Два хищных силуэта пронзили туманность из газа и пыли, оставляя за собой вихревые потоки, но растворились в космосе, как только вышли за пределы этого скопления...
Виндикатор, скользя на маневровых почти боком, палил из всех орудий по огромному Толианскому авианосцу, Между двумя звездолетами была такая концентрация энергий, что казалось, пылает сам космос. Вспышки щитов, разрывы торпед, а вокруг, как мошкара десятки вражеских истребителей. В левом "крыле" зияла сквозная дыра, орудийные порты уже давно работали за пределами штатных тепловых режимов. Но грань, между жизнью и смертью, в бою столь тонка...
Вспышка озарила околопланетное пространство, Кума, на своей "Хищной птице", зашел Толианцу в хвост и расстрелял его торпедами почти в упор... К месту битвы приближалась еще одна группа, во главе с огромным звездолетом, класса "Тарантула"...
Ольга спряталась за укрытием, отстреливаясь от наступающих со всех сторон Толианцев. Она нашла свою команду, большую ее часть, а еще они нашли звездолет класса "Одиссей" в пещерах этой планеты... А если он попадет в руки потенциального противника, это, как минимум, не хорошо. Вот они и собираются его взорвать, вместо того, что бы бежать с поверхности.
Времени в обрез, и вот она мчится куда-то сквозь темноту, по техническим этажам, боясь ободрать скафандр об торчащую то тут, то там арматуру, хватаясь за провода. Направление меняется так часто, что упусти она из виду широкую спину Грима - вмиг сбилась бы с пути. Он всегда предельно точен и эффективен. Даже сейчас, словно покерную комбинацию, раскладывает для Одиссея максимальный ущерб. Грим рывком втягивает меня в непроницаемо-черное ответвление коридора, и в то же мгновение где-то над нами начинает рокотать взрывчатка. Закладывает уши, даже сквозь скафандр, время замедляется... Там наверху, серией взрывов одного за другим рвет на куски преследующих нас Толиан. Очередной взрыв разворотил несколько палуб под ними. Одиссей разваливался на куски. Еще один взрыв выбил палубу из под ног. Уже в полете, Ольга увидела протянутую руку, удаляющегося с каждой секундой, командира десантного отряда. Последняя мысль о команде. Надежда что они добрались до точки эвакуации...
А потом вспышка, адская боль в пояснице, и темнота....
