Итак. Малевич!
Мы очень долго собирались и все-таки поехали .
Был последний день выставки , и, несмотря на бесплатный вход, народу было немного.
Собрание довольно большое, более 300 работ. Много рисунков,акварелей,гуашь, картины в основном из частных коллекций Чарджиева и Костакиса,а так же из музеев Лондона, Греции. Амстердама, Германии,Нью-Йорка,Парижа, из России.
Он пробовал себя в разных жанрах, много удивительных картин в стиле Сислея и Писсаро,на ум приходят Пикассо и Маяковский.
В конце жизни писал реалистические портреты матери, дочери, жены, автопортрет.Здесь удивительны глаза.
В рамках своих теоретических исследований он делал плоскостные картины, в стиле русских икон.
Крестьяне на поле, отгороженные шлагбаумами, безликие. Портрет работницы, которая своими мускулистыми руками держит... никого, а по форме младенца.
Автопортреты 1910, 1915 и 1933 годов выглядяткак написанные разными авторами, столь различны манеры их написания.И движение от импрессионизма через символизм,кубизм,фовизм далее вперед...
Черного квадрата не было, но был красный, были композиции " белое на белом", различные кресты и композиции под номерами.
О времени его работы в Витебске напоминают работы такого же стиля, что и у Шагала. Время архитектурных поисков представлено макетами зданий.
По сравнению с выставкой в Санкт-Петербурге здесь меньше работ,отражающих революционный период, больше рисунков и , видимо, работ оставленных в Европе после выставки в Берлине.
Только придя домой я познакомилась с его биографией, откуда узнала, что он работал чертежником. Как и в ранних работах Пикассо, у которого отец работал преподавателем черчения, у Малевича очень много работ прямо отсылающих к этому ремеслу.
На выстаке Пикассо были . которую я видела раньше, были представлены его проекции, развертки. повернутые так, что получались интересные кубические работы.
Здесь Малевич чертит "квадраты и круги", переиначивая их, доказывая свою теорию беспредметности мира.
Проецируя все его работы на историческую перспективу, многое делается понятно: И поиски , и отчаяние, и полет фантазии. и уход в теорию, и возвращение к реализму в период смертельной болезни.
А церковь, написанная в стиле белое на белом чудо как хороша.
