Special for probably_maybe.
Году в 1997, когда я шлялся по ночным паркам, кладбищам и тусовался с американскими готами в сети Usenet, я прочитал в FAQ главного тогдашнего сообщества, что "Мы знаем, что фашисты были зверюгами, но это не мешает нам признавать, что у них были самые красивые униформы".
Это я к чему... Сейчас меня некоторое время преследовала мысль уйти в монастырь (чтобы спастись от монстров ада из того фильма), но я понял, что не смогу жить в монастыре, потому все они ужасно некрасивые. То есть, они живописные, и памятники истории к тому же, но постройки непропорциональные, чуждые классицизму, диковатые какие-то, варварские. Вот если бы был монастырь, полностью выстроенный в безупречном римском стиле, с тщательно прорисованными капителями коринфских колонн, со старательно просчитанными соотношениями арок и пилонов, с искусно прорезанными карнизами и портиками, то, наверное, я бы и правда призадумался, потому что у уверен, что Бог любит красоту, и в красоте -- Бог. А не в белёных корявых стенах, наивных луковичках, покрытых сусальным золотом, и даже не в русском классицизме, где штукатурка красится пошляческой, в общем-то, жёлтой краской.
Моя ненависть к СССР тоже во многом основана на эстетике -- точнее, ненависти к грубым, откровенно и нарочито плебейским формам бетонных глыб, вульгарнейших обелисков и откровенно безграмотного подражания классическим образцам -- как если ребёнок принимается рисовать зубцы кремлёвских стен, они принимают самые причудливые и уродливые очертания -- что заметно взрослому, но ребёнку кажется верхом совершенства.
Кстати, вот фото фашистских офицеров интересно рассматривать -- все эти дубовые листья, железные кресты, лихо заломленные фуражки, дьявольский огонёк в глазах -- а советские генералы все неинтересные, как пни на окраине деревенской помойки -- все подретушированные, с каменными выражениями на тупых гопнических мордах, в закаменелых позах, закованные в броню десятков орденов, медалей, шевронов, титулов. Каменные, неживые.
Вот ветераны -- они живые, это да. У них морщинки вокруг живых глаз, в которых появляется мечтательное выражение, когда они начинают рассказывать -- но для фото всё равно принимают такой же окаменевший, задеревеневший вид.
Что касается фашистов, то их архитектура меня ни разу не трогает -- она такая же закаменевшая, высушенная, как листок в гербарии, бездушная, как брежневские многоэтажки.
Впрочем, оба строя были мертворождённые. Хоть и не без некоторого очарования.
