Стаеросов был ребенком 90-х. а еще он был большим поклонником Ритмичной Американской Поэзии. и взял из нее (поэзии этой самой) самое лучшее, на его взгляд, а именно - широченно-безразмерные штаны, красивую бляху на пояс размером с детскую голову, мощную голду на соединяющее туловище и чердак, красивую распальцовку "Спиваков бы так не смог" и манеру общения.
однажды Стаеросов нежился на солнышке в парке и давился пятой бутылкой Клинского светлого. птички пели, листья шелестели, мамаши с колясками фланировали перед взором Стаеросова туда-сюда, обдавая его смесью запахов духов, детской присыпки и позавчерашнего памперса. Идиллию разрушили трое в вечносерой форме.
-ваши документы, молодой человек
Стаеросов попытался придать растекшейся по лавке тушке вертикальное положение и промычал в ответ:
-Yo, man, ты...
договорить Стаеросову не дали, зато дали поддых
-O, God - запротестовал было Стаеросов и получил короткий, точечный удар в печень.
-да че бля происходит та? - заорал Стаеросов, протягивая смятые червонцы в трясущемся кулачке поборникам чистоты русского языка.
-вот то-то же, - промолвили люди в вечносером, - а то "менты... гады..." - трое забрали скромное подношение и удалились.