В колонках играет - aaron spectre-berlin 2004 19-6-2004 raggacoreНастроение сейчас - [/p"Сегодня электронная музыка не просто неинтересна сама по себе, неинтересны и подозрительны те люди, которые ее по-прежнему продолжают считать заслуживающей внимания. Они вызывают опасение того же рода, что и поклонники технотранса, блэкметалла или летающих тарелок: их заколдобило.
Давным-давно ушло в прошлое положение дел, когда все приличные музыканты делали электронную музыку, когда только электронная музыка двигалась вперед и развивалась, когда только электронная музыка отвечала духу сегодняшнего дня. Сегодня делать электронику – значит согласиться со своим местом узколобого пораженца, привыкшего жить в гетто.
Заметно, что за последние год-два разговоры об электронной музыке сошли на нет, у музыкантов уже нет сил что-то обсуждать и доказывать, делиться какими-то открытиями, скажем, радоваться тому, что они все еще открывают для себя "неиспользованные ранее звуки" или находят какие-то новые источники вдохновения (скажем, никому неизвестную старую бразильскую киномузыку).
Электронику молча делают и издают. Похоже, что волнует музыкантов только проблема опубликования их продукции. При этом кажется наивным желание издавать музыку на заметных западных лейблах – якобы только так можно донести музыку до тех, кто ее любит и слушает. На самом деле и эта сфера изъедена инфляцией.
В начале 90-х, когда лейблов было сравнительно мало, для успеха достаточно было, что тебя заметил какой-то лейбл, сегодня быть замеченным каким-то лейблом – не значит вообще ничего. Лейблу самому очень хочется, чтобы его кто-то заметил.
Иными словами, издание компакт-дисков музыку к слушателю вовсе не приближает, лейбл должен навязать звуконосители дистрибьютору, тот – магазину, а тот – покупателю. Оттого коробки с изданными компактами стоят в разнообразных подвалах. Нельзя думать, что есть какие-то особенные, чрезвычайно прогрессивные и клевые потребители электронных ритмов, которым их постоянно не хватает. Кажется, что слушателей, ориентированных только на электронику, почти что и не осталось, даже известные еще совсем недавно имена интереса больше не вызывают, все остальные просто игнорируются. Оттого музыкант должен был бы интересоваться не тем, как издать то, что он уже наваял, а скорее тем, как наваять то, от чего будет падать челюсть. То есть проблема не в раскрутке, не в связях, не в известных именах, не в том, как вписаться в худо-бедно функционирующую систему... вообще, это желание непременно вписаться в схему, встать в линию, попасть точно в саунд, в стиль, сделать настоящий жирный хип-хоп или true black или минималистический этнотранс, показать, что "я такой, какой вам надо!", просто убивает, нет сил это видеть. Проблема-то в другом – в музыке, в том, как выйти из круга постоянного воспроизведения одной и той же схемы.
Но возможно ли это?
Электронная музыка – это сфера безвкусия и откровенной графомании. Ее место – не в модных клубах и не на футуристических фестивалях, а в музеях наивного искусства. К графоманскому комплексу относится и острое желание немедленного издания своей продукции, но это острое желание – не самое абсурдное и ужасное в этом комплексе.
Продуцирование электронной музыки похоже на фотографирование камерой-"мыльницей". Тот, кто обзавелся карманной фотокамерой, вряд ли воображает, что, если он щелкает, скажем, цветочки в парке, то он уже – художник-пейзажист, преемник Ван Гога и Боннара, он движется непростым путем творческого развития, "открывая новое". Обсуждать тут нечего.
Надо не только не издавать электронику, но лучше бы ее вообще не делать и вообще перестать делать музыку, перестать думать, что это получается, в этом можно добиться результата, в этом можно развиваться, "искать себя" и т.п. Все это самооправдания графомана.
В немецком языке есть два замечательных слова, которые в журнальной музкритике всплывают редко, но в разговорах о музыке – постоянно. Это berflussig – избыточный, излишний, ненужный, неоправданный, это то, без чего вполне можно обойтись, чье существование в нашем мире никак не оправдано, и willkurlich – произвольный, самовольный, высосанный из пальца.
Поговорить с музыкантом о том, что электронная музыка – это сфера тотальной графомании, что она поощряет графоманию и живет графоманской энергией, у меня смелости не хватает. Да и что об этом говорить?
Можно попробовать поговорить о границах, которые незримо присутствуют в самом методе делания музыки на персональном компьютере. То есть о том, что компьютерные программы, вместо того чтобы давать свободу и вечный кайф (которые грезятся графоману), на самом деле принуждают его к вполне предсказуемым действиям, гонят по своего рода туннелю: компьютерные программы не только определяют, какая музыка будет получаться, но и формируют психологический тип электронного музыканта.
Выступить в роли эксперта по этому кругу вопросов я попросил кельнского музыканта Феликса Рандомица (F.X.Randomiz)". Автор Андрей Горохов,муз.критик
Это фсе на языке Лакота
