Композитор Алексей Рыбников («Буратино», «Вам и не снилось», «Тот самый Мюнхгаузен», «Юнона и Авось» и др.), возглавивший театр «Градский Холл» в ноябре прошлого года, в интервью aif.ru рассказал о неожиданном предложении возглавить театр после кончины Градского, судьбе его учеников — участников «Голоса», девальвации профессии композитора-песенника, а также премьере оперы-драмы «Le Prince André. Князь Андрей Болконский», созданной по мотивам романа Толстого «Война и мир», которая состоится в октябре.
«Лишний человек» Болконский
Владимир Полупанов, aif.ru: — Алексей Львович, если смотреть на князя Болконского из дня сегодняшнего, он кажется довольно неприглядным персонажем. Мечется, не может найти свое место в жизни, женщин считает ужасными существами. Жену свою не любит. Она умирает. А если так страстно любил Наташу Ростову, то чего же не простил ей измену с Курагиным? Вдобавок на войну он пошел от скуки, в бою вел себя безрассудно, желая погибнуть… Чем же он для вас так привлекателен?
Алексей Рыбников: — Что значит «неприглядный»?! Да, это человек, который не может найти место в этом мире, разочарован в жизни. Но именно этим он и интересен. Это очень характерный персонаж для русской литературы ХIХ века. Печорин в произведении Лермонтова «Герой нашего времени» тоже, в общем-то, «лишний человек».
— Чацкий, Онегин… Можно долго перечислять таких персонажей.
— Наблюдать за ура-героем, который живет праведной жизнью, неинтересно. Если бы Болконский не послушался отца, не уехал на год, а сразу женился на Ростовой, то и не было бы тогда трагедии, приведшей к его смерти. Вся литература строится на нелепостях, несоответствии, на трагедии. Когда идет что-то не так, когда в жизни негладко, несладко — это предмет для художественного исследования. Да, в «Войне и мире» правильный Пьер в итоге побеждает. Финальная сцена и романа, и нашего спектакля — это победа разумности и основательности. Но Болконский хочет чего-то большего, чем этот мир. Это очень близко российскому сознанию, очень важная черта. Все пассионарные люди пытаются вырваться из обыденности, преодолеть рамки заурядного мышления. Он — мятущийся герой, этим и интересен.
– Безмерно восхищаюсь вашим талантом, в спектакле прекрасная музыка. Но мне показалось, что она избыточно мрачновата. Мне лично не хватило мажорных, веселых мелодий.
– У меня вообще мало «веселых» мелодий. Для детей я, конечно, такие писал. А в основном все, что я сочинял, — это трагедии, связанные со смертью. В эту оперу-драму сложно было втиснуть веселые мелодии. Поводов для них нет. Но в сценах посещения театра, новогоднего бала Наташи, коронации Наполеона, салона Анны Шерер, сцене в Отрадном, сцене сватовства звучит мажорная светлая музыка. Там нет ничего мрачного и трагического. В первом акте вообще этого нет. А дальше, конечно, сплошной трагизм — Аустерлиц, Бородино, смерть и похороны Болконского. И наконец, финальная сцена — тоже мажорная.
https://www.youtube.com/watch?v=4w8B_k-EQsE
— Почему для вас важно было вставить в спектакль сцену коронации Бонапарта, которой нет у Толстого?
