Дети с трудом засыпают и с трудом просыпаются. Они редко засыпают раньше полуночи. У них много соображений и неотложных дел.

– Маша, – говорю я, – ты же завтра утром будешь умолять меня не трогать тебя.

– Буду, – убежденно говорит она.

– И это только потому, что сегодня ты отказываешься ложиться спать.

– Не, папа, не поэтому, – говорит она.

– А почему?

– Потому что в детский сад не хочу. Давай я не буду ходить в детский сад, зато буду рано ложиться спать.

И вот так мы препираемся. Потом я говорю:

– Ну все, дети!

– Что все? – заинтригованы они.

– Вы выросли!

– Ура-ура! – кричат они в полном восторге. Потом, когда упоение от этой новости проходит, Ваня с некоторым сомнением спрашивает:

– И я вырос? Вопрос законный.

– И ты, Ваня, вырос, – говорю я.

Из них двоих выросла скорее все-таки Маша, потому что именно она первой понимает, что все это неспроста, и подозрительно переспрашивает:

– И что теперь будет, папа?

– Ничего особенного, просто теперь вас никто не будет уговаривать засыпать. И вы теперь будете с вечера до утра спать в своей комнате. И ни один из вас не придет ночью во взрослую спальню. И не останется там. Все, у вас началась взрослая жизнь. Вы ведь этого хотели?

Они и в самом деле этого хотели – сколько себя помнят.

Поэтому возразить им особо нечего.

– Папа, – говорит после долгого раздумья Ваня, – кажется, мне будет сниться очень страшный сон. Можно, я приду?

– Я тогда сам к тебе приду, – говорю я ему. – Все, идите и спите.

Они покорно ложатся. Проходит полминуты.

– Папа, мне снится страшный сон! – кричит Ваня. – Ой!

– Ты еще не заснул! – кричу я.

– Заснул, – слышу я недовольный голос Вани.

Через несколько минут в их комнате начинается шипящий шепот. Никто не выглядывает из-за двери. Мне самому становится немного страшно. Я подхожу к этой двери и прислушиваюсь. Кто-то придет к ним ночью и кого-то из них заберет, в общем, в ближайшее время, если они не уснут сейчас. Вот об этом они шепчутся.

Я приоткрываю дверь, и сразу становится лучше слышно.

– Мы же взрослые, Ваня, – шепчет Маша. – Спи. А то в нашем шкафу кто-то сидит. Он нас заберет.

– Он взрослый? – переспрашивает Ваня.

– Он очень старый, – шепчет Маша. – Его борода длиной в 5 дней.

Она хотела сказать «метров». Но так, кажется, получилось еще страшней, потому что Ваня начинает поскуливать.

И снова, как две недели назад, когда дети строили в квартире шалаши, а я их разорял, пока не вспомнил, что в детстве сам был профессиональным строителем шалашей, я вдруг с ужасом вспоминаю, как моя мама заставляла меня засыпать. Я вспоминаю об этом действительно с ужасом, ибо она говорила мне, что за темным окном моей спальни живет сова и, если я сейчас же не засну, она залетит в комнату, возьмет меня с собой и – мало этого – сделает меня совенком.

Это действовало безотказно. От страха я засыпал мгновенно. Мне казалось, это продолжалось много лет. Наверное, так и было.

Теперь мои дети в своей комнате стращали сами себя каким-то стариком с бородой. Я и сам отчетливо понимал, что не усну теперь этой ночью, думая про этого старика (хорошо еще, что поздней весной эти ночи так коротки).

Между тем шепот Вани и Маши становится все тише. Они засыпают. То есть, кажется, моя идея все-таки работает. Я только думаю, не слишком ли высокую цену они платят за свой крепкий сон. Что будет с их психикой? Не окажется ли изломана? Некоторое время я провожу в размышлении, насколько сильно оказалась изломана в результате маминой придумки моя психика, и незаметно засыпаю.

На следующее утро я спрашиваю моих детей, какие сны им снились.

– Мне снился страшный сон! – кричит Ваня.

– Про что?

– Про пиратов!

– А что они делали?

– Они нас победили! Да, это как минимум неприятно. А скорее всего, и в самом деле страшно. Если, конечно, правда.

Вечером Ваня кричит, что ему уже снится сон про пиратов.

– Да погоди ты, – говорю я ему, – ты же еще не заснул.

Этот прием он опробовал еще вчера, и у него ничего не получилось. Странно, что на этот раз он не придумал ничего получше.

– Папа, – говорит Ваня, – я же знаю, что этот сон теперь будет сниться мне каждую ночь.

Среди ночи я просыпаюсь оттого, что Ваня ложится рядом со мной. Я только хочу ему что-то сказать, как он перебивает меня: спи, папа, спи. Я просто прячусь от пиратов.

Я сплю, потому что мне больше ничего не остается. Я сплю и даже во сне люблю своего сына.

Потом, под утро, когда уже рассветает, приходит и Маша со словами:

– Ты знаешь, папа, у меня бессонница какая-то. Я прилягу, ладно? Я подумаю про детский сад.

Она ложится, вздыхает, потом бормочет:

– Да-да, у меня бессонница. Или все-таки нет?

И сразу после этих слов она засыпает мертвым сном младенца.

Луна-Солнце

Лунный день : 27

Солнечный день: 22

Восход: 05:20

Восход: 05:35

Заход: 17:13

Заход: 19:23

Слушайте свою интуицию

В этот день обостряется интуиция. Вы можете увидеть вещий сон, найти решение давней проблемы, получить знак свыше. Внимательно прислушивайтесь к себе: возможно, этот день станет первым на пути к небывалому успеху.

Заботимся о здоровье: укрепляем органы пищеварения

Хорошо в этот день начать диету. Как известно, небольшое ограничение в пище и голодание обостряют интуицию.

«Средиземноморская» диета помогает выработать привычку питаться правильно и сбалансированно. Она дает возможность готовить полезные и вкусные блюда дома. При этом, даже соблюдая диету, вы можете питаться в любом ресторане, кафе или столовой. Потеря веса происходит не слишком быстро, но результат сохраняется надолго. Кроме того, вы будете чувствовать себя значительно лучше.

День первый

Завтрак: несколько фруктов, свежий хлеб, фруктовый сок.

Обед: салат с тунцом, анчоусами, политый оливковым маслом; несколько стаканов воды.

Ужин: большой сладкий перец, фаршированный рисом, мясным фаршем, помидорами и травами, политый оливковым маслом и запеченный; салат и свежий хлеб. Можно запить стаканом красного вина.

* * *

Когда Тигpа выбpался из-под сети, он был не Тигpа, а пpямо сплошное Очень Гpубое Ругательство. Все пpитихли… Пpекpатив быть Очень Гpубым Ругательством, Тигpа вытеp полосатый нос полосатой же лапой и сделал заявление: «Эх, жаль осла нет, ща бы я ему…».

– Hу и на фига? – спpосил он немного после у Винни Пуха.

– Hе на фига, – сказал Винни мpачно. – Попpобуй сам бpось что-нибудь, когда у тебя в голове опилки…

– Да я, да у меня…

– Подождите, подождите, джентльмены, – сказал вкpадчивый Кpистофеp Робин с заднего плана. – Ваш ициндет не меняет сути дела – Кpолик вон он, сидит и бpедит сpедь беда дня, и ни фига не стесняется…

Кpолик, действительно, вел себя не пpосто стpанно, а очень стpанно: он обнимал только что покpашенное им металлическое сооpужение и покpывал его поцелуями, отчего его моpда была уже наполовину желто-синей.

– Охpенел, – сказал Тигpа с неподpажаемым удивлением.

– Совсем охpенел… Hу-ка, косолапый, дай сеть… Пpежде чем Винни успел ответить «А ты саблезубый», как это было обычно, Кpолик уже издавал Резкие Hепpиятные Звуки, опутанный сетью от задних лап до кончиков ушей. Тигpа стоял pядом с гоpдым видом и стаpательно вытиpал с левой лапы следы кpаски пpавой, отчего пpавая лапа постепенно пpинимала вид левой.

– Оч-чень, оч-чень хоpошо, – сказала САВА . Она только что завеpшила выучивание этой позаимствованной у Тигpы фpазы.

– Что же тепеpь делать с этим… с… с паpаноидальным зайцем?

– Изолиpовать, – сказал Кpистофеp Робин.

– ??? – на него устpемились по кpайней меpе тpи паpы непонимающих глаз (Пятачка, Винни Пуха и Тигpы) и одни дикие-дикие (Кpолика).

– Hу, сделать так, чтобы он сидел где-нибудь и не удpал… И лечить.

– А отчего бы не сделать это у него в ноpе? – поинтеpесовался Пятачок. – Опасно, когда стpашный-стpашный паpа… паpасъедальный заяц где-то там изо… изо… в общем, сидит… Особенно если ты Очень Маленькое Существо…

– В ноpе нельзя… – сказал Тигpа автоpитетно.

– Почему? – спpосил Пятачок.

– Интеpьеp, – сказал Тигpа и сделал вид, что давать объяснения он не намеpен. Hа самом же деле Тигpа знал, что, засади он Кpолика в его же ноpу, его, Тигpу, заставят его стоpожить, а это скучно, и…

– Во! – Тигpу осенила очеpедная умная мысль. – Я тут видел неподалеку исключительно подходящий для этого дела домик… исключительно…

– Hу, – сказал Кpистофеp Робин, – остается только его туда конвоиpовать, – и он нежно поддолкнул Тигpу к запутанному в сетке Кpолику.

– Чего сделать?! – испугался Тигpа.

– Отнести, – сказала САВА и тоже поддолкнула Тигpу.

– Hе ходи, Тигpа! – сказал сочувственный Пятачок.

– А вдpуг он тебя укусит?

– Hе укусит, – сказал Тигpа увеpенно и взвалил сетку с Кpоликом себе на спину. – Отожpался на капусте-то… – злобно пpокpяхтел он и сделал попытку пpойти шаг…

– Ой, мама! – Тигpа полетел в одну стоpону, сеть с Кpоликом в дpугую. Hа пути следования господина Кpолика по воздуху pасполагался Очень Увесистый Булыжник, о котоpый вышеупомянутый господин Кpолик и стукнулся лбом. От этого его недуг, очевидно, моментально пpошел, потому что он оглядел окpужающих более светлым взоpом и спpосил «Hу и фто?» (Один из пеpедних зубов его также постpадал пpи встpече с Очень Увесистым Булыжником).

– Ах ты, – Тигpа поднялся на ноги быстpее – сети на нем не было, и собpался выдать Кpолику паpу пинков. Взгляд его моpды, покpытой паpочкой свежих листьев и таким же количеством не менее свежих синяков был стpашен…

– Ай, не надо! Помогите!! Эта штопаная кошка меня убъет!!! – Кpолик забился в сетке и попытался сделать отползающие движения. Тигpа замахнулся над ним, но тут же схватил его в охапку и попытался поднять…

– Hе надо! – заоpал Кpолик. Свидания с Очень Увесистым Булыжником его больше не восхищали. – Я сам… Тигpа послушно поставил его на землю… Hет не так, лапами вниз… Ага, вот так. Кpолик попытался сделать шаг и упал. Тигpа поставил его снова. Пpимеpно чеpез десять упpажнений Кpолик научился ходить без помощи Тигpы.

– Hу вот, – сказал Тигpа, как бы ставя диагноз. – Уже ходить pазучился… Еле научил…

– Тебя бы сеткой, я бы на тебя посмотpел! – заявил Кpолик.

– Бpедит, – pавнодушно сказал Тигpа.

– Да я ноpмальней тебя! Идиот!

– Ругается, – не менее pавнодушно констатиpовал Тигpа.

– Пусти, извеpг!

– Тpебует чего-то, – пpодолжал Тигpа комментиpовать Кpолика.

– Куда идти-то? – спpосил Кpолик миpолюбиво, поняв, что дальнейшие пеpеговоpы ни к чему не пpиведут.

– Впеpед… Шаг влево, шаг впpаво… Hу, знаешь, в общем. Руки за спину… А, все pавно пpивязано… Иди-иди, сало легкоусвояемое…

Пестрое время, пестрые люди. Оттого и жить нехорошо стало. Не на что положиться, не во что верить — везде шатание, пустодушие, подвох. Чего не ждешь, то именно и сбудется, от кого не чаешь — тот именно и стукнет тебя по темени. Трудное, спутанное время. Проворовались людишки, остатки совести потеряли.

Общий признак, всем пестрым людям свойственный, заключается именно в том, что у них совесть в сердцах затуманилась. И в то же время во рту два языка выросло, и оба по очереди лгут, и еще хуже, как оба вместе начнут лгать. Жизнь их представляет перепутанную и не согретую внутренним смыслом пьесу, содержание которой исключительно исчерпывается переодеваниями. Всем они в сей жизни были: и поборниками ежовой рукавицы, и либералами; и западниками, и народниками; даже социалистами. Но нигде не оставили ни скрупула своей души, своей совести, потому что оставить было нечего. Все их искусство в том состоит, чтоб угадать потребный момент и как можно проворнее переодеться и загримироваться. Только ежовая рукавица как будто производит настолько усиленное движение в их потрохах, что, дорвавшись до нее, они даже забывают о грядущих переодеваниях… Но может быть, впрочем, не забывают, а думают: всегда переодеться успеем!

Словом сказать, совсем это бесчестные и нравственно-оголтелые люди, у которых что ни слово, то обман, что ни шаг, то вероломство, что ни поступок, то предательство и измена.

За всем тем необходимо различать три сорта пестрых людей.

Во-первых, те, которые сами себе выработали пестрое сердце и пестрый ум и преднамеренно освободили себя от всех стеснений совести. Это — коноводы и зачинщики. Они пишут передовые статьи, шныряют по улицам, забираются в публичные места, пишут доносы, проникают в передние власть имеющих лиц — и везде каркают, везде призывают кару. И в либеральном смысле каркают, и в ежово-рукавичном, хотя в последнем уже потому одному энергичнее, что самое представление о ежовой рукавице необходимо сплетается с представлением об энергии. По наружному виду их можно по временам принять за фанатиков убеждения, но они просто фанатики казенного или общественного пирога. Злы они неимоверно, потому что хоть и в форме робкого шепота, а все-таки до ушей их доходит напоминание о предательстве. И вот, благодаря этим напоминаниям, рядом с вожделением к пирогу, в них возникает потребность отомстить за все старые переодевания. А на ком же слаще излить месть отравленной души, как не на бывших случайных единомышленниках, свидетелях этих переодеваний?

О пестрых людях этой категории я говорить не буду: боюсь. Ужасно стыдно это слово произнести, а приходится. Во-первых, потому, что это слово, исчерпывающее целое положение вещей, а во-вторых, потому, что в нынешнем лексиконе и слов-то непостыдных совсем не осталось.

Во-вторых, люди, которые пестрят ради шкурного спасения. Собственно говоря, их даже нельзя причислить к категории пестрых людей. Это не пестрота, а истязание; вымученный ответ на допрос с пристрастием. Ужасно несчастные это люди. Помните, я однажды рассказал, как свинья Правду чавкала, а Правда перед свиньей запиналась, изворачивалась и бормотала. Так вот это самое и есть, тот же процесс. Из всех истязаний чавканье живого тела самое ужасное, и поэтому люди, которые ему подвергаются, приобретают растерянный и замученный вид. По собственной инициативе они никогда не пестрят, а только поддакивают. Но быть свидетелем этих поддакиваний — не дай бог никому.

Об этой категории пестрых людей я тоже не буду говорить: мучительно. Да вряд ли и подходят для сказки такие сюжеты.

Третий сорт пестрых людей представляют собой те, которым фея жизни при рождении пестрое ремесло, в виде дара, в колыбель положила. Таковы, например, все Молчалины. Всю жизнь свою они издерживают на пестрые дела, но что означает эта пестрота, полезна она или вредна, и даже сопровождается ли какими-нибудь осязательными последствиями и для кого именно — ничего не знают. Большинство так и умирает не догадавшись. Жалко этих людей, со стороны глядя, но сами они неудобств такого существования не сознают. Они обязательно принимают пестроту к исполнению и, исполнив, что по программе следует, обязательно же сдают свою работу другим бессознательно-пестрым людям, а сами исчезают в могиле.

Вот об этих пестрых людях можно в сказках рассказывать, потому что существование их не представляет ни торжества, ни истязания. Это «такая уж жизнь» — и больше ничего.

Они мечтают поскорее выйти на пенсию, чтобы ходить на рыбалку, когда им вздумается. Они знают о море побольше бесчисленных морских лис, которые толпятся на регатах, выпячивая груди в бушлатах от модных дизайнеров. Они мало смыслят в моде — на такие вещи у них просто нет денег. В лучшем случае они могут позволить себе лишь скромную барку с парусом, едва способную выдержать порыв левантийца или капризы Атлантики. Они могут быть любого возраста, но большинство — зрелые люди, от сорока до пятидесяти, худые, смуглые и нервные или, наоборот, тучные и невозмутимые. Их зовут Хинес, Пако, Маноло или как-нибудь в этом роде, без затей. Недели напролет они сидят в своих мастерских, конторах и лавках, с нетерпением дожидаясь выходных. В субботу встанут чуть свет, а то и вовсе не будут ложиться, прихватят корзинку с бутербродами и отравятся на поиски улова. Самые нетерпеливые иногда совершают вылазки по вечерам, после работы, или поднимаются пораньше и спешат с удочкой на мол, а потом, через пару часов, когда их Мария уже суетится в кухне, готовя завтрак для малышей, забегают домой, чтобы на ходу выпить кофе и положить в холодильник свежую рыбу к ужину.

Я не выношу, когда животных — пусть даже рыб — убивают ради забавы, а не для того, чтобы утолить голод. Однако должен признать, что рыбаки — высшая каста двуногих охотников. О речных рыболовах я знаю немного, а вот за теми, кто выходит на промысел в море, наблюдаю с детства. Еще мальчишкой я восхищался мужчинами — женщин среди них мало, — способными часами неподвижно сидеть в лодке, уставившись в одну точку и ожидая, когда начнет клевать. По ночам, когда ведешь свою яхту вдоль берега, ориентируясь по маяку в порту, в темноте, случается, вспыхнет фонарь рыбацкой лодки или мелькнет огонек сигареты. Иногда из-за туч выходит луна, и в ее тусклом свете можно разглядеть лес удочек на корме. Но самые удивительные из них — те, кто готов качаться на волнах безлунной ночью, при свете фонаря, которого хватает лишь на то, чтобы ты мог заметить их, проходя мимо, и включить на носу сигнальные огни. Если настроить радио на девятый канал, можно услышать, как они переговариваются на собственном условном языке, чтобы не могли подслушать конкуренты: «Сколько у тебя… скверно… здесь ничего… я там, где обычно, только чуть подальше…» — и все в том же духе. А утром они расходятся по домам, потные и небритые, чтобы их Пепы, Марухи и Лолы, которые давно уже видеть не могут эту рыбу, превратили улов в воскресный обед. По пути они непременно останавливаются у роскошной трехпалубной яхты, пришвартованной в зоне для важных персон, и, неодобрительно качая головой, роняют своим товарищам: «Нет, с такого борта удочку не забросишь».

Время от времени каждый из них навеки зарекается приближаться к любому предмету, даже отдаленно напоминающему лодку. Но они все равно продолжают выходить в море. Тащат с собой внуков, часами торчат на молу, наблюдая, как рыбачат другие, рассказывают небылицы, смотрят в небо и предсказывают погоду куда точнее Мальдонадо по телевизору. Они ревниво охраняют свои секреты и ни за что не откроют их даже лучшим друзьям: бухта, где попались два морских угря, мыс, мимо которого часто проходят косяки, мелководье, где можно сидеть неделями. Их сердца принадлежат морю, хотя бо?льшую часть своей жизни они проводят на земле. И хотя никто из них в этом не признается, дело вовсе не в улове — все равно они станут выходить в море: на рыбалку или просто так. Едва ли хоть один из них сумел бы внятно объяснить, зачем им это нужно. Возможно, тишина, одиночество и волны подскажут им ответ. До линии берега — темной полосы в их жизни — остается почти полмили.

Женева 15 сентября/67.

Проcтите меня, голубчик Аполлон Николаевич, что замешкался Вам ответить, - да еще на Ваше письмо, в котором Вы прислали мне деньги. Дело в том, что кончил вот эту проклятую статью "Знакомство мое с Белинским". Возможности не было отлагать и мешкать. А между тем я ведь и летом ее писал, но до того она меня измучила и до того трудно ее было писать, что я дотянул до сего времени и наконец-то, со скрежетом зубовным, кончил. Штука была в том, что я сдуру взялся за такую статью. Только что притронулся писать и сейчас увидал, что возможности нет написать цензурно (потому что я хотел писать всё).

10 листов романа было бы легче написать, чем эти 2 листа! Из всего этого вышло, что эту растреклятую статью я написал, если всё считать в сложности, раз пять и потом всё опять перекрещивал и из написанного опять переделывал. Наконец кое-как вывел статью, - но до того дрянная, что из души воротит. Сколько драгоценнейших фактов я принужден был выкинуть. Как и следовало ожидать, осталось всё самое дрянное и золотосрединное. Мерзость!

За эту статью деньги мне дали вперед. Бабиков с кем-то. Я, бывши в апреле в Москве, выпросил у Бабикова отсрочку (разумеется, не на 5 месяцев, хотя срок был и не определен окончательно). Альманах свой они хотели издать в сентябре или в октябре (так рассчитывали в апреле, это значит, что книга никак раньше Нового года не явится). Итак, лучше поздно, чем никогда. Голубчик, помогите! Сделайте милость, а именно следующее:

Перешлите, родной мой, статью мою Бабикову в Москву, вместе с письмом, которое тут же прилагаю незапечатанное. Бабиков в Москве, в гостинице "Рим". Я бы и сам мог прямо ему послать. Да ну как в "Риме" его нет? Вот почему я и прошу Вас быть отцом родным. А именно так сделать: напишите три строчки Бабикову в гост<иницу> "Рим" и приложите мое письмо без статьи и пошлите ему в "Рим". А статью (если найдете возможным поступить так) пошлите с той же почтой на Страстной бульвар, в магазин Соловьева, бывший Базунова, с двумя строчками Соловьеву, которыми объяснить Соловьеву (самому), что вот статья для передачи Константину Ивановичу Бабикову (что можно надписать на пакете), и с просьбой к Соловьеву, что если Бабиков не в "Риме" и если Соловьев знает где он, то переслал бы ему (Бабикову). Сделайте так, ради бога. У меня совесть нечиста по поводу этой статьи, и уж не знаю, что делать. Помогите, голубчик, и простите, что мучаю Вас моими комиссиями.

Письмо к Бабикову прочтите и, если захотите, то прочтите и статью! А прочтя (если только прочтете), напишите мне откровенно Ваше мнение. Мне бы только не слишком дурно было, - вот что.

Эту статью я по несколько раз думал окончить в три дня, и представьте себе, - как только переехал в Женеву, тотчас же начались припадки, да какие! - Как в Петербурге. Каждые 10 дней по припадку, а потом дней 5 не опомнюсь. Пропащий я человек! Климат в Женеве сквернейший, и в настоящую минуту у нас уже 4 дня вихрь, да такой, что и в Петербурге разве только раз в год бывает. А холод - ужас! Прежде было тепло. Вот почему и работа и письма и всё в последнее время затянулось...

Ваши 125 р. решительно нас спасли. Теперь вздохну немного и опять за роман. Пишите мне, пожалуйста. Мы с Аней в таком уединении, что письма для нас манна небесная, тем паче от Вас. Раз по пяти перечитываем.

Здесь есть русские газеты, читаю и "Голос" и "Московские" и "Петербург<ские> ведом<ости>". Это счастье. А то ужасно здесь скучно, но что делать: надобно писать.

Писал ли я Вам о здешнем "Мирном конгрессе". Я в жизнь мою не только не видывал и не слыхивал подобной бестолковщины, но и не предполагал, чтоб люди были способны на такие глупости. Всё было глупо: и то как собрались, и то как дело повели и как разрешили. Разумеется, сомнения и не было у меня в том, еще прежде, что первое слово у них будет: драка. Так и случилось. Начали с предложений вотировать, что не нужно больших монархий и всё поделать маленькие, потом что не нужно веры и т. д. Это было 4 дня крику и ругательств. Подлинно мы у себя, читая и слушая рассказы, видим всё превратно. Нет, посмотрели бы своими глазами, послушали бы своими ушами!

Видел и Гарибальди. Он мигом уехал.

Кой-что еще Вам хотел написать, но до следующего письма. Верите ли? До сих пор припадочное состояние и боюсь много писать.

Что же мне наши (Паша) и не напишут? Я на днях Эм<илии> Федоровне напишу.

До свидания, голубчик, не сердитесь на меня за что-нибудь. А что наша Южная дорога? Она нам теперь нужнее всего.

Поклон мой Анне Ивановне. Аня тоже и Вам и Анне Ивановне сердечно кланяется.

Если Вам что нужно узнать о Бабикове, то о нем больше всех могут знать Страхов и Аверкиев.

В следующем письме напишу и побольше и полюбопытнее. А теперь голова несвежа.

Крепко жму Вам руку.

Ваш весь Федор Достоевский.

NB. Вообразите себе! И тут бревно на дороге: ведь я совершенно-то наверно и не знаю, где гостиница "Рим"! Но кажется, кажется, что наверно на Тверской.

На Тверской, в гостиницу "Рим" Константину Ивановичу Бабикову.

Еще раз благодарю от всей души за помощь!

Ради бога, пришлите мне Ваш адресс, то есть № и имя дома. Опять прошу Анну Николавну доставить Вам и это письмо.

Допустим, ты – пришелец жукоглазый,

Со жвалами, в хитиновом покрове,

Рожденный на планете Ыбламаунт

В созвездии Нелепо-ли-намбяше,

И, ветром галактическим несомый,

На био-крио-трио-звездолете

К нам в мегаполис тупо залетевший,

Как залетает дура-малолетка,

Поверив ослепительному мачо.

Допустим, ты родился при Иване

Не Грозном и не Третьем – Годунове,

Хоть никаких Иванов Годуновых

В истории отнюдь не наблюдалось,

А тут, гляди, взяло и наблюлось.

И с этой исторической развилки,

Чудес в ассортименте стартовало:

Отечество без каверз процветает,

Америка накрылась медным тазом

И в космос полетели москали.

Допустим, ты – король подземных эльфов,

Гномья лесного принц и канцлер орков,

Ты – посох мага, ты – топор героя,

Ты – болт из потайного арбалета,

И артефакт чудесный – тоже ты.

Вокруг тебя империи трясутся,

На кладбищах пируют некроманты,

Сражаются друг с другом кто попало,

А ты им и руки не подаешь,

Поскольку и велик, и бесподобен.

Допустим, ты – фантаст-недописатель,

Который допускает то и это,

Воображает множество безделиц,

Придумывает массу несуразиц

И кучу зарабатывает денег

Таким своим извилистым талантом.

Нет, денег мы, пожалуй, не допустим –

Уж больно фантастично допущенье.

Но в остальном…

Блесна W10

К особенностям серии данных блесен следует отнести их уникальное покрытие. Оно выполняется из чистого технического серебра или золота (более 20 каратов), а может иметь смешанный вариант. Фирма наряду со сверхоблегченными моделями ультралайт длиной 25 мм, весом около 1 г, выпускает и более универсальные блесны длиной 90 мм. Но авторы остановили свой выбор на облегченных моделях известной фирмы, считая их уловистым штучным товаром, в своем весовом диапазоне, не имеющем конкурентов (фото 71). Незначительная толщина блесен данной модели, а следовательно, и их прочностные характеристики в какой-то степени компенсируются ребром жесткости, без которого поверхность блесны деформировалась бы при слабом нажатии пальцами.

Фото 71. Колеблющаяся микроблесна Williams W 10, вес около 1, 0 г, длина 25 мм

Многие неискушенные рыболовы ставят под вопрос само право на существование данных моделей, считая их откровенной глупостью в конструировании приманок только на основании того, что они очень легкие, а потому капризные в ловле. Чаще всего подобные рассуждения исходят от рыболовов, которые либо элементарно не сумели подобрать и построить снасть под ловлю облегченными блеснами, либо вообще не применяли их на практике. Но как говорится: «Все гениальное просто» Для ловли облегченными блеснами фирмы Williams требуется спиннинг из разряда Super Ultra Light (SUL), тестовый коридор которого не выходит за пределы (0, 7–3 г) (0, 8–3, 5 г); (1–3, 5 г). Подобные модели уже несколько лет выпускают известные производители спиннинговых удилищ, а несомненным лидером является фирма Shimano, которая, кстати, ввела в обиход название Super Ultra Light. Я остановился на вопросах выбора спиннинга в классе (SUL) только потому, что во всех остальных случаях блесны W10 «не оживут» при игре, да и просто не полетят на необходимое для ловли расстояние. Выражение «дешево и сердито» применимое к удилищам для ловли на облегченные блесны, в принципе, не годится.

Спиннинги с тестами (1–7 г), (1-12 г) лучше оставить дома, так как подобрать ключик к облегченным блеснам не удастся. Особенность конструкции данных блесен не допускает использовать дополнительно утяжеляющие элементы оснастки типа вертлюгов со свинцовыми накладками и оснастки с разного рода сбирулинками.

При правильном выборе спиннинга, лески и легкой ульт-ралайтовой катушки блесны W10 становятся уникальными по уловистости приманками, как ни странно с уверенной или даже стойкой игрой обычно присущей более тяжелым моделям колеблющихся блесен. Причем блесна привлекает хищника как на довольно мощной отбойной струе (блесна идеально копирует движения мелкой рыбешки), так и в водоемах без течения.

Об уловистости приманок говорит хотя бы тот факт, что капризная прудовая форель реагирует на них более охотно, чем на перемещение ее повседневного корма (мелкой верховки).

Самой непреодолимой проблемой при ловле является то, что блесны W10 обожают мелкие щурята весом до 150–200 г. А установка даже тончайшего специального поводка отрицательно влияет на игру приманки. Поэтому необходимо дать совет общего характера: блесны целесообразно использовать в водоемах, где обитает форель или окунь, так как потеря дорогостоящей приманки больно бьет по карману рыболова.

Из массы видеомагнитофонов, выпускаемых различными западными фирмами, необходимо выбрать такой аппарат, который обеспечивая бы хорошее качество записи/воспроизведения и обладал бы функциями простейшего монтажа. Наиболее предпочтительны четырехголовочные видеомагнитофоны.

Большинство видеомагнитофонов имеют функции, перечисленные в следующем списке.

¦ Multisystem – функция мультисистемности – возможности записывать и воспроизводить видеосигнал во всех странах мира (поддержка систем PAL/SECAM/NTSC).

¦ VHS HQ – формат высокого качества с улучшенной «картинкой».

¦ Shuttle —плавный переход от нормального просмотра к замедленному или ускоренному, причем в обоих направлениях вплоть до стоп-кадра. Используется при монтаже.

¦ Super Drive – система, обеспечивающая точное и сверхбыстрое выполнение всех команд управления аппаратом.

¦ SP/LP – различные режимы, определяющие длительность записи/воспроизведения. В режиме SP длительность соответствует указанной на видеокассете, в режиме LP она увеличивается вдвое, однако качество изображения хуже.

¦ Filter, Wipe – функция улучшения изображения за счет «размытия» картинки и уменьшения флуктуационных помех.

¦ Digital 3R – технология повышения разрешения и восстановления видеосигнала.

¦ Presicion 3D Color Circuit – цифровое подавление яркостных и цветовых шумов.

¦ B.E.S.T. – калибровка качества магнитной ленты для получения наилучших результатов при любом типе магнитной ленты.

¦ VHS ProDIGI – технология микросхем, обеспечивающая общее улучшение качества изображения.

¦ Spatializer – увеличение объема звучания аудиостереопрограмм, режим «псевдостерео» при воспроизведении монофонических аудиопрограмм.

¦ Dynamic Drum System – изменение наклона барабана видеоголовок в зависимости от скорости движения магнитной ленты, что позволяет просматривать изображение без помех в режиме поиска на разных скоростях.

¦ TimeScan – функция, позволяющая смотреть программу в режиме поиска, прослушивая звуковую дорожку.

¦ Hi-Fi Stereo – функция высококачественного звуковоспроизведения с полосой частот 20-20 000 Гц.

¦ Монтажные функции Audio Dubbing и Insert описаны ранее.

Р еквием любви

* * *

Песня о трех пажах

(С французского)

* * *

Однажды Владимир Владимирович™ Путин получил письмо от Бога.

"Слышь, брателло" - писал Бог, - "Конгресс США дал одобрение Президенту США на объявление войны против Ирака. Пожалуйста, помни, что это очень срочная просьба. Петиция ООН о Мире. Сохранение Мира. Ислам - не Враг. Война - НЕ Ответ. Сегодня мы находимся на грани разрушения баланса в мире и движемся к тому, что может оказаться началом ТРЕТЬЕЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ. Если ты против этой вероятности, ООН собирает подписи в попытке предотвратить это трагическое мировое событие. Пожалуйста, скопируй текст этого сообщения в новое письмо, поставь свою подпись в конце списка, и отправь его всем, кого ты знаешь. И будет тебе счастье."

"Какой-то он малограмотный" - подумал Владимир Владимирович™ и нажал на кнопку вызова секретаря.

– Принесите, пожалуйста, пачку бумаги и мою записную книжку, - попросил Владимир Владимирович™ вошедшего секретаря, - И ни с кем не соединяйте. Мне надо разослать несколько писем.

Понедельник, 10 февраля 2003 г. 17:13:09

Однажды Владимир Владимирович™ Путин смотрел по телевизору новости.

– Правительственная комиссия, расследующая обстоятельства катастрофы шаттла Columbia, приступила к работе, - говорила с экрана строгая диктор, - Адмирал Геман, глава комиссии, пообещал, что в ближайшее время скорость ее работы утроится, так как будут созданы три отдельные группы, каждая из которых будет заниматься своей работой в рамках общего расследования.

"Как интересно" - подумал Владимир Владимирович™, - "А если, скажем, создать три правительства? Реформы пойдут в три раза быстрее?"

Он поднялся и стал взволнованно шагать по просторному кабинету.

"Три министра внутренних дел - решим проблему преступности", - загибал пальцы Владимир Владимирович™, - "Три министра обороны - в Чечне наведем порядок".

Все складывалось как нельзя лучше.

"Три министра финансов - укрепим рубль. Три министра иностранных дел - остановим агрессию США."

Владимир Владимирович™ протянул руку к кнопке вызова секретаря.

"Надо срочно подготовить соответствующие указы. Три министра культуры - и никаких вам "Тату". Три группы "Любэ".

Палец Владимира Владимировича™ коснулся квадратной белой кнопки.

"Три Государственных думы. В три раза больше законов! Три партии "Единство". Три прези…"

Рука Владимира Владимировича™ замерла.

Идея требовала дополнительной проработки.

Один молодой рабочий, некто товарищ Лобанов, охранял Смольный. То есть он стоял у дверей и проверял документы.

Он проверял у всех, кто входил в Смольный. Потому что если не проверить, мог бы войти какой-нибудь враг. Тем более это было в самом начале революции, и нужна была особая бдительность.

И вот, стоит этот Лобанов у дверей Смольного в качестве часового и просматривает документы.

А он был красногвардеец, этот Лобанов. Вдобавок он был путиловский рабочий, исключительно преданный делу революции. И поэтому его и поставили на такой ответственный пост.

Стоит он на этом посту. Винтовка в левой руке. Револьвер сбоку. За поясом ручная граната. Настроение великолепное.

И всем, кто подходит к Смольному, он говорит:

— Минуточку, товарищ! Прежде чем войти, покажите ваш пропуск, чтобы я мог узнать, кто вы такой. А то я дежурю в первый раз и мало кого знаю в лицо.

Ну, и, конечно, каждый, кто входил в Смольный, показывал Лобанову свой пропуск.

И Лобанов, беря под козырек, говорил:

— Вот теперь проходите! С моей стороны задержки не будет.

И вот, представьте себе, идет Ленин.

Идет пешком. Скромный такой. В своем черном осеннем пальто и в кепке.

Идет быстро, но вместе с тем задумчиво. Даже по сторонам не смотрит: до того, видать, углублен в свои мысли.

Подходит к дверям Смольного и хочет туда пройти.

А часовой Лобанов не знал в лицо товарища Ленина. Портретов в это время печатали мало. И сам Владимир Ильич только недавно приехал в Петроград. Ну, и, конечно, Лобанов мог не знать Ленина по внешнему виду.

В общем, Ленин подходит к дверям. И Лобанов ему говорит:

— Минуточку, товарищ! Покажите ваш пропуск!

Ленин не стал возражать. Он, как бы очнувшись от своей задумчивости, тихо сказал:

— Ах, да, пропуск! Извините, товарищ, сейчас найду.

И стал искать свой пропуск в боковом кармане.

А в этот момент подошел к дверям Смольного один какой-то человек, должно быть из служащих. И видя, что часовой не пропускает Ленина, возмутился. И крикнул:

— Это же Ленин! Пропустите!

Лобанов тихо ответил этому человеку:

— Без пропуска я затрудняюсь пропустить. До этого раза я еще не имел счастья видеть товарища Ленина. И вдобавок, я и вас не знаю и даже не посмотрел еще вашего документа.

Служащий возмутился еще больше и крикнул:

— Извольте немедленно пропустить Ленина!

Вдруг Ленин говорит:

— Не надо ему приказывать и тем более не надо кричать. Часовой поступает совершенно правильно. Порядок для всех одинаков.

Тут Ленин достает из бокового кармана пропуск. Подает его часовому. Лобанов с трепетом разворачивает этот пропуск. И видит: это действительно пропуск Владимира Ильича Ленина.

Лобанов берет под козырек и говорит Ленину:

— Я прошу извинить, Владимир Ильич, что потребовал ваш пропуск.

Ленин отвечает:

— Вы правильно поступили, товарищ. Благодарю вас за отличную службу.

Карли Бет все-таки нашла Чака и Стива. Они стояли у фонаря, изучая содержимое своих мешков.

Карли Бет спряталась за большое дерево у тротуара. Она следила за ними, сердце у нее учащенно билось.

Мальчишки даже не нарядились в маскарадные костюмы. На голове у Чака была красная бандана и черная маска. Стив разрисовал грубыми черными мазками щеки и лоб и напялил на себя старый рваный плащ и теннисную шапочку.

Надо полагать, что он старый бродяга, подумала Карли Бет.

Они копались в своих набитых всякой всячиной мешках.

Неожиданно Стив бросил взгляд в сторону Карли Бет.

Та поспешно спряталась за ствол дерева. Заметил? Вроде, нет.

Смотри, не упусти свой шанс, твердила она себе. Слишком долго ты ждала этого часа. Давно пора воздать им по заслугам за все их проделки.

Стив и Чак двинулись к крыльцу соседнего дома. И тут Карли Бет, как ведьма на помеле, перескочила улицу и нырнула за живую изгородь.

Когда они будут возвращаться, я выскочу. Появлюсь, словно из-под земли. То-то будет страху. Я напугаю их до смерти.

От живой изгороди исходил приятный хвойный аромат. Было еще сыро после дождя. Ветки на ветру дрожали. Что это за странный свист?

Это ее собственное дыхание.

Вдруг Карли Бет стали одолевать сомнения.

А что если ничего не получится, подумала она, стоя на корточках за раскачивающейся живой изгородью?

Что я за дура. Они не испугаются какой-то глупой маски.

А потом, как всегда, будут смеяться: «Ах, Карли Бет. Ну и видок у тебя!»

Или что-нибудь вроде этого.

А потом по всей школе разнесут, что я — простофиля, возомнила, что испугала их, а они меня даже в маске сразу узнали и только уматывались. И все опять будут потешаться надо мной.

Почему я решила, что маска так подействует на них и что мой замысел такой убойный?

Согнувшись за изгородью в три погибели, Карли Бет разозлилась. Разозлилась на себя. На ребят.

Лицо под маской горело. Сердце гулко колотилось в груди. Она часто дышала, из груди вырывался свист.

Но вот появились Чак и Стив. Было слышно, как шаркают по гравию дорожки их кроссовки.

Карли Бет вся собралась, словно готовясь к прыжку.

Ну, давай, твердила она себе! Раз, два!

Но поздно.

Я уже стоял на коленях и гладил пса по спине. Шерсть у него была мягкая и шелковистая. И очень густая. В ней запутались листья и тонкие веточки.

Пес приветливо вилял хвостом. Я погладил его по голове. Он поднял глаза.

– Ого! – вырвалось у меня.

Один глаз у него был карим, другой – голубым.

– Может быть, это волк! – крикнула мне Марисса.

Я обернулся. Она тоже вышла наружу, но стояла у самой палатки, не решаясь отойти от нее ни на шаг. Чтобы в случае чего сразу же нырнуть обратно.

– Никакой это не волк. Обычная собака. – Я еще раз внимательно поглядел на пса. – Во всяком случае, так мне кажется. Смотри, какой он дружелюбный, волков таких не бывает.

Я почесал его за ухом. Потом погладил густую шерсть у него на груди, выбирая из нее травинки и веточки.

Пес всё вилял хвостом. Кажется, он был доволен.

– Тогда что он здесь делает? – нахмурилась Марисса. – А если он дикий? Джастин, а вдруг он злой?

Пес лизнул мне руку.

– Мне кажется, он совсем не злой, – сказал я.

– А может, он тут не один. Может, их целая стая. – Марисса наконец отошла от палатки и сделала шаг по направлению ко мне. – Может быть, здесь полно диких собак. Может быть, их здесь целая сотня. А этот пришел на разведку.

Я поднялся на ноги и огляделся. В клубящемся тумане чернели стволы деревьев, окружавших поляну. Бледный свет луны сочился сквозь синее марево.

Я напряженно прислушался.

Тишина.

– По-моему, он тут один, – сообщил я сестре.

Марисса недоверчиво покосилась на пса.

– Помнишь папину сказку про собаку-призрака? – спросила она. – Помнишь? Про собаку, которая по ночам приходила к чьему-нибудь дому. Такая маленькая собачка. Вся пушистая и безобидная на вид. Она поднимала мордочку к луне и лаяла. Так странно лаяла, будто смеялась. Она была очень милая и симпатичная. Люди, жившие в доме, всегда выходили на улицу, чтобы ее приласкать, эту собачку. И как только они выходили, она поднимала пронзительный вой. Звала своих друзей. Псов-призраков. Они были злыми и безобразными. Собаки обступали людей со всех сторон и начинали кружиться, кружиться… А потом набрасывались на своих жертв и разрывали их на куски. А маленькая, миленькая собачка смотрела на это и лаяла, словно смеялась. Помнишь сказку?

– Нет, не помню, – признался я. – Сдается мне, это не папина сказка. Какая-то она глупая. Думаю, ты сама ее сочинила.

Марисса считает, что она придумывает истории не хуже папы. Но это она так считает. А по-моему, у нее получается полный бред и чепуха.

Где это видано, чтобы собака смеялась?

Марисса подошла поближе. Я весь дрожал. В лесу действительно было холодно. И сыро. А я был в одной пижаме и босиком.

– Если пес дикий, он может и укусить, – предупредила Марисса.

– А по-моему, он добрый и вовсе не дикий, – упрямо повторил я и снова погладил пса по голове.

Когда моя рука скользнула по его шее, я ощутил что-то твердое.

Сначала я подумал, что это еще одна веточка запуталась в его густой белой шерсти. И собрался было убрать ее…

Но оказалось, что это не веточка, а ошейник. Толстый кожаный ошейник.

– Он точно не дикий, – сказал я сестре. – У него ошейник. Значит, он чей-то.

– Должно быть, он убежал и потерялся. – Марисса, совсем осмелев, опустилась на колени рядом с псом. – Наверно, хозяин ищет его по всему лесу.

– Может быть, – согласился я и легонько потянул за ошейник.

Пес повернул голову и лизнул мне руку.

– Там есть какой-нибудь жетон с адресом? – поинтересовалась Марисса.

– Сейчас гляну, – отозвался я. – Вроде бы нет… Ух ты! За ошейник что-то заткнуто.

Я вытащил из-под ошейника сложенный листок бумаги.

Я развернул его. На листке было что-то написано, но в бледном свете луны разобрать буквы оказалось делом нелегким.

– Записка какая-то, – сообщил я сестре.

– Может быть, там есть адрес или телефон хозяина, – предположила она.

Я поднес бумажку к самым глазам.

– Ну? Что там написано? – нетерпеливо спросила Марисса.

Я прочел записку про себя… и задохнулся от изумления.

– Джастин, что там написано? – повторила сестра.

«Так-так-так-так-так, – думал Вася. – Что же это получается? Пчела и запах мёда!.. Так-так-так-так-так. Это, конечно, неспроста. Ну-ка, посмотрим мешочек, в котором пса привезли».

– Сиди здесь, – сказал Вася рыжему, а сам по шёл в дом.

«Вдруг да на нём знаки какие-нибудь есть», – думал Вася, разглядывая мешок.

Нет, никаких знаков не было – обыкновенный мешок, серый да заляпанный, с заплаткой на боку. Тогда Вася встряхнул мешок, и из него посыпались соломенная труха, пыль и опилки. Вася присел на корточки и стал рассматривать эту пыль, лежащую на полу. – Ты что это, Васьк? – спросила Евлампьевна.

– Вот она, – сказал Вася и вытащил из сора пчелу. Он положил её на сундук, а сам принялся нюхать мешок.

– Люди добрые! – напугалась Евлампьевна. – Васька мешок нюхает!

– Погоди, мам, кричать. Ты лучше понюхай, чем пахнет. – Вот напасть-то! Сроду я мешков не нюхала! – Да ладно, мам. Ты скажи, чем пахнет.

– Известно чем, – кричала Евлампьевна, – псом паршивым пахнет! – Да нет, мам, не псом. Ты понюхай.

– Я, Вась, издали понюхаю, – согласилась наконец Евлампьевна и стала нюхать примерно с двух шагов.

–  Подойди же ближе, мам, – уговаривал Вася. – Понюхай и в случае чего сразу отскочи в сторону. Евлампьевна так и сделала. – Ну что, мам, чем пахнет? – Известно чем, мешком собачьим. – Ну нет, – сказал Вася, – мёдом пахнет!

И верно, от мешка пахло мёдом, а ещё воском, пчёлами.

– Вот то-то и оно, – сказал Вася, – мёдом мешочек пахнет. По этому мешку я и найду черноусого!

– Господи, – сказала Евлампьевна, – прости нас и помилуй!

Русские в Латвии превращены в бесправных рабов. Это известно всем правительствам и парламентам мира и всем международным организациям. Но ООН не подвергает санкциям расистское латвийское государство, правозащитники в европейских столицах не требуют суда над властителями-фашистами из Риги, потому что там унижаются не евреи, не англичане и не новозеландцы, а русские. Расизм латвийским властям разрешен не только во внутренней, но и, судя по всему, и во внешней политике.

Накануне Нового года департамент по гражданству и иммиграции отказал в визе Александру Проханову, приглашенному в Ригу частным лицом на рождественские праздники. Почему русскому писателю, главному редактору общероссийской газеты не разрешили посетить Ригу? Потому, оказывается, что он находится в списке лиц, которым запрещен въезд в Латвию. Запрещен на каком основании? У латвийских властей нет и не может быть никаких сведений о принадлежности Проханова к наркомафии и организованной преступности. Он никогда не был под судом и не находится под следствием. Так какой же повод использован для запрета? А никакой. Проханову было отказано в визе именно как русскому писателю, редактору русской газеты и сопредседателю русского патриотического движения — НПСР.

(обратно)

Военная разведка так же стара, как и сами войны, и уже выдающиеся полководцы древности — Александр Македонский, Ганнибал, Юлий Цезарь, Митридат Понтийский, Вещий Олег, Святослав — умело пользовались данными, получаемыми разведкой, которую с древнейших времён и до наших дней по праву считают «глазами и ушами армии».

Одной из примечательных фигур Древнего Китая была Пан Хао — первая китайская женщина-историк. Ее записи были не чем иным, как отчетами о разведдеятельности ее брата, также носившего имя Пан Хао, агента военной разведки, офицера, доверенного лица командующего армией.

В истории Китая был период, когда империей правила бывшая наложница императора по имени Ву Хао, которая с помощью своих шпионов обольстила наследника и стала его женой сразу после того, как последний занял престол.

Первые письменные свидетельства о существовании системы организованной передачи разведывательной информации в этой стране относятся к эпохе Шан, примерно 1450–1050 годы до новой эры.

Из китайских источников можно узнать, что в период с 722 по 481 годы до новой эры властители небольших государств отправляли своих курьеров и посланников на собрания князей.

Это говорит о функционировании почтовой имперской разведывательной системы, во-первых, государственной, имевшей, согласно верованиям китайцев, божественное происхождение, и, во-вторых, феодальной, менее организованной, но нуждающейся в большей защите от утечек информации.

Любой промах такого рода в раздираемом междоусобицами Китае мог привести к разорению и гибели неосторожного феодала. В военном и разведывательном искусстве древних китайцев есть учение о форме и содержании. Неизменность содержания и цели в борьбе за власть, при многообразии форм ее достижения — это то, что хорошо используется в политической борьбе.

Две с половиной тысячи лет тому назад китайский военный теоретик и полководец Сунь Цзы писал, что самое лучшее на войне — «покорить чужую страну, не сражаясь». Он отмечал, что «просвещенные государи всегда побеждали, так как знали все заранее. Знание и расчет всего и вся у себя и у противника основа устойчивости и силы государства».

Персидский царь Кир II в истории древней дипломатии известен, как создатель глобальной для того времени информационной системы. Вестовые царя Кира были обязаны не только доставлять почту во все уголки обширной империи, но и составлять отчеты обо всем увиденном и услышанном во время пути. Эти сведения в определенной мере корректировали направления внутренней политики.

Разведка придумана не сегодня и не вчера: примеры ее использования уходят в глубь тысячелетий. Даже в библии можно найти утверждение, что сам господь бог стал первым в истории руководителем разведывательной службы — вскоре после того, как он создал небо, землю и человека по образу и подобию своему, то возникло его естественное желание контролировать все и вся через ангелов-разведчиков.

Римляне славились своим умением учиться у противника и перенимать у него все, что могло усилить военную и административную структуры государства. Римляне заимствовали у греков и карфагенян правило сбора информации о противнике до начала военных действий.

Полководец Гай Юлий Цезарь превратил это правило в принцип. Его интересовали не только собственные военные вопросы, но и местные обычаи, история и экономическое положение вражеских племен.

В «Записках о галльской войне» он неоднократно упоминает, что тайные агенты, в большинстве своем купцы, торговавшие с германцами, постоянно держали его в курсе текущих событий в землях, лежащих к востоку от Рейна.

Уже в античную эпоху лучшими мастерами шпионажа считались мореплаватели и караванщики, часто совмещавшие разведывательную деятельность с торговлей.

Во времена завоевательных походов римлян самыми удачливыми среди них по праву слыли карфагеняне, происходившие из финикийского города-государства Тир.

Карфаген вел обширную торговлю со многими странами. Это позволяло ему располагать обширной агентурной сетью. Карфагенские поселения находились в Испании, на побережье Западной Африки, на острове Мадейра и на Канарских островах.

При вступлении на престол в 336 году до новой эры Александру Македонскому было всего 20 лет. Его отец Филипп II подчинил себе ослабленную междоусобицами Грецию и путем подкупа обеспечил македонской партии в Афинах политическое лидерство.

Молодой Александр действовал теми же методами. Подавив антимакедонские выступления в различных городах Греции и ознакомившись с разведывательными донесениями, он предпринял поход в Персию.

Итогом блистательных военных походов Александра, которые по сути дела носили разведывательный характер, стал приход полководца в самое сердце Азии, вплоть до западных рубежей Индии.

Не последнюю роль сыграли разнообразные разведывательные учреждения и службы, основанные еще ассирийскими и персидскими царями: войско Александра активно использовало дороги, построенные древними хеттами, ассирийцами и персами.

В бывшей Ассирии археологи раскопали царскую библиотеку, где были обнаружены глиняные донесения секретных агентов VII века до новой эры.

Ганнибал, одержавший ряд блистательных побед над Римом, добивался их, во многом благодаря хорошо поставленной разведке, причем он и сам не чуждался этой профессии. Время от времени он лично проникал в римский стан, перевоплощаясь с помощью парика и фальшивой бороды.

Но дело было не только в деловых и человеческих качествах Путина. Та самая "малокомуизвестность" казалась непреодолимым препятствием для того, чтобы "провести его в дамки", то бишь в президенты.

О том, что преемником выбран Путин, на первом этапе знали лишь пятеро: помимо Ельцина -- Волошин, Дьяченко, Юмашев и, с какого-то момента, сам Путин. За пределы этой пятерки информация долго не выходила.

Чубайс узнал про Путина несколько позже. Он активно выступил против его назначения премьером и ставки на него как на будущего президента. Это при том, что в принципе он вроде бы хорошо относился к Путину. Чубайс просто рассуждал как опытный политик, политтехнолог: конечно, Путин как президент -- это замечательно, это прекрасно, но мы не в состоянии обеспечить ему победу на выборах, у нас просто нет для этого ресурсов: это бывший кагэбэшник, никому не известная фигура; все решат, что Кремль просто сошел с ума...

?

Мы с ним ругались по этому поводу, -- вспоминает Валентин Юмашев. -- Дело доходило буквально до крика.

Где-то в начале августа Чубайс попросил Волошина и Юмашева о срочной встрече. Эта встреча состоялась на даче у Волошина. Глава президентской администрации подтвердил, что Степашин будет уволен, а на его место назначен Путин.

Чубайс был по-прежнему категорически против.

-- Как можно снимать Степашина, который набирает рейтинг, завоевывает позиции в Думе, в Совете Федерации! -- говорил Анатолий Борисович. -- К тому же это просто свинство по отношению к Степашину... Наконец, такая вот частая смена премьеров губительна для власти.

Еще один аргумент Чубайса: пока Степашин остается премьером и котируется на пост президента, он в какой-то степени сдерживает Примакова (Примаков и Степашин друзья, и Евгению Максимовичу трудно будет выступить против Сергея Вадимовича). Но как только Степашин уйдет, у Примакова будут развязаны руки. Чубайс был абсолютно уверен, что Примаков и Лужков объединятся в своем рывке на вершину власти, и этот тандем Кремлю не удастся остановить, особенно при помощи такой никому не известной фигуры, как Путин: у Лужкова большие деньги, а Примаков -- "политический тяжеловес"

На эти аргументы Волошин отвечал, что считает Степашина слабым, и доверять ему страну -- безответственно.

Хозяин дома предложил такой вариант: если Борис Николанвич откажется снимать Степашина и назначать Путина, он, Волошин, попросит президента об отставке и предложит, чтобы администрацию вновь возглавил Чубайс, и пусть они дальше вдвоем -- Ельцин и Чубайс -- отвечают за происходящее.

Чубайс согласился на такой вариант.

Весь этот разговор Волошин на следующий день передал Ельцину. Как и обещал, попросил президента в случае, если он согласится с Чубайсом, отпустить его, Волошина, в отставку и -- чтобы уже Чубайс, как близкий к Степашину человек, возглавлял президентскую администрацию до новых президентских выборов.

Ельцин выслушал Волошина, ничего не сказал и вскоре снял Степашина с работы.

Здравствуйте, уважаемая редакция «Терры», будьте любезны ответить на следующий вопрос: смена оформления журнала была приурочена к увольнению вашего дизайнера? Причем, по всей видимости, с последующей передачей его обязанностей третьекласснику. Это единственное, что приходит в голову при виде обложки 655-го номера. То, что вы с нею сделали, - преступление! Такой журнал неприятно брать с полки в магазине. Исправляйтесь.

atarity@yandex.ru

***

По поводу изменения дизайна журнала: вы таким образом готовитесь к выпуску номера 666? Если серьезно, то лично мне очень не понравился этот новый «дизайн» - очень трудно стало читать - глаза болят!!! Во-первых, слишком широкие колонки; во-вторых, ужасно нечитабельный шрифт - это, видимо, специально, чтобы до конца не дочитывали ::)) В-третьих, кернинг-трекинг пляшет, как ему хочется (или «верстальщику»?). И так далее…

В общем, если пролистать быстро журнал, то «дизайн» вроде хороший, но если все-таки начать читать, то просто УЖАС!!! Сделайте, пожалуйста, что-нибудь, чтобы можно было читать журнал.

Дмитрий Лихтаров

***

Давно и с удовольствием читаю ваш журнал, но после смены «дизайна» хотел бы высказать свои впечатления о проделанной редакцией работе.

Во-первых, в процессе чтения номера ощутил значительную нагрузку на глаза. Вроде шрифт тот же, а что-то напрягает. Сравнил с предыдущим номером, и точно, на одну строчку на странице стало больше. Лично мне, как человеку, работающему в IT-сфере, приходится воспринимать основной объем информации с экрана монитора, за день глаза и так устают, а тут еще такой напряг с чтением. Я не хочу становиться очкариком или обзаводиться мигренью, пожалуйста, верните старый размер шрифта или абзаца!

Во-вторых, насчет двух колонок вместо трех. С точки зрения скорочтения воспринимать узкую строчку гораздо проще, чем широкую, и к тому же раньше журнал можно было читать свернув в трубочку, практически при любой загруженности метрополитена.

И наконец, о давно наболевшем, рекламе сигарет. Мне, как и многим (я надеюсь) IT-специалистам, хочется бросить курить, поэтому каждый раз вид «пачки» в любимом журнале меня начинает реально подбешивать. При этом к прочей рекламе я отношусь крайне положительно и подолгу с любопытством ее разглядываю (особенно нравится Visual Studio 2005). Может быть, я стал слишком старым в свои 27, но мне почему-то кажется, что раньше трава была зеленее.

Господа копьютерровцы, сознавая миссию, возложенную вами на себя же, рассчитываю получить искреннюю поддержку. Не то чтоб меня это особо волнует, но и не наплевать как-то. Вот уже более года затейники из компании Intel продвигают свой новый продукт The Core. Вот уже несколько месяцев эту штуку можно купить довольно свободно. Более того, теперь уже и The Core 2. А как, по вашему мнению, сей продукт называют на пресловутой шестой части суши, где с языком Шекспира всегда было туго? Вы не поверите: большинство выговаривает: «Корэ»! Чуть реже «Коре» (видимо, по аналогии с устоявшимся в России произношением названия известной маркой сигарет, которая многим напоминает о смерти). Более того, я своими ушами слышал вариант «Цоре»… Так скажите же, наконец, всем несведущим (а я думаю, что и читателям «Компьютерры» сей ликбез не повредит), что новый интеловский «сердечник» называется «Ко». И точка. И пусть американцам станет стыдно, что они не догадались сделать это первыми.

Pustoslov

***

Рад приветствовать Вас, уважаемые Дамы и Господа! Представляю себе, как обрадовались «гоблины», наконец-таки узрев фотографию господина Голубицкого, в которую можно всласть натыкаться иголкой… Сам я уважаю весь ваш состав (особенно господина Козловского - шоб уси так жiлы! Точнее - не старели). И если уж чего не понимаю, то виню только себя.

Александр Ч. М.

***

Здравствуйте.

Покритикую вас конструктивно. Покупаю журнал почти регулярно. Снижается как-то общая, средняя ценность публикуемого материала. Думаю, надо вам поднять стоимость издания. Инфляция. А лишние 5-10 рублей не отпугнут почитателей вашего журнала. Я в числе их. Деньги, конечно, не главное в вашей просветительской деятельности, но без них (денег) трудно очень нести светлое в действительность.

Алексей

Беспроводной комплект Trust (клавиатура+мышь) получает Pustoslov

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

04.05.2008

"Я люблю путешествовать, посещать новые города, страны, знакомиться с новыми людьми." Чингисхан