Глава №5
Утром, как только первый луч солнца проник в окно её комнаты, девушка очнулась ото сна. Первое, что она почувствовала, когда пробудился её разум, было теплое худощавое тело парня под собой, потом она почувствовала, как рука парня нежно поглаживала спину девушки и иногда рисовало пальцем какие-то узоры сначала это были цветы, потом сердца, имена и какие-то линии.
Голова Мори лежала у Билла на груди, и пока парень рисовал на ней, она целовала его грудь, так и не открывая глаз, чтобы выпустить остатки сна. Билл продолжал поглаживать девушку опускал ниже свою руку, а она целовала его и, иногда отрываясь, говорила: "люблю тебя".
Билл убрал свою руку со спины Мораны и резким движением, схватив девушку за плечи, подтянул её к своему лицу и нежным и мягким голосом произнес: "и я, я тоже люблю тебя, зайчик" сказал он ей, слегка прикоснувшись к её губам.
Они полежали еще немного, и вдруг раздался звонок на мобильный Билла.
- Возьми, Билли, возьми, - говорила Мори, хохоча и пытаясь вырваться из сильных и щекочущих объятий Билла.
- Как скажешь, зайка.
Билл взял с тумбочки телефон и увидел, что это Йост:
- Алло, алло, Билл? - бешено орал Девид в трубку.
- Да, да, это я, Йост, что случилось, что ты так орешь?
- Билл...твой брат...он...
- Что он, что с Томом? - в этот момент, лежащая на кровати Мори, вскочила, теперь Билл уже орал, - Девид не молчи, что случилось?
- Его ... он, - снова замялся Йост, - его убили... - с неким облегчением сказал он, больше в трубке от Билла он ничего не услышал.
2 слова, 2 эти слова: "Его убили" - были как приговор...
Билл выронил телефон из рук и медленно сполз вниз; его глаза были пусты, в них больше не было того озорного огонька, который обычно всегда таился в его бархатных черно-коричневых глазах.
Мори спрыгнула с кровати и подскочила к Биллу:
- Билл, солнышко, Билл, посмотри на меня, - тот смотрел на нее какими-то далекими, отчужденными глазами, - Билл, что случилось, что-то с Томом?
- Его больше нет...его убили, теперь у меня никого нет, - почти рыдая, сказал Билл, а потом он воткнулся в плечо Мори и слезы водопадом начали стекать по почти нагому телу девушки.
Билл плакал, сдерживая крик, который вырывался изнутри, и Морана чувствовала это.
- Кричи! И тебе станет легче, Кричи! Настолько громко, насколько можешь, - решительно сказала Мори, - Не держи в себе боль, которую причинила тебе смерть брата, - Билл отрицательно мотнул головой, он боялся, что если начнет, то не сумеет остановиться; Мори треснула его по щеке и прижала и себе, - Кричи! Я разрешаю, я буду кричать вместе с тобой. - Слезы рекой хлынули с Мори он щекам
Они долго еще сидели, прижавшись друг к другу, и кричали от боли, которая накопилась у них в душе. Когда боль утихла, продолжая по крупицам съедать их изнутри, Билл отправился в гостиницу, где все буквально кишело репортерами, фотографами, полицией и криминалистами.
Биллу разрешили посмотреть на брата.
Безжизненное тело Тома все также лежало на постели, он капельки крови больше не вытекали из тела. Все что должно было вытечь уже вытекло, а рана запеклась и покрылась корочкой. Рот парня был слегка приоткрыт из-за последнего, вырвавшегося из него стона боли. Ноги Тома до пояса прикрывала простыня; Билл откинул её и увидел то, что более всего боялся: Том был гол, а значит кто то был с ним этой ночью, и тут Билл вспомнил слова Вильи: "Ты еще пожалеешь о том что сделал".
Мори сидела дома снова перебирая в памяти все, что произошло с ней за эти 2,5 дня. Она вспомнила, как Леха засосал ее подругу прямо в ее присутствии, вспомнила, как увидела выстрел Вильи, как светились злостью ее глаза, как костер разгорелся в ее душе, а искры летели через глаза. Мори вспомнила, как впервые увидела глаза Билла, как уснула рядом с ним, как любила его, как любит и как виновата.
Морана считала, что только она была виновата во всем, что произошло. Ведь не подбери она тогда Билла, Вилья что-нибудь придумала и заставила Билла снова себя полюбить, пускай это было бы не честно, пускай это было бы несправедливо, но все были бы живы. Том был бы жил. Да, Том, самый главный в жизни Билла человек, умер, причем не собственной смертью, а от руки совратившей его Вильи, ведь она поняла это сразу...
На душе у Мораны творилось что-то невообразимое: она то истошно кричала от того, что причинила стольким людям боль, плакала из-за тех ужасов, которые творила Вилья.
Там внутри её словно сжирали заживо миллионы злосчастных червей. Ей казалось, что, как и в фильмах, на одном её плече сидит ангелок, а на другом чертик, которому не терпится соблазнить её на неверный шаг.
-Как же так, почему у меня все всегда так получается. Господи, ответь, почему? За что ты на меня черную метку на меня? Почему все кто со мной общается либо умирает, либо уходит навсегда...
«Мама умерла при родах.
Отец ушел к другой, меня бабушке оставил.
До 17 лет я жила с бабушкой, и вот она тоже умерла.
Потом любовь… Алеша… подруга… любовь прошла… Они ушли из моей жизни.
Ненавижу себя, ненавижу...
В дверь раздался звонок; Морана вытерла остатки слез с лица и подошла к двери.»
Открыв дверь Мори чуть не упала от неожиданности. Её сердце бешено забилось и ушло в пятки, дыхание стало прерывистым и громким, она почувствовала в коленях дрожь, а мурашки бежали по всему телу.
В дверях стояла Вилья. На ней был тот же костюм, что и при Томе, но сверху был черный плащ.
Вилья абсолютно бесстрашно вошла в квартиру, и уже там ждала Мори. Морана закрыла дверь и оказалась на одном уровне с огненноглазой смуглой дивой, которая была недовольна ни внешностью, ни фигурой Мори. Единственное, что затронуло Вилью в девушке, это были её глаза: голубые, глубокие, бездонные, но абсолютно пустые и холодные сейчас.
- Что тебе нужно, Вилья? Зачем ты пришла? Ты и так причинила Биллу и мне очень много, тебе что мало?
Вилья ненавидела, когда на нее орали, и тогда она прижала Мори к стене.
- Не смей орать на меня, маленькая грязная шлюха. Трахнула моего Билла и еще возмущается тут. Зачем он тебе был нужен? А? Забить боль? Но почему ты отняла его у меня? Почему это был не кто-то другой? Ответь? Если бы я тебя тогда не заметила, то не выстрелила бы. И все было Бы хорошо, - на глаза Вильи проступили слезы, - Я всего лишь хотела его напугать, хотела только этого, а ты, - Вилья зло посмотрела на Мори, - Ты виновата во всем, ты! - уже почти кричала Ви. - А ведь я всего лишь хотела твоего маленького женского счастья!
Вилья отпустила Морану, а та медленно сползла по стенке на пол. Вилья сняла с себя плащ, в под ним Мори увидела какой-то длинный меч, по типу того, который был у Умы Турман в фильме "Убить Билла".
- Знаешь что это, шлюшка? - Мори молчала. - Это, милочка, катана! - торжествующе сказала Ви. - Это японский клинок, который впервые появился с самураев.
-Откуда же ты такая умная сучка выродилась? - Мори не сопротивлялась, не пыталась бежать, не старалась ударить Вилью, ей почему-то казалось, что она единственный человек, который , лишив её жизни, лишит окружающих проблем.
- Во-первых, не смей меня так называть, во-вторых, мой отец любит все виды восточного оружия, а особенно японскую катану, ну и в-третьих, почему ты не сопротивляешься?
- Потому что так будет лучше для всех... - с оттенком горечи произнесла Мори.
- Тогда я думаю ты не будешь против, если я сделаю так... - Ви проткнула Мори клинком в живот, а потом прокрутила её на 360 градусов в обе стороны.
- Аааааааааа! Но почему не в сердце?
- Хочу, чтобы ты, шлюшка, помучилась до прихода Билла и умерла у него на руках, - ехидно улыбнулась Ви.
По ледяному металлу катаны, струилась горячая алая кровь Мораны. Спустя несколько секунд Ви выдернула катану, и раздался зверский крик.
Вилья любовалась на клинок, конец которого был покрыт алой кровью, медленно скапывающей на пол.
Ви спрятала клинок обратно в ножны, надела плащ и быстро ушла, сказав:
- До скорой встречи, шлюха!
Глава №6
Билл бежал домой к Мори со всех ног, он боялся, что Вилья уже пришла туда и сделала свое дело. Войдя в дом, Билл поднялся в квартиру Мораны и увидел, что дверь была чуть приоткрыта.
О нет, Боже, нет, прошу, пусть это будет сон, пусть будет...... - подумал Билл в ту секунду, уже приоткрывая дверь. Он отшатнулся и прижался и стене: "За что?" Билл опустился на колени:
- Мори, милая моя Мори, зайка, - слезы капали из глаз Билла, - Мори, девочка моя, посмотри на меня, умоляю посмотри, котенок, я люблю тебя, люблю, слышишь... - он замолчал, зачем говорить, она все равно не услышит...
- Билл, - раздался хриплый и тихий голос, - Билл, поцелуй меня...
- Морана, детка, я здесь, с тобой. Я поцелую тебя, поцелую, это будет лучший в твоей жизни поцелуй, зайка. Как скажешь, - и он опустился к девушке. Она не могла ничего, столь бессильна она была.
Билл приблизился к губам Мори и языком раздвинул её губы, он вошел в её рот и ласкал языком её нёбо, это было столь приятно, что сердце Мори забилось быстрее.
- Билл, - оторвавшись от него, сказала Морана, - Билл, мне холодно, я умираю, прощай, я не забуду тебя ни... - больше она ничего не сказала, её голова упала на бок, а глаза остались открытыми.
- Ненавижу!!!! Аааааааааа!!!!!
Вилья сидела на окне своей комнаты и тихо плакала.
-Что же я натворила, что же я сделала, зачем? Дура, я дура, а ведь я до сих пор люблю его, ненавижу, ненавижу! Аааааааааа!!! - подумала Ви
За окном шел дождь, капли падали и разбивались на миллионы крошечных частиц, которые больно били лицо и сердце.
Билл подходил к дому Вильи, дождь прятал его слезы. Вилья заметила его и быстро привела себя в порядок: вытерла слезы, поправила одежду и положила окровавленную катану
Он позвонил в дверь. Ви открыла.
- Проходи, - не поднимая глаз, смиренно говорила Вилья, - я знаю зачем ты пришел.
- Я ненавижу тебя, слышишь, ненавижу; я убью тебя
Вилья подошла к Биллу настолько близко, насколько могла и подняла глаза, полные слез:
- Убей, прошу убей, но сначала трахни меня, а потом ... катана на окне, - указав пальцем на окно, сказала Ви.
Билл не стал сопротивляться. Он резко притянул её к себе за талию и впился в её губы, он запускал свой язык ей в рот, довольно сильно покусывая губы Ви, иногда даже до крови.
Билл оттолкнул девушку на кровать и раздел Вилью. Потом быстро сам разделся и ... вошел в нее очень грубо и неаккуратно, в ей отвалилось стонать от боли и наслаждения, она кончила, а он все продолжал входить и выходить, хотя сам уже находился на грани обморока. Он кончил в нее и, оттолкнув её, отодвинулся. Вилья была без сознания и мирно сопела рядом с Биллом. Спустя четверть часа парень встал с кровати, взял пачку сигарет и сел на окно, взяв в руки катану. В одной руке катана, в другой сигарета; Билл затянулся и принялся снова разглядывать клинок.
Билл долго разглядывал клинок, в потом вдруг перевел взгляд на Вилью, она была великолепна: смуглая, фигуристая, красивая Ви с припухшими от укусов губами и засосами на шее и груди. Билл прекрасно понимал, что красотка разрешила ему трахнуть себя, чтобы он обмяк и скорей всего передумал убивать её.
-Ушлая стерва - подумал он.
Билл бросил катану на пол, а там пошел кухню за ножом и веревками.
Вскоре Вилья оказалась привязана к кровати руками и ногами. Билл же сидел рядом и выцарапывал у нее на груди имена Мораны и Тома, везде, где только можно. Как только Билл проводил по этому красивому телу ножом, раздавался жуткий крик, а каждая ранка тут же наполнялась кровью такой алой и горячей. Спустя какое то время Биллу надоели вопли этой шлюхи и он заклеил его. От боли и от потери крови девушка медленно теряла сознание, слезы текли по её щекам.
Вскоре звуки прекратились, а слезы перестали литься, Вилья умерла смертью, которую я бы и худшему врагу не пожелала.
Билл снова сел на окно и выкурил еще пачку сигарет, вспоминая в это время брата и Мори.
Потом Билл слез с окна и подобрал нож, который лежал на полу.
"Зачем жить" - подумал он, - "когда нет людей, которые бы подержали и утешили, посмешили и полюбили? "
- Шраааааааааай!! - крикнул Билл и перерезал тебе вены.
Что он чувствовал? Чувствовал, как от боли текут слезы, как тело онемевает, как становиться холодно и одиноко.
- Том, Мори, я иду к вам, слышите?
Комната Вильи, до прихода Билла была бежевой, чистой и аккуратной. Его появление изменило атмосферу, царившую в этом доме.
Сейчас комната была в ужасном состоянии: белый ковер превратился в багряно-красный, а чистая розовая кровать стала темой и грязной от крови, залившей её. Такая вроде бы умиротворенная комнатка превратилась в камеру пыток из-за несчастной и вечной любви.
