Аббат Шаботи приводит два документа, письма XV века, которые были изданы сначала в XVI и XVII веке, а затем в 1880 году в «Armana Provencau un Revue des Etudes juives», основанном в том же году под Джемса Ротшильда. Издание XVII века было выпущено аббатам Буи (Boui) в Арле под заглавием: «La Royalle Couronue des Roys d’Arles, dediee a M. M. Les Coinsuls et Gouverneurs de la Ville, par J. Bouis, en Avignon» (1640).

Письма эти были вызваны следующими обстоятельствами: во второй половине XV века евреи были изгоняемы в Европе между прочим из Франции, Германии, Испании и Прованса. Прованс, где в особенности они были богаты и многочисленны, вновь подпал под власть Франции в 1457 году. Вскоре Карл VIII издал эдикт, в коем он повелевал всем провансальским евреям либо принять христианство, либо покинуть страну. Раввин Арля написал по этому поводу своим братьям в Константинополь 13 января 1484 года, дабы испросить инструкций, как отнестись им к эдикту короля. 21 ноября того же года ими был получен ответ...

«Члены городского совета Арля, - говорит со слов Буи аббат Шаботи, — были осаждаемы жалобами жителей на обитавших в городе евреев по поводу их ростовщичества... В Арле произошли беспорядки... Больших трудов стоило успокоить народ, желавший побросать всех евреев в Рону... Король Карл узнал об этом и, желая приобрести любовь жителей Арля, эдиктом своим изгнал проклятое племя из города и из своих владений в 1493 году. За четыре года до этого евреи, видя всеобщую к ним ненависть во Франции и постоянную угрозу изгнания, написали письмо константинопольским евреям, испрашивая совета, что им дальше делать. Копия этого письма точно снята со старой копии архивов одного из известнейших монастырей Прованса, и я счел нужным поместить ее здесь по причине несомненности ее интереса...

Письмо евреев Арля к евреям Константинополя:

«Уважаемые евреи, привет вам и почтение!

Вам должно быть известно, что король французский, который снова стал владетелем Прованса, заставляет нас либо насильно креститься, либо покинуть его владения. Христиане Арля, Экса и Марселя стремятся захватить наше добро, угрожают нашей жизни, громят наши синагоги и причиняют нам много бед. Все это повергает нас в недоумение, что предпринять во славу закона Моисеева. Посему просим мы вас указать нам, как поступить.

Шамор, Раввин евреев в Арле 13 Савафа, 1459 года».

Константинопольские евреи вскоре дали ответ, но не на еврейском и не на провансальском языке, а на испанском; этот язык был весьма распространен в то время, так как король Ренат и его предшественники были графами барселонскими, соседями испанцев.

Ответ евреев Константинополя евреям Арля и Прованса:

«Возлюбленные братья в Монсе!

Мы получили ваше письмо, в коем вы повествуете о своих тревогах и несчастьях. Узнав о них, мы прониклись такою же скорбью, как и вы. Совет великих сатрапов и раввинов таков: относительно того, что король французский заставляет вас принимать крещение — принимайте его, раз вы не в силах поступить иначе, но при условии, чтобы закон Моисеев сохранился бы в сердцах ваших; относительно того, что приказано отобрать ваше добро — сделайте детей ваших купцами, дабы они понемногу отобрали бы добро у христиан; относительно того, что покушаются на вашу жизнь — сделайте детей ваших врачами и аптекарями, дабы они отнимали жизнь у христиан; относительно того, что христиане разрушают ваши синагоги — сделайте детей ваших канониками и причетниками, дабы они разрушали церковь христиан; относительно того, что вам причиняют многие другие огорчения — сделайте так, чтобы дети ваши были бы адвокатами и нотариусами и чтобы они всегда вмешивались в дела государства с целью подчинить христиан евреям, дабы вы могли стать господами над миром и мстить им.

Не уклоняйтесь от сего данного вам приказания, и вы на опыте убедитесь, как из приниженных, какими вы являетесь теперь, вы станете на вершине могущества.

Б. С. С. В. Ф. Ф., князь евреев Константинополя. 21 касле, 1489 года».

«Revue des Etudes Juives» пишет: «объяснения Буи относительно испанского языка, на котором написано последнее письмо, неточно. Письмо из Константинополя написано по-испански потому, что испанский был родным языком константинопольских евреев. Разговорным языком евреев восточного побережья Средиземного моря как в XV-XVI веке, так и ныне является испанский».

Аббат Шаботи добавляет, что письмо «князя евреев» было написано по-испански еще потому, что оно одинаково предназначалось и для еврейских общин Испании. Действительно, оба эти письма были уже изданы в 1583 году наваррским дворянином Юлиано Медрано в сочинении на испанском языке: «La Sylia Curiosa». Медрано предпосылает первому письму следующую заметку: «Нижеприведенное письмо было найдено хранителем саламанкской библиотеки в архивах Толеды при поисках древностей испанского государства».

Это наводит на мысль, что и испанские евреи, находясь пред той же опасностью, что провансальские, также обратились к «сатрапам и раввинам Константинополя».

Аббат Шаботи, тщательно проверив подлинность этих писем (которая, разумеется, отрицается всеми, кому эти письма не выгодны), говорит следующее:

«В наш век эта стародавняя переписка, несмотря на ее многочисленные испанские рукописи, вероятно, вовсе не обратила бы на себя внимание, за исключением, может быть, нескольких ученых. Если бы Европа и даже, можно сказать, весь мир не стоял бы в данную минуту лицом к лицу с весьма серьезным еврейским вопросом. Вследствие этого документы эти приобретают необычное значение и неожиданно становятся весьма современными».

«Уже не со снисходительной улыбкой к минувшему должны христиане XIX века читать и разбирать эти старые рукописи. Нельзя не поразиться, при виде всего, что происходит ныне, тем, что предначертания еврейского князя XV века оказываются осуществленными до мельчайших подробностей. Это доказывает, что эти предначертания, высказанные в форме приказаний, были выполнены с непреодолимой и устрашающей настойчивостью. Блестящие результаты, к которым они привели и которые мы видим теперь, несомненно должны убедить окончательно всех в подлинности этих писем».

Отчего, однако, провансальские и испанские евреи обратились в Константинополь, а не к ближайшим раввинам? Отчего из Константинополя им пишут: «Совет великих сатрапов и раввинов таков»... «Не уклоняйтесь от сего приказания»... Приказывать могут только власть имущие; отчего они величают себя «великими сатрапами»? Неправда ли, это наименование весьма подходит к титулу князей пленения, веками живших в Вавилоне? Само собой является вывод, что князья пленения, скрывшиеся после смерти Езекии в 1005 году и, очевидно, продолжавшие существовать, либо прямо переселились в Константинополь, либо сделали это позже, скрываясь где-нибудь в ином месте и строго охраняя тайну своего местопребывания. К этому же приходит и Шаботи:

«От времени своего рассеяния, — пишет он, — евреи постоянно составляли от прочих народов отдельную нацию, имеющую своего верховного главу и второстепенных управителей. Эта власть была организована так, что могла действовать либо явно, либо тайно, сообразно обстоятельствам. С разрушения Иерусалима и до нашего времени евреи большею частью жили и были управляемы, как громадное тайное общество. Они были уже приучены к этому роду тайного управления еще до своего рассеяния, ибо секта «ревнителей», которая была столь многочисленна в Иудее и проникла во все слои населения, была лишь обширным политическим сообществом, тщательно скрытым под внешним видом якобы исключительно религиозного единения. Под предлогом вящей ревности к закону Моисееву она имела истинной целью объединить всех евреев в общем усилии против римлян. Восстание 60 и 70 годов были организованы этой сектой. (346)

АЛЕКСАНДР СЕЛЯНИНОВ
ТАЙНАЯ СИЛА МАСОНСТВА

С. ПЕТЕРБУРГ
Отечественная типография. Шпалерная, 26
1911

Recorded in 2005

04-Dissonant Dissident

02-Dose Responsive

05-The Static Screens [in Syndication]

07-f@5h10n v1k+um5

09-Programmed

10-Monochrome Skies

11-Brutal Deluxe

13-Comadose

14-Sentient

Если бы евреи расселились среди народов не общинами, а поодиночке, то после двух или трех поколений еврейское бы племя не существовало более; только благодаря существованию и поддержке этих общин, в которые не могли проникнуть посторонние элементы, произошел тот удивительный, единственный в истории факт, что многочисленное племя, не имеющее территориального отечества, сохранилось неприкосновенным после девятнадцати веков рассеяния. Однако имеем ли только мы дело с еврейским племенем и еврейской религией? Не существует ли и еврейской нации? Между терминами: религия, племя, нация есть, конечно, громадная разница, а между тем евреи до сих пор старались смешивать самые эти понятия в одно. В действительности до сих пор существует не только еврейское племя и еврейская религия, но дело в том, что люди, принадлежащие к этому племени и к этой религии, образуют еврейскую нацию. Это тщательно, однако, скрывалось, чтобы обмануть бдительность других наций и не вызвать более активной самозащиты с их стороны, ибо до сих пор не защищаются от нее только потому, что не думают о ее существовании. Для этого евреи, насколько могли, старались затемнить и смешать понятия о племени, вере и нации. Между тем эти определения достаточно ясны.

Общая религия создает общую совесть между людьми. Общность племени имеет последствием способности людей воспринимать и реагировать одинаковым образом на известные явления, как тождество химического состава некоторых тел заставляет их действовать одним и тем же образом в соединении с другими телами. Общность национальности создает человеческим группам известную общность интересов, а в то же время и известный идеал, который является как бы продолжением духа семьи и называется патриотизмом или национализмом.

Насколько подобная общность интересов и подобный национализм крепко существует среди всех членов еврейского племени, показывает хотя бы приобретшее мировую известность дело Дрейфуса. Затраты по этому делу были огромны, подкуп журналистов ныне уже установлен. (329) На улицах тысячи экземпляров дрейфусовских газет не только продавались, но и раздавались даром. Некоторые газеты просуществовали только во время дела Дрейфуса, следовательно были созданы специально ради него. Всякий, кто знаком с газетным делом хотя понаслышке, должен знать, что должно было все это стоить! Если прибавить к этому еще расходы по составлению и рассылке депеш крупным агентствам для производства впечатления на общественное мнение, если прибавить к этому те совести, которые пришлось подкупить в политическом мире, если прибавить «необходимые назначения» в судебном ведомстве, которых пришлось добиваться, то только тогда можно получить понятие о средствах, коими располагала касса дрейфусаров. Достоверные свидетельства доказали, что эта касса была международная еврейская; да иной она и быть не могла. Евреи показали тут всю силу своего национализма. Впрочем, в истории имеется еще много доказательств того, что у евреев общность интересов совершенно такая же, как и в других национальных группах, только выражена она еще сильнее. Возражают, что у всех народов есть территориальное отечество, а у евреев его нет, следовательно, нельзя говорить о них, как о нации. Но на самом деле евреи считают территорией своего отечества весь земной шар. Еврей привык к мысли, вытекающей из его религиозного миросозерцания, что после Иудеи его отечеством стал весь мир. Посему, где бы он ни жил, еврей всюду считает себя хозяином, принадлежащим к единственной самодовлеющей нации в мире - еврейской.

Однако прочно только то, что организовано. Всякая нация должна управляться национальной организацией — правительством. Даже религиозная среда не останется неизменной и не сохранится через поколение, если не будет у нее организации. Это закон, данный Богом нашему миру, и никто не может его избежать. Христианство живет и сохраняется благодаря организации церкви, вот почему противники христианства так яростно нападают на «церковность».

Следовательно, скажут вам, евреи, как не имеющие организации, не имеющие правительства, не составляют и нации.

А уверены ли вы, что еврейское племя не управляется? Разве французы подозревали, что уже тридцать лет Франция управляется масонством, хотя это их родина? Могут существовать такие правительства, которых никто не видит; изучение тайного масонского организма достаточно это доказывает. Нельзя заранее заключать, что не существует национального еврейского правительства только из того, что этого правительства не видно. Не существуй национального еврейского правительства, разве еврейское племя могло бы сохранить свой культ, свой религиозный и национальный быт, а также и общность интересов среди своих сынов, несмотря на восемнадцать веков рассеяния? Если рассуждать логично в этом вопросе, то мы могли бы сказать: общность патриотического идеала и общность интересов среди людей бывает только там, где есть организация, т. е. правительство; и то, и другое имеется у евреев, следовательно, также имеется национальная организация, также имеется правительство. Вместо этого мы до сих пор, как дети, смотрели только на следствие; мы допустили, что это следствие могло произойти само по себе, и не искали причины; мы были введены в заблуждение внешностью; мы привыкли видеть правительство только там, где есть территориальное отечество; нам показалось, что у евреев его нет, и мы заключили, что, следовательно, не должно существовать и еврейской нации; казалось, что это вполне логично: нет отечества — нет народа, нет народа — нет правительства.

Но если после восемнадцати веков мы убеждаемся, что ошиблись в первой части рассуждения, т. е., что, несмотря на отсутствие территориального отечества (в общепринятом смысле), народ еврейский сохранился, то мы принуждены изменить и вторую часть рассуждения и сказать: раз существует еврейский народ, имеющий общность идеала и интересов, — существует и еврейское правительство, благодаря которому эта двойная общность поддерживалась.

Не видели мы этого правительства только потому, что оно тайное, как и масонство. В этом нет ничего удивительного: еврейское племя со времени своего рассеяния жило в исключительных условиях, поэтому и правительство этого народа должно быть также исключительного свойства. По причине условий еврейской жизни правительство это могло быть только тайным.

Евреи нигде не могут чувствовать себя дома вследствие того, что общины утопают в массе, в которой они поселяются. Благодаря этому евреи вечно находятся в положении завоеванной нации, которая не желает быть поглощенной, а вследствие этого они являются вечными заговорщиками, так как они слабы; они тайно обсуждают, тайно интригуют, принуждены весь свой образ жизни организовать тайным образом; они веками к этому приучаются; они создают себе из тайны вторую натуру и, таким образом, они силою вещей принуждены либо вовсе не управляться, либо управляться тайно.

Еврейские общины принуждены были превратиться в тайные сообщества: это одно уже вынуждало установление тайного правительства.

Мы уже видели, что следствием действия тайного общества является известная превратность понятий. Рыбы, живущие в темных глубинах вод, слепы, хотя происходят от зрячих пород; это изменение индивидуумов является следствием условий существования. То же происходит и с теми, кто привык жить сплоченным в тайное общество. Если заметно столь явное искажение национального духа во Франции благодаря одному масонскому воздействию, то тем более у целого народа, принужденного силой обстоятельств жить тайным обществом, эти искажения должны выразиться еще сильнее. Ведь если приказание или инструкции передавались бы видимым образом в организации, обращенные, подобно еврейским общинам, в тайные сообщества, то этим одним тайные общества были бы раскрыты. Мы здесь находимся в области фактов, которые сочетаются и связуются: с одной стороны, тайная организация еврейских обществ является неизбежным последствием еврейского рассеяния, торжества христианства и желания евреев остаться евреями; с другой стороны - цельность и единство еврейского идеала, а также общность интересов их не могли быть поддерживаемы одними действиями небольших общин, затерянных в волнах христианских океанов и разрозненных друг от друга. Для поддержания цельности еврейского идеала и еврейских интересов необходимо было действие центра национального, умственного, религиозного и общественного управления, т. е. необходимо было существование национального еврейского правительства. А раз те общины, которые объединялись этим правительством, были организованы в тайные общества, то очевидно, что и национальное еврейское правительство должно было также быть тайным.

Многие евреи могут нам возразить, что они подобного правительства не знают: но их неведение (если допустить его искренность у большинства) ровно ничего не доказывает. Сорок миллионов французов управляются тридцатью тысячами масонов, собранных в тайное общество; при том масонское сообщество все видят, не видят только его организацию, его происхождение и его цель; кроме того, эта цель противоположна идеалу французской нации.

Если даже при таких неблагоприятных обстоятельствах масонство может править Францией, вести ее к упадку и разорению, как ведут бессознательных животных на убой, — то тем более тайное еврейское общество может незаметно управлять своей нацией, ибо оно не только не препятствует стремлениям еврейского народа, но, наоборот, служит им, удовлетворяет его чувство мести и ведет его к блестящей будущности. Еврейское племя воображает, что повинуется только своим инстинктам, якобы оправдываемым его верою и поэтому не замечает того направления, которое ему дается. Так же и масоны воображают, что повинуются только самим себе вследствие того, что получаемое ими внушение действует в одинаковом направлении с теми идеями, которые в них вселили.

Если евреи, отрицающие существование своего тайного правительства, не входят в состав того тайного общества, которое служит ему основанием, то они, конечно, не могут рассказывать о том, чего не знают: если же они входят в его состав, то им, очевидно, запрещено раскрывать его тайну; таким образом, мы видим, что показания самих евреев, как лиц заинтересованных в этом вопросе, не могут иметь большого значения.

Все национальные группы, кроме евреев, утвердились на известном пространстве земли, где они оказались у себя дома, не были принуждены скрываться, и управляются открыто. Но и они, при надобности, следуя общему закону, прибегают к тайне, например, в делах своей внешней политики, ибо в этой отрасли, имеющей целью сношения с иностранцами, нации не вполне чувствуют себя дома. С другой стороны, при каждом победоносном нашествии неприятеля, если нация не хотела сдаться и умереть для истории, она была принуждена прибегать к тайной организации способов обороны и устраивала заговор, несмотря на то, что в других случаях действовала всегда вполне лояльно и открыто. А заговор, веденный в подобных условиях, есть не что иное, как тайное общество, существующее столько времени, сколько нужно, чтобы враг был бы прогнан за пределы отечества, т. е. чтобы побежденный народ оказался вновь в своем нормальном положении — у себя дома, хозяином на своей земле.

Но то, что являлось случайностью и исключением для остальных народов, то для народа еврейского было постоянным положением в продолжении тех восемнадцати веков, что они уже не у себя дома, и, следовательно, евреи постоянно имели надобность в правительстве, которое повсюду и во все времена соответствовало бы их положению. Таким образом, тайное правительство, будучи для других народов лишь случайной и преходящей необходимостью, для народа еврейского являлось необходимостью постоянной. Или управляться тайно, или дать погибнуть еврейскому идеалу — вот перед каким выбором стоял этот народ в продолжении восемнадцати веков без перерыва. Еврейский идеал не погиб — это мы все теперь видим: следовательно, еврейский народ управлялся тайно. (330)

АЛЕКСАНДР СЕЛЯНИНОВ
ТАЙНАЯ СИЛА МАСОНСТВА

С. ПЕТЕРБУРГ
Отечественная типография. Шпалерная, 26
1911

Со времен Голгофы началась ненависть евреев ко Христу и до сих пор они продолжают предпочитать Варавву. Они доходят даже до отрицания самого бытия Христа; ибо это дает им возможность также отрицать и предательство Иуды. Но, чтобы они ни делали, они должны признать повсеместное распространение христианства. Христианство дало новую культуру, создало новый мир; этого отрицать они не могут. Но чем шире распространялось христианство, тем очевиднее становилось преступление палачей Божественного Основателя этой веры.

Между тем, еврейство шаг за шагом следовало за христианством во всех фазах его торжествующего развития. Нельзя же отрицать, что подобное положение для народа, который не отрекается от себя (а именно таков народ еврейский), должно неминуемо пробудить в этом народе чувство непримиримой ненависти к тем, чьи верования служат живым обличением, что на голову его сынов пала кровь Невинного, по слову их собственных предков.

Но у евреев есть еще другие причины ненавидеть христиан, коренящиеся в самом положении еврейского племени после его рассеяния. Вот уже девятнадцать веков евреи живут не у себя, рассеяны малыми группами среди других народов и подвергаются неприятностям, которые должен испытывать каждый, если насильно вотрется в чужой дом. Народы, подвергшиеся еврейскому засилию, не могли благосклонно относиться к этому нашествию иноземцев, тем более, что пришельцы не отделились друг от друга, а, проникнув в принявшую их среду, не только не постарались слиться с коренным населением, но, напротив, делали и делают все, чтобы сохранить свою национальную обособленность. Евреи поставили как бы священной задачей себе, чтобы разрушенный римлянами Иерусалим продолжал свое существование в них самих, и для этого они старались повсюду образовать свою собственную общину среди чужого государства.

Из подобного неестественного положения могло возникнуть только обоюдное недоверие, к которому впоследствии присоединилась враждебность, порожденная противоположностью взаимных интересов. Что приносили пришельцы в те страны, где они селились? Только свои нужды, а удовлетворять их они могли только в ущерб коренному населению.

Таким образом, ведя паразитное существование, евреи с самого начала поставили себя в исключительные условия среди народов и явились совершенно самостоятельным фактором в истории. Этого не следует упускать из виду; и устранять евреев из истории, как это до сих пор делалось, — значит искажать историю в самых ее источниках, ибо это значит закрывать глаза на одну из наиболее постоянных и активных причин в цепи политических и социальных событий. Уже одного этого ненормального положение еврейского племени достаточно для объяснения того явного или скрытого состояния враждебности, которое не переставало всегда существовать между евреями и другими племенами. Если принять во внимание, что эта вражда, подкрепленная религиозным фанатизмом, уже продолжается девятнадцать веков и что в такой промежуток времени она несомненно дала ряд тяжелых проявлений, которые сопутствовали ей с самого начала, — легко понять, что она, эта вражда, породила непрерывный ряд войн, насилий, революций, отдаленные причины которых никогда не искали там, где они были в действительности.

Евреи составляли всегда обособленную колонию в государстве, и уже одно существование этих колоний-паразитов само по себе достаточно объясняет недружелюбие к ним. В странах христианских это недружелюбие еще усугублялось религиозной рознью и, понятно, легко перешло во взаимную ненависть. Ненависть эта тем легче развивалась в еврейских душах, что их не сдерживало никакое возвышенное учение, а наоборот, ее возбуждали ежедневные затруднения в борьбе за существование, предпринятой при невыгодных условиях, которые иначе побеждать, как коварством, евреи не умели: эта ненависть еще разгоралась при мучительном воспоминании о Иерусалиме, лишенном своих сынов, и вечным лицезрением вечного торжества Распятого. При таких обстоятельствах нет ничего удивительного, что все, что оставалось живого и деятельного в древнем еврейском национализме, все питалось исключительно этой ненавистью.

Таково было материальное и духовное положение евреев между христианскими народностями, создавшееся вследствие трех факторов: рассеяния евреев, торжества христианства и образования еврейских общин в виде отдельных колоний.

Члены этих колоний по самим законам природы были принуждены сплотиться для принятия мер, ради общей безопасности; очевидно, что они не приглашали своих противников на свои совещания, а, наоборот, всячески старались скрыть все это от них. Таким образом они составили по отношению к ним тайное общество, правда, оно было еще в зачаточном состоянии, но все же это было тайное общество, которое со временем должно было развиться в зависимости от обстоятельств. Очевидно, что это первобытное тайное общество было весьма несовершенно и имело только оборонительную цель; евреи могли сначала блуждать, ошибаться, вновь начинать сначала, терпеть неудачи, пока веками не приобрели необходимый опыт. Кроме всего этого образованию тайных еврейских обществ среди христианского мира способствовало еще то, что они имели общий положительный идеал, что является необходимым условием для развития тайных обществ. Идеал этот был: сохранение своего племени и своей веры.

Таким образом, все обстоятельства способствовали тому, чтобы развить в еврейском племени дух тайного общества, которое намеревалось утвердиться на христианской территории, не будучи никем замеченным.

Что могли сделать всеми презираемые и сравнительно малочисленные евреи против христианства? Действуй они открыто, они были бы истреблены при первом же проявлении своих враждебных действий. Вследствие этого их тайные общества неминуемо должны были превратиться из оборонительных, какими они являлись сначала, в наступательные.

Действительно, ненависть евреев должна была все возрастать при виде собственной беспомощности; поэтому после известного периода времени евреи естественно пришли к желанию уничтожить ту религию, которая сводила на нет их веру, и стали, исповедуя Бога мести Адоная, стремиться к возмездию, т. е. к разрушению и искоренению ненавистного им христианства. Одинаково логично допустить, что, создав себе эту мечту, они стали трудиться над осуществлением ее, и поэтому каждый раз, что в христианском мире происходило какое-нибудь столкновение, они всеми силами способствовали усугублению его. Можно сказать, что если бы они не трудились над развитием всех ересей, где бы таковые ни появлялись, то они не могли бы сказать, что сделали все возможное для защиты и преуспеяния своей веры. Таким образом, настал момент, когда евреи, не желая отречься от своих преданий и от своих вожделений, были поставлены в необходимость не только защищаться, но и нападать на христиан, среди которых они жили. Если бы они так не поступили, они унизили бы свой еврейский идеал, а на это они никогда не согласились бы, ибо мы видим, что после девятнадцати веков рассеяния они все-таки остались евреями, продолжая упрямо отрицать христианский идеал.

Итак, с одной стороны они были принуждены нападать, с другой стороны они не могли это делать открыто; этим важным обстоятельством объясняется все дальнейшее.

Кроме того, евреи принуждены были перейти в наступление еще по одной причине. Положение их было фальшивое, ибо, будучи рассеяны среди других племен, они стремились стать независимыми от них и таким образом образовать государство в государстве. Борьба за существование явилась для них роковой необходимостью, ибо, оставаясь племенем-паразитом, они могли вести эту борьбу лишь хитростью, ложью, обманом, т. е. способами презренными. Поэтому евреи долго не могли обосновать прочных предприятий, а довольствовались тем, что занялись оказыванием услуг особого свойства тем, среди кого они жили и с которых они получали доход «за комиссию». Таким образом они из поколения в поколение развили в себе способности к куртажу, проценту, ростовщичеству, осуждаемому с точки зрения христианства. Кроме того, вследствие своей ненависти к христианам они стали следить за их недостатками и пороками, что было для них легко, ибо каждый человек естественно старается скрывать свои пороки, а для удовлетворение их обращается к тем, кто сами принуждены скрываться. Таким образом, евреи, стоявшие во всех отношениях ниже христиан, в этом отношении преобладали над ними: они могли уже ставить свои условия тем, чьи страсти они эксплуатировали. Они также развили в себе умение пользоваться недостатками и пороками тех, с кем имели дело. Черта эта является, кстати, особенно характерной и в масонской организации, которая замечательно ловко умеет пользоваться недостатками своих противников, особенно честолюбием их.

Итак, вывод из вышесказанного следующий: членам еврейских общин необходимо было кормиться на средства тех народов, среди которых они поселялись; вместе с этим щемило неутешное горе в воспоминаниях о разрушенном Иерусалиме. Следствием этого было постоянно возрастающее упрямое желание сохранить «свое», осуждаемое христианами, и унизить и низложить противоположный идеал, т. е. религию Христа; стремление это было тем более настойчиво, что приходилось его скрывать: еврейское племя было приговорено вести хитрую, коварную, невидимую борьбу, приговорено постоянно скрывать, лгать и лицемерить.

Таким образом тайные еврейские общества из оборонительных постепенно превратились в наступательные. (328)
 

 АЛЕКСАНДР СЕЛЯНИНОВ
ТАЙНАЯ СИЛА МАСОНСТВА

С. ПЕТЕРБУРГ
Отечественная типография. Шпалерная, 26
1911

Еврейство, столь ярко проявившее себя в революционной деятельности в России, как будто вовсе не заметно во время французской революции.

В национальном учредительном собрании («La Consitnante») упоминается, однако, несколько раз о революционном пыле евреев; в течении двух лет боролись масоны национального собрания за дарование евреям прав французского гражданства; четырнадцать раз возвращались они к этому вопросу и, наконец, добились своего накануне самого роспуска собрания.

Итак, если во французской революции евреи не действуют открыто, у них есть друзья, которые действуют за них. Друзья эти — масоны. Сто лет спустя мы видим, как эти друзья принимают сторону еврея Дрейфуса, заявив, что реабилитация еврейского изменника является для них «вопросом жизни или смерти». (326) В 1789 году еврейское равноправие во Франции, очевидно, также являлось «вопросом жизни или смерти» для масонства, которое столь упорно добивалось в национальном собрании еврейской эмансипации.

Весьма знаменательно, что масоны национального собрания 1789 года и русские евреи-революционеры 1905 года действуют в совершенно одинаковом духе и как бы по одному и тому же плану.

Русские евреи стремятся получить права русского гражданства и, с целью добиться этого, затевают гражданскую войну, как раз в то время, когда та «родина», которую они хотят облагодетельствовать, отвлечена борьбою с внешним врагом. В такой момент они думают только об одном: соблюсти свои интересы; интересы России, конечно, им чужды. И, чтобы насильно втереться в русскую семью, они вносят свой дар - гражданскую войну — перед лицом внешнего врага. Во время же французской революции, вопрос о даровании евреям прав французского гражданства имеет такое важное значение в глазах сторонников этой меры, что они после четырнадцати поражений, использовав все средства, идут в пятнадцатый раз отвоевывать равноправие евреям накануне закрытия работ собрания. Работы эти велись под руководством Адриана Дюпора, того самого, который «пустил в ход» революцию посредством террора.

Когда Рюбель, депутат от Эльзаса, ярый противник израильтян, от засилия которых страдала его провинция, хотел говорить против предложения Дюпора о еврейском равноправии, депутат Реньо-де-Сен-Жан-д’Анжели перебил его словами: «Я требую чтобы призывали к порядку всех, кто будет говорить против этого предложения, ибо этим они идут против самой конституции!». (327)

Таким образом, в 1789 году идти против евреев значило идти против революции!

Как в России евреи среди убийств, смуты и революционных бесчинств стараются получить права русского гражданства, так и среди кровавой французской революции становятся они полноправными гражданами Франции.

Нетрудно убедиться, что во французской революции происходило нечто аналогичное тому, что было недавно в России. Депеши телеграфных агентств, которые почти все находятся в руках евреев, передавали, что русский народ восстал, требуя уничтожения самодержавия. Но сами события показали, что это ложь, и народ, напротив, стал на защиту своего Царя.

Сопоставляя таким образом «великую» французскую революцию с «освободительным движением» 1905 года в России, приходится заключить, что во Франции, благодаря организации тайного общества, существовавшего свыше семидесяти лет и подготовившего за этот долгий срок крушение политических в религиозных традиций, было достигнуто несколько результатов,которых в России достичь оказалось нельзя. Во-первых, тайная сила, скрытая за масонством, не имела во Франции надобности себя обнаруживать. Во-вторых, само масонство, имея возможность действовать скрытно, не оказалось скомпрометированным в глазах правительства и общества. Лишь некоторым отдельным лицам случайно удалось заметить его «работу»; но они не были в состоянии вовремя разоблачить это. Таким образом, общественное мнение, если и знало о существовании масонства, то, во всяком случае, не подозревало о характере его действий и о его участии в организации убийств; — благодаря всему этому масонство могло дать французской революции ту организацию, которой оно само пользовалось. Уничтожив один порядок вещей, оно тотчас же заменило его другим, и это дало ему возможность управлять Францией в течение нескольких лет. Таким образом, переворот и волнение были произведены масонством систематически, можно даже сказать — «в полном порядке». Даже убийства были санкционированы законом.

В России дело вышло иначе. Тут еврейская плохо дисциплинированная чернь в качестве фактического деятеля «революции» выдала «силу» своих руководителей, начав ею хвастаться при первом призраке успеха. Стало ясно из их же кичливых признаний, что революцию делают они. Эта плохо дисциплинированная еврейская чернь не смогла сыграть в России ту роль, которую так хорошо выполнило во Франции превосходно организованное масонство.

В качестве вывода из всего вышесказанного мы приходим к следующему математическо-точному уравнению.

Во Франции масонство и революция составляют одно.

В России Иудейство и революция составляют одно.

Две величины, порознь равные третьей, равны между собой, и следовательно возникает вопрос: масонство и иудейство не составляют ли также одно? Сила, руководящая масонством, не есть ли сила еврейская? Ведь если допустить, что торжество иудейства связано с мировой революцией и с утверждением мировой республики, то сколько света было бы пролито на французскую революцию! Какой неумолимо логической последовательностью оказалось бы связано столько до сих пор необъясненных событий этой революции!

Дух еврейский всегда будет антихристианским, ибо он — еврейский; он всегда будет антимонархическим, ибо только в республике возможно полное господство иудеев над коренным населением. Если допустить, что сила, руководящая масонством, есть сила еврейская, то понятна стала бы роль масонства во время французской революции, где оно явилось столь антимонархическим, столь антихристианским и вместе с тем оказалось столь преданным другом еврейства!

Итак, перед нами вопрос: есть ли тайная сила, руководящая масонством, сила еврейская, и обслуживает ли масонство интересы еврейства?

АЛЕКСАНДР СЕЛЯНИНОВ
ТАЙНАЯ СИЛА МАСОНСТВА

С. ПЕТЕРБУРГ
Отечественная типография. Шпалерная, 26
1911

В 1905 году в России проявились общественные двигатели, совершенно аналогичные силе, руководившей революцией во Франции в 1789 году. Дарованные реформы по логике вещей должны были способствовать улучшению материального положения и постепенному духовному просветлению народных масс.

Однако, как будто именно благодаря этим реформам, не только остановилось поступательное движение в смысле материального и духовного прогресса, но стало проявляться зловещее стремление к регрессу и деморализации, доходившей до озверения. Очевидно, какая-то привходящая сила проникла сюда и нарушила взаимодействие естественных условий.

В России, как и сто двадцать лет назад во Франции, твердили: «Не надо спокойствия — сейте смуту и брожение! Не соглашайтесь ни на что - лейте кровь! Не надо двигаться в порядке — давайте бешенную скачку! Не надо эволюции — давайте революцию»!

Разница заключалась только в том, что во Франции не было видно, что за сила толкает на беспорядки и кровавые бесчинства, а в России эта сила принуждена была явить себя открыто, так как у нее не было тут личины, под которой она могла бы укрыться.

Во Франции существовали масонские ложи, производившие и направляшие, как мы видели, французское революционное движение. Они скрыли в себе ту тайную силу, которая, как опять-таки мы видели, руководила ими самими. Историческому исследователю приходится кропотливо добираться до того, кто организовал французскую революцию, ибо организаторы имели в своем распоряжении «тайное» общество, которое действовало почти открыто, было общеизвестно и терпимо теми, кто впоследствии стал его жертвами.

В России не было масонских лож, запрещенных у нас законом, и здесь нельзя было прибегнуть к «масонскому псевдониму», а приходилось приступать к действию «оказав» себя.

Приглядимся же теперь внимательно, кто же «оказал» себя в русской так называемой революции, и кто должен был у нас сыграть роль масонских деятелей во Франции времен первой республики. Для этого позвольте напомнить ряд фактов: «В марте 1898 года состоялся первый (конечно тайный) съезд представителей русских социалистических организаций, с еврейским бундом включительно. На этом съезде, имевшем место в Минске (уже самое место съезда характерно), было провозглашено объединение всех социалистических групп в одну, под названием «российской социал-демократической рабочей партии». (297)

Летом 1903 года состоялся съезд этой партии, на котором присутствовали делегаты от центрального комитета еврейского бунда и от заграничного комитета бунда. «Съезд этот, — пишет Алмазов, — был в значительной степени еврейским, т. к. кроме упомянутых делегатов бунда, значительная часть «делегатов» других социал-демократических групп принадлежала к тому же избранному племени». (298) В том же 1903 году приехал из Лондона (299) еврей Коганович (кличка «Зайдель») и образовал в Белостоке шайку анархистов-коммунистов, но через год был арестован. В 1904 году редактор лондонского анархистского издания «Черное Знамя», Иуда Гроссман образовал группу в Одессе, вербуя рабочих, принадлежащих к партии социал-демократов. Затем он перешел в Екатеринослав, где стал издавать газету «Черное Знамя».

Через несколько времени Гроссман переселился в Вильну, где примкнул к группе «хлебовольцев», действовавшей под руководством «Хаима Лондонского». В 1904 и в начале 1905 года действовала еще «рабочая группа анархистов-коммунистов». Ее вожаками также были евреи. В 1906 году они взорвали одесское жандармское управление и выработали план взрыва одесской биржи. В 1906 году прибыл из-за границы еврей Янкель Кирилловский и организовал «южно-русскую группу анархистов-синдикалистов», устроившую ряд крупных «экспроприаций» и террористических актов. Главнейшими центрами своей деятельности анархисты избрали Киев, Одессу, Вильну; кроме того, их организации существовали еще в Риге, Либаве, Митаве, Тукуме, Юрьеве, Бердичеве, Черкассах, Белой Церкви, Николаеве, Херсоне, Ростове-на-Дону, Симферополе. Мало распространенными идеи анархизма оказались в Поволжье, на Урале, в Сибири и Средней Азии, т. е. там, где еврейский элемент живет в незначительном количестве. (300)

25 марта 1905 года возник в Вильне «союз для достижения полноправия евреев» и вскоре затем был перенесен в Петербург, где в конце мая того же года возник «союз союзов», оказавшийся фактически еврейской организацией, которая от «союза еврейского равноправия» и бунда отличалась лишь русской вывеской». (301)

В Прибалтийском крае главными руководителями бунта являются евреи. «Еще в сентябре 1905 года евреи организовали в Риге «федеративный совет» из шести членов, причем трое из них были евреи». (302)

Когда в Прибалтийском крае наконец появились войска, то руководители-евреи исчезли и «население не без основания почитало себя вовлеченным в такие поступки, истинные зачинщики которых благополучно скрылись, предоставив рассчитываться за их грехи пособникам и исполнителям чужой преступной воли». (303)

«В Нижнем Новгороде во главе революционного движения стоит некая «Мария Петровна», псевдоним еврейки Генкиной». (304)

«В Харькове главными коноводами беспорядков являются евреи Левинсон, Танхель, Тальхенсан, Рахиль Марголина. (305)

Во главе «устюжской революции» (в Вологодской губернии) находились евреи Безпрозванный и Лебединский. (306)

Группой «максималистов социал-революционеров» в Петербурге управляла еврейка Фейга Элькина. (307)

13 октября неожиданно открывает свои действия «совет рабочих депутатов». Цель его - сделаться органом власти, так как он представляет собою зародыш революционного правительства. (308)

Он вдохновлялся и руководился евреями Бронштейном, Бревером, Эдилькеном, Гольдбергом, Фейтом, Мацейевым, Брулером и др. (309)

В Москве во главе вооруженного восстания находился еврей Мовша Струнский. (310)

Когда 17 октября 1905 года вышел Царский манифест, то евреи стали вести себя столь вызывающе, что русский народ восстал поголовно в защиту своей веры и своего Царя.

Началась контрреволюция.

С 18 по 24 октября она охватывает почти всю Россию, причем убийствам и избиениям подвергались не только евреи, но и революционные элементы и просто заподозреваемые в освободительном движении...

«В Петербурге 18 октября количество лиц, демонстрировавших на уличных скоплениях с белыми флагами, было весьма внушительно и вызывало одно время серьезные опасения кровавой расправы со сторонниками красных значков». (311)

Особенно резво проявилось национальное движение в провинции. 18 октября произошел еврейский погром в Орле, продолжавшийся до полуночи. (312)

19 октября то же произошло одновременно в Курске, Симферополе, Ростове-на-Дону, Рязани, Великих Луках, Великом Устюге, Иваново-Вознесенске, Калуге, Казани, Новгороде, Смоленске, Томске, Туле, Уфе и во многих других городах.

«Проявившееся со стихийной силой противореволюционное движение, — пишет Алмазов, - получило, как мы видели, в самом же начале во многих местах более или менее ясно выраженный противоеврейский характер, что служит наглядным указанием на выдающееся участие евреев в революционном движении. Все вышеупомянутые города находятся вне черты оседлости. Тем более характерно, что и здесь народная расправа получила характер еврейских погромов». (313)

Внутри же черты еврейской оседлости все это приняло несравненно большие размеры. 18 октября 1905 года в Киеве евреи произвели неслыханные бесчинства.

«Манифестанты-евреи ворвались в Николаевский сквер против университета, сорвали инициалы и надписи с памятника Николая I, затем, набросив на памятник аркан, старалась повалить статую Императора. На другой улице группа евреев, украшенных красными бантами, стала оскорблять проходивших мимо солдат. Часть толпы, в которой особенно выделялись евреи, ворвалась в думский зал, мгновенно сорвала и уничтожила национальные флаги, которыми по случаю манифеста была украшена дума; на место их появились красные и черные флаги с революционными надписями. Вслед за тем толпа разорвала в куски находившийся в думской зале портрет Государя Императора и сломала находившиеся снаружи, на думском балконе, царские вензеля (для иллюминации)...». На многочисленную толпу все это производило удручающее впечатление. «Факт же, что во всех этих демонстрациях особенно выдавались евреи, объясняет многое в дальнейших событиях. Между тем думский балкон превратился в трибуну, на которой революционные ораторы, в большинстве евреи (особенно Шлихтер и Ратнер), провозглашали демократическую республику. Какой-то еврей из мастеровых кричал с балкона: «Долой самодержавие!». Другой прилично одетый еврей кричал: «Валяй на мясо!». Студент еврей проткнул красным флагом Царский портрет. Другой еврей, вырезав в портрете Государя голову, высунул свою в образовавшееся таким образом отверстие и с балкона кричал толпе: «Теперь я — Государь!». Затем евреи вынесли из думы на табурете Ратнера и кричали, что он будет президентом или министром... «Скоро ваш Софийский собор станет нашей синагогой», говорили евреи русским. «Скоро евреи будут министрами, а ваши министры станут наливать чай нашим тряпичникам!». «Мы вам дали Бога, мы вам дадим и Царя»... Конечно, такие оскорбления не могли пройти даром». (314) В Киеве скоро начался еврейский погром.

«Волна еврейских погромов обошла всю черту оседлости, захватив собою, 18-го и в ближайшие дни после 18 октября, большую часть городов и местечек в черте еврейской оседлости, причем в большей части случаев погрому предшествовали более или менее шумные революционные манифестации еврейской молодежи иди же просто нагло-вызывающее поведение местных евреев после их победы, каковой они называли Царский манифест. В некоторых местах иудейская наглость доходила до того, что, как например, в Екатеринославле, открыто собирали пожертвование «на гроб самодержавию» и пускали по улице собак с привязанными на шею крестами. Подобные факты были установлены судебным следствием при процессе об еврейском погроме в Екатеринославле 21-23 октября 1905 года, (315) когда происходил суд, но, к сожалению, не над бесчинствовавшими евреями, а над русскими людьми, действовавшими против них!

В Симферополе социал-иудейские манифестанты носили красные флаги с надписью: «Да здравствуют евреи, даровавшие России свободу!». Во многих местах евреи обращались к русским с такими, например, вопросами: «А как вам нравится наша свобода?». (316) В Нежине 21 октября 1905 года после еврейского погрома крестьяне насильно заставили евреев нести Царский портрет с пением гимна. (317) В Сорочинцах 16-19 декабря 1905 года еврейские бундисты пытались провозгласить «сорочинскую республику». (318)

Около 26 декабря 1905 года евреи Фихтенштейн и Лабинский провозгласили «люботинскую республику» (на станции Люботин, Харьково-Николаевской ж. д.). (319)

«В Варшаве в декабре 1905 года арестован местный комитет военно-революционной организации, состоявшей, кстати сказать, из нескольких студентов, дантистов и мастеровых, почти сплошь евреев. Одновременно задержаны члены революционного трибунала, постановлявшего, между прочим, и смертные приговоры. Весь «трибунал» состоял из обрезанных. (320)

«18 февраля 1907 года обыском в общежитии петербургского политехнического института обнаружено двадцать лиц проживавших нелегально, в большинстве евреев». (321) Там же найдено было одиннадцать снаряженных бомб, масса оружия, винтовки, типография, динамит, пироксилин и склад нелегальной литературы.

В Одессе 17-18 октября 1905 года евреи намеревались провозгласить «дунайско-черноморскую республику», со столицей Одессой и президентом — адвокатом-евреем Пергаментом. Было заранее решено из Донской и Кубанской областей, которые должны были войти в состав новой республики, казаков изгнать, их земли отобрать и раздать евреям». (322)

«13 ноября 1905 года одесский корреспондент газеты «Times» (заметим, что это орган отнюдь не антисемитический) написал статью, озаглавленную: «Режим террора». Вот, что он пишет: «Центральная еврейская организация, заседающая в Швейцарии, послала эмиссаров от своих комитетов из Польши в Одессу».(323)

«31 октября процессия, состоящая по большей части из евреев, выкинула республиканские эмблемы. Во главе процессии развевались красные флаги. С русских национальных флагов срывались все цвета, кроме красной полоски... Возбужденная толпа направилась к зданию городской думы, сорвала государственный герб с ворот, растоптала в зале портрет Государя и объявила, что царствующая династия низложена, а вместо ее основана «дунайско-черноморская республика». Эта корреспонденция, которая могла получить широкое распространение, сильно всполошила евреев. Один из них, по фамилии Гастер, великий раввин испанских общин, взялся загладить произведенное газетой впечатление. Он попросту стал все отрицать: отрицал существование центральной еврейской организации, отрицал присылку эмиссаров, заявил, что ни один еврей не совершал оскорбление Величества, а что, наоборот, войсками и полицией убито четыре тысячи евреев. Корреспондент «Times» на это возражает следующее: «Так как суждение раввина происходит в Лондоне, а мое в Одессе, то огульное отрицание всего гуртом не представляет никакой цены; но упрек в недобросовестности требует возражения и поэтому я разберу каждый пункт отдельно: 1) Г. Лев Яковлевич Рабинович, сын одного из крупнейших еврейских купцов Одессы, в присутствии английского негоцианта (имя его прилагаю), сообщил мне, что с Пасхи евреи тайно начали вооружаться. Он сам участвовал в комитете по раздаче оружия. Этой раздачей управляли три организации: еврейский бунд (известный в Англии под именем центрального комитета), сионисты и союз студентов и рабочих». (324)

«По словам г. Рабиновича эти агентства вооружили от четырех до пяти тысяч человек. 2) О происшествиях в городской думе я имею свидетельства трех очевидцев. 3) Насчет же «четырех тысяч убитых евреев» я только что телефонировал на еврейское кладбище, и мне ответили, что за последнее время похоронено всего двести девяносто девять человек, причем многие умерли естественною смертью». Корреспондент заключает: «Я убежден, что если бы еврейские организации не вооружили револьверами студентов и еврейскую молодежь, то крови было бы пролито несравненно меньше». (325)

АЛЕКСАНДР СЕЛЯНИНОВ
ТАЙНАЯ СИЛА МАСОНСТВА

С. ПЕТЕРБУРГ
Отечественная типография. Шпалерная, 26
1911

Это один из новых эротических прикидов для минцанерш?
И погоны вроде как! И карманы на сиськах!

Recorded in 2005

Хэнк посетил Питер с концертом. А в Питере теперь Патрик живет и балуется видео. И конечно Патрик пошел на концерт повидаться с Хэнком (наверняка много лет не виделись), и конечно отснять.
Вот отрывочек:

04-Ghost Of Ladbroke Grove

Recorded in 2005. Edited in 2010

 

Власти надеются, что это существенно снизит уровень преступности

Читая Александра Селянинова, делаются выводы, что Европа была столетия под колпаком параллельной силы - франкомасонов.
От того и тайная, что до сих пор официально она не подлежит обсуждению.
Цели ее как правило:
Свержение монархии и установление республики
Установление атеизма
Космополитизм - стирание границ и общежитие разных рас вперемешку
Свобода, равенство, братство
Последние видимо и есть тот "туман" которым прикрывают неприглядные первые пункты.
Можно подумать, что это надумки Селянинова и ему подобных. Мосоны ли во всем виноваты?
Но, прикол в том, что этот труд вышел в 1911 году. А вскоре за Португалией, Испанией революции подверглась и Россия.
Вот и выбирай - Англия там виновата, международное еврейство или кроткие масоны?

Вложение: 3801369_ALEKSANDR_SELYANINOV.doc

Сначала одна голова Путина вела, на мой взгляд, чуждую и тухлую политику русского государства.
Теперь в две Медве - Путиновой головы, как у гербового орла, продолжается волокита о том же, опровергая известную пословицу.
Знать и на трехглавого змея никакой надежды ...

02-Boyz Love Girlz

04-The Chemical Suite