В Балтиморе есть старое кладбище “Old Western Burial Ground”. С точки зрения американских историков, оно считается одним из самых интересных кладбищ, расположенных на восточном побережье США. В его земле покоятся останки многих известных американцев: генералы Американской революции и Гражданской войны; дедушка одного из президентов США – Джеймса Бьюкенена; пять мэров города Балтимор. На этом же кладбище похоронен Эдгар Алан По.
Не все захоронения легко найти на старом кладбище, поскольку Пресвитерианская церковь “Westminster Presbyterian Church” (сейчас “Westminster Hall”) была построена век спустя после того, как на этой земле начались первые захоронения. Большая часть территории кладбища – та, на которой в т.ч находится и могила По – расположена на погосте, в то время, как самые старые могилы – в лабиринтах подземных катакомб, коридоры которых кружат под зданием церкви. Это - территория духов и привидений. Странные вещи происходят здесь - в царстве потусторонних сил, которые хранят покой и тайны “Старого Западного погоста”.
Самая знаменитая и до сих пор неразгаданная тайна этих мест связана с появлением - 50 лет назад - на кладбище странного мужчины. Все, кто видел незнакомца, одинаково описывают его внешность. В черных одеждах, закутав лицо шарфом, опираясь на трость, он ежегодно появляется на кладбище в течение нескольких десятилетий в один и тот же день - 19 января – в день рождения Эдгара Алана По. Каждый раз мужчина оставляет на надгробие могилы поэта початую бутылку коньяка и три красных розы. Сняв шляпу-котелок он несколько минут стоит у могилы и - уходит прочь. Есть легенда о том, что это - дух Эдгара По появляется на своей могиле и исчезает в церковных катакомбах. Однако, те, кто видел мужчину, утверждают, что он - довольно реален. Многие пытаются понять, что означают ритуальные предметы, которые странный гость оставляет на могиле поэта с января 1949г, после похорон По и до сих пор никто не имеет понятия: кем был тот первый “декоратор” могилы По, появившийся на кладбище 50 лет назад? Фигура этого человека уже много лет остается интригующей загадкой. Многие люди, включая куратора дома-музея Эдгара По - Джеффа Джерома верят, что загадочным “декоратором” является не один, а несколько персон. Джером лично видел мужчину, чьи волосы были седыми, как снег. В то время, как другие свидетели утверждают, что “декоратор” - брюнет. Возможно, что вторая персона - сын того, человека, который основал этот ежегодный ритуал. Интересно, что никто никогда не пытался установить какой-то контакт с загадочным “декоратором”. Некоторое время ходили слухи о том, что таинственным мужчиной в черном был сам Джером. Поэтому в 1983 г. Джером специально пригласил 70 человек собраться в полночь 19 января на кладбище и самим посмотреть на таинственного незнакомца. Через час после полуночи наблюдатели увидели идущую по кладбищу, опираясь на трость, загадочную фигуру, закутанную в черные одежды. У восточной стены кладбища фигура исчезла. А на могиле По, как обычно в этот день - уже лежали розы и коньяк. Движимый отнюдь не желанием разгадать тайну, а лишь – усилить интерес к ней, Джером пригласил фотографа из известного журнала “LIFE”, чтобы тот попытался запечатлеть на пленку портрет незнакомца. Фотограф, снаряженный специальным фотооборудованием для ночной съемки, прибыл в назначенный срок. И в июльском номере “LIFE” за 1990г появилась фотография коленопреклоненного мужчины у могилы Эдгара По. Лицо незнакомца не было видно, поскольку на него падала тень шляпы. С тех пор никто не мог вновь сфотографировать этого загадочного человека...
Один из самых удивительных фактов в истории американской литературы – это поразительное, всеохватывающее увлечение, которое можно назвать “Культ По”. Культ певца “черной романтики”, гениального символиста, пионера литературного жанра “мистический детектив” – американского поэта, писателя, критика Эдгара По начал стремительно прогрессировать после смерти поэта. Эдгар Аллан По, родившийся 19 января 1809г умер 7 октября 1849г, в возрасте 40 лет. При жизни По современники были несправедливы к его гению. Впрочем, удивительно не это. Мир жесток и завистлив, ревнуя к чужому таланту, и слава к поэтам обычно приходит только после смерти. Интересно другое: те стремительные темпы, с которыми общество охватывала страсть и даже, в каком-то смысле- болезненный интерес к литературе По. Любопытство подогревал тот факт, что при жизни поэт пользовался в обществе дурной славой, а смерть Эдгара произошла при столь же мрачных и загадочных обстоятельствах, настроениями которых исполнены его стихи и рассказы.
Несколько лет По прожил в Балтиморе, но в те трагические дни, предшествовавшие его смерти, он оказался в этом городе - проездом. По следовал в Нью-Йорк, чтобы встретиться со своей тещей. Поэт хотел пригласить ее в штат Вирджинию - город Ричмонд, где жил в то время – на свадьбу со своей подругой детства. Его первая жена за несколько лет до этого события умерла от туберкулеза. Путешествие По закончилось трагически. Рассказывают, что доставленный в госпиталь По был одет в костюм “с чужого плеча”, выглядел грязным и избитым, бредил и выкрикивал имя “Рейнолдз!”. Кто-то говорит, что По умер от пьянства, другие склонны считать, что причина его смерти связана с психическим помешательством. Есть авторы, утверждающие, что кто-то специально накачал его смертельной дозой наркотиков. Из множества версий о загадочных обстоятельствах смерти поэта, ни одна, тем не менее, не подкрепляется 100%ными доказательствами. Загадочная, трагическая смерть поэта стала причиной слухов о появлении на кладбище “Old Western Burial Ground” духа Эдгара По.
По странной иронии, По умер именно в Балтиморе - городе, где с 1829г началась его литературная карьера. В этом году он поселился в доме на улице North Amity Street со своей тетушкой и кузиной Вирджинией Клемм – молодой девушкой, на которой, спустя шесть лет, он женился. Годы жизни По в Балтиморе были временем, когда он крайне бедствовал, одалживая деньги у знакомых и выглядел как последний бедняк. Он жил в узкой комнате на чердаке, к которой ведет винтовая лестница. Дверь в его комнатку так мала, что даже люди среднего роста вынуждены нагибаться, при входе. Те, кто бывал в этом доме - теперь музее - рассказывают, что в комнате По всегда стоит необъяснимый холод. Люди верят в то, что именно здесь обитает дух Эдгара По. Однако, многие очевидцы рассказывают, что видели в доме По призрак крупной, седой женщины, одетой в платье начала 19 века. С 1922 по 1949г этот дом пустовал до тех пор, пока в нем не был организован исторический дом-музей Эдгара По. С начала 60х гг. люди стали поговаривать, что в этом доме живет нечистая сила. Многие посетители и работники музея слышали странные, приглушенные голоса, ощущали кожей прикосновение невидимых рук, видели, как сами открывались окна и двери дома.
“По говорит из могилы” - так было озаглавлено сообщение в майском номере журнала “Blackwood`s Edinburgh Magazine” за 1853г. В этой провокационной заметке говорилось о том, что на спиритическом сеансе медиум установил контакт с мертвым поэтом мистером По, который продиктовал медиуму свое новое стихотворение. Газета писала: “Мы, с сожалением признаем, что Эдгар А. По – автор “The Raven” до сих пор способен привносить в общество свои идеи - спиритическим образом. Его мрачные поэмы до сих пор являются плодом больного воображения. Миссис Лидия Тенни из г.Джоржтаун (Массачусеттс) вступила в спиритический контакт с почившим поэтом и тот продиктовал ей свое новое стихотворение. Довольно трудно решить: то ли от него веет запахом бренди, то ли чем еще...” И далее, цитируются строки, якобы переданные медиуму мертвым поэтом. Причем, надо заметить, что в них довольно хорошо отображен стиль и настроение поэзии По. В любом случае, нельзя не признать, что эти строчки писал довольно талантливый человек, умело подражавший По: “Внимайте мне, я расскажу вам о прекрасном – в этих мыслях сплелись спокойствие и ярость, в них - истина и страсть, что обитают в сердце человека. Вопрос же в том – что движет разум миллионов? Что есть конец и цель воображенья? И для чего оно вселилось в человека? И что было МОИМ? Но столь стремительно кружит вихрь нашего самосознанья, на берегу которого я, видимо, стоял и мог увидеть: что поглощалось им, а что рождалось снова – и тернии, и зубчатые скалы, прекрасные цветы – все в том водовороте непрестанно исчезало” (1)
Автор, создавший всемирно известную поэму “Ворон”, был жертвой судьбы даже более странной и романтичной, более мрачной и загадочной, чем могло создать его поэтическое воображение. “Человек, носивший в своем сердце такую остроту и сложность, неизбежно должен был страдать глубоко и погибнуть трагически, как это и случилось в действительности”. (К.Бальмонт) Жизнь Эдгара По – песнь о горе и страданиях. Его смерть – смерть несчастного человека, окончившего свои дни в благотворительной общественной больнице - неоплаканная, бесславная, не воспетая собратьями по перу. Его похороны были крайне скромными. Траурная процессия состояла лишь из восьми человек, хоронивших того, чье имя – бессмертно. Во время той унизительной похоронной церемонии 8 октября 1849г никто не мог себе представить, что пройдет всего лишь 25 лет и об Эдгаре По узнают во всем мире, назвав этого человека одним из уникальных поэтов - гением не только Американской, но и мировой литературы. “Колумб новых областей в человеческой душе, он первый сознательно задался мыслью ввести уродство в область красоты и, с лукавством мудрого мага, создал поэзию ужаса, - сказал об Эдгаре По Константин Бальмонт: - Его поэзия, ближе всех других стоящая к нашей сложной и больной душе, есть воплощение царственного сознания, которое с ужасом глядит на обступившую его со всех сторон неизбежность дикого хаоса.”
Начало культу Эдгара По положила Сара Хелен Витмен (Sarah Helen Whitman). Когда после смерти По злые языки стали на все лады склонять имя поэта, бесчестить его и глумиться над его памятью, Сара Витмен – любимая женщина Эдгара - оказалась в довольно сложном, неприятном положении. Однако, несмотря на сплетни, эта женщина не ожесточилась в своем горе, скорби и жажде возмездия, а нашла в себе силы рассказать людям настоящую, очень трогательную и трагическую правду о жизни гениального творца. Именно Сара Витмен была с Эдгаром тогда, когда его покинули все друзья. Она не предавала его при жизни, не предала и после смерти, защищая память и доброе имя своего мертвого друга от всех обвинений, сплетен и нападок толпы. Современники говорили об этой благородной женщине: “Она была чувствительна даже к самой легкой критике поведения По, немедленно стараясь оградить, смягчить акценты и прикрыть его недостатки покрывалом своей бескорыстной, верной любви”. Глухим, холодным ухмылкам несправедливого и равнодушного мира она противопоставляла свою светлую память и тепло не только любящей женщины, но талантливой поэтессы.
Сколько современников, знавших поэта еще при жизни, пришло в шок, когда его личные письма стремительно попали в ранг раритетов. Их стоимость на аукционах в два раза превысила цену писем Перси Шелли; в пять раз - корреспонденции лорда Байрона, и в сто – переписку Генри Лонгфелло и других знаменитых писателей и поэтов девятнадцатого столетия. А рукописи тех поэм, за которые По получал смешные гонорары, стали цениться на вес золота.
Если бы оригинал поэмы “Ворон” сохранился до наших дней, то - по мнению коллекционеров - его начальная стоимость на аукционах оценивалась бы в сотни тысяч долларов! Эта поэма принесла всемирную славу Американской поэзии и, еще при жизни По, закрепила за ним звание самого оригинального Американского поэта. За эту поразительную, завораживающую и чарующую своей нереальной красотой поэму, строки которой потрясли мир, По заплатили всего 10 долларов – сумму, равную той, которую Х1Х веке платили в еженедельной американской газете за сентиментальную любовную историю.
Ты пророк неустрашимый! В край печальный, нелюдимый,
В край, Тоскою одержимый, ты пришел ко мне сюда!
О, скажи, найду ль забвенье, - я молю, скажи, когда?"
Каркнул Ворон: "Никогда".
В редких случаях, когда первые издания стихотворений По выставлялись на аукционную продажу - возникал ажиотаж, а цены, предлагавшиеся за эти издания побивали все рекорды. Самое первое издание стихов поэта: “Tamerlane and Other Poems” (Бостон, 1827г) не выставлялось на аукционы до весны 1892г. (Существовала лишь одна копия, которая хранилась в музее) Поэтому, когда было объявлено о продаже второй копии, среди коллекционеров началось волнение. Поскольку еще ни одна копия ранее не продавалась, трудно было назвать “потолок” цены за эту редкость. Торги начались с отметки 500 долларов. В итоге, книжечка в 40 листов, стоимость которой изначально равнялась примерно 10центам, была продана (в 1892г) за 1 875 долларов. Осенью 1900г третья копия первого издания стихов Эдгара По была продана на аукционе за рекордную по тем временам сумму - 2 050 долларов!
В ноябре 1900г первое издание собрания сочинений По “Prose Romances of Edgar A. Poe”, (до наших дней сохранилось лишь две его копии), включавшее “Убийство на улице Морг” и “Человек толпы” было продано за тысячу долларов. С этого же аукциона “ушли” - за 250 и 210 долларов - и два оригинальных письма, написанных Эдгаром По.
Глядя на, поистине, мифические цены, уплаченные за эти литературные раритеты, трудно представить, что их автор, при жизни, не вылезал из долгов и, часто голодал, а его жена скончалась от чахотки, которую в те времена называли “болезнью бедняков”...
Вернемся к началу ХХ века. Культ По прогрессировал. Когда старое жилище отчима поэта - Алана в Ричмонде (Вирджиния) было разрушено, за несколько лет до этого момента произошла распродажа вещей из дома, где По провел свое детство. За 30 долларов была продана вся мебель из комнаты поэта. Та трость, которой старый мистер Алан угрожал своему пасынку, выгоняя его из дома после ужасной ссоры – теперь стоила бы огромные деньги, если бы ее возможно было найти среди вещей старого дома, которые когда-то были распродана за копейки. Если бы были обнаружены подростковые стихи Эдгара, они бы сейчас были поистине бесценны!
Довольно странно, что из той обширной корреспонденции, которую вел По сохранилось всего несколько писем. Двоюродный брат Эдгара – Нельсон По из Балтимора хранил несколько очень интересных писем поэта. Однако, после смерти Нельсона они исчезли и больше никто о них не слышал. А ведь их публикация могла бы пролить свет на загадочные, предсмертные дни жизни поэта. Миссис Клемм – тетушка поэта – так же хранила несколько ценных писем По и других вещей, когда-то принадлежавших Эдгару. Но после ее смерти в Балтиморе 16 февраля 1871г бесследно исчезли и они.
Когда в Балтиморе открывали первый памятник Эдгару По, на эту церемонию были приглашены многие американские поэты и писатели. Но все они, за исключением Уолта Витмена послали “извинительные записки”, в которых, кроме сожаления по поводу невозможности прибыть на церемонию открытия памятника, в скупых словах выразили свое уважение к поэту и сочувствие его родственникам. Лонгфелло, которого попросили написать слова для отображения их на монументе По, написал: “...единственные строки, которые я могу предложить для памятника По – это первые строчки его же стихотворения “К Анни”: “The fever called living Is conquered at last.” (“...порвана связь с горячкой, что жизнью недавно звалась.” - пер. М. Зенкевича) Согласитесь, в эпитафии, предложенной Лонгфелло - довольно злобная ирония по поводу обстоятельств жизни и смерти поэта...
Из-за океана пришли более куда более теплые слова от собратьев по перу - Теннисона, Свинбёрна, Ричарда Хорна и Маллармэ.
Количество биографий По, написанных разными авторами и продающихся огромными тиражами и по сей день доказывают, что интерес к гениальному американскому поэту и писателю Эдгару По не уменьшается, а наоборот, растет с каждым годом. Появляются новые факты, открытия и в биографии поэта вносятся новые дополнения.
Загадка смерти Эдгара По.
Ни один из аспектов жизни По так не очаровывает его поклонников, как факт мрачной, загадочной смерти поэта. К сожалению ни один из биографов автора не дает ответа о том, как в действительности произошла эта смерть? По этому поводу существует множество спорных мнений и противоречивых версий, которые вызывают множество вопросов, но не дают на них конкретные ответы. В конце концов, есть бесспорные факты, которые мы должны принять к сведению, рассуждая о смерти великого поэта. Смерть По произошла при крайне загадочных обстоятельствах, которые до сих пор волнуют и дразнят воображение исследователей и биографов. Давайте пересмотрим версии, которые выдвигают историки, врачи и исследователи его биографии.
После смерти поэта прошло 147 лет. Современные ученые - доктора Медицинского Центра и Университета штата Мериленд склоняются к версии о том, что Эдгар Алан По умер в результате кровоизлияния в головной мозг. Медицинские документы, касавшиеся состояния здоровья Эдгара По, были изучены кардиологом, профессором “University of Maryland School of Medicine” Майклом Бенитезом и в 1996г в медицинском журнале “Maryland Medical Journal” было опубликовано его заключение. “Никто не может утверждать со 100%ой вероятностью о том, что именно явилось причиной смерти По, т.к. после его смерти не было произведено вскрытие, - писал доктор Бенитез, - Но, как следует из истории болезни По, в которой описывается его состояние, на тот момент, когда он был помещен в госпиталь и за несколько дней до смерти – можно сделать уверенный вывод о том, что он находился в состояние помешательста.” (2)
По скончался 7 октября 1849г в возрасте 40 лет. 28 сентября, за несколько дней до своей смерти, По приехал на поезде в Балтимор. Накануне, в Ричмонде он сделал предложение Саре Витмен - женщине, на которой он собирался жениться. Через несколько дней По был обнаружен на деревянной скамье на задворках бара “Ryan`s Fourth Ward Polls”, что расположен в Балтиморе по адресу Ист Ломбард стрит (East Lombard St) и доставлен в публичную, благотворительную больницу для неимущих “Washington College Hospital” (сейчас эта больница называется “Church Hospital”). Исторические документы о госпитализации По указывают на то, что у него наблюдался горячечный бред, судороги и галлюцинации, затем он впал в кому. Когда По вышел из состояния комы, он пребывал в спокойном и в ясном сознании, но вскоре- вновь впал в бред, осложненный буйным поведением. Врачи применили успокоительные препараты. По умер на четвертый день своего пребывания в больнице. Согласно заключению, опубликованному в декабрьском номере “Maryland Historical Magazine” за 1978г – консилиум медиков “Baltimore Commission of Health” постановил, что смерть Эдгара По наступила в результате кровоизлияния в головном мозге.
В своих исследованиях доктор Бенитез проанализировал все возможные источники возникновения бреда, среди которых черепно-мозговые травмы, психические расстройства, проблемы неврологического характера. Судороги и бред могли быть спровоцированы так же алкогольной или наркотической зависимостью. Медицинские записи отмечают, так же, что еще за полгода до своей смерти По испытывал состояние алкогольной абстиненции, но это отнюдь не является прямым свидетельством того, что смерть По произошла по причине его “алкоголизма”. По мнению доктора Бенитеза, довольно странно считать причиной смерти отлучение от алкоголя. Кризисное состояние По перед смертью, так же рознится и со сценарием поведения опийно-зависимых пациентов. Доктор Бенитез говорит, что финальная стадия гидрофобии (водобоязни) -общая для всех пациентов, страдающих болезнью такого рода - у людей наступает период, когда в больном воображение возникает желание куда-то ехать, сопровождающееся бешеным пульсом, повышением температуры, перебоями дыхания. Все эти симптомы характерны для истории болезни По, оформленной доктором Джоном Морэном в последние дни жизни По. Как правило, средняя продолжительность жизни у пациентов, чьи симптомы болезни выражены именно таким образом – четыре дня. Именно такой срок провел в больнице По, после которого умер. Лечащий врач По так же отмечает, что в больнице По, лишенный алкоголя, который он требовал - даже простую воду пил с огромным трудом. Доктор Бенитез находит это основным симптомом психического расстройства “гидрофобия” - водобоязнь. Отказ от воды является классическим симптомом этого вида помешательства. Но ведь По, хоть и с трудом, все-таки ПИЛ воду! Тогда, как у больных, пораженных гидрофобией, даже один вид воды может вызвать непроизвольные судороги! Свои выводы доктор Бенитез основывает на свидетельствах Морэна о последних днях По, но соотносит их с работой Чарлза Скарлетта из его статьи об обстоятельствах смерти По. Довольно сомнителен “документализм” Скарлетта, который, например, описывает симптомы крайне непрофессионально: “...был дан стакан воды, чтобы определить может ли он (По) свободно глотать, но он делал это с трудом”. Бенитез берет это примитивное описание, как доказательство и камень преткновение для своей теории гидрофобии. К тому же, те немногие сноски, которые он дает на статью Скарлетта взяты им отнюдь не из оригинальной статьи, а из книги Морэна - произвольно менявшего свои слова. Так, в своей книге, которая вышла в 1885г эта же цитата выглядит уже по-другому: “Я положил маленький кусочек льда на его губы и предложил ему глоток воды, чтобы выяснить будет ли ему трудно глотать. Он выпил без проблем полстакана воды” (Moran, “A Defense of Edgar Allan Poe”, 1885) Таким образом, без конкретных доказательств симптомов гидрофобии, трудно поверить в эту теорию смерти поэта.
Рассмотрим другую, наиболее популярную, особенно в первые годы после смерти поэта - “Алкогольную теорию”. Именно ее выдвигало наибольшее количество людей, рассуждавших о смерти По. По свидетельствам врачей, знавших По, можно сделать вывод о том, что Эдгар страдал алкоголизмом. К сожалению, мнение об этом зиждется отнюдь не только на медицинских показаниях. Сначала возник миф о том, что жизнь По являлась бесконечной чередой пьяных загулов. Потом эту сплетню стали использовать, чтобы дискредитировать По, как писателя и поэта, который писал то лучше, то хуже “в зависимости от трезвости”. Однако важно отметить, что ни один из своих рассказов или стихов По не написал в пьяном состоянии. Ведь это – совершенно очевидно! Представьте, возможно ли было писать в пьяном виде такие длинные, сложной конструкции предложения, наполненные описательными метафорами, - что характерно для литературного стиля изложения По - не спотыкаясь и не путаясь в их кружеве?
Недоброжелатели и враги По часто утверждают, что все болезни По связаны с его алкоголизмом. И хотя, действительно, По абсолютно пьянел всего от 2-3 рюмок алкоголя, это вовсе не доказывает, что именно пьянство являлось причиной всех его болезней. Люди, не знавшие близко Эдгара, распускали про него сплетни, возводя единичные случаи в ранг “типичных” для По. Да, он пил. И часто пил гораздо больше, чем позволяло его здоровье, даже после того, как он поклялся себе прекратить пить вообще. Надо заметить, что и в роду у По были сильно пьющие люди: его отец- Дэвид По Младший и брат Генри По. Возможно, что семейная склонность к алкоголю оказала генетическое влияние на По. Эдгар неоднократно пытался покончить с пьянством, но на это у него не хватало силы воли. Может в нем отозвалось “эхо дурного наследия”?
Сразу же после смерти поэт был обвинен в алкоголизме, и с 1856 года по страницам американских газет начала гулять теория доктора Снодграсса (J. E. Snodgrass), который ради своих целей подтасовал многие факты биографии поэта, что окончательно дискредитирует Снодграсса как серьезного исследователя. Махинации Снодграсса были разоблачены (уже после его смерти) другим исследователем – Эдвардом Спенсером (Нью-Йоркская газета “ Herald” - 27 марта 1881) Однако нельзя отрицать тот факт, что к пьянству поэта часто провоцировали окружающие. В 1878 году были опубликованы воспоминания знакомой поэта – Сюзанны Вейсс о пророческих словах По, сказанных накануне смерти поэта: “...он (По) ...был таким бледным, таким взвинченным... и мне стало совершенно ясно, что он серьезно болен... Доктора Макензи и Картер отвезли его в больницу, поскольку находили состояние его здоровья очень опасным. В тот раз внимательная забота неравнодушных людей спасла его жизнь. Но врачи были едины в своем мнении о том, что в другой раз подобная ситуация со здоровьем может закончиться трагически. Серьезно опасаясь за его здоровье, врачи сказали ему об этом. По ответил им, что если бы люди не подталкивали его, он бы не падал” (Weiss, "The Last Days of Edgar A. Poe")
Однако периоды запоя у По сменялись месяцами и даже годами абсолютного воздержания от алкоголя. В апреле 1841 года По пишет доктору Снодграссу: “...Я умерен даже до крайней строгости... В моей жизни не было таких периодов, когда я бы вел себя, что называется “бесконтрольно”... Моя чувствительная натура не позволяет мне держаться подальше от компаний. Короче говоря, иногда бывало так, что я напивался. Несколько дней после этого я не мог встать с постели. Но вот уже четыре года, как я не пью алкоголь вообще – четыре года, за исключением лишь одного случая, когда допустил слабость... когда я выпил сидр в надежде, что он облегчит приступ невроза”.
Часто исследователями использовались - как серьезные доказательство в пользу “алкогольной теории”– воспоминания людей, далеких от реальных обстоятельств смерти По. Вот строчки из дневника Кеннеди (J. P. Kennedy), написанные 10 октября 1849 года: “В прошлый вторник Эдгар А. По умер в здешнем городском госпитале от последствий своей распущенности...Он нашел сочувствие среди здешних “дружков”, которые соблазнили его бутылкой – чего он был лишен некоторое время назад. Результатом явились лихорадка, бред и помешательство, которыми он завершил свое печальное пребывание в госпитале. Бедный По!...Яркий, необыкновенный свет так ужасно затушен.” (Charles H. Bonner, “John Pendleton Kennedy; Gentleman from Baltimore”). Однако! Известно, что По умер не во вторник, а в субботу. Не исключается тот факт, что информацию о смерти По и обстоятельствах, при которых она произошла, Кеннеди получил от своего приятеля - Снодграсса, “нечистоплотность” которого уже доказана.
В мемуарах Стоддарта рассказывается еще об одном случае, доказывающем алкогольную зависимость По: “В то время, когда родственники готовились встретить его в Балтиморе, он (По) пил с друзьями в ожидании поезда. В результате сел на другой поезд и проследовал на нем аж до самого Havre de Grace, откуда его вернул обратно в Балтимор кондуктор поезда из Филадельфии, обнаруживший По в бреду на гостударственной границе.” (Stoddard, "Life of Poe") Далее Стоддарт делает вывод о том, что По умер в результате помутнения рассудка. Джон Томпсон (John Ruben Thompson) писал 9 ноября 1849 года своему приятелю Паттерсону (E. H. N. Patterson): “никто не доверял ему (По) до такой степени, чтобы принять участие в его жизни. Из-за противоречивости своей натуры он в конце концов обессилел. Он умер, разумеется, в пьяном бреду; тень позора окутала последние минуты его жизни”. Надо уточнить, что Томпсон писал эти строки также не имея никакого понятия о реальных обстоятельствах смерти По. В последствии Томпсон изменил свое мнение. В 1870 году Томпсон начал читать лекции о жизни По и тоже пришел к выводу о том, что причиной смерти поэта явилось помешательство. После смерти Томпсона, в 1885 году, доктор Морэн (Dr. Moran) – врач, который был с По в последние дни жизни поэта - опубликовал книгу “A Defense of Edgar Allan Poe” (Оправдение Эдгара Аллана По), в которой автор пишет: “Я настаиваю на том факте, что Эдгар Аллан По умер вовсе не в результате какой-либо интоксикации. Никто не чувствовал запаха спиртного ни от его дыхания, ни от одежды”. Как уже было отмечено, Морэн выдвигал довольно спорные, не заслуживающие доверия идеи, поэтому он не может считаться компетентным специалистом. В результате постоянной противоречивости своих собственных высказываний, Морэн повидимому все время рассказывал своим друзьям различные истории. В 1889 году Р.Клемм пишет Элмеру Рейнолдсу: “Позволю себе сказать, что это поразительное заявление доктора Морэна одновременно удивило и смутило меня, поскольку полностью противоречит тому заявлению, которое доктор сделал персонально мне; и еще удивило меня, поскольку он не сделал публичного заявления о том, что же считать настоящей правдой в смерти По еще несколько лет назад”.
До 1841 года было крайне мало документов, подтверждавших увлечение По алкоголем. Первое его “знакомство” с алкоголем приходится на 1826 год - время его учебы в Университете штата Вирджиния. Выйдя из-под контроля и влияния родителей многие молодые люди быстро бросались во все тяжкие. Пьянство, игра на деньги и даже стрельба из пистолетов были частью такой дикой жизни. По не имел иммунитета от этих соблазнов. Один из учителей По вспоминал о нем: “...мог схватить полный стакан и без воды или сахара выпить его залпом. Такая доза валила его с ног; но если этого не случалось, он наливал новый”. Как много и как часто пил По, пока учился в Университете – вопрос спорный. В 1868 году Вильям Вертенбакер пишет: “Я часто видел его (По) на лекциях и в библиотеке, но никогда во время наших встреч он не выглядел как пьяный или выпивший человек. Среди профессуры он имел репутацию трезвого, тихого и вежливого юноши”
По окончании университета По некоторое время вообще не пил. Когда в 1829 году По уволился из армии, он имел на руках три рекомендательных письма: от лейтенанта Ховарда; капитана Грисволда и полковника Ворса, единогласно отмечавших, что По “плохих привычек не имеет”. А вот другое свидетельство, из Балтимора. Один из друзей Эдгара Ламберт Вилмер вспоминает: “Однажды я навестил его (По) жилище, он раздобыл графин Ямайского рома, который и пил в те дни... По довольно умеренно потреблял этот напиток; и это был единственный раз, когда я видел его пьющим алкоголь. В другой раз я застал в его доме тетушку По, миссис Клемм, которая ругала его за позднее возвращение домой в пьяном виде...Судя по тем отношениям, которые я наблюдал между миссис Клемм и По, это был исключительный случай, когда она упрекала его подобным, и я никогда больше не слышал, чтобы По повторил аналогичный проступок” (Lambert A. Wilmer, “Recollections of Edgar A. Poe”) В 1860 году Вилмер настаивает: “Каждый день на протяжении многих месяцев мы вместе бывали в разных компаниях, и в течение 12 лет я ни разу не видел его пьяным...” Покинув Ричмонд, По и его семья переехали в Нью-Йорк, где их соседом по этажу был Вильям Гауэнс (William Gowans). В 1870 году Гауэнс вспоминал: “В течение 8 или более месяцев мы жили в одном доме и делили один стол. За это время я много раз встречался с ним (По)... и я должен сказать, что никогда не видел его пьяным...” В июле 1838 года По пишет Джеймсу Полдингу: “Невоздержанность никогда не входила в число моих привычек... Я полностью пробудился от безумия и деградации, и без тяжелой борьбы освободился из тисков порока”. А вот Томас Данн Английский (Dr. Thomas Dunn English) вспоминает о том, как в 1839 году нашел Эдгара По в совершенно пьяном состоянии: “Вечером я шел по улице, возвращаясь домой и вдруг увидел человека, пытавшегося выбраться из придорожной канавы... С изумлением, я узнал в этом человеке По. Он тоже узнал меня... я вызвался отвести его домой... Через три дня после этого (как я помню, он двое суток не появлялся на работе) он был очень смущен произошедшим и сказал, что этот случай - крайне необычный для него - больше никогда не повторится...” В конце января 1847 года после долгой и тяжелой болезни умерла супруга Эдгара По – Вирджиния. По очень нервно и эмоционально переживал болезнь супруги: “...я пил, Бог знает как часто и как много. Разумеется, мои враги представили все наоборот сказав, что я сходил с ума от пьянства. В то время, как я пил потому, что сходил с ума... все надежды покинули меня, когда моя жена умерла”. Вирджиния была больна туберкулезом в течение пяти лет с 1842 по 1847 год. В этот тяжелый период депрессии По, действительно, много пил...
16 октября 1845 году в Бостонском лицее с По произошла неприятность, которую можно назвать его самым громким скандалом на публике. По получил приглашение прочесть новые стихи, написанные специально по этому случаю. Ему заплатили вперед гонорар в 50 долларов. Это было довольно тяжелое творческое время для По, когда его покинуло вдохновение. И, вместо того, чтобы создать новые стихи, По прочел “Al Aaraaf” - поэму, написанную им еще в 1829 году, заменив ее название на “The Messenger Star of Tycho Brahe”. Вероятно, По рассчитывал на то, что поэму эту он написал давно, и она мало кому известна. Однако ему не удалось обмануть искушенных Бостонских литераторов. Газеты немедленно подхватили весть о разразившемся скандале и подлили масла в огонь, выразив на своих страницах возмущение общественности. Скандал не утихал. В ноябре газета “New England Washingtonian” уже писала: “он (По) должен со стыдом склонить голову за то, что посмел предстать перед высоко-моральной, интеллигентной аудиторией в пьяном виде!” По пытался оправдаться, объясняя свой подлог вовсе не пьяным состоянием, а лишь болезнью и крайней усталостью, но никто не желал его слушать. Газеты кричали о том, что более тысячи человек аудитории видели По именно пьяным и никакие другие версии состояния По не принимались во внимание. Как бы там ни было, именно этот скандал лег в основание мифа о том, что По был алкоголиком. После этого случая репутация пьяницы преследовала По до самой могилы.
В ответ на попытку По оправдаться на страницах газеты, все тот же Dr. English опубликовал заметку на страницах “Morning Telegraph” (июнь, 1846), в которой были такие слова: “(По) виновен в одном из величайших и недостойных джентльмена, проступков, который совершил в пьяном виде...” и карикатура на По. Нью-Йоркская газета “Mirror” перепечатала эту статью. Оскорбленный По обратился в суд, предъявив иск к Доктору Инглишу и к газете “Mirror”. Защита Инглиша... не предоставила очевидцев, а вот в роли адвокатов По выступили влиятельные граждане: Фримен Хант и Мордехай Нох, которые утверждали, что ранее никогда не слышали о По ничего плохого, за исключением вот этого случая, когда его обвинили в пьяном появлении на публике. По выиграл судебное дело и газета выплатила ему 225 долларов 6 центов, как компенсацию за нанесенный моральный ущерб. А Доктор Енглиш с тех пор стал заклятым врагом Эдгара По.
Если бы после того скандала По не взял в рот ни капли спиртного, сплетни о нем, как об алкоголике, могли бы рассеяться. Но, к сожалению, По продолжал попадать в конфузные ситуации. В 1948 году, сделав предложение о замужестве подруге своих юных лет Саре Витмен (Sarah H. Whitman), Эдгар поклялся ей, что бросит пить. Но нарушил обещание, и Сара отменила свадьбу. В июле 1849 года По признавался Марие Клемм в своем письме из Филадельфии: “Меня забрали в тюрьму за нетрезвое состояние лишь однажды... Я напился тогда из-за Вирджинии” Из Ричмонда По пишет своей тетушке Мирие Клемм очень странное письмо: “Более чем десять дней я находился в состоянии полнейшей деградации, хотя не пил ни капли; и в течение этого отрезка времени в моем воображении возникали ужаснейшие образы... Все казалось галлюцинацией, возникавшей из-за приступов, которые никогда ранее не случались со мной... С утра пятницы я не пил абсолютно ничего, лишь немного портвейна. Если это возможно, дражайшая Мать, я буду выпутываться из этой трудности ради тебя, дорогая, дорогая. Так храни же сердце.” Эти строки, по мнению исследователей творчества По, были написаны в бредовом состоянии, спровоцированном алкоголем.
Да, действительно, многие современники говорили о том, что порой у По случались периоды запоя. Поэт действительно страдал от алкогольной зависимости. Это - факт, который вряд ли возможно отрицать. Однако, никто пока так и не объяснил: каким же конкретно образом По мог умереть от алкоголя? Известно, что По не жаловался на болезнь печени. Поэтому, подозревать смерть от цирроза – бездоказательно. Допустим, отравление алкоголем могло спровоцировать амнезию, истощение, бред и галлюцинации, но каким образом можно объяснить то, что По накануне смерти был доставлен в госпиталь полностью переодетым в чужие вещи и даже - с чужой тростью?
Кроме теории алкогольной смерти, была еще теория - правда, нашедшая не много сторонников - о том, что По умер вследствие морфийной наркотической зависимости. Невозможно отрицать факты, указывающие на то, что По, действительно, употреблял наркотики. Некоторые идеи мистических историй По, появились у писателя под влиянием опиума. Однако По отнюдь не был “наркоманом”. Часто мистические истории По написаны от первого лица. И, поскольку, под ними всегда стояло имя автора, многие его читатели воспринимали Эдгара По не как реального человека, а скорее - как вымышленный образ. Эта путаница началась после публикации в 1845 году рассказов По “Tales”, которые многие критики не поняли, обозвав в газетах “странными излияниями опиумного курильщика”. Однако интересно, что считая буйное воображение По плодом наркотических фантазий, за всю жизнь По никто не разу не предъявил ему каких-то серьезных обвинений в употреблении наркотиков! Даже самый злейший враг По - Томас Данн Английский настаивал: “Если бы По принимал наркотики, я, зная его не только как знакомый, но и как врач - раскрыл бы этот секрет во время его частых визитов ко мне, или моих визитов в его дом, или наших встреч где-то еще. Лично я не видел никаких признаков, говорящих об этом” (“The Independent”, 1896) В 1884 году доктор Джон Картер, который знал и осматривал По, писал: “По никогда не потреблял опиум за то время, что я его знал... Я никогда не слышал ранее и намеков на это. И если бы у него ранее была столь пагубная привычка, он привез бы ее и в Ричмонд” (Woodberry, “Life of Poe”, 1909). Процитировав слова д-ра Картера, Вудберри настаивает на своем мнении: “Я прихожу к мнению о том, что По начал употреблять наркотики в Балтиморе в тот его период воздержания от алкоголя, когда он нашел успокоение в опиуме...” Но, поскольку Вудберри никогда не встречался с По, эти его предположения просто бездоказательны. К сожалению, в своих биографических работах, посвященных По (1926 и 1934гг), Херви Аллен (Hervey Allen) ошибочно приписывает Вудберри авторство некоторых строк из письма Джона Картера. Этот эпизод так же является примером того, как часто даже компетентные исследователи могут ввести в заблуждение множество людей, посредством простой ошибки. Множество читателей стало считать, что Вудберри был знаком с По и его слова стали воспринимать, как слова очевидца. Так родилась легенда о том, что По пристрастился к опиуму во время лечения.
Единственный пример, который доказывает, что По принимал опий - в письме к Анни Ричмонд (Annie Richmond), написанном в ноябре 1848 года. Среди всего прочего По рассказывает миссис Ричмонд о своей попытке самоубийства под влиянием морфия. (В действительности же, он потерял сознание прежде, чем смог принять полную дозу, что доказывает непривычность его организма к этому наркотику. Хотя, возможно, этот эпизод относится к числу тех надуманных сцен “дикой романтики”, которыми По хотел произвести впечатление на своих знакомых, описывая им глубину своей депрессии.) Можно сделать вывод о том, что По действительно принимал морфий в медицинских целях - как один из препаратов, выписанных для него лечащими врачами. Но не более того. Можно уверенно сказать, что По отнюдь не был наркоманом.
В марте 1847 года известный доктор из Нью-Йорка Валентайн Мотт представил свою теорию смерти По: от старой травмы головного мозга, мысль о которой была высказана медсестрой из Вирджинии – миссис Шю, ухаживавшей за По во время одного из кризисов болезни. По мнению миссис Шю, По имел какую-то травму головного мозга, которая и являлась причиной лихорадки. Т.О.Мабботт отмечает: “Один современный медик, посмотрев на фотографию По сказал, что лицо поэта чуть перекошено, что, по его мнению, является последствием черепно-мозговой травмы”. В мае 1848 года другой доктор, Джон Францис (John W. Francis), диагностировал По и нашел у него болезнь сердца, но По отрицал справедливость этого диагноза. То, что По в это время очень плохо себя чувствовал, следует из его письма Марии Клемм, написанном в июле 1849 года: “Я так болен... или подхватил холеру, или у меня похожие спазмы, которые были настолько сильны, что мне сейчас даже трудно держать перо...” Возможно, По когда-то имел травму, которая позже отразилась на его здоровье. Миссис Шю вспоминает шрам возле левого плеча По, который она увидела в тот момент, когда помогала миссис Клемм переодевать Эдгара во время болезни. Она говорила:“...Я спросила было ли ему больно? (Шрам находился в районе сердца) И он ответил мне - “Да” ...У него была так же и черепная травма...” Морэн утверждал, что по мнению его коллеги, доктора Монкура (John C. S. Monkur), “По мог умереть от чрезмерного нервного истощения, которое явилось результатом энцефалита головного мозга”. А по теории Арно Карлена По мог страдать кислородной недостаточностью. Он считал, что комбинация синдрома алкогольного обезвоживания и болезни головного мозга объясняют проблемы По с алкоголем, причины его “сумасшествия” и столь внезапную смерть. Как варианты диагнозов предлагались также туберкулез, эпилепсия, диабет и даже бешенство. Все эти теории – трудно доказуемы.
Есть и еще одна теория причин смерти По: “теория похищения”. К это мысли склоняется большинство современных исследователей-биографов Эдгара По, даже не обращая внимания на то, что эта теория не базируется на каких-либо документальных доказательствах. Является ли стечением обстоятельств тот факт, что день, когда По нашли на улице, был в Балтиморе днем выборов, и то место, поблизости которого нашли поэта - “Ryan`s Fourth Ward Polls”, являлось не только баром, но и одним из мест для голосований? В те дни избирательный процесс в Балтиморе был пронизан метастазами коррупции и мошенничества, а в день выборов в городе часто происходили беспорядки. Узкопартийные банды были заинтересованы в победе своих кандидатов и всеми силами старались обеспечить им успех на выборах. Бюллетени для голосований воровались, судей подкупали, а потенциальных избирателей запугивали. Некоторых гангстеров от политики знали, как похитителей людей ради голосов на выборах. В день выборов этих несчастных пихали от одного избирательного участка к другому, чтобы они голосовали и голосовали вновь за нужного бандитам кандидата. Их одежду могли специально менять, чтобы на других избирательных участках никто не опознал их, как уже проголосовавших. Чтобы жертвы не возражали, их избивали или накачивали алкоголем. Слабое сердце По не выдержало бы такого издевательства. Впервые эта теория была выдвинута Джоном Томпсоном и опубликована в 1870 году. Она объясняла и невменяемое состояние По, и его одежду “с чужого плеча”. Главным же изъяном в этой теории является тот факт, что По довольно хорошо знали в Балтиморе и определенно опознали бы хотя бы на одном из избирательных участков. Впрочем, по рассказам свидетелей, когда По доставили в госпиталь, его было трудно узнать, поскольку По выглядел сильно избитым. Однако, факт его избиения объясняет одна из свидетелей этого происшествия: “По наущению женщины, решившей, что По ее оскорбил, По сильно избили грубияны, которые не представляли себе другого способа защитить честь дамы. Известно, что результатом этого жестокого избиения стало сотрясение мозга...” (Mrs. E. Oakes Smith, " Beadle`s Monthly”, 1867)
Известный исследователь биографии По доктор Т.Мабботт (Dr. Thomas Ollive Mabbott) назвал “теорию похищения” коротко: “чушь”, даже не потрудившись детально опровергнуть ее. Хотя многие другие исследователи заинтересовались ее аспектами. Например, Харрисон (James A. Harrison ) склонялся к тому, чтобы принять именно эту теорию. Дидье в своей статье “The Grave of Poe” - в подтверждение возможности похищения По - ссылается на слова судебного поверенного из Балтимора А.Хиндса - современника По: “...он (По) встретил кого-то из своих старых Вест-Пойнтских друзей, которые пригласили его на ужин с шампанским. Сперва он отказывался пить, но потом взял фужер. Через несколько часов он был уже безумно пьян. В таком состоянии он покинул дом друзей, был ограблен и избит хулиганами, которые бросили его на улице в бессознательном состоянии.” (Didier, “The Grave of Poe”, “Appleton`s Journal”, январь 1872). А Миллер в книге “Building Poe Biography” приводит письмо другого современника По Н.Моррисона: “История смерти По никогда не будет рассказана. Нельсон По располагает всеми фактами, но, боюсь, он не желает обнародовать их. Я не знаю почему. Реальные факты менее дискредитируют (По), чем те, что публикуют репортеры. По прибыл в город накануне выборов и эти выборы послужили причиной его смерти.” Известно, что Нельсон По (Neilson Poe), кузен поэта, произнес короткую речь на открытии мемориального памятника По в 1875 году, но не сделал никаких заявлений относительно обстоятельств смерти Эдгара. И если Нельсон По действительно имел какую-то особенную информацию о последних днях По, то он унес ее с собой в могилу. В письме Вильяма Брауна (William Hand Browne) за 1874 год есть такие слова: “Главная правда в том, что По был захвачен гангстерами, (его смерть произошла именно во время выборов; избрание шерифа происходило 4 октября), посажен в “курятник”, одурманен спиртным, выброшен вон и заставлен голосовать. После чего – был предоставлен воле судьбы: умереть” (Miller, “Building Poe Biography”) (“Курятником” называли сарай, в котором гангстеры держали своих жертв). Согласно мнению Элизабет По (Elizabeth Ellicott Poe) и Вайлы По-Вилсон (Vylla Poe Wilson): “...его (По) похитили вскоре по прибытии в Балтимор, напоили и одурманили опиумом, к которому он был особенно чувствителен; и пока он пребывал в таком невменяемом состоянии, использовали в день выборов. Некто Пассано – “товарищ по несчастью”, захваченный в “курятник” одновременно с По, спустя годы открыл родственникам правду о том, что произошло с поэтом, но никто не сделал формальных записей его показаний, чтобы они могли иметь какой-то эффект” (E. E. Poe and V. P. Wilson, “A High Priest of the Beautiful”, 1930)
Итак, это были теории смерти великого поэта. Что произошло с ним в те последние дни его жизни, сейчас уже никто не может достоверно объяснить. Однако загадочные страницы жизни и смерти Эдгара По до сих пор пытаются разгадать исследователи и поклонники творчества гениального поэта. В завершение мне хочется привести слова Юджина Дидье из его книги “Культ По”: “После долгого, основательного изучения жизни Эдгара А.По в течение 25 лет, я могу с уверенностью сказать о том, что этот человек не был ни “дьяволом”, которым его рисуют ранние биографы, ни “святым”, которым стараются представить его некоторые позднейшие исследователи. Он не был ни “злым гением”, ни “падшим ангелом”. Он был необыкновенным человеком уникального таланта – со всеми слабостями, которые зачастую присущи гениям. Щедро наделенный редким интеллектуальным даром, он был несчастной жертвой жизненных обстоятельств. Потерявший родителей в самом раннем возрасте, он был усыновлен человеком, который воспитал его в роскоши как своего наследника и баловня Фортуны. И вдруг в возрасте 20 лет По оказался выброшен на улицу без гроша в кармане. После этого началась долгая, безвыходная, бесконечная борьба за существование. Перо было его оружием, литература – ремеслом, бедность - судьбой, слава – компенсацией... Невозможно предсказать, перестанет ли фигура Эдгара По считаться культовой в мире литературы, поскольку его культ еще даже не достиг своего пика... В тот момент, когда я пишу эти строки, в мире появилось 17 новых изданий произведений По.” (Eugene L. Didier, 1902)
