Не далеко мы тогда отъехали, километров 5. Впереди я увидел грузовик и очертания двух легковушек, одна стояла на правой обочине, а вторая на левой. Приблизясь ближе я с ужасом узнал в той, что была на правой обочине Хонду сивик на которой ехал Лёшка.
Такси остановилось и я выскочил на обочину, рванулся к машине и просто оцепенел от ужаса увиденного. Я как сейчас помню то чувство у меня вроде как все заиндивело внутри, покалывало как на морозе, гдето в области солнечного сплетения.
Машина была в ужасном состоянии водительское место сильно повреждено, педальный блок сильно задвинулся в салон, повсюду была кровь, крыша у машины была сорвана, водительское сиденье разложено назад и сорвано с креплений.
Первая мысль - "При таком ударе он не мог выжить!"
Я пробежал дальше к рузовику, где стояли два гаишника и разговаривали с водителем грузовика, насколько я понял о том как погрузить побитые машины. Всё что тогда я говорил и делал я помню достаточно смутно. Я подбежал и збивчиво объяснив кто мы, спросил их о состоянии потерпевших в ДТП, о Лёшке, гаец как то покривился и сказал, что всех увезли в больницу в цюрупинск, а о их состоянии просто отмолчался, хзотя я дважды переспросил.
Гаец спросил где Лёшка держал документы, т.к. они не могли их найти, мы вернулись к машине, где стояла Наталья Владимировна. Она рыдала и показывла мне всё время на подголовник водительского сиденья, где было большое пятно запекшейся крови. Моя тёщя очень сильный и мужественный человек, как я мог убедиться за последующие две недели. Но в тот момент она была раздавленна горем. Тем не менее немного собравшись она сказала гайцу где Лёшка держал документы и после непродолжительного поиска он их нашёл. Забрав некоторые личные вещи Лёшки мы продолжили свой путь в больницу.