

Как уже говорилось выше, трактовать соглашение Англии и Франции от 23 декабря 1917 года, которым устанавливались зоны ответственности союзных держав на юге России, в условиях продолжающейся Мировой войны как «раздел России между Англией и Францией» нет никаких оснований.

Автору может сколько угодно не нравиться тезис о том, что именно большевизм заложил атомную бомбу под единство России. Но ничего нельзя поделать с тем фактом, что именно большевиками создана была в 1920 году «Киргизская АССР», переименованная в 1925 году в Казахскую, причем её столицей до 1925 года был Оренбург – так изощренно мстили большевики Оренбургскому казачьему войску за непокорство.

Чудо, что в итоге этот русский город был исключен из состава Казахстана и остался в РСФСР. Многим другим частям Южной Сибири повезло в этом смысле гораздо меньше.

Везде, где могла, создавала советская власть республики с правом отделения и автономии, формировала «титульные нации», выделяла им средства на развитие, конструировала им историю и впаривала им латинский алфавит (к которому сегодня с такой помпой возвращается Назарбаев).

Об этом есть прекрасная книга Терри Мартина «Империя «положительной деятельности». Нации и национализм в СССР в 19231939».

Отец-основатель украинского сепаратизма Михаил Грушевский в роли президента Академии Наук УССР смог осуществить то, о чем он даже и не мог мечтать в роли президента Украинской Народной Республики, – превратить миллионы малороссийских крестьян в «украинцев».

Украинизация была магистральной политикой советской власти в 19201930-е годы и никогда в полной мере не прекращалась и позднее.

Да, Сталин местами эти процессы притушил (хотя именно он вместо АССР создал Казахскую, Киргизскую, Карело-Финскую, которую, по счастью, упразднил Хрущев, союзные республики), но никогда полностью за советский период они не заглохли.

И эти искусственно сформированные коммунистами границы «рванули» в 1991-м благодаря либералам.

Кто больше виновен в падении? Тот, кто долго и трудолюбиво подпиливал ножки стула, или же тот, кто со всего размаху уложил на него свой афедрон?

10. «Патриарх Тихон предал большевиков анафеме, говорят нам. Нельзя большевиков поддерживать поэтому. Но ведь патриарх Тихон и Белое движение не благословил, не принял».

Патриарх Тихон предал анафеме не большевиков, а всех, кто творит кровавые расправы над Церковью

 

и верующими людьми, ее защищающими, кто убивает священников, грабит храмы, обдирает иконы, оскверняет священные сосуды.

А вот собственно большевиков как таковых патриарх сурово обличал в своем послании от 13 (26) октября 1918 года, и его слова бьют наотмашь, в том числе и по Прилепину:

«Великая наша Родина завоевана, умалена, расчленена, и в уплату наложенной на нее дани вы тайно вывозите в Германию не вами накопленное золото».

«Никто не чувствует себя в безопасности; все живут под постоянным страхом обыска, грабежа, выселения, ареста, расстрела. Хватают сотнями беззащитных, гноят целыми месяцами в тюрьмах, казнят смертью часто без всякого следствия и суда, даже без упрощенного, вами введенного суда.

Казнят не только тех, которые перед вами в чем-либо провинились, но и тех, которые даже перед вами заведомо ни в чем не виновны, а взяты лишь в качестве «заложников», этих несчастных убивают в отместку за преступления, совершенные лицами не только им не единомышленными, а часто вашими же сторонниками или близкими вам по убеждению».

«Сначала под именем «буржуев» грабили людей состоятельных, потом под именем «кулаков» стали уже грабить более зажиточных и трудолюбивых крестьян, умножая, таким образом, нищих, хотя вы не можете не сознавать, что с разорением великого множества отдельных граждан уничтожается народное богатство и разоряется сама страна».

Так что уже совсем не важно, поддерживал ли Белое движение патриарх, находившийся в руках большевиков и в постоянной смертельной опасности, или не поддерживал.

11. «Большевики произвели национализацию промышленности – более всего они ущемили интересы крупного капитала, отдав предпочтение интересам трудящихся. Более всего в Гражданской войне был заинтересован, образно выражаясь, российский список «Форбс»...».

Не совсем понятно – интересам каких конкретно трудящихся отдали приоритет большевики? Рабочих, которые были обречены на несколько лет разрухи, голода, остановившихся заводов? Крестьян, взвывших от террора комбедов и продразверстки, а потому поднявших затравленное газами Тамбовское и многие другие восстания?

При «эксплуататорах» экономика России росла на 8% в год, а при власти советов больше десятилетия нагоняла призрак самой себя из 1913 года.

Что же касается «членов российского списка «Форбс», то за вычетом убитого при загадочных обстоятельствах в 1918 году в Москве богатейшего человека России Н.А. Второва прочие эмигрировали и скончали живот свой в Париже или Монако. 127-метровая яхта М.И. Терещенко «Иоланда» была в 1920-е годы самой большой яхтой в мире.

Как в то же самое время жили пролетарии, освобожденные от гнета эксплуататоров и царского социального законодательства, хорошо описал сам певец большевицкой власти Маяковский: «сидят впотьмах рабочиеподмокший хлеб жуют».

Впрочем, это были еще цветочки. Вместо города-сада их в ближайшем будущем ожидала система принудительного труда, которая и стала главным сталинским «ноу-хау» в ходе индустриализации.

Не имея возможности сконцентрировать достаточно капитала для полноценного осуществления задуманных на пятилетку планов, товарищ Сталин нашел решение – он свел практически к нулю цену другого производственного фактора, труда.

Впервые в истории была проведена современная индустриализация на базе рабского труда.

 

Большевики и в самом деле уничтожили частный капитал. Единственным капиталистом осталось государство. И теперь уже не предприниматели, а оно вело переговоры с трудящимися, подкрепляя свои слова чекистским маузером.

В то время как их собратья в Европе и Америке добивались всё более выгодных условий оплаты труда, оформления системы социального государства, русские рабочие десятилетиями оставались на рабском положении и еще считали, что им повезло, если их не перевели из рабов встречного плана в рабы ГУЛАГа.

12. «В Гражданской войне победил, в первую очередь, русский народ. Русская революция, случившаяся 7 ноября 1917 года, – и заслуга, и победа, и трагедия русского народа. Он несёт за неё полную ответственность, и он вправе гордиться этим великим свершением, изменившим судьбу человечества».

Не буду спорить с тем, что в Гражданской войне победил именно русский народ. Не поддержи слишком многие русские большевиков, активно или покорностью, никакие латышские стрелки и китайские добровольцы не даровали бы Ленину и его шатии победы. 

Вот только победил русский народ сам себя. И ту свою часть, что осмелилась выступить за честь, правду Божию, страдающее Отечество  единую и неделимую Россию. Такая победа обрекла практически всех, кто склонился перед большевизмом, на десятилетия нищеты, террора, рабства, зощенковского быта.

Для этих людей единственным утешением в быту была надежда, что они мучатся ради великих свершений, ради Большого Проекта.

Им никто не напомнил, что совсем недавно царская Россия осуществила один из самых грандиознейших проектов в истории человечества – всеконтинентальную магистраль Транссиб. И сделала это без всякого напряжения сил, не платя за инфраструктурный прорыв десятками тысяч человеческих жизней.

Каждое человеческое сообщество, в том числе и русский народ, имеет набор базовых ценностей и целей: духовные – распространение своего мировидения, своей веры, укрепление самобытности, оригинального творческого начала в национальной культуре; материальные – улучшение благосостояния и увеличение численности народа; политические и геополитические – увеличение своего ареала обитания и безопасности границ.

В достижении всех без исключения этих целей русский народ в ХХ веке провалился именно благодаря большевистскому перевороту.

Православие пережило жесточайшее гонение, поставившее Русскую Церковь на грань уничтожения. Оригинальность русской культуры, достигшей высшего расцвета на рубеже XIXXX веков, начала насильственно стираться. Русские люди были обречены на десятилетия ужасающей нищеты, террора, голода и провал в невообразимых размеров демографическую яму.

Закончился большевистский период стремительным сжатием границ, сужением ареала обитания русских и превращением нашего народа даже в России в людей второго сорта.

Если это – «победа», то главное не победить себя таким же образом еще раз. [/MORE]

vz.ru/columns/2017/11/8/894324.html



Понравилось: 1 пользователю

Без заголовка

Понедельник, 13 Ноября 2017 г. 22:25 + в цитатник

4141747_IMG_46 (700x392, 328Kb)



Понравилось: 4 пользователям

Ботинки Киплинга

Пятница, 25 Августа 2017 г. 16:19 + в цитатник

Приходится восстановить этот опус. На Стихи.ру народ часто смотрит мой перевод. А там получается не работающая ссылочка на подробный разбор.

Это стихотворение всем хорошо известно в переводе Ады Оношкович-Яцына. У нее оно названо «Пыль». К переводу, говорят, и сам М.Л. Лозинский руку приложил и кто-то еще после него. Но мне кажется, вся компания слишком увлеклась изящной поэтикой. Это, вообще, не плохо, но не в том случае, когда барышне доверяют переводить на свой лад солдатские стихи.

читать иль не читать?

Метки:  

Понравилось: 1 пользователю

Учебник по русской истории для взрослых...

Пятница, 30 Декабря 2016 г. 23:46 + в цитатник

После окончания школы человек сильно взрослеет, а историческое сознание его остается сказочно-детским. Уж таковы до сих пор методики школьного преподавания истории. Это - не правильно... Конечно, грамотный и интересующийся историей человек может накупить себе учебников для ВУЗов и... попытаться в них самостоятельно разобраться. Но это сомнительный успех единиц. Да и написаны они не для вечернего чтения. А кругом агрессивно-популярная среда, гораздая на продажу соблазнов исторического тела...

Ниже ПРОБНАЯ глава (№2) из задуманного учебника. Для обсуждения. Всё в процессе доработки, после которого пробный вариант отправится в корзину.

 

 

9 век.

Начало русского государства

 

Основные деятели:

Рюрик,

Аскольд и Дир,

Олег

 

Хронология:

8 - 9 вв –  основание первых центров русской цивилизации. Города: Ладога (городище ок. Любша 750 г), Изборск, Сарское городище (предшественник Ростова). Чуть позже  (9 -10 вв) возникли Полоцк,  Белоозеро, Киев, Чернигов, Смоленск-Гнездово .

Середина 9 в– приглашение легендарного князя Рюрика и возникновения русского государства (по летописи – 862 г) .

882 г – поход Олега с малолетним Игорем (сыном Рюрика?) на Киев. Провозглашение Киева столицей Руси восточнославянской.

911 г – поход Олега на Константинополь и договор Руси с греками.

912 г – легендарная смерть Олега.

 

Ход событий

На просторах Восточно-Европейской равнины Русское государство  возникло в середине 9 в. Название свое оно получило от некой «руси», происхождение которой до сих пор не разгадано. От Балтики до Черного моря  «русь» возглавила разнородное население. Это были не только племена славян, но также угро-финнов, балтов и др. Причем, все эти племена задолго до прихода "руси" уже объединялись в племенные или даже ранне-государственные  союзы. Cреди разных народов славянам выпала удача оказаться определяющей культурно-исторической силой/основой.

Летописная легенда увязывает название «русь» с приглашением «варяжского» князя Рюрика и относит его к 862 г. Дата, конечно же, условна. Например, византийские и западноевропейские источники говорят о первом нападении народа рус (рос) на Константинополь еще в 860 г.

Постоянное русское летописание укоренилось только в 11 веке. То есть через 200 лет после событий, положивших начало русскому государству. Разумеется, сами летописцы уже не застали в живых очевидцев тех давних времен. О деяниях предков-основателей они могли записать только смутные предания или легенды. Эта сказочная легендарность начальной истории Руси теперь не позволяет нам точно установить время или достоверно определить участников и причины событий. Но, поскольку всякая легенда основана на реальных основаниях, то мы можем понять хотя бы основное направление развития нашей ранней истории или угадать ее как бы сверхзадачу.

 

Наши летописи приписывают этот военный поход киевским правителям Аскольду и Диру. Им же ок. 866 г. приписывают такой важный государственный шаг, как первое принятие христианства на Руси. По летописям эти предводители числятся подручниками Рюрика. Но тогда получается, что либо Рюрик пришел ранее 860 г, либо русь Аскольда-Дира существовала независимо от Рюрика. Как самостоятельное русское княжество. Вот вам и загадка! А вот и другая: одни летописи говорят об основании Рюриком города Ладоги, другие – о приглашении его в Новгород. Но археологические раскопки уже довольно точно определили, что Ладога появилась за 100 лет до летописного Рюрика, а Новгород только через 100 лет после. Так куда же приглашали легендарного основателя Руси?

А в западноевропейских «Бертинских анналах» под 839 г. есть очень четкое упоминание о послах народа «рус» и их правителе «кагане». В те времена этот тюркский по происхождению титул использовали правители аварского государства на Среднем Дунае и хазары на Нижней Волге. И опять выходит загадка: так норманны или тюрки стоят во главе и начале Руси? Имеются так же и другие упоминания о народе рос-рус, но все они так же неопределённы и сомнительны.

Историки пока не могут дать точного ответа на вопрос, когда и где началась Русь. Они ищут эту Русь на берегах Балтики, Черного моря, в скандинавских фьордах или в южно-русских степях, на острове Рюген или на Дунае, в Крыму или в Пруссии, среди финских озер или в протоках Фрисландии. Пока поиски не увенчались безоговорочным успехом. Но следует четко уяснить две стороны этой загадки:

1. Какой бы ни была «изначальная Русь» - славянской или не славянской, родо-племенным или уже государственным объединением, - но эта «русь» явно существовала до указанного в летописи 862 г. и , по-видимому, вне пределов расселения восточных славян.

2. Пришедшая на Восточно-Европейскую равнину «изначальная Русь» встретила здесь уже объединенные в ранне-государственные союзы славян, угро-финнов, балтов и других племен.

В предшествующей главе мы говорили о различии понятий государство и государственность. Это различие надо постоянно учитывать, читая что-либо  из ранней истории. И когда вам встречаются разнообразные научные теории или околонаучные сказки о возникновении или основателях Русского государства, то очень кстати припомнить, что государственностьу восточных славян появилась задолго до 9 в. и пришедшей к ним «руси». Ведь еще в 4–8 вв. различные славянские племена входили в состав готской, гуннской, булгарской, аварской и хазарской держав. А также взаимодействовали с государственными наследниками Рима: на юге – с Византией, на западе – с империей Карла Великого. Включаясь в чужие государственные образования, как добровольные или вынужденные союзники, наши предки неизбежно вырабатывали и свои идеалы и понятия о государственной власти. Не удивительно, что к 8 - 9 вв. у славян повсеместно складывается собственная цивилизация – то есть начальная городская культура. А над обычным родо-племенным обществом начинает возвышаться боярская и княжеская власть, выборная или наследственная. А ведь это и есть первые и основные признаки государства.

Совершенно очевидно, что основой Древней Руси в 9 веке стали государственные устремления восточных славян и их союзников. Не надо забывать, что легендарный князь Рюрик был приглашён уладить противоречия в уже существующем государственном союзе разнородных племен, состоявшем как из славян – ильменских и кривичей, так и из угро-финнов – чуди, веси и мери. Здесь, надо уточнить, что угро-финских племен было больше, чем упоминается в летописи, а кривичи сами представляли собой племенной союз славян, балтов и угро-финнов. В таких обстоятельствах «изначальная русь», пришедшая с Рюриком, явилась лишь объединяющим династическим стягом, боевым знаменем или политическим девизом. Такие разноплеменные объединения происходили в древности сплошь и рядом. Иные вскоре распадались, другие продолжали свое развитие в веках. Можно найти множество примеров, когда какое-нибудь главенствующее племя (или даже только династия – род) давало название будущей нации.  Подобным образом появились англичане, французы, болгары, венгры… и многие другие народы.

О происхождении Руси, Рюрика и первых русских князей существует множество версий или гипотез – как научных, так и совершенно фантастических. Но с какой бы теорией не пришлось столкнуться, всегда надо помнить, что даже среди научных теорий – ни одна до сих пор не преодолела порога гипотезы (предположения), а поэтому не может считаться доказательнее других.

Тем не менее, во множестве теорий можно разобраться.

Все теории делятся на два лагеря: норманистов и антинорманистов. Разделение не самое умное, но за два столетия споров весьма укоренившееся.

Камень преткновения тут довольно прост. Первое научное объяснение происхождения русского государства дали в 18 веке приглашенные в Россию немецкие ученые Шлёцер, Миллер и Байер. Не станем принижать их труды и заслуги, но все же необходимо сделать поправку на не слишком высокий уровень исторической науки того времени. Утверждая происхождение Руси от скандинавов норманнов, немецкие исследователи попросту подгоняли русскую историю под знакомую им западноевропейскую схему. Ведь там норманны оставили более заметный след и были как раз в почете. Найдя в русских летописях упоминания о заморских варягах, европейские специалисты нимало не усомнившись, решили, что и здесь, на просторах будущей России действовала та же знакомая им «научная» сила. Так возникла «норманнская теория». Ну, чего вы хотите от науки эпохи "теплорода"? А ведь история в те времена и вовсе была на уровне литературных упражнений. У норманизма нет ни малейших преимуществ перед другими научными гипотезами. Но он появился первым и за два столетия успел настолько распространиться по многочисленным трудам и учебным пособиям, что стал играть роль психологической установки, или дурного предубеждения, заставляющего повсюду и во всем видеть и искать только «норманнские» истоки.

Все остальные теории происхождения Руси можно смело считать анти-норманнскими. Но их тоже следует подразделить:

1. Южно-балтийская теория – происхождение Руси от западно-славянских племен на южно-балтийском побережье (Герберштейн, Гедеонов, Кузьмин);

2. Средне-дунайская – от западно-славянских племен на среднем Дунае (Кузьмин, Андреев);

3. Индо-иранская – от потомков скифо-сарматских племен, населявших южно-русские степи и Северное Причерноморье.

Кроме того, имеются достаточно обоснованные для уровня научной гипотезы прусско-балтская, угро-финская, кельтская и даже хазаро-иудейская (Вернадский, Прицак) теории.

К сожалению, в историческую науку часто вмешиваются политические пристрастия и спекуляции. Конечно же, не избежал этого и давний спор норманистов и их противников. Чтобы выбраться из застарелого и бесплодного политического спора, надо просто понять, что привычные для нашего современника представления редко подходят для оценки давнего прошлого. Посудите сами. Ведь во времена Рюрика не было еще никаких современных наций. Французы, итальянцы, испанцы, англичане, поляки и тд. и тп. появятся лишь 500 лет спустя. Не было так же по-современному четких государственных объединений, границ, учреждений или законов. Всё это возникнет лишь 1000 лет спустя. Поэтому в 9 веке восточные славяне, приглашая к себе "заморского князя", нимало не заботились о пресловутой "национальной гордости". Ведь они сами были, так сказать, основателями будущей нации, стояли в ее начале и… могли позволить себе действовать по своему произволу и соответственно своим, а не нашим, современным понятиям о свободе, господстве, подчинении и законности. В этом-то всё и дело! Наши предки не страдали комплексом национальной неполноценности, поэтому не смущались пригласить к себе даже  правителя со стороны. Условия княжеской власти детально оговаривались, поэтому для последующих доверительных отношений важнее были благородство его происхождения и доброе имя, а вовсе не «паспортная национальность».

 

Широко распространено заблуждение, будто норманнская теория принижает самостоятельность восточнославянских племен, тогда как антинорманисты якобы защищают и выступают под патриотическим знаменем. Но для настоящего научного спора историков это явное недоразумение! Враждебное противопоставление норманистов и их противников ломится в науку из политизированной публицистики и популярной литературы. Поэтому следует подчеркнуть: во всех противоборствующих научных гипотезах о происхождении Руси речь всегда идет о каком-либо слиянии или плодотворном сотрудничестве славянства с инородными племенами.

 

Норманнская теория утверждает союз славян с так называемыми «норманнами». То есть с германцами Скандинавии 8 - 10 веков. В те времена это были: норвежцы, свеи или даны. Вообще, эту гипотезу лучше бы назвать сейчас балтийско-североморской, поскольку ее сторонники предлагают искать истоки «руси» на северо-западных скандинавских берегах Балтийского моря.

Но разве антинорманская южно-балтийская теория отрицает союз славян с германцами? Кто сказал? Она говорит лишь о взаимодействии наших предков с ними на более раннем этапе, в эпоху Великого переселения народов 4 - 7 вв. Тогда славяне, осваивавшие просторы восточной и центральной Европы, особенно, южные берега Балтики неизбежно должны были встретить там германцев: готов, ругов, вандалов, гепидов и др. или остатки этих племен. А вполне вероятно, что там были еще и остатки кельтов, влияние которых прослеживается и в германских, и в славянских культурах.

В средне-дунайской гипотезе так же предлагается не менее сложное славяно-кельто-германское слияние 5 - 7 вв. да еще и при влиянии тюркоязычного Аварского каганата (еще раз вспомните 839 г. «Бертинских анналов»!).

Гипотеза индо-иранского происхождения Руси обращает внимание на то, что в лесо-степном пограничье Восточно-Европейской равнины славяне объединялись со скифскими, а вероятнее, с сарматскими ираноязычными племенами еще в 4 в. (анты). Как пример часто приводят восточнославянское племя северян или северов, которое в 8 - 9 в. расселялось близ Чернигова, явно южнее других, и, возможно, получило свое название не от северной стороны света, а от иранского слова syava - «чёрный». А ведь скифские государства существовали еще во времена Геродота, то есть без малого за 1500 лет до Рюрика.

Научность истории заключается не в точности линейных измерений, а в точности определений. До сих пор бедой исторической науки является размытость ее научных терминов, пришедших невесть откуда.

Поэтому хотелось бы немного остановиться на еще одной широко распространенной ошибке. Слова норманны, викинги и варяги – вовсе не являются синонимами и не могут друг друга произвольно заменять. К сожалению, этим грешат даже профессиональные историки. А что уж говорить о популярных авторах и прочих фантазёрах.

Запомните: варяги не всегда норманны, а норманны не всегда викинги.

Разумеется, любой исторический термин условен. Важно четко осознавать условия его применения. Именно в этом состоит строгость гуманитарных наук. Разберем указанные выше слова.

Норманны – буквально «северные люди». Такое название франкские (французские) летописцы дали германским племенам, населявшим Скандинавию и совершавшим в 8 - 10 веках набеги на более южные области Европы. Термин вполне можно признать историческим и научным. Но ошибочно представлять норманнов как некий единый народ. Читая исторические труды, полезно всегда задавать вопрос: о каких именно норманнах идет речь? Ведь в каждом случае на протяжении 300 лет это будут либо разные племена, либо участники совершенно разных по своим причинам исторических событий. Ватага скандинавских разбойников, впервые в 793 г. напавших на британский монастырь на острове Линдисфарн, это вовсе не те же норманны, которые почти через столетие в 885 г. под предводительством конунга Зигфрида осаждали Париж. Следует также различать, по крайней мере, три культурно-исторических ветви норманнов: норвежцев, данов, свеев. Схожие по языку и обычаям, они все-таки действовали по разным историческим причинам и направлениям, враждовали между собой и создали разные государства.

Викинги – это вопиющий пример одного из самых неудачных терминов в исторической науке. Скорее всего, он возник по недоразумению литературных историков 17 -18 вв. Поэтому это термин литературный, художественно-романтический, киношный, попсовый… какой угодно, но никак не исторический. Сами норманны так называли только морских разбойников (пиратов). Причем, не только норманнского происхождения и чаще с оттенком осуждения, а вовсе не героики. Современная попкультура превратила термин «викинг» в пустой эвфемизм, заменяющий слова «воин» или «норманнский воин». Зачем эта подмена? Разве только ради банальной поэтической экзотики. 

К сожалению, термин весьма укоренился не только в популярной, но даже в научной литературе. И ученые мужи позволяют себе рассуждения о культуре викингов. А разве было такое племя? Конечно, нет! В определенном смысле по частоте употребления термина  «викинг» можно определять профессиональный уровень историка.

Любое подробное рассмотрение норманских походов показывает, что это были вовсе не случайные набеги разбойного сброда, а хорошо организованные предприятия норвежких, датских или иных конунгов. То есть деяния вполне государственные. Разумеется, какие-то ватаги морских разбойников существовали в морях Северной Европы, действовали самостоятельно или могли принимать участие в общих походах норманнов или под их прикрытием. Но вовсе не разбойники определяли исторический путь развития Северной Европы и Скандинавии в 8–10 вв. И потому совершенно не понятно, почему государственных деятелей, претендующих на королевские короны надо уравнивать со случайными грабителями на морской дороге.

Иными словами: хотите разобраться в истории – раз и навсегда выкиньте  викингов из головы! Это кажется трудным, но иначе, ничего, кроме расхожих заблуждений, с этим лживым словечком вы не посеете и не пожнете.

Варяги – этот термин распространен в русской историографии. Происхождение его загадочно. Его используют русские летописи, известные только с 11 века. И в  то же самое время похожее слово «варанги» (Βάραγγοι - баранги) появляется в греко-византийских источниках. Но не понятно русские «варяги» происходят от византийских «барангов» или наоборот. У византийцев «варанги» – это всего лишь наемные воины из Северной Европы. Причем, не только норманны. Что касается русских летописцев, то они называют варягами различные народы, проживавшие в те времена по берегам Балтийского и Северного морей. Давайте вспомним: «Идоша за море к варягом, к руси. Сице бо звахуть ты варягы русь, яко се друзии зовутся свее, друзии же урмани, аньгляне, инеи и готе…» Учитывая, что по берегам указанных северных морей проживали и германцы, и славяне, и балты, и финнно-угры, и даже кельтоязычные народы,  наши варяги получаются понятием более широким, чем скандинавские норманны.  Существование слова «варяг» до 11 века не известно. И, вполне вероятно, что во времена Рюрика такого понятия ни у славян, ни у «руси» не было. А попросту наш летописец через 200 лет решил, что это знакомое ему словечко наиболее подходит для определения Рюрика и «Руси». Ему так казалось, а нам теперь разбираться. Есть вообще давнее предположение (идущее еще от австрийского дипломата Сигизмунда Герберштейна, 16 в), что наш летописец мог попросту спутать неизвестное для него название западно-славянского племени вагров с более поздним, но знакомым ему понятием варягов-варангов. И в самом деле – «послали к варягам к руси» и «послали к ваграм, к руси» – звучит очень похоже… И теория заманчива, и имеет свои обоснования. Но неопровержимых доказательств пока нет.

 

И еще одну условность научной терминологии надобно обсудить. Что такое Скандинавия, которую определяют родиной норманнов? Из курса школьной географиии, все сразу представляют себе большой полуостров на севере Европы похожий на собаку. Однако, хвост (Кольский п-ов) и значительная восточная (русская) часть задней лапы этому географическому «зверьку» не принадлежат. Что же касается исторической скандинавии, то тут у «собачки» и вовсе отрезают всю заднюю финнскую «ногу», но взамен бросают перед ее носом изрядную кость в виде Ютландского полуострова (Дания). Получается, что географическая и историческая Скандинавия – вещи различные. И вот, что интересно. Первыми знаменитыми выходцами из «географической» Скандинавии из легендарной Скандзы (с территории современной Швеции) следует признать племя готов, перевернувших в 4 - 5 веке всю Римскую империю. За ними бодро поспешают переселенцы из «исторической» Скандинавии (с полуострова Ютландия) инглы (англы), саксы и юты, завоевавшие в 5 веке Британские острова. Однако, ни готов, ни англо-саксов историки обычно скандинавами не называют. Тем более не называют их норманнами или викингами. А разве походы готов и англосаксов чем-то отличались от «норманнских»? И разве не логично предположить, что мы имеем дело лишь с разными волнами переселения германских племен в ходе Великого переселения народов. И здесь примечательно, что память о готах и о готских королях 4 - 5 вв. (Германарихе, Теодорихе) столетиями сохранялась в устных преданиях у более поздних «скандинавов-норманнов» и были записаны лишь в 12-13 вв.

Какой же вывод нам необходимо сделать из всего выше изложенного? – Имея дело с историей ранней Руси нужно осторожно и внимательно относится к историческим терминам.  Не разбрасыватся ими, а всегда учитывать их условность. Иначе ничего доброго из вашей истории не получится.

Для наглядности приведу простой логический пример. Всем известен такой металл, как латунь, который люди с успехом используют в различных областях своей жизни. Но в таблице Менделеева такого металла нет. Ведь латунь – это не химический элемент, а их сплав – меди и цинка. Примерно так и с пресловутыми «викингами». Художественные фантазии с подобным термином вполне допустимы. Читайте на здоровье приключенческие романы… Но, если с вами говорят о «викингах», это не об истории. Строить строгую научную историческую теорию необходимо на четко определенных научных понятиях.

В завершение разбора теорий и терминов хочется сказать. Увлекаясь поисками мельчайшего германо-скандинавского влияния на восточное славянство, не следует забывать, что отнюдь не меньшее, а то и большее влияние на формирование русского государства и народа было оказано со стороны угро-финской, тюркской и греко-византийской культур. Поэтому не стоит сводить проблему происхождения Руси к вопросу о случайном названии. Ведь важнее вопрос о сущности…

 

***

Власть первого летописного русского князя Рюрика поначалу распространялась лишь на северные области Восточно-Европейской равнины. Летописи отдают ему во владение Новгород, Изборск, Белоозеро и Ростов. И пусть никого не смущает, что кроме Изборска (основан в 8 в.), все остальные города в этом списке появились уже в 10 в., то есть на целое столетие позже Рюрика. Просто летописец использовал современные ему названия городов как центров областей, некогда подвластных первому русскому князю.

За время своего княжения Рюрик вполне мог подчинить себе соседние Полоцк и Смоленск (в то время на месте Гнёздово) и даже далекий южный Киев, подчинявшийся тогда хазарам. Тут надо учитывать, что в ранних государствах господство часто лишь провозглашалось, а не существовало реально. Поэтому киевские «князья» Аскольд и Дир вполне могли признавать главенство или старшинство Рюрика, оставаясь при этом правителями относительно самостоятельными в своих действиях.

После смерти Рюрика (879) ему наследовал Игорь, который по малолетству оказался под опекой родственника Олега. В 882 г.Олег предпринял поход на юг, убил Аскольда и Дира и, захватив Киев, провозгласил этот город новой столицей Руси.

Таким образом, откуда бы ни выводилось происхождение Руси, но к концу 9 века основная часть восточных славян (кроме волынян и радимичей), а также угро-финские племена (чудь, весь, меря и др.) и какие-то балтские племена были вовлечены в относительно единое русское государство под управлением одной княжеской династии. Позднее она получила условное название «Рюриковичей». Господствующей, основополагающей культурой (язык, верования, обычаи, образ жизни) определившей дальнейший ход истории нового государства стала культура восточнославянских племен. В центре возникшей державы находились истоки и водоразделы основных рек Восточно-Европейской равнины, и ключи от этих речных торговых путей, соединяющих Балтийское, Черное и Каспийское моря оказались в руках у русских киевских князей. В 911 г., заключив письменный договор с Византией, Русь утвердила себя в качестве новой, постоянной и весьма мощной политической силы в Восточной Европе.

 

Рюрик  (продолжение следует, а равно и подбор картинок ;-)

 




Процитировано 4 раз
Понравилось: 2 пользователям

Поиск сообщений в Сергий_Былинин
Страницы: [1] Календарь