Факты о фильмах Брат и Брат-2

Интересные факты, которые известны не многим, о фильмах "Брат" и "Брат-2".

Читать далее...

ДаркКэт подогнал ролик изумительный ))

Ведь всё - правда!!! ))))

http://www.youtube.com/watch?v=Hx-dNFE7rOg

LI 5.09.15

"Наш дурдом голосует за Путина"-Рабфак. Самая популярная песня рунета

"Наш дурдом голосует за Путина"-Рабфак. Самая популярная песня рунета. Эта песня за очень короткий срок стала очень популярной. Как известно, в декабре в России будут выборы в Думу. А здесь посмотрите "В Новодевичий монастырь Санкт-Петербурга доставлен пояс Пресвятой Богородицы. Подробно о сроках пребывания в России пояса Богородицы: Пояс Богородицы будет находиться в Санкт-Петербурге 20-24 октября, Екатеринбурге — 24-27 октября, Норильске — 27-29 октября, Владивостоке — 29 октября-1 ноября, Красноярске — 1-4 ноября, Нижнем Новгороде — 4-6 ноября, Дивееве — 6-7 ноября, Саранске — 7-10 ноября, Самаре — 10-13 ноября, Ростове-на-Дону — 13-16 ноября, Калининграде — 16-19 ноября и Москве — 19-23 ноября.

Световое шоу в Москве, манеж, октябрь 2011 года.

Желаемое и действительность

Датская автобусная компания Movia представила оригинальный интерактивный ролик, затрагивающие социальную проблему молодежи и алкоголя.



Смотреть

Тимур и его команда. Отклики читателей.


Источник: http://olga-smir.livejournal.com/28141.html

- Оль, привет, слушай, у тебя нет случайно книжки такой Тимур и его команда - сыну в школе задали по внеклассному чтению.

- Привет, да есть, мой как раз этим летом читал.

- Ой, здорово, ты не могла бы нам дать почитать, а то мой оболтус забыл совсем, сейчас уже библиотека не работает, а завтра в школу надо принести.

- Да бери, конечно, заходи прям сейчас.

- Спасибо тебе большое – выручила! Сейчас тогда забегу. Вот ведь задают детям до сих пор это говно совдеповское!

Читать далее...

Абсолютная сила Ивана


На заре ХХ века Иван Поддубный показал всему миру, что самые сильные люди живут в России. Его физический облик, характер, неслыханные победы у людей со всего света ассоциировались со страной, где он родился. В самом имени непобедимого борца слышна Россия. Да и вся жизнь «чемпиона чемпионов» укладывается в исключительно русский сюжет, где счастье победы, народная слава и трагедия забвения сливаются в одно неразделимое целое.

Поддубные были из запорожских казаков. Их предки сражались в войсках Ивана Грозного, защищая Русь от татар, а при Петре I бились со шведами под Полтавой.

Иван родился в Полтавской губернии в 1871 году. После первенца у четы Поддубных появились еще трое сыновей и трое дочерей. Иван, как старший из детей в семье, где привыкли считать гроши, к тяжелой крестьянской работе был приучен сызмальства и выполнял ее шутя. Односельчане не удивлялись тому, что мешки с зерном он бросал на телегу так, будто их набили сеном. Яблоко от яблоньки недалеко падает: глава семьи Максим Иванович сам был богатырского роста и силы геркулесовой.

ДАЛЕЕ >>>>>

Параллельные миры или в гостях у Сказки


Интересная экскурсия по понтовым Подмосковьям. Попасть сюда может далеко не каждый, и перед нами лишь приоткрылась дверь в эти удивительные миры. Далее (33 фотографии)

Новая песня

В этот год рождались те, кого позднее
В горные ущелья загоняли маршем,
Чтобы повстречались с теми, кто смуглее,
Чуть побородатей и слегка постарше.

вопль маленькогго офис-минетджера




чтобы ты правозащитникам и блогерам нравился!

вообще, хорошо, конечно.

Энциклопедия казачества.

Энциклопедия казачества . ФИЛЬМ 1



Энциклопедия казачества . ФИЛЬМ 2



Энциклопедия казачества . ФИЛЬМ 3



Энциклопедия казачества . ФИЛЬМ 4

Для эстетов, @ля....

Москва. Зима. Снег. Мальчик играет в cнежки.
Вдруг - звон разбитого стекла. Выбегает дворник, суровый русский дворник с метлой и гонится за мальчиком.
Мальчик бежит от него и думает: "Зачем, зачем это все?
Зачем весь этот имидж уличного мальчишки, все эти снежки, все эти друзья? Зачем? Я уже сделал все уроки, почему я не сижу дома на диване и не читаю книжку моего любимого писателя Эрнеста Хэмингуэя?"...
Гавана. Эрнест Хэмингуэй сидит в своем кабинете на загородной вилле, дописывает очередной роман и думает: "Зачем, зачем это все? Как все это надоело, эта Куба, эти пляжи, бананы, сахарный тростник, эта жара, эти кубинцы! Почему я не в Париже, не сижу со своим лучшим другом Андре Моруа в обществе двух прелестных куртизанок, попивая утренний аперитив и беседуя о смысле жизни?"...
Париж. Андре Моруа в своей спальне, поглаживая по бедру прелестную куртизанку и попивая свой утренний аперитив, думает: "Зачем, зачем это все? Как надоел этот Париж,эти грубые французы,эти тупые куртизанки, эта Эйфелева башня, с которой тебе плюют на голову!
Почему я не в Москве, где холод и снег, не сижу со своим лучшим другом Андреем Платоновым за стаканом русской водки и не беседую с ним о смысле жизни?"
Москва...Зима...Снег...Андрей Платонов...В ушанке...В валенках...С метлой... Гонится за мальчиком и думает: "Бл&@ь, догоню - убью на х@й!!!"

"Мифы Чернобыля".

Найдите 10 минут, прочитайте статью, и поймете - как сильно на вас действую СМИ, манипулируя вашим сознанием )))
Я к тому, что до сих пор встречаются вопросы типа "А что за рыбы у вас в водохранилище плавают? Мутанты ведь, да? Мутанты? А страшные?" )))

Поэтому мы можем сказать лишь, что реальное число жертв колеблется между 41 человеком (заведомая нижняя граница) и 711 людьми (заведомая верхняя граница). "Да - да, нет - нет, остальное от Лукавого".

Чернобыль представляет собой крупную, но не уникальную промышленную катастрофу. По числу жертв он вполне зауряден и значительно уступает, например, крушениям паромов. Экономический ущерб от Чернобыля очень велик, хотя и не соизмерим с мелиоративными экспериментами в советской Белоруссии или засолением почв в зонах низкоинтенсивного поливного земледелия по всему миру. Ущерб для природной среды определить очень трудно, но, по-видимому, он сопоставим с ущербом от серьезных нефтяных загрязнений.

http://realcorwin.livejournal.com/148995.html?#cutid2

LI 5.09.15

9.700 км на Хаммере

http://www.yaplakal.com/forum43/topic283890.html

Отчет о поездке. Интересно читать.
Но, блин, 2 тонны бензина на 10 тыщ км...
Нахрена на таком крокодиле в такие поездки ездить?

LI 5.09.15

Оскотинились

Снизу, с улицы, раздался крик.

Валерий Федорович вздрогнул, посмотрел на плотно занавешенное окно, заерзал в своем глубоком, старом кресле и нерешительно покосился на жену. Валентина Ивановна уже смотрела на него сурово и непреклонно.

- Как ты думаешь, посмотреть? – робко поинтересовался Валерий Федорович.

- Даже не думай! – резко оборвала Валентина Ивановна.

Валерий Федорович вдруг упрямо выпятил подбородок, встал и направился к окну.

- Свет хотя бы выключи, дурак старый! – зашипела жена.

- Тоже мне, молодая… – окрысился шепотом Валерий Федорович, но свет, тем не менее, выключил, – Дура…

Он аккуратно отодвинул тяжелую штору и выглянул наружу. Внизу, у старых гаражей, скудно освещенных единственной на весь двор-колодец лампой, наблюдалась какая-то возня. Двое зажали в угол кого-то третьего. Еще один стоял неподалеку, очевидно, на «стрёме».

- Помоги-и-ите, а-а-а-а!!! – голос был явно женский, скорее даже девичий.

Валерий Федорович оглянулся и увидел рядом жену. Она смотрела на происходящее с некоторой болезненностью, округлив глаза, вытянув шею, чуть ли не облизываясь. Не удержалась-таки, любопытство победило. Примерно с таким выражением на лице она пялилась в ящик, на бесконечные реалити-шоу.

- Позвонить в милицию надо бы, – как бы нечаянно, вскользь, заметил Валерий Федорович.

- В полицию, – машинально поправила его Валентина Ивановна, потом смысл сказанного дошел до нее, – Не вздумай звонить!

- Почему это?

- Да зачем нам это всё надо? Потом затаскают к следователю, опознания всякие. Этих еще и отпустят потом, а нам тут жить… И нас же потом виноватыми сделают, ты что, телевизор не смотрел? Каждый день такое.

Снизу опять крикнули, уже отчаянно, с надрывом, как будто зверь попал в капкан.

- Вот разоралась, Севочку разбудит еще… – со злостью пробормотала Валентина Ивановна.

- Уже. Ну, что тут у вас такое. Почему темно как в склепе? – раздался сзади в полутьме сонный голос. Сева, крупный парень, практически бесшумно подошел к замершим в испуге родителям и через их головы выглянул на улицу.

- Севочка, да тут ничего особенного, – запричитала мать, – Ты иди спи, устал же, вчера ведь только вернулся. Подумаешь, кричат. Тут всегда кричат.

Сева долго, вдумчиво посмотрел на Валентину Ивановну, потом на отца, развернулся и ушел в свою комнату.

- Все из-за тебя! – тут же нашла виноватого Валентина Ивановна.

- А я-то тут причем?? – возмутился Валерий Федорович.

Со двора опять донесся крик:

- Отпустите! Пусти меня! А-а-а-а! Помогите! – затем послышались рыдания. Оба родителя опять жадно припали к окну.

Хлопнула входная дверь. От этого звука ёкнуло сердце. Опасливо прижимаясь к стенке, Валерий Федорович вышел в коридор.

- Это Севка! Севка ушел!

- Не может быть! – охнула мать и бестолково заметалась по комнате. – Как ушел? Куда!?

Потом она опомнилась и повернулась к окну, рядом, широко откинув штору, взволнованно пыхтел ее муж.

- Милицию надо вызывать!

- Полицию! – поправила жена. – Не вздумай! Севочку задержат!

- За что? Может быть, он просто за сигаретами отправился!

Громко бахнула тяжелая стальная дверь подъезда. Секундой спустя Сева, одетый лишь в шорты и кроссовки, массивной торпедой промчался через весь двор и одним движением раскидал кучу-малу у гаражей. Стоявший на стрёме мгновенно испарился, будто его и не было, а его подельники, четко и быстро отоваренные, лежали мордами вниз на обоссаном асфальте.

Девушку, которая обессиленно прислонилась к гаражу, Сева аккуратно приобнял за плечи и повел к дому. Разорванная от рукава до рукава куртка волочилась за ней следом, будто свадебный шлейф.

***

Гробовое молчание в квартире длилось весь тот час, что Сева отсутствовал. Валентина Ивановна лежала на диване с компрессом на лбу, Валерий Федорович мешал валокордин с водкой и шумно пыхтел. Телефон, по которому так и не решились позвонить, лежал посередине, на журнальном столике.

Сева вошел в квартиру, тихонько притворил за собой дверь. В гостиную попёрся прямо в кроссовках. Мать хотела было что-то сказать, но, увидев выражение лица сына, промолчала.

- Это была Нинка, – сказал Сева без выражения. – Они ее сначала просто ограбить хотели. Потом изнасиловать решили. Мол, всё равно все потом скажут, что ничего не видели.

Родители молчали.

- Нинка, с восьмой квартиры. Я прибежал вовремя. Они только куртку и платье порвать успели.

Отец опустил голову и зажмурился.

- А эти… уроды… Они из соседнего дома. Я их еще до армии помню. Гопота. У них еще клички дурацкие такие: Бурый, Двигло и Гвоздь. Вы с их родителями в одном цехе работали. Они меня вчера в дембельском увидели, ржали еще, что отслужил. Что лошара я. Что не откупили меня.

Валентина Ивановна тоже зажмурилась. От стыда у нее лились тихие слезы.

- Пап, ты ведь тоже десантник. Был, – тихо сказал Сева и побрел в свою комнату.

Заскрипев креслом, Валерий Федорович поднялся, по стариковски приволакивая ноги доковылял до кухни, вернулся оттуда с еще одним стаканом. Накапал себе водки, жене лекарства.

- Оскотинились мы с тобой, Валя.

И выпил.

LI 5.09.15

Токката

Виктор Зинчук. Токката. Гитара.

Полеты любителей

В 1982 году Ларри Уолтерс, пенсионер из Лос-Анджелеса решил осуществить давнюю мечту - полететь, но не на самолете. Он изобрел собственный способ путешествовать по воздуху. Уолтерс привязал к удобному креслу сорок пять метеорологических шаров, наполненных гелием, каждый из которых имел метр в диаметре. Он уселся в кресло, взяв запас бутербродов, пиво и дробовик. По сигналу, его друзья отвязали веревку, удерживавшую кресло. Ларри Уолтерс собирался плавно подняться всего на тридцать метров, однако кресло, как из пушки, взлетело на пять километров.
Соседи обсуждают. Звонить ли 911? Зачем? Человек улетел. Летать не запрещено. Закон не нарушен. Насилия не было. Америка - свободная страна. Хочешь летать - и лети к чертовой матери.

...Часа через четыре диспетчер ближнего аэропорта слышит доклад пилота с заходящего лайнера:
- Да, кстати, парни, вы в курсе, что у вас тут в посадочном эшелоне какой-то мудак летает на садовом стуле?
- Что-что? - переспрашивает диспетчер, галлюцинируя от переутомления.
- Летает, говорю. Вцепился в свой стул. Все-таки аэропорт, я и подумал, мало ли что...
- Командир, - поддает металла диспетчер, - у вас проблемы?
- У меня? Никаких, все нормально.
- Вы не хотите передать управление второму пилоту?
- Зачем? - изумляется командир. - Вас не понял.
- Борт 1419, повторите доклад диспетчеру!
- Я сказал, что у вас в посадочном эшелоне мудак летает на садовом стуле. Мне не мешает. Но ветер, знаете...
Диспетчер врубает громкую трансляцию. У старшего смены квадратные глаза. В начало полосы с воем мчатся пожарные и скорая помощь. Полоса очищена, движение приостановлено: экстренная ситуация. Лайнер садится в штатном режиме. По трапу взбегают фэбээровец и психиатр.

Доклад со следующего борта:
- Да какого еще хрена тут у вас козел на воздушных шариках путь загораживает! Вы вообще за воздухом следите?
В диспетчерской тихая паника. Неизвестный психотропный газ над аэропортом.
- Спокойно, кэптен. А кроме вас, его кто-нибудь видит?
- Мне что, бросить штурвал и идти в салон опрашивать пассажиров, кто из них ослеп?
- Почему вы считаете, что они могут ослепнуть? Какие еще симптомы расстройств вы можете назвать?
- Земля, я ничего не считаю, я просто сказал, что эта гадская птица на веревочках работает воздушным заградителем. А расстройством я могу назвать работу с вашим аэропортом.
Диспетчер трясет головой и выливает на нее стакан воды и, перепутав руки, чашечку кофе: он утерял самоконтроль.

Третий самолет:
- Да, и хочу поделиться с вами тем наблюдением, джентльмены, что удивительно нелепо и одиноко выглядит на этой высоте человек без самолета.
- Вы в каком смысле??!!
- О. И в прямом, и в философском... и в аэродинамическом.
В диспетчерской пахнет крутым первоапрельским розыгрышем, но календарь дату не подтверждает. Четвертый борт леденяще вежлив:
- Земля, докладываю, что только что какой-то парень чуть не влез ко мне в левый двигатель, создав угрозу аварийной ситуации. Не хочу засорять эфир при посадке. По завершении полета обязан составить письменный доклад.
Диспетчер смотрит в воздушное пространство взглядом Горгоны Медузы, убивающей все, что движется.

- ...И скажите студентам, что если эти идиоты будут праздновать Хэллоуин рядом с посадочной глиссадой, то это добром не кончится! - просит следующий.
- Сколько их?
- А я почем знаю?
- Спокойно, борт. Доложите по порядку. Что вы видите?
- Посадочную полосу вижу хорошо.
- К черту полосу!
- Не понял? В смысле?
- Продолжайте посадку!!
- А я что делаю? Земля, у вас там все в порядке?
- Доложите - вы наблюдаете неопознанный летательный объект?
- А чего тут не опознать-то? Очень даже опознанный.
- Что это?
- Человек.
- Он что, суперйог какой-то, что там летает?
- А я почем знаю, кто он такой.
- Так. По порядку. Где вы его видите?
- У же не вижу.
- Почему?
- Потому что улетел.
- Кто?
- Я.
- Куда?
- Земля, вы с ума сошли? Вы мозги включаете? Я захожу к вам на посадку!
- А человек где?
- Который?
- Который летает!!!
- Это что... вы его запустили? А на хрена? Я не понял!
- Он был?
- Летающий человек?
- Да!!!
- Конечно был! Что я, псих?
- А сейчас?
- Мне некогда за ним следить! Откуда я знаю, где он! Напустили черт-те кого в посадочный эшелон и еще требуют следить за ними! Плевать мне, где он сейчас болтается!
- Спокойно, кэптен. Вы можете его описать?
- Мудак на садовом стуле!
- А почему он летает?
- А потому что он мудак! Вот поймайте и спросите, почему он, мать его, летает!
- Что его в воздухе-то держит? - в отчаяньи надрывается диспетчер. - Какая етицкая сила? Какое летательное средство??? Не может же он на стуле летать!!!
- Так у него к стулу шарики привязаны (balls - "шарики" и жарг. "яйца").
- Его что, Господь в воздухе за яйца держит, что ли?!
- Сэр, я придерживаюсь традиционной сексуальной ориентации, и не совсем вас понимаю, сэр, - политкорректно отвечает борт. - Он привязал к стулу воздушные шарики, сэр. Видимо, они надуты легким газом.
- Откуда у него шарики?
- Это вы мне?
- Простите, кэптен. Мы просто хотим проверить. Вы можете его описать?
- Ну, парень. Нестарый мужчина. В шортах и рубашке.
- Так. Он белый или черный?
- Он синий.
- Кэптен? Что значит - синий?...
- Вы знаете, какая тут температура за бортом?
- Попробуйте сами полетать без самолета.

Этот радиообмен в сумасшедшем доме идет в ритме рэпа. Воздушное движение интенсивное. Диспетчер просит таблетку от шизофрении. Прилетные рейсы адресуют на запасные аэропорты. Вылеты задерживаются.
...На радарах - ничего! Человек маленький и нежелезный, шарики маленькие и резиновые.
Связываются с авиабазой. Объясняют и клянутся: врач в трубку подтверждает.
Поднимают истребитель.
...Наш воздухоплаватель в преисподней над бездной, в прострации от ужаса, околевший и задубевший, судорожно дыша ледяным разреженным воздухом, предсмертным взором пропускает рядом ревущие на снижении лайнеры. Он слипся и смерзся воедино со своим крошечным креслицем, его качает и таскает, и сознание закуклилось.
Очередной рев раскатывается громче и рядом - в ста метрах пролетает истребитель. Голова летчика в просторном фонаре с любопытством вертится в его сторону. Вдали истребитель закладывает разворот, и на обратном пролете пилот крутит пальцем у виска.
Этого наш бывший летчик-курсант стерпеть не может, зрительный центр в мерзлом мозгу передает команду на впрыск адреналина, сердце толкает кровь, - и он показывает пилоту средний палец.
- Живой, - неодобрительно докладывает истребитель на базу.
Ну. Поднимают полицейский вертолет.
А вечереет... Темнеет! Холодает. И вечерним бризом, согласно законам метеорологии, шары медленно сносит к морю. Он дрейфует уже над берегом.
Из вертолета орут и машут! За шумом, разумеется, ничего не слышно. Сверху пытаются подцепить его крюком на тросе, но мощная струя от винта сдувает шары в сторону, креслице болтается враскачку, как бы не вывалился!...
И спасательная операция завершается по его собственному рецепту, что в чем-то обидно... Вертолет возвращается со снайпером, слепит со ста метров прожектором, и снайпер простреливает верхний зонд. И второй. Смотрят с сомнением... Снижается?
Внизу уже болтаются все береговые катера. Вольная публика на произвольных плавсредствах наслаждается зрелищем и мешает береговой охране. Головы задраны, и кто-то уже упал в воду.
Третий шарик с треском лопается, и снижение грозди делается явным.
На пятом простреленном шаре наш парень с чмоком и брызгами шлепается в волны.
Но веревки, на которых висели сдутые шары, запутались в высоковольтных проводах, что вызвало короткое замыкание. Целый район Лонг-Бич остался без электричества.
Фары светят, буруны белеют, катера мчатся! Его вытраливают из воды и начинают отдирать от стула.
Врач щупает пульс на шее, смотрит в зрачки, сует в нос нашатырь, колет кофеин с глюкозой и релаксанты в вену. Как только врач отворачивается, пострадавшему вливают стакан виски в глотку, трут уши, бьют по морде... и лишь тогда силами четырех матросов разжимают пальцы и расплетают ноги, закрученные винтом вокруг ножек стула.
Под пыткой он начал приходить в себя, в смысле массаж. Самостоятельно стучит зубами. Улыбается, когда в каменные от судороги мышцы вгоняют булавки. И наконец произносит первое матерное слово. То есть жизнь налаживается.
И когда на набережной его перегружают в "скорую", и фотовспышки прессы слепят толпу, пронырливой корреспондентке удается просунуть микрофон между санитаров и крикнуть:
- Скажите, зачем вы все-таки это все сделали?
Он ответил: "Ну нельзя же все время сидеть без дела".

Профессор наркологии

Знакомая рассказывала:
- У нас в школе, на родительском собрании, должен был выступать профессор, доктор из наркологического диспансера. Ну, с лекцией о подростковом алкоголизме и наркомании.
Пришел дядька такой невзрачный, зачуханный какой-то, по виду и не скажешь, что профессор.
Но как начал говорить - заслушаешься!
Я столько нового для себя узнала!
И про симптомы, и про стадии, потом ещё он очень интересно говорил про разные виды алкоголя, про самогоноварение, я себе даже несколько рецептов записала...

Потом правда оказалось, что это никакой не профессор, а пациент этого самого диспансера.
Его просто послали предупредить, что доктор заболел, и лекция отменяется...

Горький хлеб маминого сына.

Нет большей напасти для человека, чем родительская любовь. Настоящая. Слепая. Маниакальная. Позвони-домой-а-то-я-не-я. Большинство неприятностей бьют индивидуума снаружи, и только эта разъедает изнутри ежедневно, в самом податливом возрасте. Даже тюрьма, сума и армия деформируют личность не больше, чем ежедневное требование надеть шарф. Съешь морковку. Съешь яблочко. Чайку не хочешь? Через час будем обедать. Через полчаса будем обедать. Через 15 минут будем обедать. Где ты ходишь, мой руки. Только не поздно. А Миша не у вас? А во сколько он выехал? А шапку он надел? Она вышла замуж? Так ты из-за этого только? Она тебя не стоит, глупая провинциальная девочка. Почему ты на меня все время орешь? Я тебя провожу. Я тебя встречу. Тебе пора спать. На улице холодно. Запрись как следует. Опусти уши. Не печатай это, я боюсь. Не пей сырую воду, не пей сырую воду, не пей сырую воду.


Твоя мамахен носится по кварталу в тапочках, ищет тебя? Спасибо, я так и думал, дай сигарету. "Главное, со всем соглашаться, учил товарищ по несчастью. Звонит вечером друг с вокзала: встречай. Одеваешься. Выходят в прихожую, говорят: никуда не пойдешь, поздно. Хорошо, никуда не пойду. Раздеваешься. Уходят. Опять одеваешься и быстро уходишь, не обращая внимания на крики на лестнице". Он неврастеник, мой друг. Боксер и неврастеник. Дикое сочетание.
Три года живет в Германии без родителей, со своей семьей, и все еще неврастеник. Любит "Прирожденных убийц". Я его понимаю. Людям не видавшим понять не дано. Они легки и снисходительны. Когда им говоришь, что собственный дедуля тяжело больной психопат, потому что через пять минут после звонка едущей домой сорокалетней дочери вперивается в дверной глазок и пятьдесят минут стоит столбом, они наставительно говорят, что вот, когда у тебя будут свои дети, тогда ты поймешь. Они просто счастливые дураки. К ним, в сорок лет зашедшим к соседке покурить-покалякать, ни разу не являлся 65-летний отец и не уводил за руку домой, потому что уже поздно.

Они наивно смеются и предлагают, в крайнем случае, разменять квартиру.
Им невдомек, что человек, видавший лихо родительской любви, не умеет разменивать квартиру. Дай Бог, чтоб он умел хотя бы за нее платить. Он вообще ничего не умеет. Принимать решения. Принимать похвалу. Жить вместе. Приспосабливаться. Уступать. Держать дистанцию. Давать в морду. Покупать. Чинить. Отвечать. От ужаса перед миром он ненавидит людей гораздо сильнее, чем они того заслуживают.

Внешняя любовь для него наркотик, который он всегда получал бесплатно и здорово подсел. Наркотическая зависимость прогрессирует, истерической маминой любви уже недостает, нужны сильные галлюциногены, а их за так не дают. А любить он, между прочим, тоже не умеет, потому что для любви всегда нужна дистанция, а он зацелованный с детства, да и отдавать не привык, да к тому же знает, как обременительна любовь для ее объекта, и инстинктивно старается не напрягать симпатичных ему людей. Начинаются метания между "я червь" и "я бог", мучительные думы, рефлексия, взгляд на себя со стороны, который не может не усугублять. Когда в дорогом ресторане представляешь себя чужими глазами, немедленно начинает дрожать рука, и все падает с вилки.

Взрослый любимый ребенок это наследный принц, которого гуманно отпустили жить после того, как папе отрубили голову.
Лучше б не отпускали. Лучше добить сразу. Сочетание тирана и младенца в одной душе надежно отрезает человека от человечества. Дальше маминой помощи уже не надо: одиночество точит и портит принца самостоятельно; трагедия его уже самоналажена, он способен воспроизводить ее сам. Впрочем, если мама еще не умерла, она всегда найдет время позвонить и спросить, что он сегодня кушал и куда запропастился вчера. Это давно уже стало бичом целых наций. Вернувшийся из Израиля друг рассказывал, что там выросло целое поколение вечных недорослей детей тех, кого миновал погром и крематорий. Детей, которым никогда не стать взрослыми, потому что им до старости будут внушать, что они похудели, и не пускать на улицу, потому что там собаки, машины и преступники.

Так мир делится надвое еще по одному признаку. На одной его стороне живут нервные одинокие неряхи с суицидальными наклонностями, до старости пытающиеся казаться крутыми. На другой легкие, праздничные, всеми любимые куролесы, до старости сорящие деньгами и палками. У них все хорошо. В момент их полового созревания родители занимались работой, друг другом, устройством личной жизни, но только не любовью к чадам. Кого-то отец- режиссер в 16 лет оставил в квартире с деньгами на два года и уехал с мамой в экспедицию. Кому-то отец-академик в те же 16 заявил: "Дальше сам. Вот твоя комната и завтрак дома, а остальное не наше дело". У кого-то отца не было вовсе, а мама и до сих пор ягодка опять. "Значит, это правильные дети, их можно отпускать одних, не то что моего", спокойно скажет на это любая профессиональная мать и солжет. Это не правильные дети это правильные родители. В 16 лет бросать одного можно и нужно любого человека, кроме Сережи из книжки "Судьба барабанщика", который то г оржетку продаст, то шпионов напустит.

В несословном обществе принц всегда несчастней нищего, инфант беспризорника, Сид Сойер Гекльберри Финна. У одних жизнь проходит в жалобах и мечтах, у других в фантастике и приключениях. Одни ездят к друзьям жаловаться на экзистенцию, другие тайком от жены пообнимать очередную ляльку, счастливую и благодарную. Одни месяцами думают, что надо бы вымыть пол, другие в полдня обустраивают новое жилье. Одни намертво впаяны в свою квартиру другие меняют ключи, как перчатки, снимая, женихаясь и гостя у друзей. Военкоматы никогда не могут их найти, а если находят, то натыкаются на уверенно и быстро сделанный отмаз, а если прихватывают, то и здесь ваньки-встаньки легко оказываются в секретке, в чертежке, в оркестре, причем безо всякой протекции, с детства приученные решать проблемы. В боевых "мазутах" служат с детства закутанные чада. Назад они приходят с удвоенной миробоязнью, замкнутостью и ненавистью к человечеству. Родня выстригает им седые виски и тут же рекомендует одеться потепле е.

Это тихое, глухое, механическое помешательство. Чтобы ребенок рос здоровым, его посреди четвертого класса загоняют в постель через минуту после Нового года и три часа удовлетворенно слушают рыдания в подушку. Чтобы дочь поскорее взялась за ум и стала счастлива, ей говорят, какая она зря прожившая жизнь дура, в день рождения, с шампанским в руках, в виде тоста.

Липкие, как леденец, назойливые, как цветочная торговка, глухие, как почетный караул, родители упорно и злобно не желают видеть, что болеют те, кого кутали, одиноки те, кого женили, и бьют тех, кого провожали. Они методично отстаивают свое право любить, пока самым смелым в предположениях детям не приходит в голову, что защищают они себя. Это я должен гордиться дочерью, а она дура и в двадцать пять живет с женатиком. Это мне хочется, чтобы сын справлял день рождения дома со мной, а что ему хочется это неважно. Это я волнуюсь, когда тебя нет дома, поэтому умри, а будь в десять. А то, что ты, предположим, к морозу привык и на снегу спал не раз и не десять, это наплевать, я же тебя там не видел, и сердце у меня не болело, а здесь изволь застегнуться. Еще живой отец, очень правильный дядя, сказал однажды маме: "Если б ты никогда не вышла замуж, твой папочка бегал бы вокруг тебя, жалел, хлопал крыльями и был бы счастлив".

В общем, я понимаю, почему у Жени Лукашина из "Иронии судьбы" до тридцати шести не было семьи. У него зато была мама. Та самая. Мировая.

Странные решения для ремонта :)

.........................................................................................................
Похоже не только русские на столько сообразительны :)

По Севастопольской бухте

По Севастопольской бухте

Читать далее...