Большое количество информации о ребенке мы получаем, наблюдая за ним, его игрой, общением, поведением. Однако нередко за кадром остается самое важное — внутренний мир. Как на ребенка влияют происходящие события, какие выводы он из них делает о жизни и о себе? Что чувствует, что его беспокоит? Спросите напрямую — не ответит. Не потому, что скрывает что-то, просто он еще не владеет в достаточной мере речью, чтобы рассуждать о чувствах и переживаниях, а уж тем более объяснять причины своих импульсов. И не каждому взрослому такое под силу.

В таких случаях можно использовать сказку. Сказки любят и понимают все дети, ведь мышление детей основано на оперировании образами. Именно с помощью образного языка можно общаться с ребенком на очень глубоком уровне. К тому же сам факт общения на языке ребенка, языке сказки, уже терапевтичен. Кроме того, вас ждет удивительный мир совместного творчества, который преодолевает все преграды.

Суть приема заключается в том, что вы рассказываете ребенку маленький фрагмент сказки. При этом, описывая сказочную семью, вводите персонажей, соответствующих вашей семье: кто такие мама и папа, сколько детей в семье, какого они пола. Вы сможете потренировать ваши творческие способности. Потому что надо не просто рассказывать сказку, а на ходу ее видоизменять и продолжать сюжет в направлении, выбранном ребенком. Затем задаете ребенку вопрос: «Как ты думаешь, что было дальше»?

Два важных момента. Во-первых, ребенок не должен чувствовать, что вы что-то пытаетесь у него выведать. Нужно выбрать удобный момент. Может быть, стоит дождаться, чтобы он сам попросил рассказать сказку, особенно если это принято в вашей семье. Во-вторых, никак не комментируйте ответы малыша. Постарайтесь их подробно запомнить, а потом записать и подумать о значении. И не надо сразу рассказывать все сказки: и сами запутаетесь, и ребенок устанет.

Обращайте внимание на то, как ребенок слушает сказку. Если он волнуется, прерывает рассказ и предлагает неожиданное окончание, отвечает торопливо, понизив голос, краснеет или бледнеет, если он отказывается отвечать на вопрос — все это признаки остроты проблемы.

Вот несколько примеров сказок на разные случаи жизни.

СКАЗКА ПРО ЧАСЫ

«Когда-то давным-давно, в одной далекой стране жил один часовых дел мастер. Он за свою жизнь изготовил множество часов. Но те, которые ему больше всего нравились, он оставлял себе. И вот в его доме поселилась целая семья часов: Маятник, Часы с кукушкой и маленький (маленькие) Будильник (будильники) (перечисляете членов вашей семьи). Маятник был самый важный, еще бы, ведь по нему сверял время сам часовых дел мастер. Маятник все время торопился на работу, ему надо было считать секунды, минуты, часы. Часы с кукушкой тоже часто были заняты — ведь кукушке надо было все свежие новости срочно передать другим кукушкам, из других домов, а также следить за домом. А между прочим, никто не освобождал ее и от работы — отсчитывать время.

А маленькому Будильнику иногда было скучно и даже грустно... Как ты думаешь, почему маленькому Будильнику было иногда даже грустно?.. Однажды...»

Какая получилась сказка? Не сделал ли Будильник чего-то разрушающего, чтобы отвлечь Маятника и Часы с кукушкой от их дел и забот? Сюжет пошел по другому руслу? Ну и хорошо, значит, у малыша особых проблем с недостатком внимания нет.

СКАЗКА «ТЯЖЕЛЫЕ ВРЕМЕНА»

«Жили-были в лесу зайчики. Заяц-папа, зайчиха-мама и зайчонок-сынок (дочка). Вот однажды говорит заяц-папа зайчихе-маме: «Ты знаешь, наступили тяжелые времена. Я долго думал, как нам выжить. И придумал. Давай-ка мы...» Как ты думаешь, что сказал заяц-папа?»

Эта сказочная завязка позволяет нам понять, как себя чувствует малыш в семье, а также узнать, как он воспринимает семейные проблемы.

СКАЗКА «САДОВНИК И КУСТИК»

«В одном саду посадил садовник маленький кустик. Садовник очень любил свой маленький кустик, регулярно поливал, окучивал. А еще он подрезал время от времени кустик, чтобы придать ему красивую форму. А у кустика веточки все время отрастали в разные стороны. «Непорядок», — говорил садовник и снова подрезал кустик. И вот в один прекрасный день... Как ты думаешь, что произошло в один прекрасный день?»

В этой сказке нас интересует, не испытывает ли ребенок давления, чрезмерного контроля, подавляющего инициативу. В сказке это может выразиться в протесте, бунте кустика.

СКАЗКА «ВОРОН»

«В некотором царстве, в некотором государстве жили-были царь с царицей. И был (была) у них сыночек (дочка) царевич (царевна). Жили они поживали, лиха не знали. Да тут, на беду, пролетал над их королевством черный ворон. Увидал он царевича (царевну), в саду играющего, схватил, да и уволок в свое царство. Стал(а) просить царевич (царевна) ворона: «Отпусти ты меня, я хороший (хорошая)». А ворон и говорит: «Ладно, отпущу я тебя, только при одном условии. Если назовешь мне по правде три своих хороших качества. Если поверю тебе, отпущу...» Как ты думаешь, какие свои хорошие качества назвал (назвала) царевич (царевна)?»

С помощью этой сказки можно узнать, какова самооценка ребенка, уверен ли он в себе. Считает ли малыш, что он хороший, красивый, умный, сильный? Подбадривайте ребенка, нерешающегося сказать о себе хорошее. Надо же спасти царевну (царевича). После благополучного перечисления черт ворон относит царевну (царевича) домой.

СКАЗКА «ЗАКОЛДОВАННЫЙ ПРИНЦ (ПРИНЦЕССА)»

«В некотором царстве, в некотором государств жил-был (жила-была) принц (принцесса). Но жизнь у него была невеселая, потому что был он (она) заколдован(а). Как ты думаешь, за что его заколдовали?»

В этой сказке речь идет о чувстве вины. Чувствует ли себя ребенок виноватым за прошлые проступки? Вы это услышите в рассказе малыша. В этом случае стоит задать себе вопрос: инцидент не был исчерпан? Ребенок не был наказан и не получил прощения?

СКАЗКА «ЖУРАВЛИ»

«Жила-была одна журавлиная семья: папа, мама и птенец. Птенчик был маленький, но уже научился летать. Он уже мог самостоятельно перелететь на соседний пруд и очень гордился собой. Вот однажды говорит папа: «Пришло время, мы должны собираться в путь». «Куда?» — удивился птенчик? «В теплые края, — ответил папа, — ведь здесь уже становится холодно, скоро наступит зима, и мы замерзнем». «Но я боюсь. Я не очень хорошо научился летать для дальнего полета», — возразил птенец. «Не бойся, ты уже достаточно подрос, чтобы с этим справиться», — сказала мама. И они полетели. Путь был неблизкий, но птенчик действительно справился. А когда они прилетели на новое место... Как ты думаешь, что там произошло?»

Эта сказка поможет узнать, как ребенок адаптируется к различным новшествам, переменам в своей жизни.

Из книги Е.В. Чех «Я сегодня злюсь. Расскажи мне сказку»

Когда-то давно жил я в стареньком доме.
С тех пор пролетел не один уже год.
И всем его жителям было известно
Насколько уродлив был местный наш кот.
Уродливый кот был всегда узнаваем –
Он был одноглазый и с ухом одним.
И знал он, как трудно на свете бывает,
Когда ты один и никем не любим.
Оторванный хвост, и поломана лапа
Срослась под каким-то неверным углом.
И множество шрамов.. А был он когда-то
Приятным на вид полосатым котом.
Кота никогда и никто не касался.
Бутылки и камни бросали в него.
Водой ледяной поливали из шланга.
Пытаясь прогнать со двора своего.
И лапы ему защемляли дверями,
Когда он пытался войти в чей-то дом.
Страдая от боли, зализывал раны
Уже много раз он под чьим-то окном.
Но все удивлялись, насколько отважен
Был этот невзрачный уродливый кот.
И если из шланга его поливают –
Он мокнет покорно, но не отойдёт.
И даже когда в него что-то бросали,
Он тёрся о ноги о ласке прося.
Увидев детей, он бросался за ними.
Мечтал о заботе, да только вот зря..
Не мог он понять, почему в целом мире
Не встретить того, кто бы смог приютить.
И хоть он уродлив и грязен снаружи,
Но с чистой душой и умеет любить.
Однажды кота покусали собаки,
Что жили напротив в соседнем дворе.
Послышался лай и о помощи крики.
Спустился я вниз – кот лежал на земле..
Уродливый кот был ужасно искусан,
Всё тело в крови. Он почти умирал.
Пытаясь укрыться от страха и боли,
Свернувшись в клубок, неподвижно лежал.
Он знал - наступает конец грустной жизни.
И след от слезы пересёк его лоб.
Я нёс его в дом, он хрипел, задыхался.
Мне стало вдруг плохо, меня бил озноб..
Я чувствовал то, как ему было больно.
И как тяжело ему просто вздохнуть.
Но вдруг он к лицу моему потянулся
И робко меня попытался лизнуть.
От слёз задыхаясь, к нему я прижался.
Прильнул он к ладони моей головой.
Его добрый глаз вдруг ко мне повернулся –
И кот замурлыкал, почти неживой..
И даже сквозь самые сильные боли
Просил этот кот лишь о капле любви.
О капле сочувствия, что в этой жизни
Мы доброе сердце сберечь не смогли.
Я в этот момент неожиданно понял,
Что самый красивый и любящий тот,
Кто смотрит сейчас на меня, умирая,
Обычный уродливый уличный кот.
Впервые он чувствовал чью-то заботу.
Нашёл он того, кто сумел полюбить.
И счастлив, что встретил того, кто смягчает,
А не пытается боль причинить…
Он умер чуть раньше, чем мы были дома.
Я сел у подъезда с котом на руках.
Держал его долго, пока не стемнело.
В душе поселились тревога и страх.
Ведь я осознал, что несчастный калека
Меня изменил за один только миг.
Он мне сообщил о страдании больше,
Чем тысячи лекций, уроков и книг.
Он мне расцарапал не тело, а душу.
И пусть в моей жизни немало забот,
Но я к одному только буду стремиться -
Учиться любить как,
Уродливый кот.

Зависть относится к переживанию, содержанием которого является представление о том, что кто-либо обладает чем-то, что хотел бы иметь сам завидующий. В этом смысле зависть маркирует лежащее в ее основе желание. Тем не менее, феноменология зависти и проявлений self, с ней связанных, не так проста. В самом общем виде зависть, как мне кажется, может быть проявлена, по крайней мере, в четырех основных формах.

Во-первых, индивид может, не осознавая это переживание, потратить свои психические усилия на подавление (ретрофлексию) имеющегося непереносимого или просто непонятного ему возбуждения. Чаще всего это происходит, если по какой-то причине осознание своей зависти является процессом просто невыносимым, а самость настолько фрагментирована, что человек оказывается не в состоянии предъявить свое необъяснимое возбуждение в какой-либо другой форме. В итоге – апатия и астения.

Во-вторых, при недостаточном осознавании своей зависти к другому человек может приложить много сил и энергии для того, чтобы обесценить достижения того самого другого, которые являются предметом зависти. Так же, как ребенок раннего возраста раскладывает свои испражнения по только что чисто убранной родителями квартире, взрослый жестоко критикует очередную публикацию своего коллеги, не в силах написать ни строчки. При этом очевидно, что все силы и возбуждение тратятся на обесценивание, ничего не оставляя для какой бы то ни было продуктивной деятельности.

В-третьих, завидуя достижениям другого, можно направить имеющееся возбуждение и энергетический ресурс зависти в более конструктивное русло. Например, создать нечто подобное, достигая тем самым того же или (желательно) большего успеха. Однако и в этом случае индивид не задумывается, насколько его действия соответствуют его же потребностям. В этом случае чаще всего можно говорить об индукции потребности посредством зависти. На поверку же часто оказывается, что совершаемые действия не питаются возбуждением фигурной потребности. Скорее человек реализует для этой цели возбуждение, появившееся от страха травматизации хрупкой и легко уязвимой (а зачастую просто фрагментированной) самости. Учитывая это, становится очевидным, что удовлетворение от таких действий невозможно (если, конечно же, не учитывать кратковременный эффект эйфории от очередного «спасения» самости).

И, наконец, в-четвертых, осознав свою зависть, представляется возможным, просканировав свои потребности, найти соответствие этому переживанию в одной из них[1]. А значит, в этом случае нет необходимости далее обслуживать «рэкетный» цикл контакта, а можно потратить имеющееся возбуждение на удовлетворение релевантной зависти фигурной потребности. Кроме того, в случае осознавания преждевременности удовлетворения потребности, возможно принятие решения об отсрочке действий по немедленному ее удовлетворению. Такая форма обращения с завистью восстанавливает естественный процесс творческого приспособления, предполагающий высвобождение значительного количества жизненных сил, поэтому может быть названа витальной.

Все вышеизложенные способы обращения с завистью, на мой взгляд, можно рассмотреть через призму цикла контакта. Так, представляется очевидным, что первые три способа обращения с завистью реализуются, не выходя за пределы преконтакта, не давая возможности сфокусировать и осознать возбуждение, реализовать его для удовлетворения релевантной ему потребности. Хотя, если быть справедливым, эти способы, конечно же, отличаются по уровню психической зрелости, и, следовательно – по сложности релевантных им терапевтических воздействий. И только последний способ является достаточно зрелым и позволяет завершить цикл контакта с ощущением удовлетворения и ассимиляцией опыта.

С другой стороны, следует рассматривать вышеописанные способы обращения с завистью с позиции их терапевтической эволюции. Другими словами, эти способы являются также и этапами терапии деформированной зависти. Это значит, что прежде, чем клиент восстановит свою способность к зрелому способу обращения с завистью, он может пройти все три предыдущих этапа. И если рассматривать этот процесс как естественный и не пытаться его форсировать, тогда, возможно, удастся избежать многих сложностей в терапии. Так, например, если клиент предъявляет лишь единственно доступный ему первый способ обращения с завистью, то терапевт в качестве экспериментального ресурса может предложить ему второй, далее третий и т.д. Это значительно может продвинуть апатичного клиента в сторону принятия своей зависти и восстановления способности ее переживать. Таким образом, терапия «деформированной зависти» включает в себя несколько основных этапов: 1) диагностика уровня обращения с завистью; 2) поддержка эволюции обращения с завистью; 3) сканирование результата терапии, каковым является восстановление способности к творческому обращению с завистью.



Я предпочитаю рассматривать зависть, как впрочем, и любые другие чувства, как маркер какой-либо потребности. Причем, более интенсивное и сильное чувство маркирует, как правило, более важную фрустрированную потребность.



Автор: Игорь Погодин

«Почему у меня нет ни на что сил? Где взять энергию для жизни?»
Это еще один популярный клиентский запрос.
Из законов физики мы знаем, что энергию, прежде чем потратить, нужно откуда-то взять.
И потратить можно только то, что взял, и никак не больше.
В мире психики есть подобный закон, но все же эксплуатировать себя мы можем значительно дольше, длительное время функционируя в энергосберегающем режиме.
Правда — до поры до времени.
Которое рано или поздно наступает.
Причем наступает не только физическим бессилием, но и вселенской обидой вкупе с раздражением на весь мир за то, что он так мало дает в ответ на затраченные усилия.
Итак, человек тоже включен в общую систему энергообмена и чувствует себя хорошо тогда, когда отдавая что-то в мир, может также присваивать то, что из этого мира поступает.
Самый простой пример энергообмена — это работа: мы вкладываем свои навыки, время и усилия, и получаем за это деньги, которые можем потратить на себя.
Нарушения могут происходить на любом из этапов — вкладываем больше, чем получаем, или получаем достаточно, но не тратим на себя, или тратим на себя, но не можем присвоить то, что в результате получаем.
К примеру, если женщина, потратив деньги на сумочки и салон красоты, не может «присвоить» все это, скажем, из-за внутренней вины за расходы или обесценивания — тогда не присвоенные права на удовольствия не принесут ни крошки пользы.
Еще вариант — мужчина, заработав деньги, привычно отказывает себе в том, что очень хочется (путешествие в Австралию, например), и также привычно тратит на то, что нужно — на дом и семью…
Он может получить удовлетворение от реализации своей мужской роли, но, с точки зрения энергообмена, это не равноценный вложениям доход.
А в семье еще сложнее.
Затраты, усилия, вкладываемые в детей, очевидны, и какая же здесь может быть отдача?
Дети многое дают родителям — безусловную любовь, обожание, трогательность, близость… Но, если родитель не способен все это «присвоить», тогда материнство и отцовство превращается в одну большую раздачу, которая раздражает своей неизбежностью…
И тогда кажется, что «им все — дай, они только требуют….»
Есть однако же самая затратная сфера, которая вытягивает энергии наподобие черной дыры, и в которой исчезает все и вся,
но при этом она остается незамеченной для самонадеянного Сознания…
Мы склонны закачивать мегатонны психических усилий в свои деструктивные модели и сценарии, где, потратив миллион, зарабатываем копейку…
Этот груз несут на себе гиперответственные, берущие на себя заботы о близких, даже те, с которыми они способны справиться сами.
Его тащат созависимые, когда надеются выстроить себя так, чтоб «не обидеть», «спасти», «наставить на путь истинный».
Это путь, который проходит через ожидания разных мастей — о том, что должны или не должны делать другие люди, чтоб мы были счастливы…
Тревога, гиперконтроль, недоверие, стыд и вина — эти чувства-растратчики заставляют быть все время начеку, принося крохи — иллюзию безопасности…
Корень проблемы опустошения заключается в том, что эксплуатируется энергия Внутреннего Ребенка — беспардонно, и безответственно, с непринятием его права на радость и беззаботность.
И никого не волнует, что это пришло из давних отношений с родителями, теперь это уже ваше настоящее…
И, отвечая на самый популярный вопрос к психологу — что же делать?
Говорю: проанализировать баланс «Давать-Брать».
- На что уходит моя энергия?
- Понимаю ли я, что все, что отбирается неестественным путем у Внутреннего Ребенка, лишает меня не только сил, но и радости жизни?
- Могу ли я присваивать то, что дает мне мир — с благодарностью, без претензий «не то» или «мало» и не обесценивая?
А именно — помощь, поддержку, любовь, признание, вознаграждение?
Позволяю ли я себе (и своему Ребенку) те занятия, которые приносят ему настоящую радость?
И значит — энергию для того чтобы жить?
Если баланс соблюден, то можете считать, что свой вечный двигатель вы уже нашли.
Вероника Хлебова, http://www.pro-zhivi.ru/psyc…/pochemu-u-menya-ne-xvataet-sil

Так вот бывает: думаешь о чем-то, а потом на одной из сессий клиент вдруг поднимает тему, связанную с тем, о чем ты думаешь. «Я устала себя жалеть» - так мне недавно сказала клиентка, а я как раз на днях выслушал целую речь от одного молодого человека о том, что жалость — очень плохое и вредное чувство. Так и получился этот пост, в продолжение статей про эмоции и переживания (стыд, тревога, уважение и гордость, злость, нежность, близость, зависть, любовь)
В интернете к жалости много претензий. Поверхностный поиск сразу выдал такие мысли.
«Когда я вижу сломанные крылья, / Нет жалости во мне и неспроста: / Я не люблю насилье и бессилье, / Вот только жаль распятого Христа» (В. Высоцкий)
«Жалость унижает тех, кого ты жалеешь. Жалость не несет в себе никакого прогресса и ничем никому не помогает. Вместо того, чтоб жалеть, лучше реально помочь человеку и иногда эта помощь кажется жесткой... как пощечина при истерике, но она необходима. Жалость поощряет человека быть и дальше слабым и только ныть «какой же я бедный и несчастный»
«Жалость — одна из форм чувства дискомфорта, часто приобретающая вид снисходительного сострадания. Объект жалости воспринимается как «жалкий», т.е. униженный в своем несчастном положении, но вместе с тем ценный»...
«Жалость — чувство унижающее: и того унижающее, кто жалеет, и того, кого жалеют».
И, как итог: «Жалость — самое ужасное чувство, которое можно испытывать к человеку».
Что называется, приехали. Жалость стали возводить к слову «жало» и соотносить с «жалить». Ну хорошо, ок. Тогда как мы назовем человека, не знающего жалости? Безжалостный. Нравится? Нет? А чего так, если жалость — это самое ужасное чувство, дискомфорт, унижение? Можно еще выбросить в утиль однокоренные «сожаление», «сжалиться» и «жаль». Это же про жало... Однако никто не хочет быть рядом с безжалостными людьми, хотя бы потому, что безжалостный без сожаления растопчет слабого, если тот подставится.
Для меня жалость тесно связана с физическим прикосновением, легким поглаживанием, обниманием. Когда мои дочурки, свалившись, например, с велосипеда, плачут от боли или обиды, ухватившись за ободранные коленки — сердце сжимается именно от жалости, и эта жалость требует прикосновения, тепла присутствия другого рядом в тот момент, когда близкому человеку больно и он беспомощен. Дискомфортное ли это чувство? Нет. Жалость — это эмоциональный отклик на беспомощность другого, когда у него нет ресурсов справиться с ситуацией, и то, что нужно — стать на какой-то момент ему опорой. Когда мы ощущаем, что у человека, который испытывает страдание, есть ресурсы для его преодоления, то мы можем ему сочувствовать, сопереживать. Но не всегда в момент страдания у человека есть ресурс, и жалость дает возможность позаимствовать чужой, ощутить силу другого рядом, когда своих сил нет. «Жалование», «пожаловать», восходящие к тому же общеславянскому корню «жалъ», изначально было связано с «одарить». Сочувствовать и сострадать — значит поддержать человека, пожалеть - «подержать». Разница в одну букву хорошо отражает как сходство, так и различие сочувствия и жалости. Соответственно, безжалостный — тот, кто не «подержит» тебя в самый трудный момент, в час полного отчаяния и слабости, потому что это не вызовет в нем ровно никакого отклика.
«Жалким» человек становится не от жалости. Что значит «жалкий»? Почти никто из тех, кого я спрашивал, не ответил сразу «это тот, кого жалко»; практически всегда в начале шли другие определения. Похожая картина в словарях, где преобладают такие вот характеристики: убогий, презренный, ничтожный. Если вы жалеете плачущего малыша, потерявшего что-то важное для него, или прищемившего палец — становится ли он убогим, презренным или ничтожным? Его же жалко. Или замаскируете «недостойную» жалость к ребенку отстраненными «сочувствую» или «сострадаю»?! Однажды мы всей семьей шли от магазина домой, и за нами увязался смешной щенок. Явно бездомный, он бежал за нами, смешно потявкивал, вилял хвостиком и преданно пытался взглянуть в глаза: мол, может, возьмете меня к себе, а? Я отличный малый, только вот шерстка мокрая была, оттого и грязная, и отощал малость, а так я — классный! Дочурки взволновались, да и мне было очень жалко этого малыша, но никакие собаки или любые другие домашние животные в мои планы никак не входили. Так что мы шли дальше, а он бежал следом — довольно долго, надо сказать... Жалко этого щенка, а не «сочувствую». Другое дело, что свою жалость я не стал переводить в действие «забрать его к себе домой», потому что не был готов заботиться об этом щенке всю его жизнь.
Итак, жалость — это чувство, направленное на того, кто в настоящий момент переживает страдание, и не имеет ресурсов самому справиться с ним. Жалость может быть быстрым откликом на внезапную боль (сильно ударился, порезался, упал). Понятно, что чаще это чувство возникает в связи с детьми и животными, однако любой взрослый человек в какой-то момент может оказаться на мели, как рыба на суше, и быть не в состоянии выпрыгнуть обратно в воду. Это может быть редко, но — может быть. Жалея другого, временно подменяешь собой опору, дающую возможность пережить момент полного отчаяния и безнадежности. И именно в этом моменте кроется очень хрупкое равновесие, нарушение которого приводит к тому, что жалость начинает вызывать много неприятия, раздражения и злости.
Замечали, как иногда матери утешают своих детей? Не просто гладят их по голове, спине или плечу, и говорят «Я понимаю, как тебе больно», «У собаки болит, у кошки болит, а у Саши не болит», «Скоро пройдет» и другие слова утешения. А говорят ребенку о его беспомощности: «Ты мой несчастный», «Бедненькая моя», «Ну, чего ж ты такая неуклюжая», «Весь в отца своего, растяпу, уродился, несчастненький»... Чувствуете разницу между первым и вторым вариантами утешения? В первом случае мама/папа помогают ребенку прожить боль или эмоцию, никак не фиксируя его внимание на собственной «безресурсности». Это близко к сожалению - переживанию, связанному с осознанием невозможности что-то изменить или исправить. «Ты упал с велосипеда, это очень неприятно, но ничего страшного не произошло, сейчас боль пройдет — и все будет в порядке». Во втором случае ребенку сообщается, что он беспомощный, неуклюжий, и что вряд ли он сможет что-то сделать лучше. Такая форма жалости нередко «глотается» ребенком, а вот взрослых она раздражает — правда, тех взрослых, кто ощущает в себе достаточно сил, чтобы справиться.
На чужой жалости можно паразитировать, однако это возможно только при том условии, что обе стороны принимают в этом деятельное участие. «Беспомощный» всеми силами демонстрирует отсутствие у него сил (парадокс, да), а жалеющий охотно верит в то, что у несчастного действительно нет никаких возможностей что-то изменить. На этом базируется «любовь из жалости», которая, по сути, является любовью к ощущению себя сильным рядом с беспомощным. «Я без тебя не могу жить!» - классическая манипулятивная фраза, теряющая контакт с реальностью с момента выхода из детского возраста. Но эта фраза льстит тем, для кого единственная возможность чувствовать себя ценным — это подпитка со стороны нуждающихся. В такой жалости-зависимости нет никакого ресурса со стороны «жалеющего», для него беспомощность другого (реальная или мнимая) сама по себе является ресурсом для того, чтобы поддерживать себя. Здесь нет подлинной жалости как стремления временно поделиться своей силой, здесь взаимное паразитирование на общих слабостях. Если любовь — это жалость, то тогда эта любовь может продолжаться только до того момента, когда «любимый» встанет на ноги. «Он/она без меня пропадет!» - и тогда делается все, чтобы он/она не смог/смогла уйти, потому что это означает конец «любви». Человек, не готовый стать «донором» для ощущения чужой «силы», со злостью будет отмахиваться от «бедный ты, несчастный».
Есть еще манипулятивное «мне жаль вас». Это простое утверждение превосходства над ущербным, в котором нет никакого желания быть опорой для того, кого «жалеешь».
А вот жалость к себе — странное переживание. Ты переживаешь факт(?) своей беспомощности и неспособности что-то изменить, но при этом пытаешься в этом состоянии быть самому себе опорой. Замкнутый круг: беспомощность — попытка себя поддержать — неудача — усиление беспомощности и безнадежности. По факту — пытаешься сделать для себя то, что хотел бы, чтобы сделали для тебя. Жалость к себе — завуалированная просьба к другим о поддержке и помощи, которую нельзя по каким-то причинам прямо заявить. Отчасти из-за страха обнаружить свою слабость, казаться «жалким», отчасти — из-за страха быть отвергнутым. Но ничем не лучше и безжалостность к самому себе.
Итак, жалость — это эмоциональный отклик на чужое страдание, с которым страдающий сам справиться не может (из-за отсутствия опыта или сил). Ключевым для жалости состоянием является реальная или ощущаемая беспомощность другого. Жалость как переживание — явление кратковременное, связанное с конкретными ситуациями, дающее возможность тому, кого жалеют, опереться на другого для восстановления собственных ресурсов. Действие из жалости — это всегда передача своих сил (эмоциональных или физических) другим людям, и есть ситуации, в которых это не просто возможно, но и необходимо, однако такое состояние не может быть длительным. Отношения, построенные на жалости, неизбежно приводят к взаимной зависимости-паразитизму, когда слабость одного становится условием силы другого. В позитивном полюсе этого чувства — возможность самоотдачи, способность быть временной опорой для отчаянно нуждающегося; в негативном — ограничение или торможение развития как других людей (т. к. все делается за них), так и собственного (ресурсы уходят не на собственную жизнь). Жалость в этом торможении сама по себе не виновата, как и любые другие «нехорошие» чувства.
Она становится недопустимым чувством в мире, в котором беспомощность и слабость как таковые, безотносительно к контексту и ситуации, являются безусловным и постыдным пороком.
Илья Латыпов, http://tumbalele.livejournal.com/91618.html

Женщины перестали ценить в себе мать и материнские качества и все больше становятся похожи на хищниц с безумными глазами и нарядами далеко не по своим годам. Они страшатся морщинок и малейших признаков старости. Потому как это ставит под угрозу всю их личную жизнь.


А личная жизнь сейчас очень сильно зависит от возможности женщины привлекать своим телом. Ведь ее отношения с противоположным полом периодически заканчиваются и начинаются снова и снова чуть ли не до 60 лет.

Женщины растратили свою природную чистоту, которая дается каждой девочке при рождении и никак не восполняется и теперь они как помятые бумажные фонарики пытаются все еще привлечь внимание своим светом, но как бы ярко они не старались светить, каждая неровность видна любому, кто бы ни посмотрел на них. А ведь именно женщины ответственны за нравственность в обществе и семье, но если она не хранит нравственность в себе самой, то сохранить ее в ком-то уже просто невозможно. Потому что именно внутренняя сила и уверенность в правильности своих принципов, дает возможность влиять на других людей и на все общество в целом.

Почему-то женщины пытаются делать вид перед мужчинами, а иногда и сами искренне верят в то, что их устраивает просто секс, что они готовы к ни к чему не обязывающим отношениям, что замужество — это пережитки прошлого, что просто пожить без всяких обязательств — это вполне нормально и их это полностью устраивает.

А ведь психика женщины устроена совсем по-другому и где-то в глубине души каждая знает, что с очередными завершенными отношениями у нее забирают часть чего-то важного и ценного, я бы даже сказала, божественного. Забирают то, что невозможно никак восполнить.

И в сердце остается огромная дыра, которая кровоточит временами, напоминая ей о том, кто унес с собой этот кусочек сердца. И к 40 годам у некоторых женщин не остается сердца совсем. И она вроде бы как живет, но полноценной жизнью уже назвать это очень сложно. Потому что годы уходят, а самой главной жизненной реализации она не получила — она не смогла построить свою семейную жизнь. И теперь она немолода и снова одинока. А за плечами несколько гражданских браков, после которых она чувствует себя использованной. И она знает и признается подругам, что хочет серьезных отношений, но продолжает лгать мужчинам, которые встречаются на ее пути, что она готова к очередным бессмысленным отношениям, к очередному роману и ее все, в принципе, устраивает так, как есть сейчас.

И в эту ложь, к сожалению, верят мужчины. Они давно уже поверили, что женщины готовы отдавать просто так им свое сердце, свое тело, свое время. Женщины готовы дарить то, что им не принадлежит, на самом деле. Они готовы швырять в помойку свободного секса и безответственных отношений то, что дано им для создания семьи, рождения детей и вдохновения мужчин на подвиги ради высших целей, ради общества, ради семьи, ради них самих же.

Мужчины стали страшно безответственны. Они верят в то, что теперь можно взять все, что угодно, не заплатив за это своей ответственностью за человека и за его будущее. Их не заботит то, как же она будет жить после того, как я воспользуюсь ее телом, что она будет думать, о чем переживать. Они верят, что у женщин есть такое понятие как «просто секс», потому что те идут на эту сделку в надежде на чудо. Они думают, что серьезность и ответственность за нее можно заслужить у своего мужчины. И она отдает и отдает ему, ничего не требуя взамен, только подразумевая, что это не просто так, что она надеется на что-то потом… однажды.. когда-нибудь…

А мужчины думают, что все это бескорыстно им дается, что все, что они получают, это их изначально, что женщина просто обязана награждать его своим теплом и заботой, телом и временем. И они берут кредит доверия у женщин и тратят то, что получили, а дальше идут за новым пакетом услуг и наслаждений к новому объекту. Словно им нужен был товар, а не личность. Они не хотят углубляться и узнавать кто же с ними спит. Все и так понятно — Марина, 30 лет, еще пока ничего.

А Марина тем временем мечтает выйти замуж в белоснежном платье, родить троих детей и жить в доме с огромным садом и маленькой собачкой. Она мечтает ходить в парк всей семьей и тихонько шептаться в детской возле маленькой кроватки, мечтает смотреть как муж, вернувшись домой, катает на спине хохочущих детей и дарит розовые платья и короны своим маленьким принцессам. Но она боится об этом ему сказать, потому что знает, что он не захочет такого «счастья». Она думает, что так она просто потеряет его. И много лет ему лжет, что им ничего не надо — ни штампа в паспорте, ни белого платья, ни сада, ни собаки, ни маленьких принцесс… Они просто вместе и это главное.
И только иногда она осторожно скажет, что ее подруга выходит замуж и позвала ее выбрать платье. И вообще, она уже на третьем месяце. А ее муж безумно счастлив. Но Марина знает, что сейчас ее обнимут и закажут, что ее подруга все испортит этим штампом, а у них все будет хорошо, потому что они любят друг друга. Но ее уже тошнит от вранья и от этих бесконечных «у нас все хорошо». Она хочет сказать правду, но боится и ждет.

И в итоге получается обескураженный мужчина, который думал, что все это нормально и естественно, и обиженная и разочарованная женщина, которая осталась с разорванным сердцем и с ощущением развода за спиной, хотя замуж она пока что еще не выходила.
Жаль, что многие женщины совсем забыли, что именно своей безкомпромисностью в отношении нравственных принципов и семейных отношений они могут сделать счастливыми и себя и свою вторую половинку. Женщина счастлива, когда с ней рядом ответственный и серьезный мужчина. Мужчина счастлив по-настоящему, когда у него много ответственности в жизни, когда от него зависят, когда он герой, когда он сражается с этим миром за семью, за свои идеи, за проекты. Он чувствует, что он живет, что он не просто прожигает жизнь где-то на очередном океане или снежной горе или с еще одной женщиной, а сражается с собой и с препятствиями на своем пути.

Но она боится потерять мир иллюзий и обмана, ради настоящих целей и настоящей семьи. Но если это что-то настоящее, то и потерять его невозможно. А если это иллюзия, то и терять-то здесь нечего. Она просто развеется, как утренний туман и исчезнет с восходом солнца.
Все, что нужно сделать — это просто перестать лгать мужчинам, что отношения без обязательств, что близость без любви и ответственности, что совместная жизнь без будущего для нее нормальна. Потому что мужчина должен понять, что от него ждут ответственности и надежности. И это самые лучшие подарки, которые он может подарить своей любимой.
Если женщины перестанут обманывать сами себя и своих мужчин и начнут честно говорить о том, чего хотят и чего ждут от них и перестанут давать им то, на что они пока не имеют ни малейшего права, тогда мужчины станут гораздо сильнее и ответственнее, а женщины гораздо счастливее.

Если женщина будет нести свою нравственность как свое достоинство, а не прятать это подальше, как какое-то препятствие на пути к счастью, если она будет понимать как ценна ее чистота и принципиальность, то и ее мужчина и все общество станет чище и ответственнее. А иначе это замкнутый круг. Женщина боится, что останется одна, если не уступит. А в итоге все-равно остается одна… снова и снова.

Наталья Богдан

Когда мужчина спрашивает меня, как ему решить какой-нибудь трудный для него вопрос: например бросить курить, я неизменно интересуюсь: «Тебе какой способ предложить - мужской или женский?»
«Конечно мужской», - отвечает мужчина.

«О, тогда это элементарно. Когда ты твердо решил это сделать — подходишь к близкому другу и говоришь:
«Помоги мне брат. Я решил с этой минуты не брать сигареты в зубы. Если ты меня один раз с ней увидишь — я отдаю тебе свою машину.

Увидишь второй раз — забирай мою квартиру.
Увидишь третий раз — я отдаю тебе все свою имущество и на год отправляюсь странствовать.
Если я так не сделаю, прошу тебя как друга перестать меня считать своим другом, а считать подругой, не обращаться ко мне в мужском роде, а называть меня каким-нибудь симпатичным женским именем, например Айседора.
Еще можешь подарить мне какие-нибудь красивые колготочки».

«А женский способ?» - интересуется мужчина.
«О, женщине невероятно трудно, ей приходится несколько лет ходить на личную терапию, осознавать причины и непрерывно оттягивать момент принятия решения».

В этой истории суть мужской твердости.
Если мужчина способен так сделать как в моем примере — он способен на поступок.
И тогда он становится интересен, хоть друзьям, хоть женщинам, хоть Вселенной.

Поступок от слова «ступать».
Делать шаги. Если муж, тот кто ведет женщину, то для того чтобы вести - нужно поступать.
Иначе бег на месте с кажущимися достижениями.

Если взять в качестве примера Андрея Сахарова: создать водородную бомбу — это был не поступок, всего лишь достижение, а вот стать миротворцем ценой всего нажитого — безусловно поступок. Это не курить бросить.

В моей полушуточной истории с курением есть несколько важных моментов.

Момент первый.
Чтобы проявить твердость, мало иметь яйца.
Даже примеряя на себя такое развитие событий, как в моем примере, мужчина вынужден отправляться куда-то вглубь самого себя.

Искать некий источник опоры, легендарный луч Шивы, плотный поток концентрированной мужской энергии. Свою единственную надежную опору в этом изменчивом мире.

Если мужское сознание соприкасается с этим внутренним жестким потоком - в мужчине появляется основа.
Не соприкасается — его сознание действительно напоминает тряпку, легендарная метафора, которая так часто фигурирует в женских оскорблениях в мужской адрес.
Тряпке всегда нужно что-то внешнее, чтобы на нем повиснуть.

Я сейчас скажу очевидную вещь.
Странно, что ее никто до меня не говорил. Во всяком случае я не слышал.
Весь этот бюрократически институт, вся эта пресловутая, ругаемая всеми система возникла в современном мире по одной единственной причине.

Она заменяет недостающую мужскую твердость.
«Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого», - сказано было в Нагорной проповеди.
Все эти подписи, печати, сертификаты, чиновники, юристы нужны по одной простой причине — мужчины в нашей культуре не держат слово, поскольку задача мужского сознания держать структуру, создавать опору.
Если мужчины этого не делают — возникает необходимость в искусственных инструментах.
Что с них возьмешь — дети. Лукавые дети.

Второй аспект этого примера — цена.
Вселенная справедлива и безжалостна.
Нравится мужчине или нет, пользуется он мужскими аспектами сознания или нет, но счет ему будет предъявлен по полной.
Счет в виде жизненных обстоятельств, которые будут складываться так, как будто у него есть та самая твердость, сострадание, смирение, мудрость, или какие-либо еще аспекты мужского пути.

Когда понимаешь, что счет будет предъявлен по полной, осознаешь весь идиотизм отказа от мужского. Счет все равно придет, иногда в самый неподходящий (подходящий) момент.
Помните фразу майора Жеглова из «Место встречи изменить нельзя»:
«Запомни, Шарапов. Наказания без вины не бывает. Ему надо было просто вовремя со своими женщинами разбираться и пистолеты не разбрасывать, где попало».
Тысячу раз «Да!»

Когда я получил к оплате свой первый серьезный счет в жизни, я внезапно понял, что получил абсолютно заслуженные, всей моей предыдущей жизнью заработанные неприятности, что мне нечего роптать и некого винить, что все мои моменты непроявленной мужественности накопились за мою жизнь, и мне пора платить по счетам. Инициация и свалить некуда.

Свалить можно, но в таком случае следующая двойная или тройная инициация может оказаться несовместима с жизнью. И никто не виноват.

У женщин точно такая же история. Пользуется женщина полноценно аспектами женского сознания или нет, рано или поздно она получит к оплате счет как абсолютно стопроцентная женщина.
Игра есть игра.

Главная задача мужчины в аспекте твердости — быть живым и твердым, то есть упругим, гибким.
В этом разница — твердости духа и твердости характера.
Характер — это мертвая твердость, раз и навсегда принятые решения.
Твердый и бессердечный мужчина — самодур.
Никому ни радости ни пользы от такой твердости.

Твердость духа — это согласие со своей душой, способность проявлять ее намерение даже ценой трансформации собственного характера.

Главная задача женщины быть живой и мягкой.
То есть пластичной. Это естественное проявление женского сознания — свободная энергия стремящаяся заполнить все вокруг.
Во многих городах, на разных тренингах, когда я просил женщин нарисовать женскую энергию, я видел один и тот же процесс: женщина брала цветной карандаш, чаще оранжевый и начинала с нескрываемым наслаждением зарисовывать белые листы бумаги, заканчивала один — брала следующий и так пока не уставала. И никакого жгута энергии.

Во взаимодействии упругого и пластичного проявляется вся красота танца мужского и женского.
Если встречаются двое твердых — они трахаются друг об друга и разлетаются, как бильярдные шары.
Если двое пластичных — слипаются в один кусок пластилина.

Мужчине с детства приходиться проявлять твердость, находить поток мужской энергии внутри себя, задолго до включения в игру половых гормонов. Тогда он сможет принимать свои первые детские, но уже мужские решения.

Однако самая важная мужская и женская инициация — первые сексуальные отношения.
Природа все предусмотрела. Урок мужской твердости и женской пластичности. Если он не будет достаточно тверд, а она достаточно пластична — у них вообще ничего не получится. Одна морока.

Основной женский урок — от встречи с его твердостью: «Если я хочу иметь с ним дело — мне будет больно, чтобы мне не было больно, мне придется становиться пластичной.
И это приятно. Благодаря его твердости я учусь быть женщиной. Ух ты! Как это здорово!»

Для тех кто не в курсе “дура» в переводе с латыни — «твердая».

Основной мужской урок от встречи с начинающей женщиной, очень трудный мужской урок, Господи какой же трудный мужской урок: «От встречи с моей твердостью — женщине будет больно.
Если я не буду достаточно тверд — она не сможет стать женщиной. Если я не буду любящим и сострадающим при этом — она возненавидит весь мужской род.
Быть с ней твердым — на самом деле приятно!»

В этом трудность урока мужской твердости. Нравится нам или нет — когда мужчина проявляет свою твердость, кто-то рядом с ним неизбежно ранится, ранится и сам мужчина. Пока не научится этой твердостью виртуозно пользоваться.

Так устроен этот мир — без боли нет взросления.
Искусство быть мужчиной — проявлять так много твердости как этого требует его душа, и так мало как это возможно, чтобы окружающие не ранились зря.
Существует такой социальный миф, что можно найти такого мужчину, рядом с которым женщина сможет не испытывать боли.
Зрелая пластичная женщина - да, взрослеющая девочка - в той степени в которой будет доверять своей природе, а не социальным эталонам и нормам. С мужчиной об которого не придется раниться - придется нянчиться.

Помните, когда я писал статью "О сострадании", то отметил, что от встречи с болью окружающего мира в сострадающем мужчине отзывается его собственная боль и нет никакого способа избавить мир от боли. В этом и состоит мужская мудрость в принятии собственной твердости и неизбежной боли, как плате за проявление мужских аспектов.
Мертвым не больно, больно только живым.
Я в своих практиках выходил на уровень сознания, на котором можно переписать мои контракты, но на этом уровне сознания обнаруживал, что все мои контракты верные. Что моя задача не избавить окружающих от боли связанной со мной, а с уважением и состраданием относится к их боли.
«Надоест — брошу», - сказала мне как-то Богинюшка. И то верно.

Любая анестезия только все портит. Первые сексуальные отношения в состоянии алкогольного опьянения могут на всю оставшуюся жизнь приучить женщину прибегать к алкоголю, как к «смягчающему средству» - замене собственной пластичности. Также с мужчиной и алкоголем «для смелости».

Если мужская инициация прошла со зрелой женщиной, безболезненно, он может так и не понять какую цену платит женщина за то, чтобы быть рядом с мужчиной. Не уважать недостаток пластичности незрелых женщин любого возраста. Ранить зазря. Без сострадания.

Еще раз повторюсь — окружающие мужчину люди: дети, женщины, другие мужчины страдают не от мужской твердости, а как раз от ее отсутствия. С твердым мужчиной бывает больно — но именно это и сладко. Слишком твердая женщина от него отскочит как бильярдный шар.Для всех остальных как раз его твердость и притягательна. Притягательна для детей, женщин, других мужчин. С мягким никак — сплошной петинг и никакого спарринга.

И последнее - психосоматика. Недостаток твердости в сознании — неизбежно проявится в теле.
Я помню свою очень трудную ночь, когда мне пришлось проживать почечную колику.
Это было единственный раз в моей жизни. Я безо всяких обезболивающих всю ночь принимал эту боль. Отдавался ей.
К утру боль утихла. Я позвонил Журавушке: «Ого, какой ты стал твердый, - сказала она, услышав мой голос по телефону, - с тобой теперь придется намного труднее».
Я не обследовался, поскольку никогда не обследуюсь.
Но почечная колика с тех пор ни разу не повторялась.

По моим наблюдениям — когда мужчина исцеляет свои симптомы — он становится мужественнее, когда женщина исцеляет свои симптомы она становится женственней. Так и должно быть.

Вячеслав Гусев

20 ПОСЛАНИЙ СВОЕМУ РЕБЕНКУ (послания 1-5)

Послание №1. Я рад(а), что ты живешь.

Если ребенка постоянно ругают, критикуют, ребенок зачастую считает, что его существованию не рады. Сознательно он этого, конечно, не понимает, это происходит неосознанно, и в будущем может отразиться в деструктивных установках относительно себя как личности.

Послание №2. Ты принадлежишь этому миру. Ты, я — мы — часть этого мира, и всё в нём взаимосвязано. Мы можем доверять этому миру, положиться на него. Мир любит тебя и заботится о тебе.

Доверие миру создает вокруг ребенка, как и вокруг любого человека, своеобразную ауру защищенности. Отсутствие страхов позволяет выходить \"сухим из воды\". Речь не идёт о том, чтоб избавить ребенка от чувства осторожности в отношении опасных для жизни и здоровья объектов. Речь о тех установках, которые, не задумываясь, родители, дают своим чадам. \"Не ешь конфеты, живот будет болеть\", \"Не гуляй во дворе, цыганка украдёт\", \"Не дружи с Ваней, он тебя плохому научит\" и масса других, лишающих ребенка драгоценного опыта и порождающих страхи и убежденность во враждебности окружающего мира...

Послание №3. Твои потребности важны для меня.

А раз они важны, то я их удовлетворяю, то есть я не только стараюсь, чтобы малыш был накормлен и здоров, но и даю ему доброжелательное внимание, ласку и похвалу, играю с ним, организовываю совместную деятельность и так далее (в зависимости от потребностей, соответствующих его возрасту).

Послание №4. Я рад(а), что ты — это ты.

Очень важно ребёнку (а по сути — любому человеку) знать, что вы принимаете его, любите его и будете любить его любым: капризным, дерущимся, испуганным, заплаканным. И вы рады, что он именно такой, какой он есть и не стремитесь его изменить.

Послание №5. Ты можешь расти в своем темпе.

Родителям свойственно беспокоиться, если их малыш отстает сверстников в развитии, но тут важно принять, что у каждого свой темп развития и не сравнивать ребёнка с другими детьми. Лучше сравнивать его собственные достижения, радуясь каждому маленькому успеху ребёнка. Ведь ещё вчера он не мог дотянуться до погремушки сам, а сегодня получилось.

Ребёнок не реагирует только на то, что делает мать и как она ведёт себя. Есть матери, которые, казалось бы, очень хорошие матери, но что-то может быть неправильным в их бессознательном. Мне на ум приходит ужасная история матери двух маленьких девочек. Она была любящей матерью, проявлявшей исключительную заботу о своих дочерях. Она не была ни чрезмерно грубой, ни снисходительной. Но обеим малышкам неоднократно снилось, как мать приходила ночью в их спальню в образе волка и угрожала им. Через несколько лет у матери случился психоз. То есть, девочки реагировали не на хорошее поведение матери, а на её больное бессознательное. Они чувствовали угрозу со стороны её больной бессознательной природы. Таким образом, вы видите, что может быть тысяча причин, почему маленький ребёнок реагирует отрицательно.

Невидимое влияние родителя на ребёнка может быть куда сильнее, чем видимое. Бывают семьи, где, казалось бы, царит счастье, и никто не может понять, почему дети в этой семье вдруг стали невротичными и что-то пошло не так, но если копнуть в эту ситуацию глубже, обнаружатся невидимые влияния за спиной всех участников.

Невидимая атмосфера гораздо более мощная, чем та, что на видимой поверхности. Вот почему Юнг никогда не писал много о педагогике. Он сказал, что это не важно, что вы говорите или делаете с детьми. Важно то, что вы сами здоровы и вокруг вас здоровая, позитивная атмосфера. Тогда не имеет значения, что вы говорите своим детям. Они не слушают это в любом случае. Они реагируют на ваш бэкграунд. Дети – это, так сказать, те, кто всё ещё плавают в бессознательном, в атмосфере ситуации, и они реагируют именно на это

Главный совет родителям звучит удивительно просто: «Будьте сами психически здоровы, и ваши дети будут в порядке!» Но ведь это не так просто. Каждая женщина в нашем обществе засыпана инструкциями, указывающими ей, как лучше воспитывать детей. Телевидение учит её, журналы учат её, даже её собственная мать подсовывает список: «Ты должна сделать так! Ты должна сделать это!» Весь мир говорит ей, что она делает не так..
(Мария ЛУиза Фон Франц "Путь сновидений")