Говоришь стареем????Нет , мудреем,
И морщинки есть, да это же пустяк,
Главное , чтоб в душу не забрался,
Холод, пустота или сквозняк.

То , что располнели , это в радость ,
Значит добрые сердца у нас,
Стали забывать немного, исправимо,
Станем мы стихи учить сейчас.

Что ещё тебя волнует,годы??
Годы , это времени поток,
И его остановить не в силах,
Всё , что прожито, есть наш урок.

Наш урок, где были двойки и пятерки,
Где ошибки, где подъём , где спад,
Но я думаю, что ты ведь не жалеешь??
Каждому годочку был ты рад.

Не живи ты в прошлом,
Нет , не надо ,
В будущее тоже ты не лезь,
А живи ты в настоящем сразу,
Радуйся , что ты на свете есть!!!

Хэллоуин, или канун Дня всех святых, празднуется в последний день октября.


Хеллоуин очень древний праздник, он ведет свою историю с дохристианских верований кельтов, живших на территории современной Ирландии. Но в отличие от многочисленных языческих празднеств и ритуалов Хеллоуин не сброшен на культурную обочину современной цивилизации. Напротив, но некоторым оценкам, размах его празднований, например, в США сравним с мега популярным Рождеством.
А в России, решением глав крупнейших религиозных конфессий, Хеллоуин, вообще, объявлен "вне закона".

Вот такому загадочному и интересному празднику посвящен небольшой сайт:
http://hallo-ween.ru/

Красавица и Чудовище без сказочной мишуры ...

Ладно, давайте начистоту. О чем в действительности повествует история красавицы и чудовища, если отвлечься от сказочной мишуры?

В своём логове живёт холостяк. Дом его в скотском состоянии, и сам он зверьё зверьём: ногти не стрижены, шея не мыта, руки в цыпках и разжирел до неприличия. Крыша течёт, стены отсырели. Электричество отключено за неуплату.

И вдруг в этом хлеву появляется женщина.

Совершенно не важно, откуда в действительности она взялась: бежала ли выручать отца, или просто заглянула на запах, поскольку с детства любит зоопарки. Важно, что после её появления пространство вокруг холостяка начинает стремительно преображаться.

Во-первых, в доме становится чисто. Ковры выбиты, пыль протёрта, люстры сверкают и какая-то милая тряпочка висит на окне – кажется, вспоминает он, мамина занавеска.

Во-вторых, его начинают вкусно кормить. Он привык питаться сухомяткой и дошираком, вершина его личных кулинарных достижений – заказ пиццы. А тут вдруг супы. Компоты. Расстегайчики и паштет.

В-третьих, чудесным образом меняется вся жизнь. Слуги, которые прежде были совершенно деревянными, внезапно все до одного пристроены к делу. Он привык относиться к окружающим как к мебели, а они проявляют лучшие человеческие качества. В саду что-то цветёт, на кухне что-то варится, постель хрустит свежим бельём, ботинки начищены, а посреди этого праздника стоит она – смущённая, прелестная – и застенчиво лепечет: «Ах, как тепло вы меня приняли! Вы такой очаровательный мужчина!»

Здесь надо сказать, что характер у него всегда был не сахар, а за годы затворничества испортился окончательно. Отношения с соседями дошли до того, что те спускают на него своих лаек. Но наш герой отлично понимает, что ему выпал сказочный шанс.

Он стрижется у хорошего стилиста, выкидывает треники, ограничивает себя в сладком и начинает бегать по утрам вокруг поместья не с целью устрашения соседей, а хорошей формы для. Он приучает себя не рычать по ерунде, не впадать в звериное буйство и доносить до окружающих недовольство их поведением деликатно, без попутного уничтожения преметов фамильного сервиза. Он практически бросил пить. Он приобрел привычку говорить ей невзначай: "Знаешь, до встречи с тобой я был словно заколдован" и намекать на какие-то отвратительные грехи молодости (женщины питают слабость к отвратительным грехам молодости).

Потом, естественно, свадьба. Он шепчет: "Ты превратила мою жизнь в сказку!" и дарит ей самую прекрасную розу из оранжереи.

А соседским лайкам, которых он шесть месяцев кряду приучал загонять к нему в поместье всех существ женского пола младше сорока пяти, ничего не дарит. И без того на них столько ветчины перевёл.

Дед и бабка задумчиво рассматривали предмет, лежащий на столе. Предмет представлял из себя неправильный эллипсоид и тускло золотился.
- Ну и чего ты от меня хочешь? - вопросила наконец бабка.
- Дык... разбить его, и дело с концом! - постановил дед.
Яга внимательно поглядела на собеседника. В ответ на нее непримиримо уставился невысокий старик в стоптанных лаптях и местами порванной рубахе, с взлохмаченной головой и редкой седой бороденкой. Под мышкой посетитель держал недовольно нахохлившуюся рябую курицу. В целом дед был похож на небогатого пожилого крестьянина из близлежащей деревеньки. Вот только те крестьяне обычно старались обходить ее избушку седьмой дорогой. И уж тем более не заявлялись на порог с такой... несколько необычной просьбой.
Яга знала кое-что о храбрости. Храбрость — это качество, которое вырабатывается в процессе столкновения с опасностями. В Тридесятом лесу и его окрестностях не было ничего, что представляло бы для бабки опасность. Однако сама Яга помогла обрести храбрость некоторому количеству добрых молодцев — в основном тем, кто забредал к ее владениям случайно и не успевал вовремя унести ноги. Глядя на незваного гостя, старуха заключила, что он совершил безусловно храбрый поступок. Из этого следовало, что дед столкнулся с чем-то, что было, по его мнению, опаснее тяжелого пути через лес, диких зверей и страшной ведьмы. Бабке стало любопытно.
- А сам чего не разбил?
Дед сердито засопел.
- А... чтоб его... вот эдак вот, и вон чего!
С этими словами старик ухватил предмет и с размаху шваркнул его о столешницу. Стол загудел, предмет, невредимый, откатился чуть в сторону.
- … растак, - закончил дед.
- Ага, - протянула Яга. - Откуда взял?
Старик с готовностью предъявил курицу. Птица обвисла в его руках. Бабка заглянула в круглый глаз, потеребила пальцами перья, помяла рукой тощее тельце.
- Курица как курица, - недовольно изрекла Яга. - Чего ты мне голову морочишь? С чего бы ей золотом нестись?
Дед взволнованно всплеснул руками и принялся сбивчиво объяснять. Из его рассказа Яга узнала, что царь-батюшка, любитель диковин, узнал от заморских купцов о птице-небылице — петушке из чистого золота, и, совсем, видать, из ума выживши, затребовал его в свой зверинец. Экзотическое создание, прибыв в Тридесятую столицу, сначала пришибленно сидело в руках ловцов, а когда довольный царь радостно устроил его рядом с собой, осмотрелось, осмелело, и с неожиданной для их породы прытью рвануло наутек, да не как-нибудь, а по воздуху. Оказалось, что, в отличие от своих непозолоченных собратьев, птица летает быстро, высоко и далеко, и пока ловцы ее выследили и догнали, шустрый беглец успел добраться до лесной деревеньки, где жил дед, и даже полюбить его единственную курицу. В самом прозаичном смысле этого слова. Результатом спонтанно вспыхнувшего чувства стала поимка негодника царскими ловцами, а также то, что лежало теперь на столе в избушке Яги — мерцающее золотистыми боками яйцо.
- И ты хочешь теперь его разбить? - уточнила Яга.
Дед хмуро кивнул.
Яга поднесла ладони к яйцу, сосредоточилась и что-то забубнила. Старик с интересом наблюдал. Отведя руки, бабка увидела, что заклинания результата не принесли, еще немного пошептала, покатала яйцо по столешнице и осторожно стукнула тупым концом о край. Яйцо осталось целым. Выведенная из себя Яга сверкнула глазами, замахнулась и с диким криком «Киииий-яяяя!» рубанула ребром ладони. Яйцо откатилось на край стола, издевательски поблескивая.
Помахивая в воздухе поврежденной рукой, бабка задумалась. Дед притих. Курица наблюдала за их действиями со спокойствием истинного философа, жизнь которого исполнена лишений и несправедливостей.
Затянувшееся молчание прервал Баюн. Безразличный ко всему золоту в мире, он внимательно прислушивался к еле слышному шороху за печью, и когда оттуда показалась серая тень, был готов. Сорвавшись с места мохнатой когтистой погибелью, Баюн погнал мышь по горнице.
В избе поднялся переполох. Мышь кинулась к окну, пробежала под лавкой, вскарабкалась по занавеске и помчалась по столу. Курица всполошенно метнулась в сторону и оказалась на руках у Яги, помешав той перехватить кота. Беглянка спрыгнула со стола, преследуемая по пятам, и с истошным писком скрылась в щели между половицами. Кот, не успев затормозить, врезался мордой в доски пола, возмущенно зашипел и сконфуженно вернулся на печь.
Бабка, бранясь, вернула курицу владельцу и осмотрела стол. Ущерб оказался невелик — перевернутая миска и рассыпанный горох. А еще — разбитое яйцо на полу. Осколки ярко поблескивали. Все, что от него осталось — горстка золотистого металла.
Дед, посмотрев с минуту, горестно вздохнул, плюнул и поплелся к выходу. С полдороги раздумал, вернулся и сгреб в охапку слабо сопротивляющуюся курицу.
- Куда ты, старый?! - окликнула Яга. - А золото?
- А на кой? - вопросил дед. - Куды я его, варить штоль?
- Так в городе-то купишь на него, чего нужно!
Старик печально махнул рукой.
- Дотедова ишшо дойти надыть, - безнадежно ответил он.
- И то верно, - задумалась Яга. - А ну-ка, погоди. Есть у меня знакомый один. По золоту крупный специалист.
Спешно вызванный Кощей внимательно осмотрел осколки скорлупы, понюхал и попробовал на зуб.
- Золото, - вынес он вердикт.
- Это и я вижу, что золото, - возразила Яга. - Ты лучше скажи, чего с курицей делать, чтоб она нормальные яйца несла? Видишь — человеку золота не надо.
Кощей потер подбородок, поскреб лысину. Потом ухватил многострадальную курицу, и, бормоча непонятное «потребуется серия экспериментов» и «установить эмпирическим путем», важно удалился.
- И чево? - вопросил дед.
- Домой иди, - посоветовала Яга. - Ежели что получится, то вернем тебе твою курицу в первозданном виде. А если нет — то так просто вернем. Хоть суп сваришь.
Прошло несколько дней. В ненастный и сырой вечер к старику явился посетитель.
Кощей, пригнувшись, вошел в избу и развернул принесенный с собой сверток. Внутри оказалась рыжеватая бодрая курица, любопытно засеменившая по полу, и бережно завернутое в тряпицу испачканное в помете яйцо. Дед без лишних слов разбил яйцо о край миски и просиял. Кощей кивнул и вышел в ночь. Дед, спохватившись, высунулся из дверей и прокричал вслед:
- Того... энта... благодарствую!
Кощей в ответ только пожал плечами. Достигнув границы с лесом, дабы не пугать понапрасну обитателей деревеньки, он взмахнул плащом и переместился в свои покои. Прошел по длинному темному коридору к винтовой лестнице, поднялся в башню. Под самой крышей был оборудован уютный насест. Рябая курица сонно приоткрыла глаз, когда чародей зашарил костлявой рукой в гнезде. Вытащив из-под птицы очередной золотой слиток нестандартно овальной формы, Кощей улыбнулся.
- А они говорят — в суп, - укоризненно сказал он, обращаясь к курице, и потопал к сокровищнице.

«Они жили долго и счастливо» – по-моему, отвратительное начало истории, - черный толстый кот с белым пятном на лбу, высунув кончик языка, старательно записывает мысли в блокнот длинным гусиным пером. – А ты снова его ждешь? – кот откладывает блокнот в сторону и поднимает на меня янтарные глаза.
- Да. Жду… - отвечаю, всматриваясь в мутную даль. Плотный туман застилает обзор, укутывая башню серой дымкой, каменная тропинка, ведущая к замку угадывается в мелкой змейке, поросшей травой.
- Наивная, - хмыкает кот, спрыгивает с кресла, виляя хвостом подходит ко мне, трётся о ноги и мурлыкает, - ты потеряешь себя, как теряла тысячу раз, как теряла тысячу жизней назад.
Слышу цокот копыт и ржание лошади, смотрю в окно – к мосту замка приближается всадник в доспехах, останавливает коня у ворот и ловко спрыгивает на землю. Подбираю полы платья и спешу к двери.
- Стой! Стой! – шипит кот, его шерсть топорщится, - это не по правилам, он сам должен просить помощи.
Не слыша его советов и просьб, спускаюсь вниз по винтовой лестнице, чувствуя, как клокочет моё сердце, гулко постукивая в груди.
Выбегаю на улицу, ветер треплет черные одежды, забирается под волосы, словно препятствует судьбоносной встрече, с которой нас разделяют считаные минуты.
Он стоит, всматриваясь в окно башни, гладит коня по загривку, его доспехи блестят даже в пасмурную погоду, готовую в любой миг принести моим землям дождь.
- Миледи, я не думал, что вы встретите меня прямо у входа в замок, - учтиво кланяется и целует мою бледную руку, унизанную серебряными перстнями.
- Я гуляла в саду и заметила вас, - еле улыбаюсь уголками бесцветных губ и с любопытством рассматриваю его: высокие скулы, тонкие губы, волевой подбородок и невероятно выразительные голубые глаза.
- Думаю, вы та самая, которая мне нужна. Вы укажите путь к счастью и погружению в лучи неземной любви, - пылко произносит он и поднимает голубые глаза к серому небу.
- Это следует обсудить в моём замке, - приглашаю знакомого незнакомца в свою обитель. Пока он идёт позади меня, невзначай оглядываюсь, чтобы запомнить его, чтобы узнать ещё раз сквозь тысячи жизней, сплетенных сетями ночных звёзд.

Кот измеряет шагами комнату, иногда останавливается и запускает коготки в ковёр, нервно его царапая.
- Он такой невероятный, ты слышишь, кот? Я снова в него влюбилась! - лежу на кровати, раскинув руки, поглаживая себя по животу, в котором скопился весь видовой состав бабочек.
- Ты какой была тысячу жизней назад, такой и осталась, - фыркает кот, - эта легенда неминуемо повторяется и ты не лучший её персонаж, - делает замечание хвостатый и топает лапкой по ковру.
- Всё получится, - твёрдо решаю я, - всё точно получится, главное - припрятать девчонку. Прикажи слугам запереть её на все замки и не выпускать!
- Думаешь, поможет? – облизывается кот, играясь своим хвостом. – Пятьсот жизней назад ты вообще отдала её на сохранение дракону, - разводит лапами кот, - это тебя всё равно не спасло. Единственный вариант – убить девчонку. Ты плохая - это главный козырь в твоих тёмных рукавах. Всегда должна иметь место игра на контрастах: она умеет любить, ты умеешь ненавидеть, она умеет восторгаться прекрасным, ты – решать проблемы любой сложности, она – наивна до умиления, ты – коварна до жути. Убей девчонку. Ни в одной из тысячи жизней ты так и не смогла убить её.
- Я не могу, - закрываю глаза и тяжело вздыхаю, чувствуя как в моём животе осторожно затихли бабочки. – Всё должно случиться, в этот раз он способен меня полюбить, этот рыцарь совсем другой, он не похож на остальных…
- Да все они одинаковые, разве что геральдика меняется! Это последняя твоя попытка, сосредоточься на цели.
- Как там говорилось в пророчестве? – морщу лоб, пытаясь припомнить витиеватые пророческие слова старого мудреца-звездочета.
- Чтобы попасть на север, ты должна отправиться на юг, чтобы попасть на запад – нужно пойти на восток. Чтобы продвинуться вперёд, ты должна вернуться назад, чтобы обрести свет – нужно пройти через тень, - заученной фразой отвечает кот и от себя добавляет, - но некоторые обречены застрять в фазе «тень».
- Я не могла пройти тысячи жизней, скитаться миллиарды лет, чтобы вечно оставаться в тени. Что сделать ради его любви?
- Читай по губам, - кот вытягивает мордочку и выразительно, с дикцией проговаривает, - НУЖНО. УБИТЬ. ДЕВЧОНКУ. ПРЯМО СЕЙЧАС! - не унимается кот и меланхолично поднимает коготь вверх, будто выковыривает истину, демонстрируя её.
- Это плохая идея, - кидаю в кота подушкой, кот злится и хочет ответить протестом, нагадив на ковер, но наш спор прерывает горничная, сообщив что ужин в обеденной комнате уже накрыт.
- Иди и возьми его через желудок, - подмигивает кот, - а если не поможет – убей девчонку!
Надеваю серое платье из бархата с рукавами, вышитыми серебряными нитями, на шею вешаю амулет из черного турмалина, поправляю прическу и спускаюсь в обеденную комнату.

Менестрели в цветных камзолах из красного сукна музицировали на флейте и лютне, выводя нежную мелодию, от которой хотелось плакать и смеяться одновременно.
- Вы восхитительны, - рыцарь смотрит на меня с высоты своего огромного роста, целует руку и галантно отодвигает стул, приглашая сесть за стол. – Я уже и забыл, зачем явился к вам. А сейчас вижу, что та, ради которой приехал, не сравнится красотою с вами, - пламенно говорит рыцарь, рассматривая вырез на моём платье.
- Спасибо. Но не стоит раскидывать комплименты, когда я в них меньше всего нуждаюсь, - держу подбородок высоко поднятым и намеренно холодно смотрю на рыцаря.
- Я проезжал мимо небольшой деревушки, той что в ваших землях, остановился на ночь, разговорился с трактирщиком. Страшные вещи творятся: животные болеют, младенцы пропадают, колодцы отравлены, - мнется рыцарь и не знает, как приступить к сути, - в общем, они поговаривают что вы … ведьма, - осторожно выдыхает рыцарь и смотрит по сторонам.
- Смертные! Я их прокл…- подкравшийся сзади кот кусает меня за пятку и не позволяет договорить. – Я уточню этот момент, - улыбаюсь и стараюсь не сойти с ума от его красоты.
- Говорят, что король отдал вам свою дочь, принцессу, которая прекраснее весны и ярче солнца, дабы вы обучили её мастерству врачевания травами.
- Да, - киваю головой, - она замечательная…- кот царапает меня за лодыжку и шипит, - гхм, она замечательной была бы ученицей, если бы не оказалась тупа и ленива. Девочка абсолютно не обучаема, к тому же высокомерна и упряма, она сбежала из замка месяц назад, предпочитая жить в лесу с дикими зверями. Привить ей манеры, тем более врачевание – выше моих сил.
- Вы так благородны, Леди туманной горы, - рыцарь учтиво кивает головой и восхищенно смотрит на меня, - я преодолел невероятный путь, чтобы найти свою любовь, но она была рядом со мной…это вы, - нагибается, касаясь моих губ, но поцелуй не удается, потому что дверь в обеденную внезапно приоткрывается.
- Я взломала замок в комнате!Так наскучило перебирать травы, к тому же на мандрагору у меня аллергия, - приподнимая белое платье, в обеденную заходит принцесса, «прекрасная как весна, ярче чем солнце». – Когда уже папенька заберёт меня? Надоело! Не хочу изучать травы! – капризничает принцесса и ловит восхищенный взгляд рыцаря, отчего расплывается в улыбке.
- Я же говорил! - гадко ворчит кот, досадно сплёвывая…

Ночь укутала мой замок плотной пеленой звёзд, бутоны цветов в саду закрылись, уснув и прекратив расточать ароматы. Я пробиралась сквозь кусты и колючки, следуя звукам хохочущей пары, блуждающей по тропинкам сада.
- Я люблю вас! Вы – та самая, которую я ищу на протяжении всей своей жизни, - рыцарь становится на колено и головой прижимается к животу принцессы. – Выходите за меня замуж! Я сражу тысячи драконов. Хотите, я убью ради вас Леди туманной горы?
- Хочу, - принцесса улыбается, её лицо освещает лунный свет, на котором видна маска хладнокровия, замаскированная под веснушками наивности.
Когда рыцарь целует принцессу, обнимает её за талию, запускает руки в каштановые волосы, я убегаю, по дороге роняя слёзы на каменные плиты двора.

Кот, надев очки на черный нос, придав себе вид ученого, читал древний пыльный фолиант.
- Мне сейчас нужно что-то сказать? Или ты и так всё понимаешь? – спрашивает он, водя когтём по странице. – В твоём-то возрасте, пора бы запомнить – они никогда не выбирают ведьм. Ты хотя бы в одном эпосе встречала счастливую в любви ведьму?! Рыцарям нужны принцессы – это канон, а ты со своим умом, знаниями и опытом, куда ты вообще лезешь? Устраивай каверзы, наводи чуму, потопы, голод! Развлекайся! Какая любовь! Ты можешь отдать за него жизнь, лечить его болезни, делать ему заговоры на удачу в рыцарских турнирах, он этого не оценит, потому что ты не принцесса! За тебя не нужно бороться с драконом, ты этого дракона убьешь одним взглядом.
- Что мне делать? – спрашиваю, ощущая как бабочки в моём животе умирают, сгнивая заживо.
- Помнишь книгу на прикроватной тумбочке? – ухмыляется кот и накручивает усы на коготь.
- «Как изготовить яд в домашних условиях»? – переспрашиваю я, вытирая мокрые щеки о подушку.
- Будь плохой до конца!

К утру слуги нашли мертвенное тело принцессы, пораженное смертельным ядом. Она лежала на кровати в своей комнате, уже не прекрасная как весна и не яркая как солнце. Под некогда игривыми глазами образовались красные пятна, взор был пуст и безразличен, как и полагается настоящим принцессам, даже при жизни. Рядом с её кроватью, скрутившись в позе эмбриона, лежал бездыханный рыцарь, всё такой же блистательный и красивый.
- Нужно уметь убивать в подходящий момент, чтобы пройти сквозь тень, переродившись в свет, - говорил кот, виляя хвостом.
Я умираю в последний раз. Моё тело становится прозрачным с каждым вздохом, и я ощущаю погружение в вечное ничто, чтобы расплыться густым туманом у подножия моего забытого замка.
- Вот всё и закончилось. Ты никогда не вернешься, чтобы вновь прожить эту историю, - кот берёт гусиное перо в руки, открывает блокнот, и говорит последнее, что я слышу перед исчезновением, - «они жили коротко и несчастливо» – по-моему, отличный конец истории…

- Явилась она, посмотрите-ка. Еле доползла на нижних чакрах. Небось, всех лифтеров прокляла, пока до тринадцатого этажа доковыляла.
-Ик! Изведу...ик! Опять лифт не работает, а окна ты заколдовал, то есть закрыл!...
- Где ты была? Опять с подружками шаталась по посадкам?
- Отмечала профессиональный праздник, ик!
- Это какой же? День плохой домохозяйки?
- Вальпургиеву ночь.
- То есть, как восьмое марта, так глупости, а как Вальпургиева ночь, так надо отметить.
- Потому что это традиция!
- Традиция - это седьмого марта на бигудях спать, а восьмого радоваться мужскому вниманию. Когда я тебе в Международный женский день принес кофе в постель и подарил охапку роз, ты даже бровью не повела. Зато требовала подарки на какие-то Ели и Отары.
- На Йоль и Остару. И не подарки, а подношения богам. Ик!
- Угораздило на ведьме жениться. А моя мама говорила. Мама была против.
- Баба Яга всегда против!
- Как ты смеешь так говорить о моей матери, она жизнь прожила.
- И даже не одну, а несколько: тираном-диктатором и офицером СС.
- Ну все, я подаю на развод...
- Чего ты сразу угрожать, ик.
- А потому что достало это колдовство. На кладбище с тобой нормально нельзя сходить, сразу землю в карманы нагребаешь и глядя на надгробия, неприлично выкрикиваешь: "Ой, Евстахия, а мне как раз надо!"
- Это для защитных оберегов.
- Вот! И поэтому тоже. У нас не квартира, а сплошной ритуальный алтарь. Даже в туалете защитные печати стоят. Мама нормально справить нужду не может...
- А ты говорил, не работает. Таки отгоняет злых духов от священных мест!
- Еще мои друзья...
- А что твои друзья? Отличные ребята, мы находим общий язык.
- Они стали...геями! Все вместе. Внезапно.
- Это уже не ко мне, ик. Хотя, я давно говорила, что они пи...
- До знакомства с тобой, их ориентация была гетеросексуальной.
- Зато теперь я спокойна: хоть на рыбалку с ними, хоть на мальчишник.
- Только мы ходим почему-то в спа-салон и на шоппинг.
- Ну че сразу я виновата, а?
- Потому что ты ведьма!
- У всех есть достоинства, мое заключается в том, что я иногда подколдовываю!
- Иногда? ИНОГДА????!?
- Хорошо, чаще чем иногда. Но ты же меня за это любишь, ик.
- Я скорее, смирился с твоим поведением. Вот наша секретарша спит с начальником. Так хоть муж её спокоен. А ты?
- А я?
- А я не знаю, с какими ты инкубами забавляешься.
- Это чисто деловые встречи, ты же знаешь.
- Ага, конечно. Что скажешь насчет странных путешествий? Вот бабы из отдела кадров то в Турцию, то в Египет летают. А ты если не на метле вокруг дома, то в астральные миры.
- Не, ну а че...магический туризм дело нужное.
- И даже возвращаешься с сувенирами, только вместо магнитиков - подселенцы!
- Я люблю хороших попутчиков.
- Только вот соседей не любишь! Зачем ты затопила соседа снизу?
- А зачем он в прошлой жизни служил инквизиции? Я мстила!
- Короче, меня это достало! Я собираю вещи и ухожу к черту.
- К черту не надо, у него жуткое похмелье...
- Дура!
- Не дура, а женщина интересной профессии, которая когда нервничает, плохо становится всем в радиусе двухста метров. Поэтому ты прекратишь истерику и пойдешь спать.
- Да, дорогая *вздыхает*. За что я тебя люблю, так это за умение решать конфликты..

Звонили коты.
- Ты где? - спросил Барсик.
- Как это где, - сказала я. - Я вот вчера прилетела, вы же видели, сейчас по городу мотаюсь, потом...
- Мы смотрели твой фейсбук, - сказал Барсик.
- Как это - смотрели? - сказала я. - Разве котики умеют...
- Умеют, - сказал Барсик. В трубку рядом с ним сопел Мартын.
Я тяжело замолчала.
- Ты постишь там других котиков, - сказал Барсик. - Не нас.
- И таксу лайкает, - добавил Мартын. - Про таксу читает. Поэтическую. Про собаку то есть.
- Про собаку, - веско сказал Барсик.
- Откуда вы вообще... Вот это вот всё - "постишь, лайкает", - откуда? - сказала я.
- У нас есть фейсбук для котиков, - сказал Барсик, - мы оттуда за тобой следим. Мы тебя там обозначили как "близкие котику".
- Вы там размещаете... Как это... Мои вдруг фоточки... Вдруг? - сказала я. - Погодите! Я ничего не поняла.
- Мы не размещаем, как ты сидишь на лотке, к примеру, - сказал Барсик. - И как ты валяешься по утрам - тоже не размещаем.
- Иногда размещаем, как ты ешь, - добавил Мартын и снова засопел. - Твою миску и рядом нашу. Типа сравните, котики добрые. Пятьсот лайков. Сотни желающих помочь пишут в личку.
- Осуждают меня? - покорно спросила я.
- Да, - сказал Барсик.
Мы замолчали.
- Мы вступили в группу "Неглаженные котики", - сказал Мартын.
- Восемь стран, девяносто тысяч участников, - сказал Барсик. - Чума нашего времени.
- Там недавно была фоточка механической гладилки, - сказал Мартын. - Пока хозяева в отъезде. Железная, черная, страшная. А что поделаешь? Если ты летаешь туда-сюда все время.
- Недавно, - сказал Барсик, - там один пост собрал сто тысяч лайков.
- Какой? - спросила я.
- Один хозяин одного "Неглаженного котика" привез ему в галстуке восемь банок агар-агара, - сказал Барсик.
- Фуагры, - поправил Мартын.
- Погодите, - сказала я. - Гоните. Фуагра под санкциями.
- Контрабандой, - пояснил Барсик.
- Говорим же, в галстуке, - добавил Мартын.
- Это ж какой у него галстук должен быть, - сказала я.
- Или он просто любит своих котиков, - сказал Барсик.
- Да, - сказал Мартын.
- Размер галстука неважен, если любишь своих котиков, - сказал Барсик. - Всегда можно привезти баночку-другую агар-агара.
- Фуагры, - сказал Мартын.
- Что вы от меня хотите? - сказала я.
- Хотя бы говядины, - сказал Барсик.
- Кролик с рисом дерьмо, с овощами дерьмо, просто кролик дерьмо, - затараторил Мартын.
- Мартын, я услышала, - сказала я. - Скажите, а нельзя просто попросить? обязательно надо шантажировать вот этим вот- фоточки, "Неглаженые котики", размер галстука? Я вас избаловала.
- Мартыну еще кошечку надо, - тяжело сказал Барсик.
- Пусть обратится в сообщество "Неглаженные кошечки" - сказала я и захохотала.

Фантазия на тему: а что если бы принц-лягушонок был родом из Одессы.

Принц-лягушка и его еврейская мама

- Изя! – начала лягушка.
- Что, мама, мне холодно? – спросил лягушонок.
- Нет, Изя!
- Я хочу кушать?
- Нет, Изя, ты хочешь жениться!
- Ой, мама, не зацепляйте меня за волнительную тему, поберегите нервы.
- Изя! Как мне поберечь нервы, когда ты мне их постоянно делаешь? А я таки имею тебе кое-что сказать по этому поводу, - возразила лягушка.
- Мама, вы всегда имеете мне кое-что сказать и потом имеете себе нервы.
- Изя, ты совсем не любишь маму. Ведь мама ради тебя стала лягушкой. Даже больше того, Изя, ЖАБОЙ!!!
- Ой, мама, ну шо вы меня душите! Ну какая вы жаба – вы лягушка!
- Жаба, Изя, жаба! Лягушка – это ты, а мама, которая ради тебя обратились лягушкой, когда поняла, что ты таки останешься лягушонком, если мама не найдет тебе жену, - это уже не лягушка, Изя, это ЖАБА!
- Ой, мама, ну шо вы делаете из мухи истребитель? Мне не нужна жена, мне нужен один поцелуй – и я опять стану нормальным мальчиком.
- Может от поцелуя ты и станешь нормальным мальчиком, а вот нормальным мужчиной ты станешь, когда закончишь мЭдинститут и женишься. Вот скажи мне, Изя, мама приводила тебе прЫнцессу в прошлом месяце?
- Таки да… - вздохнул лягушонок.
- И шо ты с ней сделал? – Лягушка прекрасно знала, чем все кончилось.
- А что с ней сделаешь, когда она убегает, как будто за ней гонится тетя Софа с Привоза и требует отдать деньги.
- Вот зачем тебе понадобилось ее пугать?
- Ой, мама, кто ее пугал? Но она так боялась, так боялась… Шоб меня бедность так боялась… К тому же эта прЫнцесса была такая худая, как будто от нее попрятали всю еду в королевстве.
- Ладно, Изя, а неделю назад я заманила на болото баронессу?
- Таки заманили, мама… - послушно согласился Изя.
- И шо баронесса? Шо она сказала?
- Она сказала своим слугам меня ловить и жарить!
- Да… - задумчиво протянула лягушка. - С этой француженкой мама не подумала, но зато какая у нее была тазобедренная композиция! А что? Мама не железная, мама тоже имеет права делать ошибки, а не только обязанности делать твое счастье. Ну ладно эти тощие прЫнцессы и прожорливые баронессы, а вот позавчера мама принесла на болото девушку твоего размера…
- Так эта Дюймовочка не хотела меня видеть, не то чтобы целовать! Она как меня заметила, сделала такую морду страданий, что ее жук пожалел. А жук никогда никого не жалел, даже когда хоронили его жену, он плакал только потому, что пришлось заказать дорогую музыку.

Мама Роза только вздохнула, она понимала, что лучшие годы ее Изечки тают на этом болоте, как форшмак на столе перед тетей Сарой.
Год назад Изечку заколдовала в мЭрзкую лягушку эта мЭрзкая гойка** - фея Рита за то, что Изя назвал ее доцю толстой курицей, Ну и шо в этом такого?! Изечка сделал девочке комплимент. Вот, если бы он обозвал девочку тощей курицей - это обидно, мама Роза согласна. Но толстая курица? Разве, кого-то обидит на Привозе толстая курица? Нет! Все только таких и выбирают, а эта гойка решила, что Изя хам. Разве может ее сына хамить девочкам, даже если они гойки. Нет! Но Рита разозлилась и превратила мальчика в лягушку!
Мама Роза категорически потребовала наколдовать обратно, а фея заявила:
- Пусть расколдовывает та безмозглая, которая теперь согласится поцеловать твоего Изю прямо в его жабью рожу.
- Моего Изечку я таки расколдую, а вот твоей Фимочке не грозит не то, что мужа найти – расстаться с невинностью, даже без всякого зловредного колдовства.
- Гляди там – расколдует она! Хочу я посмотреть, как ты будешь ходить с лягушонком по привозу и предлагать деньги, чтобы нашлась дура легкого поведения, что согласится на эту аферу!
- Зато с внешностью твоей Фимочки, ее поведение такое тяжелое, что его можно добавлять к гирям дяди Семы, когда он обвешивает покупателей! А я найду моему Изечке не просто дЭвушку для поцелуйчиков, а порядочную жену!
- Ага, такую порядочную, как Руфочка из борделя, которой Изя прошлым вторником цветы нес!
- Жена Изечки будет такой прекрасной, что твои гойские глаза вылезут на твой морщинистый лоб и примут форму аж двух квадратов! Я смогу найти достойную прЭтендЭнтку даже если сама буду жабой!
- Ну, как говорится, любой каприз за ваши деньги, а сегодня у нас таки акция! – И фея Рита припечатала Розу волшебной палочкой, тоже превратив в лягушку.

Роза искала сыночке жену днями и ночам. И все без толку. А ведь Изечка – не простой мальчик, Изечка таки принц, потому что папа Изи в прошлом был королем, а значит, сама Розочка – королевой, только дурные феи не имеют никакой субординации.
- И вот что я думаю, мама, - заявил вдруг Изя. – Ни к чему вы пускаетесь в такие кругосветные поиски. Вы столько сил тратите, а ваши кандЫдатурки и моя мечта – две большие разницы.
- Кончай мне этих штучек, Изя! Ты – мои вырванные годы! – возмутилась лягушка. – У тебя, конечно, должно быть свое собственное мнение, и мама сейчас тебе его расскажет. Мама поведет тебя на дворцовый пруд. Во дворце живет прекрасная дЭвушка. И не сорви гешефт*, Изя, таки выторгуй хотя бы один поцелуй!
- Мама, вы будете учить меня торговаться?
- Изя, я буду учить тебя взрослеть! Ты помнишь этого припоцанного дядю Жору? Так он тоже думал, что таки может торговаться. Так мама купила у него три кило бычков за три рубля!

***

Принцесса горько плакала над прудом. Из воды высунулась зеленая голова лягушонка:
- Чиво вы плачете? Я с вашими рюмсами имею соленую воду. А если бы я хотел жить в соленой воде, сидел бы в Черном море.
- Я уронила в воду золотой мяч, - плакала принцесса еще сильнее.
- Золотой? – оживился лягушонок. – Таки весь золотой?
- Да, - принцесса вытерла платочком носик, - он такой красивый!
- А какого примерно он был размеру?
- Вот такой, - принцесса раздвинула ладони.
- Ого! Таки большой! – воскликнул лягушонок и добавил еле слышно: - Я конечно не силен в гЭомЭтрии, но судя по размерам, золота в нем почти шо полкило!
- Я бы исполнила любое желание того, кто мне его достанет!
- Да я бы сам таки исполнил любое желание тому, кто мине достанет полкило золота забесплатно. - И лягушонок скрылся под водой.

***

- Давай поговорим за прЫнцессу, Изя!
- Ой, мама, далась вам та прЫнцесса!
- Изя! С таким отношением, у тебя не будет ни прЫнцессы, ни человеческой физиономии!
- Зато у меня таки имеется капитал! А с капиталом у меня будут и прЫнцессы, и магазинчик! А человеческой физиономии нет у половины Одессы и ничего!
- Какой капитал? Ты шо, больной? Тут тебе не банк, а пруд!
- Я нашел на дне золотой мячик прЫнцессы.
- А мой инфаркт ты там не нашел? Изя, мама тебя, конечно любит, но ты не Изя – ты адя***! А может даже адиёт****! Если дЭвушка может себе позволить топить золотые мячи в пруду, а не носить их на шее на цепочке, то это значит, Изя, что это очень обЭспЭченная дЭвушка! А ты, Изя, хоть и прЫнц, но без копейки денег!
- И шо вы хотите? Чтобы я возвратил этой криворукой шиксе***** мой капитал?
- Ой, мне все равно, лишь бы ДА! Кто ж уходит с Привозу с одной курицей, когда через два часа можно будет купить еще и петуха с яйцами за те же деньги. Торгуйся, Изя, торгуйся! А то мама пойдет и сама все сделает, а потом тебе придется потратить свой капитал на мои похороны! И не смей мне возражать, Изя!
- А я не возражаю, я молчу.
- Так убери это мнение со своего лица!

***

Принцесса ела из своей золотой тарелочки. Рядом с ней на высоком стульчике сидел лягушонок и тоже ел из золотой тарелочки принцессы. Девушка ласково улыбалась – она была очень благодарна за то, что лягушонок достал со дна пруда ее золотой мячик.
Король тоже улыбался тому, что его дочка такая воспитанная и благодарная.

Вдруг - топ-шлеп-шлеп-шлеп - кто-то взбирается по мраморной лестнице и, взобравшись наверх, стучится в дверь и говорит:
- Изя! Изя, это настоящее свинство! Ты хочешь, чтобы твоя мама взяла и умерла посреди полного здоровья? Изя! Ты сидишь в теплом домике, а мама должна прыгать по холодному болоту? Немедленно впусти маму, Изя!
- Кто это? – удивился король.
- Мама… - протянул лягушонок.
Король тут же повелел дочери немедленно впустить маму лягушонка, усадить ее за стол и дать тарелку.
- А шо для Изи у вас не нашлось золотой тарелочки? Почему он кушает с одной тарелки с вашей дочкой? – спросила лягушка.
Король приказал принести прибор для лягушонка.
Лягушка, с сомнением оглядев длинный стол, на котором кроме тарелок и бокалов ужинающих ничего больше не было (блюда подносили слуги), сказала:
- Это вам не жук начихал на скатерть? Вы хотя бы положили больше хлеба.
Король не знал, что здесь отвечать.
- Чем вы кормите моего Изечку? – мама понюхала суп. - Когда это готовилось? Когда я еще не была жабой?
Король и принцесса покраснели и опустили глаза – им вдруг стало очень стыдно. Король подумал, что нужно, пожалуй, казнить повара.
- Кушай, Изечка, кушай. Ты очень мало кушаешь! Неизвестно еще когда тебя тут покормят в следующий раз.

Ужин подошел к концу, и настало время сна. Принцесса взяла лягушонка на руки и понесла в свою спаленку – так они договорились у пруда. Она уложила лягушонка рядом с собой в мягкую постельку, укрыла его одеяльцем, укрылась сама и уснула.
Ночью принцессе вдруг стало очень холодно, она открыла глаза и увидела перед собой лягушку, которая стягивая с нее одеяло, чтобы получше укутать лягушонка.
- Мама, шо вы делаете? – сонно спросил лягушонок.
- Спи, Изечка, спи. Ты очень мало спишь. Еще неизвестно будут ли тут давать тебе высыпаться.
- Мама, вы делаете мой сон банкротом.
- Молчи, Изя. Тебе дует?
- Нет, мама, не дует.
- ДЭвушка! ПрЫнцесса! – лягушка принялась толкать принцессу в бок. – Просыпайтесь, и ложитесь с краю, а Изечка ляжет на ваше место, а то ему дует!
Принцессе это не понравилось, но она слишком была благодарна лягушонку, поэтому поменялась с ним местами. Но едва она снова задремала, как раздался голос:
- Она тебя не задавит, Изя?
- Нет, мама, нет! Никто кроме вас меня не задавит.
- Дэвушка! Дэвушка! Прынцесса! – лягушка снова принялась толкать принцессу в бок. – Вы с вашими габаритами можете чисто случайно задавить моего Изечку!
- Я вовсе не толстая! – обиделась принцесса, которая на самом деле была хрупкой девушкой.
- А кто говорит, шо вы толстая? Вас просто очень много! Вы хотите иметь вину за две большие трагедии? Вам оно надо?
- Какие две трагедии? – удивилась принцесса.
- Утром вы найдете плоское тело моего Изечки и мои холодные ноги от разрыва сердца! Ложитесь лучше на коврике. Там много места, и там вы никого таки не задавите.
- Мама! – вмешался лягушонок. – Это кровать принцессы, она не может спать на полу!
- Вы только посмотрите на этого филантропа за мой счет! Ложитесь, ложитесь на полу, прЫнцесса. С вашей осанкой надо больше спать на твердом.
- Мама! – опять вмешался лягушонок (а надо сказать, что к этому времени принцесса уже успела ему понравиться, и он с ней почти подружился). – У принцессы прекрасная осанка!
- И хорошая фигура, - добавил он.
- Не расчесывай мне нервы, Изя! Ты просто не видел хороших фигур. И, поверь мне Изя, все равно какой фигурой тебя раздавят! Если тебя лягнет тощая кобыла…
- Она не тощая кобыла!
- Я не тощая кобыла! – одновременно закричали принцесса и лягушонок.
Тут принцесса, несмотря на то, что она была доброй вежливой девочкой, очень разозлилась, схватила лягушку и швырнула ту об стену. А потом подхватила лягушонка и чмокнула за то, что он ее защищал.
И в одно мгновение и лягушонок, и его мама превратились в людей.

***

Мама Роза сидела за столом в отведенных ей в замке короля покоях и писала письмо дяде Жорику:
«Уважаемый, дядя Жорик!
Вы с сожалением приглашаетесь на свадьбу моего превосходного сына принца Изи Соломоновича и какой-то Невоспитанной Грубиянки, имя которой я не запомнила.
Самая большая катастрофа в истории нашей семьи состоится в 7 вечера в пятницу, 5 августа и закончится браком.
Не сомневаюсь что со временем его возможно будет аннулировать.
Передайте привет Цилечке, скажите ей, что она очень хорошая девочка. Пусть пока не выходит замуж, потому что увлечение моего Изечки скоро таки пройдет»

***

На Черноморском пляже под видом обычных отдыхающих на шезлонгах расположилась высокородная чета: принц и принцесса. Одной рукой принцесса сжимала ладонь мужа, а второй держала в руках книгу со сказками братьев Гримм. Их трое розовощеких детишек сидели на надувном матрасе и с открытыми ртами слушали сказку, которую читала мама.
- «Когда повелитель его был превращен в лягушонка, верный Генрих так опечалился, что велел сделать три железных обруча и заковал в них свое сердце, чтобы оно не разорвалось на части от боли да кручины…»
- Доча, шо ты такое читаешь? – дама, загоравшая чуть поодаль, повернула голову в сторону принцессы.
- «Король-лягушонок, или Железный Генрих», мама.
- А при чем тут этот Генрих? Они бы еще назвали сказку «Бронзовым Дюком»******!..
- Мама, это просто сказка! – встрял принц.
- Молчи, Изя! Эта ваша сказка так поиздевалась над фактами, как время над лицом тети Сары! Там ни слова за маму, Изя! Там ни буковки за жертву материзма!
- Материнства… - поправил Изя.
- Ты стал злым, Изя, ты стал циничным. Стал заносчивый, как гаишник с престижного перекрёстка.
- Мама, ну шо вам не хватает! – не выдержал Изя. - Мы подарили вам новенький готель на берегу моря?
- Конечно, Изя. В самом отдаленном месте. Куда не ходят маршруток.
- Но мы же подарили вам сорокаместный автобус Мерседес!
- Можно подумать, Изя, мама умеет водить автобус.
- Так наймите водителя, мама!
- Ты, Изя, не знаешь, сколько денег сегодня стоит покупить бензин? Если мама заплатит водителю, то ему придется тянуть автобус, как тетя Циля тащит с пьянки дядю Борю, потому шо денег на бензин таки не останется.
- Мама, мы заключили договор с арабским шейхом, вам будут прямые поставки бензина, и я пришлю вам десять королевских водителей на государственном жаловании. Чем вы еще не довольны?
- Тем, Изя, шо мне пришлось заковать свое сердце в три железобЭтонных обруча, после того, как тебя понесло жениться.
- Но мама! Вы же сами хотели, чтобы я женился и нашли для меня моё золотце, - принц поцеловал руку принцессы, мама скривилась.
- Кто же знал, Изя, что эта девочка окажется такой грубиянкой? Швырять маму об стенку!..
- Но она нас разве не расколдовала?
- Лучше жить жабой, Изя, чем обязанной другой жабе.
- Не называйте мою жену жабой, мама!
Мама поджала губы, отвернулась и натянула соломенную широкополую шляпу на нос.
- Похорони меня рядом с твоим отцом, Изя, - раздался приглушенный слабый голос из-под шляпы спустя некоторое время. – Напиши на том пластиковом памятнике, шо ты поставишь на мою могилу, шо мама таки тебя любила…
- Не надо, мама!..

Принцесса не обращала внимания на жалобы с соседнего шезлонга, а продолжала читать сказку. «Вот опять и опять затрещало что-то в пути, королевич думал, что это треснула карета, но были то обручи, что слетели с сердца верного Генриха, потому что хозяин его избавился от злого заклятья и снова стал счастливым!»

- Зачем она бросила лягушонка об стену? – поинтересовался младшенький сынок, когда мама закончила.
- Шо ты хочешь от моей жизни? – вздохнула принцесса. - Уже сиди и не спрашивай вопросы…

* гойка, ***** шикса – не еврейка.
** гешефт - сделка
*** адя – сокращенно от адиёт,
**** адиёт – идиот.
******бронзовый Дюк – Памятник герцогу де Ришельё в Одессе.

Даше всего четыре года, но она мудра, как будто ей уже семь и у нее второй муж. Вечером, перед сном, она приходит в гостиную и требует сказку.
— Даша, золотко, ложись в постель, я сейчас приду и расскажу, — говорит ей мама.
— Нет, — заявляет золотко, энергично мотая головой. Кудряшки реют, как орифламмы на ветру. — Я хочу, чтобы дядя Леша рассказал сказку.
Это заявление носит ультимативный характер, обсуждать его никто не берется. По дороге в детскую Даша говорит:
— Расскажи про Красную Шапочку.
Про Красную Шапочку — это запросто. В прошлый раз Даша потребовала сказку про кунг-фу, вот тогда было действительно непросто. Шарль Перро по данному вопросу обнаружил возмутительные пробелы в творческом наследии, пришлось восполнять просчеты классика собственной фантазией.
Я кланяюсь и говорю:
— Слушаюсь, сенсей!
Даша смеется, она не знает кто такой сенсей, но не показывает виду. Сенсеи не могут себе этого позволить. Забравшись в кровать, она командует:
— Рассказывай!
— Хорошо. Жила-была девочка, звали ее Красная Шапочка. Однажды у нее заболела бабушка. Мама положила в корзинку пирожков и говорит…
— Чем заболела?
— Я не знаю. Ревматизмом. Или синдромом Хантингтона.
— Витамины надо есть, тогда бы и не заболела, — поучительным тоном говорит Даша.
Сама она последний раз болела целый месяц назад, с тех пор она ест витамины, и никакого синдрома Хантингтона не подцепила. Ну, может сопли чуть-чуть, но тут плохая наследственность.
— А пирожки что, с лекарствами?..
— Нет, обычные пирожки, с капустой.
— Фу-у, капуста! — кривится Даша.
— Капуста полезная. В ней тоже витамины.
Даша отмахивается от меня рукой. По ее лицу ясно, что взрослые ничего не понимают в фармацевтической кулинарии.
— В капусте только капустные витамины, — объясняет она мне. — А в витаминах — всяшные!
Тут Даша на секунду задумывается, и сообщает, что своим дочкам (их у Даши будет трое) она будет печь пирожки только с витаминами. И еще с конфетами, это тоже полезно. В них конфетамины, она по телевизору слышала. Но никакой капусты, ни за что.
Потом она разрешает мне продолжать.
— Так вот, Красная Шапочка взяла корзинку и пошла через лес. Идет она, идет, и вдруг навстречу — серый волк!..
— Надо было на автобусе ехать, — заявляет Даша. — Я бы поехала на автобусе.
— Ну, не знаю… Наверное, там всего-то две остановки до бабушкиного дома. Быстрее пешком дойти, чем автобус ждать. Так вот, выскакивает серый волк, и говорит ей…
— Пирожки или смерть! — страшно рычит Даша волчьим голосом.
— Даша, зачем волку пирожки? Они же с капустой.
Даша пожимает плечами.
— Он будет зайцев приманивать. Сделает ловушку, положит туда пирожок. Зайцы придут посмотреть, откуда пахнет капустой, и все попадутся.
— Какой хитрый волк.
— А то! — с гордостью говорит Даша.
— Ну, хорошо, а Красная Шапочка отвечает ему…
— На тебе корзинкой в лоб! Кий-я!
Даша наносит воображаемому волку удар кулаком по коленке.
— Даша, давай Красная Шапочка не будет драться с волками. А то мне больно.
— Ничего, переживет. Пусть знает наших девок.
— Волк испугается и убежит в лес, и тогда сказки не будет.
— Пусть бежит! Мое кунг-фу сильнее, чем его!
— Что же это будет за сказка, без волка? — говорю я.
— Отличная сказка, — говорит Даша. — Красная Шапочка принесла пирожки с витаминами бабушке. Бабушка их съела и сразу поправилась.
— Но ведь так неинтересно!
— А зато бабушку никто не съел. Бабушке так в сто раз интереснее!
Я же говорю, это очень рассудительный ребенок.
— Хорошо, — говорю я. — А теперь давай спать.
Я поправляю Даше одеяло и выхожу из комнаты.
— А ты купишь мне завтра нунчаки?.. — кричит Даша мне вслед.
— Куплю, — обещаю я. — Спи.
Даша засыпает и во сне ей снится, как она лупит волков нунчаками. Ничего, пусть знают наших девок. Я иду на кухню и пью чай.
Я в молодости удивлялся, как это мама отправила Красную Шапочку одну в лес. Теперь я знаю, это нормально. Есть такой сорт маленьких девочек, дочери самураев, которые нигде не пропадут. Про таких и пишут сказки.

сказка на ночь

— Значит, пугало? Говорящее пугало?.. И оно предложило вам пойти вместе с ним к волшебнику Гудвину? — уточнил психиатр.
Элли покачала головой.
— Да нет же! — сказала она. — Я же вам объясняю: это была волшебница. Волшебница прилетела и сказала, что я должна пойти по дорожке из желтых кирпичей. А пугало я встретила по дороге. И кстати, не «оно», а «он». Пугало мужского рода.
Психиатр сдержал ухмылку.
— Знаю таких, видел, — сказал он. — И пугало висело… висел… На шесте? Посреди огорода?
— Да.
— Как же оно… Простите, как же он смог ходить, если вместо ног у него был шест?
Элли вздохнула.
— Послушайте, я объясняла вам сто раз! — сказала она. — У него были ноги. Это было чучело в виде человека, с руками и ногами. Что-то вроде тряпичной куклы, набитой соломой. А лицо было нарисовано красками, и вместо глаз — пара пуговиц! Я говорю вам, а вы совсем меня не слушаете! Я ведь уже сто раз рассказывала про него!
— Не нужно так нервничать, — сказал доктор. — Я просто пытаюсь уяснить картину максимально подробно…
— Я и так вам все рассказала! — зло отозвалась Элли. — Что вам еще, книжку с картинками написать, чтобы вы поверили? Я устала говорить одно и то же.
— Моя милая леди, — мягко сказал психиатр. — Мы с вами оба заинтересованы в том, чтобы ваша история оказалась правдой. Вам ведь не хочется провести в клинике остаток жизни, нет?.. И мне этого не хочется. Вы молодая, симпатичная девушка. Вам нужно жить полной жизнью, а не киснуть…
— В психушке? — закончила за него Элли. — Тогда чего вы меня не выпустите, а? Я повторяю вам одно и то же уже целую неделю! А до вас — доктору Мюнцу, а до него — доктору Хантермейеру. И никто мне не верит! Никто!
В глазах у нее заблестело, рот скривился от сдерживаемых рыданий.
— Ну, ну, моя дорогая! — психиатр успокаивающе похлопал девушку по плечу. — Не надо, не надо… Я вам верю. Именно поэтому и хочу услышать всю историю как можно подробнее. Вы потрясающе детально все описываете.
Элли недоверчиво уставилась на него.
— Правда?.. Вы мне верите?
— Конечно, — кивнул психиатр. — Просто попытайтесь понять… Вы отсутствовали дома семь недель. Семь недель! И вот вы возвращаетесь, и рассказываете о некой чудесной стране, в которой вы, будто бы, побывали. Само собой, большинство в нее не поверят. А вы сами поверили бы?
Элли пожала плечами.
— И все-таки я вам верю, — продолжил доктор. — Ваша история удивительная, но не такая уж невероятная. Не против, если мы к ней вернемся, нет?.. Вот, возьмите салфетку.
Элли вытерла глаза и всхлипнула.
— Итак, вы познакомились с пугалом, — сказал доктор. — Пугало, набитое соломой. И он хотел…
— Получить мозги, — сказала Элли. — Страшила очень мечтал о мозгах. Постоянно о них говорил. «Когда у меня будут мозги, я придумаю что-нибудь замечательное, чтобы всем было хорошо», говорил он.
— Очень доброе пугало, — заметил психиатр.
Элли кивнула.
— Хорошие намерения, но совершенно безмозглый, — добавила она. — Увы.
— И вы с ним отправились в путь, и встретили…
— Дровосека. Железного Дровосека.
— Ему нужно было сердце?
Элли кивнула.
— Настоящее человеческое сердце?
Элли замялась.
— Звучит жутковато, да?.. Как будто он хотел убить кого-нибудь и вынуть у него сердце. Вы не подумайте, нет… Он не хотел... Я не знаю. Наверное, он хотел, чтобы у него было свое собственное сердце. У него было… как вы это называете? Когда чувствуешь себя ущербным?..
— Комплекс неполноценности?
— Да, да. У них у всех, если подумать, был такой комплекс. И у Страшилы, и у Льва тоже.
Доктор заглянул в свой блокнот.
— Льва вы встретили последним, — сказал он. — Я видел львов в зоопарке, но чтобы встретить вот так вот, на дороге… Страшно было?
Элли кивнула.
— Да, он ужасно испугался, — сказала она. — Спрятался за камни и сначала не хотел выходить. Мы его с трудом уговорили.
— Лев — спрятался от вас? — уточнил психиатр. — И вы уговорили его выйти?
— Нас было четверо, а он один, — объяснила Элли.
— Хрупкая девушка, пугало, железный человек и маленький песик, — сказал доктор.
Элли пожала плечами.
—Кто угодно мог испугаться.
Доктор хмыкнул.
— Это верно. И Лев отправился вместе с вашей компанией?..
— Гудвин мог дать ему храбрость, — сказала Элли. — Мы так думали.
— То есть, это была не уверенность, а просто предположение? Что волшебник дает все эти вещи — сердца, храбрость, мозги?..
Элли поджала губы и уставилась в пол. Не дождавшись ответа, психиатр продолжил:
— Это было ваше предположение, верно?
Элли едва заметно кивнула.
— И Гудвин…
— Оказался мошенником, — тихо закончила Элли. — Никакой он был не волшебник, а просто надутый самодовольный индюк. Не было у него никакой храбрости.
Доктор перелистнул страницу блокнота.
— Тем не менее, он смог что-то предложить вашим друзьям, не так ли?
Элли промолчала.
— Не хотите об этом говорить?
Элли покачала головой.
— Это тяжело, я понимаю, — сказал доктор. — Самое неприятное воспоминание, верно?..
Он подождал ответа, но не дождался.
— Вам нужно избавиться от этих переживаний, — сказал он. — Не нужно держать их в себе. Я понимаю, такие события — не совсем то, чего ожидаешь от волшебной страны…
— Вы не понимаете! — воскликнула Элли. — Это же хуже, чем убийство!
— Но они не умерли, — заметил доктор.
— Лучше бы умерли, — мрачно отозвалась Элли. — Дровосек… Я думала, он такой милый. Хоть и без сердца. А он…
— Согласился работать на Гудвина, не так ли? — сказал психиатр. — Начальник полиции?
Элли кивнула.
— Сволочь, — прошептала она. — Бессердечная сволочь.
— А Лев…
Элли отмахнулась.
— Надо было сразу понять, что трус навсегда останется трусом, — сказала она.
— Если честно, мне не совсем понятен этот момент. В Изумрудном городе разве есть интернет?.. Я думал, это волшебная страна.
Элли кивнула.
— 3G неплохо ловит, — сказала она. — Хотя цены за трафик ужасные.
— И Лев теперь…
— Ага. Пишет в интернете всякие гадости про тех, кому не нравится волшебник.
— Вам не кажется, что это немножко… М-м… Невероятно? Удивительно?.. Лев, сидящий в интернете?
Элли презрительно фыркнула.
— В интернете любой дурак — лев. И любой трус — храбрец.
Доктор улыбнулся.
— Тут вы, пожалуй, правы. Хорошо. Ну, а ваш первый приятель? Пугало?..
— Страшила.
— Да, да. Как вы относитесь к тому, что волшебник предложил Страшиле?
Элли помолчала.
— Мне его жаль, — сказала она. — Бедный дурачок, он даже не понимает, что делает.
— По-моему, у него теперь хотя бы есть шанс изменить что-то к лучшему. Разве нет?
Элли бросила на доктора взгляд.
— Доктор, — сказала она. — Вы всерьез думаете, что если позволить соломенному чучелу без мозгов придумывать новые законы для целой страны, у него есть шанс сделать жизнь лучше?.. Там же люди живут. И им приходится подчиняться этим законам!
Она замолчала. Доктор некоторое время сидел молча, поглаживая пальцами подбородок, потом закрыл блокнот.
— Знаете, на сегодня хватит, — мягко сказал он. — Давайте на этом закончим. Я вызову миссис Джонс, и она проводит вас в палату.
Элли молча кивнула.
Когда медсестра увела девушку, доктор некоторое время посидел в тишине, потом открыл блокнот на чистом листе и принялся писать.
Открылась дверь.
— Беспокоюсь за девочку, — сказала миссис Джонс, входя в кабинет. — Выглядит подавленной.
Доктор кивнул.
— Знаете, — сказал он, — я ей почти верю. У нее такая детальная, до мелочей проработанная история… Даже не верится, что это плод больного воображения.
Медсестра вскинула бровь.
— Но вы ведь не допускаете, что…
— Конечно, нет, — отмахнулся доктор. — Что за чепуха. Страна, в которой полицейские не имеют сердца, а законы пишут чучела без мозгов?.. Нонсенс.
— Бедная девочка, — покачала головой миссис Джонс. — Бедная девочка. Где же ее носило столько времени?..

Во времена давние жили две подружки – хохотушки, Марфа да Меланья. Бабы справные, здоровые и дебелые. Одним словом – кровь с молоком. Детишки их выросли, поженились, замуж повыходили, и разлетелись, кто куда. Ну а мужья, как водится, померли. И остались вдовушки одни век доживать, в скуке да беседах женских о доле тяжкой.

Как-то раз, то ли от безделья, то ли с горя, решили бабоньки наши омолодиться. Чтобы, как в пору давнюю, отплясывать вместе с отроками под гармошку. А там, глядишь, и приголубить кого - никого. Не только ж Пугачевой с парнем, годами моложе оной, жизни радоваться.

И вот однажды темной-темной ночью пошли подруги в темный-темный лес. Нашли темную – темную полянку, посреди которой стоял темный-темный дом с темными-темными окнами. А жила в нем старая-старая колдунья, Надежда Константиновна. Говорят, зелья свои старуха готовила по книге чудной, «Апрельскими тезисами» называемой.

Постучали бабоньки робко в темную-темную дверь, она со скрипом и отворилась.
- Заходите, - раздался скрипучий голос хозяйки.
- Поклон тебе, бабушка, - несмело вошли вдовицы.
- И вам поклон, гости дорогие, - старушка с прищуром посмотрела на вошедших, - что за беда привела вас, проклятьем заклейменные?
- Ой, матушка, - заголосили подруги, - жизнь не мила, и силы есть, и здоровье позволяет, ан нет счастья личного. Мужики померли, гады, в гробу с ухмылками лежали, дескать, вы тут сами как-нибудь, да позатейливее. Одни- одинешеньки мы. И рады приголубить кого, да девок младых столько шастает, кто ж на нас, старух-то, позарится?

- Ну буде, буде, - колдунья громко высморкалась в красный платок и зачем-то показала кукиш иконе вождя мирового пролетариата, - такой же был, то «мне в эмиграцию», «то на броневик», то «кепочки новые завезли», а ты, любушка, изучай покамест «материализм и эмпириокритицизм», чтобы заснуть поскорее. Помогу я вам. Вот, возьмите.
И протянула старушка гостьям плотно закупоренную бутыль из черного стекла.
- Вам на двоих в самую пору. Пейте аккуратно. Опосля посидите немножко,
- И, что будет-то, родимая? – переглянулись подруги.
- Увидите, - подмигнула колдунья, - а теперича идите, у меня вечер песни наступает. Скоро ворон прилетит, «Взвейтесь кострами» разучивать будем.

Поклонились Марфа с Меланьей до земли, и со всех ног домой бросились. Забежали в избу вдовушки, закрыли дверь на засов, и, сев за стол, с нетерпением открыли бутыль. Запахло странно, но зелье на то и зелье, это вам не молочко и не брага духмяная.

Налили подруги в кружки на донышко и несмело выпили снадобье чудное. Посидели минутку, а потом, как бабка советовала, поделили лекарство поровну да одним махом и выдули. И наступила тишина, даже муха, исступленно барахтавшаяся в паутине, замерла, с интересом глядя на начавшиеся превращения.

Не соврала старуха! Почувствовали вдовушки, как быстрее кровь побежала по жилам, как исчезают морщины да втягиваются животы, наливаются груди белые да облегчено распрямляются измученные огромным весом половицы в избе. Посмотрев друг на друга, не поверили бабоньки глазам своим.
- Девки! Да мы – девки!!! Эх!

И задрожал дом от танца лихого, это враз помолодевшие вдовушки отплясывали так, что труба вздрагивала. И от радости великой выскочили красавицы во двор. Окинули улицу взорами орлиными.

А тут, как специально, мимо проходили стрельцы удалые, воины храбрые, слуги верные царя – батюшки. Завидев молодиц, остановились они, поздоровкались учтиво, красотой подивлись. От комплиментов расцвели женщины, зарумянилися.

Марфуша набралась смелости и молвила тому стрельцу, который повыше ростом был:
- Куда путь держите, добры молодцы. Может, в гости зайдете, откушаете, чем Бог послал.
Поклонились воины и отвечали:
- Уж простите нас, девицы красные, но служба государева зовет. За приглашение спасибо, только нам недосуг.
Переглянулись подруги и, сжав кулаки, завопили:
- Вы кого….
***
-… назвали!
Две пьянющие тетки в умопомрачительных пергидролях на голове с ненавистью смотрели на ошарашенных юношей.
- Братуха, валим отсюда, - тот, который повыше, схватил друга за руку.
Выскочив из клуба, парни облегченно вздохнули. И под доносившийся изнутри забористый мат, быстро, очень быстро побежали ловить такси.

Короче, мужики, если видите корпоратив бухгалтерии – ТИКАЙТЕ!