С утра сегодня целый день прет нечеловечески. То ли пятое число догнало и добавило, то ли где, но, цитируя Ивана с другого ресурса, "давно я так не переживал за выдуманных персонажей". Всплыло и накрыло.
Теперь с другого края зайду. Сегодня днем заглядывала к бабуле, качали вместе с ней на планшет Евтушенко. Причем так совпало прекрасно - она говорит, "хочу, чтобы вот это стихотворение было (и начинает на память читать): "А снег повалится, повалится, и я прочту в его канве, что моя молодость повадится опять заглядывать ко мне..." Я говорю, что наверное и это тоже будет, если на сборнике написано "Все стихи", то и это будет.
Открываем мы с ней этот сборник в программе, а там на форзаце именно оно.
Я как бы наверное понимаю, что только глубоко больной человек будет связывать Евтушенко и профессора Снейпа в сознании, но как бы я опять же и не отрицаю, и почему-то мне очень тепло на душе, что именно сегодня я узнала про такое стихотворение.
Собственно, оно.
А снег повалится, повалится...
и я прочту в его канве,
что моя молодость повадится
опять заглядывать ко мне.
И поведет куда-то за руку,
на чьи-то тени и шаги,
и вовлечет в старинный заговор
огней, деревьев и пурги.
И мне покажется, покажется
по Сретенкам и Моховым,
что молод не был я пока еще,
а только буду молодым.
И ночь завертится, завертится
и, как в воронку, втянет в грех,
и моя молодость завесится
со мною снегом ото всех.
Но, сразу ставшая накрашенной
при беспристрастном свете дня,
цыганкой, мною наигравшейся,
оставит молодость меня.
Начну я жизнь переиначивать,
свою наивность застыжу
и сам себя, как пса бродячего,
на цепь угрюмо посажу.
Но снег повалится, повалится,
закружит все веретеном,
и моя молодость появится
опять цыганкой под окном.
А снег повалится, повалится,
и цепи я перегрызу,
и жизнь, как снежный ком, покатится
к сапожкам чьим-то там, внизу.
Евгений Евтушенко, 1966.
