Одна голова Змея спала, вторая с завистью на нее смотрела, третьей не было вовсе. Иванушка, кравшийся вдоль невысокого, странного вида вала, выглянул из-за крайнего камня.
- День добрый, - на всякий случай поздоровался он.
- Был, - негостеприимно буркнула бодрствующая голова.
- Ты - Змей Горыныч? - уточнил Иванушка, вглядываясь в полутьму.
Голова приподнялась и некоторое время рассматривала гостя.
- Бессмертный моя фамилия, - наконец представилась она. - Кощей. Смерть в игле, игла в яйце и так далее. Короче - все на дубе. А дуб за тридевять земель. Отсюда. Дорога дальняя, я бы на твоем месте не мешкал.
Иванушка сдвинул шелом на лоб и почесал в затылке.
- Нет, - не поверил он. - Не похож.
- Но попробовать-то стоило, - вздохнула голова. - А на кого похож?
- На Змея Горыныча, - признался Иванушка. - Только... у тебя ничего не пропадало? Голова там...
Голова подмигнула.
- Это засада, - театральным шепотом сообщила она. - Третья голова заходит тебе в тыл. Ты - в кольце. Окружен и деморализован. Твой последний шанс - собрать все силы в кулак и отходить к своим. С боями, если пожелаешь.
Иванушка сглотнул. К своим хотелось очень. И давно. - Врешь, - неуверенно произнес он.
- А вдруг нет? - голова не сводила с него красных глаз. - А вдруг как раз под тем камнем, к которому ты прижался - потайной люк? Вот он приоткрыва-а-ется...
Иван выхватил кладенец. Бесшабашный меч радостно взвизгнул и кинулся на врага, чуть не вывихнув Иванушке руку.
- Тпру, - отпрянула голова. - Ты чего?
- А ты чего? - держать вырывавшийся меч приходилось обеими руками, плечо ныло. К тому же кладенец оттащил Иванушку от камня, и он никак не мог решить - хорошо это или плохо.
- Шучу, - призналась голова. - А ты нервный какой-то. Тебе бы подлечиться. Шизофреники в роду были? Алкоголики? Давай-ка, приляг на камушек, закрой глазки и расскажи дяде Горынычу о своем первом сексуальном опыте.
- Еще чего, - покраснел Иванушка. - Я лягу, а ты меня огнем...
- Паранойя, - решила голова. - Да если б я хотел, я бы давным-давно тебя сжег. Знаешь, какая у меня температура выдоха? Живьем зажарю. И съем. Вот вернется моя третья голова - и потрапезничаем. Ты, кстати, не проголодался?
- Не твое дело, - Иванушка оставил не то успокоившийся, не то заскучавший кладенец в правой руке, а левой поудобнее перехватил щит - на случай, если Змей-таки плюнет пламенем. - Нет у тебя третьей головы. В бою потерял али по старости отсохла?
- Потерял, потерял, - легко согласилась голова. - Только не я - голову, а кое-кто - награду. Тебе за меня что обещали? По прейскуранту - полцарства и принцесса - или злато-серебро?
- Полцарства, - признался Иванушка.
- Аматер, - снова вздохнула голова. - Дилетант. А что это за половина - ты проверил? Карту посмотрел? Полезные ископаемые, демографическое положение, импорт-экспорт, валовой продукт? Не надо, не отвечай, я понимаю, что нет. Эх, Ваня, Ваня...
- Ты откуда имя мое знаешь? - нахмурился Иванушка.
- С моим опытом, - снисходительно ответила голова, - имя собеседника угадать нетрудно. Если знать прозвище. Так вот, о вознаграждении...
- Погоди, - не понял Иванушка, - а прозвище ты как узнал?
Голова некоторое время молчала, полуприкрыв глаза белесыми веками.
- Оценив твои интеллектуальные способности, - последовал наконец ответ. - Это древнее умение, доступное только нам, Змеям Горынычам, - быстро добавила она, увидев, что Иванушка открыл рот для нового вопроса. - Не отвлекайся. Мы говорили о твоем вознаграждении. Сколько голов ты мне отрубить подрядился?
- Все, - Цифирь Иванушке никогда не давалась.
- Неправильно! Ответ - три. Все знают, что у Змея Горыныча три головы. И полцарства тебе посулили за три головы. А ты при всем желании больше двух не принесешь. И никто не поверит, что у меня не осталось одной про запас. Сколько будет - две трети от полцарства? - вдруг спросила голова.
Некоторое время Иванушка шевелил губами, а голова внимательно за ним следила.
- Двоечник, - констатировала она. - Давай дневник, придешь с родителями... Хорошо-хорошо, тогда второй вопрос - что ты собираешься делать с двумя третями принцессы? И какую конкретно треть ты оставишь своему будущему тестю?
- Во изверг! - возмутился Иванушка. - Кто ж живых людей-то на части делит!
- Ага. Значит, какую-то принцессу, ни словечка тебе, небось, не сказавшую, ты делить отказываешься, а меня, который единственно о твоем благополучии печется - запросто? Нет, я не жалуюсь, просто хочу уточнить кто тут изверг... Так вот, Ваня, мой тебе совет - передоговорись. Возьми деньгами. Зачем тебе полцарства, ты же ни в экономике, ни в политике - ни бельмеса, тебя же свергнут через неделю. Сделай вот что: прикинь, сколько каждая моя голова стоит. Плюс командировочные. И пусть еще задаток дадут. Ну, и по мелочи - экипировка, суточные. Тогда сколько голов ни принесешь - все прибыль. Учти, я дурного не посоветую, у меня знаешь опыт какой!
Голова мечтательно покачала собой.
- Все запиши, - напутствовала она. - И без подписанного контракта не возвращайся. Запомнил? Главное - головы по отдельности оценить, остальное - как договоришься. И сумма прописью. Ступай. У тебя получится. - Из глаза выкатилась ядовито-желтая дымящаяся слеза. - Я буду скучать, - добавила голова и отвернулась.
Иванушка деревянно кивнул, сглотнул и повернулся к выходу из пещеры. В голове его клубился туман, из которого выплывали загадочные фразы "две смены огнеупорных портков" и "именуемый в дальнейшем Головосдатчик". Кладенец оттягивал руку, по спине под кольчугой струился пот.
- Жарища, - пробормотал Иванушка.
- Надышали. Ты, Ванечка, если чего не понял - не стесняйся, спрашивай сейчас. Чтобы десять раз туда-сюда не бегать.
Все было не так, неправильно и морочно. "Околдовал" - подумал Иванушка.
- Не пойду я никуда, - решил он. - Не нужна мне награда. Давай так биться.
- Вот почему, интересно, у других Горынычей противники - сплошь профи заскорузлые, а у меня - идеалист на идеалисте? - пригорюнилась голова. - Климат тут такой, что ли... Ну, хорошо, забияка, будь по-твоему, дуэль так дуэль. Будет тебе сатисфакция наиполнейшая. Присылай, бретер, секундантов, пиши картель на надушенной бумаге - только чур чтоб не фиалка. И не лаванда, у меня, кажется, на лаванду аллергия.
- Кого присылать? - не понял Иванушка. - Зачем? Я уже здесь.
- По правилам, - спокойно объяснила голова. - Зарезать меня решил - пожалуйста. Только пусть все будет как положено. Ты же хочешь чтоб тебя витязем называли, а не мокрушником?
- Вот тебе мой вызов! - Иванушка сплюнул. - Сам себе секундантов ищи!
- А у меня вон, - кивок в сторону спящей. - Родовита, хладнокровна и дуэльный кодекс наизусть знает.
- Она же спит!
- И очень хорошо, - серьезно согласилась голова. - Ты себе не представляешь, Ваня, что тут начнется, если ей вздумается проснуться.
- Ну все, рептилия, - насупился Иванушка. - С тобой серьезно, а тебе все хаханьки. - Он поправил щит, поднял меч (тот радостно загудел), пошире расставил ноги в проржавевших сапогах - пара была последней. - Выходи на бой, Змей!
- Никакого почтения к старшим, - в очередной раз вздохнула голова. - Ладно, уговорил, выхожу.
Некоторое время ничего не происходило. Иванушка ждал нападения. Голова слегка покачивалась.
- Ну? - не выдержал Иванушка.
- Ась? - встрепенулась голова. - Ты что-то сказал, Ванечка?
Иванушка шагнул вперед и замахнулся мечом.
- Да-да-да, - голова подалась назад, - сию минуту... как же это делается... ага. - Она зажмурилась. Иванушка поспешно закрылся щитом. Из огромных ноздрей вдруг повалил черный паровозный дым. У Иванушки немедленно заслезились глаза и запершило в горле. Вслепую размахивая мечом - вдруг Змею вздумается контратаковать - он отступил за камень и попытался отдышаться.
- Так нормально? - донесся до него голос. - Или пиротехники добавить?
Дым постепенно оседал. Голова попыток напасть не предпринимала.
- Команды уходят на перерыв, - комментировала она. - Первый тайм прошел в острой, бескомпромиссной борьбе и обоюдоострых атаках, так?
Иванушка протирал глаза кольчужной рукавицей.
- В принципе, - голова покосилась на спящую подругу, - я согласен на ничью.
- Не... дождешься, - просипел Иванушка.
- Так ведь на чужом поле! - напомнила голова.
Иванушка оперся на меч и прокашлялся. Глаза по-прежнему слезились - не то от дыма, не то от обиды.
- Слушай, чего ты издеваешься? - негромко спросил он. - Можешь сразу убить - убей, нет - давай драться по-настоящему.
Пауза.
- Так, - печально произнесла голова. - Поздравляю. Ты добился своего. У меня мигрень. Это ж надо! Какой позор! Перед кем я распинаюсь? Я его уму-разуму учу - и арифметике, и бизнесу, и манерам благородным, а он мне вместо спасибо - "изверг", "издеваешься"! Тоже мне герой! Шпана с ножичком! - Она вдруг упала на пол и закрыла глаза. - Руби!
- Как "руби"? - оторопел Иванушка.
- Как хочешь! Ты ведь за этим пришел? Ну так давай! - Голова поморщилась. - Больно как! И стыдно. В мои-то годы... Ну что ты возишься, недоделанный? Шевелись, пока эта не проснулась.
Иванушка вышел из-за камня. Голова не шевелилась.
- Если болит, - осторожно заметил Иванушка, - можно рассолу выпить. Или отвара какого...
- Так ты меня лечить пришел? - желчно осведомилась голова, по-прежнему не открывая глаз.
Толстенная, в пол-Иванушкиного роста, шея Змея была покрыта чешуей, прочностью, судя по всему, не уступавшей граниту.
- Э-э...
- Твои проблемы, - отрезала голова. - Раньше надо было думать.
Иванушка перекинул щит за спину, поплевал на ладони, двумя руками, как топор, занес меч.
- Вообще-то ты прав, - сказала голова и открыла глаза. - Одному тебе не справиться. - Она вдруг взмыла вверх. - Вместе пойдем!
- Куда? - отскочивший Иванушка ошалело крутил перед собой кладенцом.
- Помогу контракт составить. Представишь меня как своего юридического и финансового консультанта. Ты, Ваня, не обижайся, сердце у тебя золотое, но деловой хватки - ноль. Объегорят тебя. А я на трудовых договорах собачью упряжку съел. - Голова огляделась. - План такой: летим налегке, провиант по дороге раздобудем... Ах да, надо соню эту разбудить. Подождал бы ты, Ваня, снаружи, а то как полыхнет она спросонок... - Голова деловито сновала по пещере. - Мне, кстати, как посреднику, десять процентов полагается, ты в курсе?
- Какие десять процентов? Какой контракт? Летим?!!
- Ты, Вань, какой-то заторможенный. Ты сюда сколько времени добирался?
- Тридцать лет... и три года.
- Вот именно. А теперь представь себе - еще тридцать три года на обратную дорогу, потом пока договоримся - быстро такие дела не делаются, там, небось, ни нотариуса не сыскать, ни ксерокса, ты же наверняка еще и медицинскую страховку потребуешь, а это - медосмотр, кардиограмма, флюорография (не нравится мне, Ваня, твой кашель), потом еще тридцать три года сюда - умирать не дома я отказываюсь, можешь считать это последним желанием приговоренного. Итого сколько? Не надо, не считай, некогда. Шестьдесят шесть лет с гаком. Ты меч-то поднять сумеешь? А так слетаем по-быстрому туда-обратно - и руби себе в свое удовольствие. Потом, конечно, тебе тридцать три года одному назад топать. С головами. Но это уже не мое дело. - Голова снова кивнула в сторону спящей. - Так я ее бужу?
В мозгу Иванушки творилось что-то неописуемое. Тридцать лет и три года... Три пары железных хлебов... Убить Змея... Василиса...
- Васили-и-са! - слабо позвал он.
- Которая? - немедленно отозвалась голова. - Прекрасная или Премудрая?
- Пре... красная, - неуверенно ответил Иванушка.
- Стала музой одного хорошего художника, - отрапортовала голова. - Счастлива. Семья, дети. Ты лет пять назад должен был там проходить - маленький, чистенький городок, в излучине. Помнишь?
- Нет, - тихо признался Иванушка. - Ничегошеньки не помню. - Сколько их было, городов... излучин...
- Я, Вань, не извращенец, - так же тихо сказала голова, - хоть и старый. Я таксист. Извозчик. Если кому крыльев не дадено, а улететь хочется - появляюсь я. Раньше, говорят, ангелы были, а теперь только я да пара пегасов.
- А чего ж про тебя всякие гадости говорят? - Иванушка сунул меч в ножны и опустился на корточки, спиной привалившись к камню.
- Кто говорит-то? Те, которые испугались, раздумали улетать - им же надо переполох оправдать, вот и несут всякую ересь. Мне-то что, только людям головы морочат. Тебя вот с панталыку сбили...
Помолчали. Никакой ответ не стоил сил, которые нужно было потратить на формулировку вопроса. Тридцать три года...
- Так я пойду, что ли, - вздохнул наконец Иванушка.
- Может, переночуешь? - предложила голова. - Устал ведь, да и темнеет уже. Поболтаем, поужинаем, я тебя с другой головой познакомлю...
- Нет, - Иванушка решительно выпрямился. - Пойду.
- Счастливо тебе, Ваня, - кивнула голова. - Приятно было познакомиться.
- Бывай, - махнул рукой Иванушка и побрел к выходу.
Голова некоторое время смотрела ему вслед, а потом опустилась на пол.
Через пару минут в камне, служившем Иванушке укрытием, открылся красный глаз.
- С Василисой - это ты молодец, - сказала третья голова. - Опять в своем репертуаре - шутовство, гротеск. Разбудил бы первую, это ее дело - визитеров шугать.
- Ну уж нет, - вторая голова поерзала, устраиваясь поудобнее. - Психологически мой метод надежнее. А то все устрашение да устрашение. Скучно.
- Может, - усмехнулась третья голова, - нам и впрямь пару девиц похитить? Для правдоподобия. "Таксист", тоже мне.
- А вот это, - вторая голова закрыла глаза, - не моя забота. Принимай вахту.
www.overview.ru
