О фильме "Духов день"


Эта картина представляет собой мысленное путешествие героя в своем прошлом, несущем отпечаток детского мировосприятия. Главный герой, Иван Христофоров (Юрий Шевчук), открывает в себе странное свойство непроизвольно взглядом взрывать окружающие предметы. Пытаясь понять причину и смысл этой необычной способности, он обращается к фамильной истории. Именно из-за этого дара на него начинают охоту спецслужбы, а внимание секретной государственной службы не сулит Христофорову ничего хорошего…

Сергей Сельянов, снявший за свою творческую биографию всего лишь три художественных фильма, сегодня воспринимается прежде всего как один из самых успешных российских кинопродюсеров. Руководитель кинокомпании "СТВ" на постоянные вопросы о том, почему он сам сегодня не снимает кино, отвечает всегда одинаково: "Потому что не хочу". Как жаль! Его фильмы конца 80-х "День ангела" и "Духов день" выгодно отличались от всей постперестроечной киночернухи удивительной образностью и одухотворенностью. Это были работы режиссера очень странного, со своим особым киноязыком. Фильм "Духов день", вышедший в отечественный кинопрокат в 1990 году, правда, не стал сенсацией. К этому времени советских зрителей уже отучили ходить в кино, и прокат был практически убит. Изредка "Духов день" показывают по телевизору, и фантасмогоричная история Ивана Христофорова, взрывающего своим голосом кочегарки, по прошествии стольких лет совсем не смотрится старомодной. Сергей Сельянов и Юрий Шевчук рассказывают Александру ДОЛГОВУ о подробностях создания фильма "Духов день".

Идея
Сергей Сельянов: Я помню, как все это придумалось. Это было примерно за год до съемок, году в 1988-м. Мы с Михаилом Коновальчуком, автором сценария, шли летом в Васкелово по лесной дороге. Закат, родные просторы, красивые виды. Романтическая атмосфера. И мы придумали этот фильм, — несколько метафорическую историю с философской подоплекой. Не то, чтобы связь философии с современностью, но... что-то там есть в фильме. Как-то попало в настроение. И, слово за слово, — идея фильма сложилась во время этой прогулки. Не помню, кому пришла в голову мысль пригласить на главную роль Шевчука. Мы довольно долго и хорошо с ним общались, я слышал его записи. Слышал, как он поет под гитару, но на концерт DDT попал уже несколько позже. Шевчук мне казался чрезвычайно артистичным человеком. На сцене он не просто пел, а играл моноспектакль. Он обладал той энергией, которая для этого фильма была нужна. В нем было содержание, необходимый стержень, своя внутренняя организация. Шевчук совпадал со своей ролью. Нам было не нужно, чтобы Шевчук играл рокера Шевчука (как это было с Кинчевым во "Взломщике" или с Цоем в "Ас-се"). Нужно было, чтоб он играл другого человека. Наверное, сыграло свою роль и то, что рок-музыканты были тогда не то чтобы властителями дум, но наиболее яркими представителями... Несли в себе свою правду. В каком-то смысле они олицетворяли народ в тот период перемен. Яркие, честные, сильные. И, разумеется, Юра просто талантливый человек. Хотелось что-то поменять, — показать на экране новое лицо. Не хотелось снимать просто советских артистов.
Юрий Шевчук: Я подружился с Мишей Коновальчуком, сценаристом с "Ленфильма". Он писатель, поэт, художник. Служил в морском флоте. Миша меня познакомил с Сельяновым. Фильм "День ангела" меня потряс. Это был совершенно новый язык в советском кино того периода. Это было не похоже на видение других режиссеров. Какой-то свежак, необычный взгляд на мир. Реальный и, вместе с тем, чуть-чуть нереальный. Мне это очень понравилось, и я согласился играть в "Духовом дне".

Иван Христофоров
Сергей: Образ Ивана Христофорова — вымышленный. Как и вся придуманная история. Шевчук снимался в той же самой одежде, в которой ходил в жизни. Он же все-таки не актер. Мы сохранили его собственную органику, — ведь человек одевается не случайно так, как одевается. Мы даже не пытались как-то специально одевать Шевчука, поскольку его герой — это некий современный человек. Демократичный образ, что ли. Так одевались многие в то время. Мы обсуждали тему очков — исключительно из технических соображений. Свет нужно специальный устанавливать и так далее. Но пришли к выводу, что очки нисколько не мешают. Ну, установили необходимую аппаратуру. И Шевчук в фильме — в очках. В этом тоже что-то есть. Ощущение достоверности. Шевчук — не Герой с большой буквы. Вообще, образ вырос из его внутренней сущности, сделать из Шевчука что-то более яркое, чем он сам, мы не пытались. То есть ничего лучше и выразительнее придумывать было не надо.
Юрий: Я не актер. Не знаю, удачно я сыграл в "Духовом дне" или неудачно. На самом деле, я ничего там и не играл. Сергей Сельянов интересно работал с актерами, говорил: "Возьми текст, живи, рефлексируй. Думай так, как думается, двигайся так, как движешься". Поэтому, с одной стороны, мне было очень легко, а с другой стороны, очень сложно. Потому что под камерой быть самим собой очень трудно. Начинаются какие-то черти в голове: а может быть, тут что-то сыграть? Но это вот Сельянов очень четко обрубал. Гасил все мои попытки стать Робертом Де Ниро. И слава Богу!.. Я играл в том же, в чем в жизни ходил. Летная куртка, пробитая пулей в 1942-м, один летчик-фронтовик мне ее подарил. Это было удивительно по-настоящему.

Концепция
Сергей: "Духов день" — попытка метафор. Материализация каких-то внутренних состояний. Кино ведь искусство изобразительное. Природа кино требует, наглядности, яркости. При этом — язык символов. Каждое действие на экране — некий код. Голос, который способен взрывать, — некий способ взаимоотношения с миром. Человек на какие-то вызовы отвечает. Какие-то у него с этим миром есть отношения. Они напряженные. Он жаждет с этим миром объясниться. Не всё его устраивает в жизни. В нем есть внутренний протест. И этот протест выражается в немножко фантастическом виде.
Юрий: Небывальщина. Мифотворчество. Реальная фантастика, которая существует и в жизни, вокруг нас, которую нетрудно увидеть, но почему-то ее никто не замечает. Совершенно другой взгляд на вещи — на Россию, на людей. Мы еще хотели высмеять всех этих выросших как грибы после дождя кашпировских. Это же было время колоссального увлечения спиритуализмом. У миллионов волосы на голове чернели, мертвых воскрешали. Джуны, чумаки, пройдохи эти. Нечисть. В фильме была сатира, ирония.

Музыкальное сопровождение
Сергей: Шевчук — музыкант, композитор. Мы не хотели эту тему эксплуатировать. Не логично было бы, если б он каждые пять минут пел какую-то песню в кадре или за кадром. Мы совершенно сознательно от этого отказались. Возможно, еще и потому что это был такой период романтизма... Меня смущало, что у нас снимается Шевчук. То есть хотелось, чтобы люди шли в кино ради фильма, а не ради его песен. Хотите послушать песни, — идите на концерт DDT. Не хотелось использовать эту тему, как-то спекулировать на ней. Выезжать на песнях Шевчука. Поэтому музыкальную часть мы минимализировали до одной финальной, не очень известной шевчуковской песни. Я люблю многие песни Шевчука, но попросил специально подобрать что-то не очень известное. Он принес десяток песен, — я выбрал один романс, он мне очень понравился... В фильме, конечно, есть и другая музыка, — ее написал Шевчук, но она выполняет чисто рабочие функции — вспомогательные, настроенческие.
Юрий: Сразу был уговор, что никакой рок-музыки в фильме не будет. И это было правильно. Потому что во всех остальных картинах, где снимались рок-музыканты, они и были рок-музыкантами. Здесь закадровая музыка — классическая в основном. Сельянову очень нравился мой романс "Вот Сижу У Окна И Смотрю На Дорогу...". И он попросил из этого романса завораживающего сделать марш, который и звучит в конце. Вот эта уходящая Россия. Такая метафора.

Съемки
Юрий: Снимали "Духов день" в Питере, в Ленинградской области. Деревня, детство этого мальчика. Мне кажется, детство — лучшая часть фильма. Когда вся деревня спит. Велосипедист проезжает — спит, спит собака. Спящая Россия... Такие простые образы, но так здорово сделанные. Столько находок интересных! Рельсы, уходящие в никуда, просто в землю. Бочка эта — как символ перехода в нуль-пространство, говоря языком современных фантастов. А сколько не вошло всего! Жаль, что не вошла любовная лирика. У мальчика была дружба с девочкой. Сельянов всю эту линию вырезал. Мы сами какие-то фразы придумывали: миллионы генов нас сделали, вереницы генов, — и я всплываю, как глубоководная рыба... Вот эти размышления о свободе человеческой языком поэтическим. Все это было очень интересно. Я помню последний день кадр. В деревеньку, где его сняли, мы привезли аппаратуру, сделали концерт. Мы там жили в каком-то пионерском лагере и прямо на траве отыграли большой концерт. Накрыли столы для всей съемочной группы. И так здорово отпраздновали. Все закончилось страшной дракой с местными уголовниками. Мне досталось больше всех, как обычно. Но это было тоже здорово! Настоящий рок-н-ролл!

После фильма
Юрий: Работа над ролью Ивана Христофорова заняла много времени — полгода, после чего мне пришлось дать группе слово, что такое больше не повторится, потому что DDT чуть не развалились. Так долго не играть — мы к этому не привыкли! В конце 80-х DDT существовали на уровне куплетов рок-н-ролльных все-таки, как я сейчас понимаю. И работа над этим фильмом мне дала направление. Философичность какую-то. Понимание необходимости находиться не только внутри ситуации, но и иногда снаружи. Вот этому меня во многом научили Коновальчук и Сельянов. Ночные беседы с ними во время съемок меня потащили в другую сторону. И песни стали другие писаться. Поэтому в 1991-92 годах DDT стали другой группой.

Декабрь 2005, FUZZ

Качнуть фильмец можно осюдова : http://www.megashara.com/movies/72824/duhov_den.html