Шанс для Франции
Из журнала The Economist
Впервые за 25 лет застоя Николя Саркози предлагает многообещающие реформы
Ни одни из президентских выборов во Франции за последние 50 лет не выглядели столь непредсказуемыми как те, что пройдут 22 апреля этого года. Это так несмотря на то, что почти во всех опросах лидером является Николя Саркози, кандидат от правящей право-центристкой партии UMP. Его поддержка может быть слишком переоцененной, впрочем, с таким же успехом можно сказать, что поддержка ультра-правого Жан-Мари Ле Пэна недооценена. Взлет центриста Франсуа Байру, который в один из моментов почти обогнал социалистку Сеголен Руаяль, вконец запутал предвыборную арифметику. За 10 дней до выборов более 40 % французов так и не решили за кого же они отдадут свои голоса.
Эти выборы очень важны. Франция – это второй по величине член еврозоны и «дом» для 10 из 50 самых крупных компаний Европы. Но она находится в тяжелом кризисе. Её экономика растет самыми медленными темпами среди крупнейших экономик Европы, её государственное вмешательство в экономику превысило отметку в 50% ВНП, её государственный долг – самый быстрорастущий в Западной Европе, и более того, её безработица – одна из самых высоких. За последние 25 лет по показателю ВНП на душу населения Франция скатилась с 7 на 17 место в мире. В пригородах царит ужасная «тлеющая» атмосфера недовольства, здесь проживают молодые безработные представители этнических меньшинств. В 2005 году они подняли волну массовых беспорядков, и совсем недавно стали причиной крайне неприятного происшествия на парижском Gare de Lyon. Разочарование избирателей отражается не только в многочисленных опросах, но также и в их отказе принять Конституцию Европейского Союза в 2005 году.
Самым быстродействующим лекарством от этих болезней является быстрый экономический рост. Но для того, чтобы заставить экономику расти быстрее, нужны масштабная и глубокая либерализация рынков труда и производства, больше конкуренции и меньше защиты, низкие налоги и сокращение расходов на социальные нужды, плюс встряска изнежившемуся государственному сектору. Ни одна из этих проблем серьезно не решалась в последние 26 лет, ни при Президенте от левых – Франсуа Миттерана, ни при Жаке Шираке – представителя правых. За это время другие страны Европы, такие как Великобритания, Испания, Нидерланды, Ирландия и Скандинавские страны изменили себя в лучшую сторону, и при этом смогли сохранить свои известные и популярные модели социального обеспечения. Следующему Президенту Франции есть над чем поработать.
Худшая, Хуже, Плохо
Как оценивают кандидатов? Только три из 12 считаются потенциальными кандидатами на кресло в Елисейском Дворце. Четвертым человеком, которым еще может повлиять на результаты выборов – Месье Ле Пэн, харизматичный лидер расистского Национального Фронта, который шокировал Францию, опередив лидера социалистов на прошлых выборах, и прошедший во второй тур выборов, где встретился с Жаком Шираком. На этих выборах рейтинг Ле Пэна еще выше. Для Франции чрезвычайно важно для ее имиджа, чтобы Ле Пэн не прошел во второй тур выборов.
Мадам Руаяль была бы весьма ценным соперником во втором туре, превратив его в, удовлетворившую бы всех, схватку левых и правых. У нее есть и другие преимущества: она – первая женщина, представляющая серьезную конкуренцию; она обошла титанов Социалистической партии; она нарушила табу социалистов и стала хвалить Тони Блэра и критиковать принятие закона о введении 35 часовой рабочей неделе. К несчастью, меры, которые она предлагает, весьма расплывчаты даже по современным стандартам. А в экономике она держится за предрассудки старого левого крыла партии: государственная интервенция, строгие меры по охране рабочих мест и высокие налоги.
На первый взгляд, центрист Мr. Байру выглядит более многообещающим. Его предложения по снижению государственного долга более реалистично, чем мадам Руаяль, и даже Mr. Саркози. Но он не предлагает никаких мер по движению в сторону свободного рынка – он ярый сторонник субсидий фермерам и государственного вмешательства. Также у него отсутствует четкий план по тому, как он будет формировать правительство.
Лучшее из худших
Все эти выводы приводят к тому, что Николя Саркози является лучшим среди плохого. В отличии от остальных, и несмотря на его долгий срок пребывания на должности министра при Шираке, он не сомневается в том, что Франции необходимы радикальные перемены. Он сын венгерского иммигранта; он в открытую восхищается Америкой; он с энтузиазмом смотрит на возрождение экономики Великобритании. Он планирует немедленно начать реформу законодательства, нацеленную на либерализацию рынка труда, снижение налогов на бизнес и подоходные налоги, а также снижение государственных пенсий.
Но есть два небольших сомнения в отношении Саркози. Во времена его недолгого пребывания на посту министра Финансов Франции он высказывался за типично французские надоедливые экономические инстинкты, голосуя за сильную политику в области промышленности, защите национальных компаний – чемпионов, и даже за вмешательство в формировании цен в супермаркетах. Недавно он выступил с нападками на Европейский Центральный Банк, обвиняя его в проблемах, порожденных самой Францией.
Такой экономический популизм может быть простым заманиванием электората, который негативно относится к идее свободного рынка. Но у Саркози есть второй минус – национализм, выраженный в его довольно резких комментариях в сторону иммигрантов и национальной принадлежности. Его сторонники говорят, что он должен забрать отнять избирателей от Ле Пэна. Но он настолько не популярен в пригородах что, в отличии от Ле Пэна, он почти не появлялся там во время предвыборной компании. На должности министра внутренних дел он проявлял большую заинтересованность в решении вопроса улучшении жизни французских мусульман, но он потерял всякий интерес к этой теме, как только стал кандидатом.
Этим также можно объяснить самый большой «дефект» во внешней политике Саркози: его крайнее нежелание пускать Турцию в ЕС. Руаяль же обеими руками за предложенные условия вступления Турции. Однако, этот вопрос вряд ли будет главным для ЕС на ближайшие несколько лет. В отношении других проблем, стоящих перед ЕС, у Саркози более прагматичный и деловой подход. Он также является кандидатом, который намерен восстановить пошатнувшиеся отношения между США и Францией.
При взгляде на его карьеру и кампанию, Саркози кажется больше прагматиком, чем либералом. Однако он выглядит наиболее способным порвать с прошлым и осуществить тот прорыв, в котором Франция так нуждается после стольких лет застоя. Говорят, что Франция продвигается рывками – от революции до революции, и редко, если вообще когда-нибудь, движется по пути реформ. По крайней мере у Саркози есть шанс доказать, что этот афоризм – неправда.
