-Метки

lomovolga акварель актеры и актрисы аналитика архитектура видео вов война вторые блюда геология голливуд город графика деньги деревня дети дизайн дом европа жанр женщина живопись животные закуски здоровье знаменитости игра престолов избранное иллюстрации интернет интерьер искусство история камни кино китай классическая музыка космос кошки кулинария литература любопытно макро монстед море москва мужчина и женщина музеи музыка мясо наука нет слов новороссия ню обман одежда оружие пейзаж песня позитивчег полезности политика портрет поэзия праздники преступления приколы природа религия ретро рецепты россия русский язык русское семья сказки смерть собаки ссср ссылки сталин старые матера статьи сша сюрреализм техника украина умности факты фауна фотоискусство храмы христианство цветы человек шок экономика эротика ювелирные изделия юмор

 -Рубрики

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в nomad1962

 -Подписка по e-mail

 

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 08.03.2009
Записей:
Комментариев:
Написано: 73123


Художник Уджал Ахвердиев. Душа у всех - главное

Четверг, 21 Февраля 2013 г. 18:11 + в цитатник
Цитата сообщения красавицу_видеть_хотите Художник Уджал Ахвердиев. Душа у всех - главное.

3- уджал художник (200x227, 21Kb)"Я писал всегда душою. Душа подсказывала, как писать, и иногда я добивался того, что она требовала от меня. Душа выбирала тех, кого я любил. Душою же я и в Бога верую так, как Душа одна понимает. Душа очень требовательна, поэтому я часто переписывал хорошие свои картины, чтобы понять, чего Душе надо, а не картины ради.

Картина – иносказание, как притча, смотря, что художник стремился донести или передать (иной раз художники не сознают, что передают тем или иным изображением). Бывают картины просто бытовые, но и бытовая тема несет в себе соприкосновение с образами для всех заповедями, законами Духовными, и у кого Душа о том знает, тот и бытовые картины напишет так, что мир горний осветит ее и предметы в ней и события тайны вечной. И зритель это ощущает даже непросвещенный, потому как Душа у всех – главное."
Уджал Ахвердиев - талантливый художник, удивительный человек даривший всем свое тепло и учивший любить жизнь.


Волшебный сад

Уджал Ахвердиев родился 9 июня 1955 года в городе Шеки, в семье художника Гасана Ахвердиева, где почти все были увлечены живописью. Окончил Художественное училище имени А.Азимзаде. С 1989 по 1991 годы - стипендиат Академии художеств СССР. Работы известного мастера выставлялись в Австрии, Германии, Франции, Америке, Норвегии, Турции... Остановилось сердце художника 16 декабря 2004 года.
Но художник жив, пока живет его искусство
А искусство живет пока оно хранимо.

А Вам я Небо напишу,
И званый бал цветов и листьев,
И свечи звезд не погашу –
Ведь в сказке нужен свет их истин.
Нужны надежды и мечты,
Скользящие по глади пруда,
И дар любви и красоты –
Хотя бы маленькое – чудо.
Еще – часы переведу
На много дней назад и в вечность!

1942 год… 26-летний Гасан Ахвердиев (к тому времени известный художник, а на фронтах Второй Мировой – только солдат) угодил в немецкий плен. По возврашении на родину, вчерашний защитник Cевастополя столкнулся с обвинением в измене. В результате – сибирская ссылка…10 лет в Инте; по прибытии оттуда неожиданно превратившийся во «врага народа» — отправился на поселение в Уджары. Там он и познакомился с будущей женой, врачом Верой Ивановной Калининой, подарившей ему настоящий дом, тепло, уют и четырех малышей.

Ожидание Айтан

Саида, Аида, Гусейн и Уджал росли в атмосфере творческой вседозволенности; рисовали, лепили, а потом на любительскую камеру снимали домашние мультфильмы с пластелиновыми героями. Общим для них было детское увлечение живописью; для троих оно переросло в профессию: сегодня Саида – керамист, Гусейн - скульптор и художник, и лишь Аида стала переводчиком. Отец поощрял в отпрысках страсть к экспериментам. Здесь приветствовали оригинальность, никого не удивляли странные мечты…

Нежность

К 16 годам талант Уджала потребовал огранки. Он много учился: Художественное училище (1976), и Педагогический институт в Баку (1979). Попытка поступить в Таллинский Институт Искусств окончилась неудачей. Дело испортили ангелы, которых изобразил абитуриент Ахвердиев, полагая, что "Эстония не СССР и можно писать на любую тему".

Автопортрет

После смерти отца семья лишилась мастерской в Доме Художников. В замен – гораздо более скромная студия; правда, как раз там Уджал провел лучшие годы. Стены и крыша не могут значить слишком много для человека, которого волнует мир за ними.Лучшие свои картины он не единожды переписывал, добиваясь не совершенной техники письма, а точной передачи душевного состояния - когда картина, переставая быть только "плоскостью с изображением", становится откровением.

Влюбленные

История одной картины. С Еленой Исакаевой они познакомились еще в Институте: она – первокурсница, он – почти совсем взрослый - на третьем курсе. Среди выставленных в зале Академии студенческих работ его сразу же обрашали на себя внимание. Она подошла, чтобы лучше разглядеть одну из картин, да так и замерла возле полотна, не в силах отвести глаз.. Девушка не знала, что, буквально загипнотизировавшая ее работа, была автопортретом Уджала, а в тот самый момент поняла, что картина ее не отпускает… Может, уже тогда она ощутила незримую связь с человеком на картине, заглянула в его душу и не смогла вынырнуть? А потом повтречала и автора. Все было как в кино… Залитый солнечным светом лестничный пролет. Стайка хорошеньких девушек, завороженно слушаюших Его. Художник – бородат и обаятельно раскован. Мужем и женой они стали в 1987 году. Перед свадьбой оба крестились. Имя принятое Уджалом при крещении – Петр ( этим именем его звали близкие).

А она сидит на столе, ногой качает
В полосатом платье.
Ногу на ногу кидает
И глядит из-под руки,
Будто кукла из коробки
И раскидывает вату
И разлинывает ноты
И полоски нот на платье
И скрипичный ключ в кармане
И в ореховой скорлупке
Половинки всех загадок
И в подстриженный затылок
Дует ветер.
Подступает где-то полночь,
Дымоход посыпан сажей,
А она сидит, качает
Ногу на ногу закинув
В дымоход насыпав сахар…
Все - летучие печали.

Прятки

Жили и работали в одной на двоих мастерской, двери которой никогда не запирались. Работать Уджал привык в любых условиях. Он не смущался присутствием посторонних: вести беседу, дискутировать и рисовать мог одновременно.

Приготовление вина

Я подброшу в печь поленья,
В кольца задымлю табак,
И еше я люблю собак
И хорошее настроение.

И люблю чтобы друг пришел,
Постучал в стекляшки окон,
Чтобы мой папиросный шелк
Забивался бы в друга локон.

Чтобы был разговор красив,
Откровенен и чуть печален
И словам быть круженьем чаек
И вино и тепло наразлив.

Его любили все и все без исключения (от сапожников, чайханщиков, разносчиков газет до служитетей муз) считали своим лучшим другом. Он обладал замечательной и редкой способностью подмечать лучшее в людях, очаровываться моделью, улавливать внутренний свет, способный преобразить самые заурядные черты. Елена Ахвердиева улыбается, говоря о муже: "За то время, что мы с вами беседуем, он уже наверняка написал бы портрет… и не обычный портрет. Посмотришь на такой, и думаешь: "Вроде бы я, но какая же я красавица!". А еще он никогда не стремился подавить собеседника величием собственного таланта. Напротив, рядом с ним любой чувствовал себя сильным, способным на подвиг.

Танец

Женский портрет

Восточные красавицы

Продавщица специй

Талисман

В своих картинах Уджал, прицеливаясь на глубинную сущность изображаемого, улавливает и запечатлевает момент настройки фокусировки изображения – зрителю самому приходится достраивать кадр по собственному разумению. Отчужденность, закрытость внутреннего мира изображаемых, не доходя, однако, до маньеризма, присуща творчеству Уджала. И, возможно, тяга к словесному творчеству объясняется желанием восполнить контакт со зрителем - читателем. Через Слово Уджал раскрывает и свой внутренний мир, и процесс творчества.

И я могу видеть стихи воочию
В любую погоду, в любом переулке,
Но больше люблю, когда ветер в клочья
Рвет тишину городской шкатулки.

Лето

Ревность

Я – как ветер: тру и тру
Ладонью стены, и как море
Перекатывает стекла,
И как смолы и медузы,
Насекомое и солнце,
И как соль и геликоптер,
Как слоны трубят тревогу…
Так рождаются картины.

Восточная красавица

Море

Переход через море

Я хочу, чтобы было чуть-чуть волшебства
В этом городе улиц домов и бульваров…
Город снов

Я художник этого города. Этот город – мой сон…" говорил он. В этом сне нет социальных реалий, нет асфальтного лоска, нет царапающего гладь моря нефтяного налета… Город Уджала существует только на его холсте.

Города по ночам слепнут,
Будто брошенные в долговой яме,
Ноят, и поют тоски песни,
Как бы спрашивают подаянье.

Этим городам нет счета,
В темноте они все – серы,
И обманщики там звездочеты,
И все более народ – маловеры.

А в моеме городе всегда – ветры
Гнут деревья, и стучат в окна.

Как живем, нескучные поэты?
С клочьями задумок по карманом,
С сухарем, заложенным в манжету,
В голубином сердце с барабаном?

Скоро встрепенутся путешествий птицы
Фыркнет конь от взваленной поклажы
Время снаряженья колесницы
Станет тайной утренней пропажи.

Новолетние ветры спекутся,
Вытекая из расщелин и трещин
Путники! Спеши разуться
В приключений облачайся вещи!

Святой Иероним

К своему Храму художник, как он считал сам, шел всю жизнь. Рано, еще в отрочестве, проснувшийся интерес к русской и славянской иконописи, чтение почти недоступного в Советское время Евангелия, и стремление писать - как и боготворимые им итальянские живописцы - картины на библейские сюжеты ("Святой Иероним", "Бегство в Египет") были только этапами длинного пути. Он создавал восхитительных, лучившихся любовью Мадонн и свою "Вавилонскую башню".

Бегство в Египет

Мадонна

Последние 5 лет жизни Уджал посвятил росписи Церкви Архангела Михаила – ей. таким образам, досталось все лучшее из накопленного им за целую жизнь…Но в 2004 году Уджала Ахвердиева не стало. Так сложилось, что заканчивать работу пришлось уже жене Елене. По-началу, она сомневалась, но мысль о том, как много значило для мужа его последнее детище, вселила уверенность - церковь не должна остаться незавершенной.


Уджал почти все успел, предстояло сделать немногое, но одной было не справиться. И тут приключилось невероятное. Люди стали приходить с предложениями помочь – среди них практически не было профессионалов - все юные, почти дети с открытыми сердцами и светлыми лицами. Она принимала всех с радостью, ведь нужна была любая помощь. Красили, шпаклевали, жили одной дружной семьей, а когда наконец все было готово, ей приснился сон: она входит в знакомую церковь, только своды как будто чуть повыше. Внутри все бело… белые стены, потолок, иконостас, а возле него Уджал. Он в белой рубахе и свободных полотняных штанах, в руке - кисть. Художник смотрит на жену внимательно, потом оборачивается и начинает рисовать. Лена в волнении спрашивает: "Как, Уджал - опять?". Он, ласково улыбнувшись, кивает: "Да, опять".

"А может, любовь и память и есть м а ш и н а в р е м е н и,
сводящая на нет дистанцию между прошлым и будущим?... " (Муслим Магомаев)

 

 

музыка - Alihan Samedov (азербайджанская зурна)

Рубрики:  ЖИВОПИСЬ
интерьер
Метки: