Во время написания поста о Втором фортепианном концерте С.В.Рахманинова меня посетила мысль, что неплохо было бы написать отдельный пост о П.И.Чайковском и С.В.Рахманинове, о том, что их связывало. Этот вопрос меня заинтересовал, думаю и вам будет интересно узнать об этом. Пришлось основательно покопаться в Интернете, при этом узнал много интересного. Как обычно, есть сведения, которые повторяются в разных сайтах,  короче говоря, вот, что  у меня вышло, после небольшого редактирования.
П. И. Чайковский (1840–1893) и С. В. Рахманинов (1873–1943) — два гения русской музыки, ее гордость и слава. Знакомство Сережи Рахманинова с Петром Ильичом Чайковским произошло в годы его учебы на младшем отделении Московской консерватории в классе Н. С. Зверева, у которого Сережа жил на полном пансионе. П. И. Чайковский, в январе 1866 года приняв приглашение Н. Г. Рубинштейна, переехал в Москву, чтобы стать профессором Московской консерватории, в которой он преподавал в течение почти 12-ти лет, ведя курсы теории, гармонии, инструментовки и сочинения. Н. С. Зверев учился у П. И. Чайковского по теории музыки, будучи уже сам преподавателем по классу фортепиано. П. И. Чайковский запросто заходил к Н. С. Звереву, даже в его отсутствие: поговорить с его сестрой Анной Сергеевной, приходил на обед, поиграть в винт, а мог репетировать с А. И. Зилоти перед выступлением свой Первый концерт.
Александр Ильич Зилоти (1863–1945) — двоюродный брат С. В. Рахманинова, замечательный пианист, общественный деятель, дирижер был учеником Н. С. Зверева и Н. Г. Рубинштейна. В доме Зверева Зилоти жил все восемь лет своего пребывания в Московской консерватории. У Петра Ильича Чайковского Зилоти проходил курс гармонии. Волею судьбы А. И. Зилоти оказался и родственником П. И. Чайковского. Женой Зилоти была старшая дочь П. М. Третьякова — основателя знаменитой картинной галереи — Вера Павловна Третьякова, а родной брат Чайковского — Анатолий Ильич — был женат на племяннице П. М. Третьякова Прасковье Коншиной. Знакомство Чайковского и Третьякова, состоявшееся перед свадьбой брата Анатолия в 1882 году, быстро переросло в дружбу. Бывая в Москве, Петр Ильич часто заходил к Третьяковым на обеды.
П. И. Чайковский был кумиром С. В. Рахманинова. Исключительна была его роль в формировании художественного мировоззрения музыкальной молодежи. Его заветы жили в классах С. И. Танеева, А. С. Аренского, М. М. Ипполитова-Иванова. Благодаря ему в Московской консерватории был высокий профессиональный уровень теоретического образования учащихся специальных и исполнительских классов. Петр Ильич уже мог оценить дарование С. В. Рахманинова, т. к. слышал его игру, навещая Н. С. Зверева, а на экзамене по курсу второй гармонии весной 1889 года, будучи почетным членом экзаменационной комиссии, он к высшей оценке пять с плюсом прибавил еще три плюса: сверху, сбоку и снизу. Знаменитый композитор заметил способного ученика и внимательно следил за его успехами. Через некоторое время П. И. Чайковский сказал: «Я предсказываю ему великое будущее».
Петр Ильич оказывал молодому композитору поддержку в продвижении его сочинений к изданию и публичному исполнению, ходил в Большой театр на репетиции "Алеко" - первой оперы Рахманинова, его выпускной работы в консерватории.
Летом 1891 года С. В. Рахманинов с помощью А. И. Зилоти занимался переделыванием четырехручного переложения балета П. И. Чайковского «Спящая красавица». А. И. Зилоти делал переложение балета для фортепиано в две руки, а также занимался подбором номеров для двух сюит (1889–1890). Когда П. И. Чайковский обратился к П. И. Юргенсону с просьбой устроить переложение «Спящая красавица» в 4 руки «настоящим музыкантам», переложение было заказано ученику консерватории Сергею Рахманинову. Петр Ильич писал Зилоти «Я ровно ничего не имею против того, чтобы Рахманинов делал четырехручное переложение балета, и уверен, что под твоим руководством это выйдет весьма хорошо, но не отнимет ли это у него времени от упражнений? Впрочем, как знаешь, повторяю, что я весьма рад...». Но переложение балета, сделанное Сергеем Рахманиновым, П. И. Чайковскому не понравилось. Он считал ошибкой, что поручили работу мальчику, хотя и очень талантливому, и отмечал в переложении «два ужасных недостатка», а именно: «отсутствие смелости, мастерства, инициативы; слишком рабское подчинение авторитету композитора, вследствие чего нет силы и блеска», а во-вторых — «слишком заметно, что автор переложения в четыре руки делал его с двухручного клавираусцуга, а не с партитуры. Многих подробностей, поневоле пропущенных в клавираусцуге, но совершенно удобных и возможных для четырех рук нет!..».
Петр Ильич просил А. И. Зилоти оказать ему дружбу и заняться «обстоятельным пересмотром и корректированием балета».Сергей Рахманинов, отвечая на вопрос  Н. Скалон о выходе из печати балета, писал из Ивановки, что балет выйдет к осени, т. к. он с Сашей его немного переделывает, потому что П. И. Чайковский ругает его страшным образом за переложение. «И совершенно резонно и правильно». А в письме к Н. Скалон от 14 августа 1891 года С. В. Рахманинов сообщает, что «балет уже весь переправлен». Переложение балета «Спящая красавица», сделанное С. В. Рахманиновым, вышло из печати в издательстве П. И. Юргенсона в октябре 1891 года. П. И. Чайковский считал балет едва ли не лучшим из всех своих сочинений. К начинающему композитору Сергею Рахманинову П. И. Чайковский проявлял неослабевающий интерес. В октябре 1891 года он получает письмо от А. И. Зилоти с просьбой прослушать Первый фортепианный концерт С. Рахманинова.
На выпускном экзамене по композиции (май 1892 года) одноактная опера «Алеко» 19-летнего композитора получает блестящую оценку членов комиссии во главе с А. С. Аренским, С. И. Танеевым и И. К. Альтани. Интерес к опере проявило руководство Большого театра, и было решено ее поставить в следующем сезоне. Издатель А. Б. Гутхейль обратился к Н. С. Звереву с предложением купить оперу, а тот отправил его к автору. С. В. Рахманинов же обратился за советом к Петру Ильичу. Чайковский посоветовал взять за оперу столько, сколько предложит сам А. Б. Гутхейль, и, улыбаясь, добавил: «В какие счастливые времена вы живете, Сережа, не так, как мы. Мы искали издателей и отдавали им даром свои сочинения».
В октябре 1892 года П. И. Чайковский приобрел вышедший из печати клавир «Алеко», о чем сообщил в письме А. И. Зилоти: «Опера Рахманинова, которую я приобрел, мне очень нравится. У него есть настоящая композиторская жилка». Петр Ильич посещал репетиции, присутствовал на премьере «Алеко» в Большом театре 27 апреля 1893 года и своими впечатлениями поделился с А. И. Зилоти в письме от 3 мая 1893 года: «Последнюю неделю провел в Москве. Слышал консерваторский спектакль (очень удачный) и Сережину оперу. Она прелестна». 18 сентября 1893 года на вечере у С. И. Танеева, на котором присутствовали П. И. Чайковский, М. М. Ипполитов-Иванов, Л. Э. Конюс, С. В. Рахманинов исполнил свое новое сочинение — симфоническую поэму «Утес». «Поэма всем очень понравилась и, в особенности, Петру Ильичу, восхищавшемуся ее колоритностью», — вспоминал М. М. Ипполитов-Иванов. Воспоминания об этой встрече оставил и С. В. Рахманинов: «Хорошо помню, как встретился в последний раз с П. И. Чайковским, которому показывал «Утес» и который со своей милой усмешкой сказал: «Чего только Сережа не написал за это лето! И поэму, и концерт, и сюиту и т. д.! Я же написал только одну симфонию». П. И. Чайковский намеревался исполнить «Утес» в одном из своих симфонических концертов в Петербурге в 1894 году. Познакомившись со статьей музыкального критика А. В. Амфитеатрова «Многообещающий», о пьесах С. В. Рахманинова, которые критик назвал шедеврами, П. И. Чайковский, встретившись с С. В. Рахманиновым, отметил эту статью, сказав с улыбкой: «А вы, Сережа, уже шедевры пишете».
С. В. Рахманинов боготворил П. И. Чайковского. Постоянно играл его произведения, удивляя метким анализом того или иного сочинения композитора. На страницах писем Рахманинова разных лет, - в том числе и годы, когда он, уехав из России в декабре 1917, жил в США и других странах, - в его статьях и воспоминаниях имя П.И.Чайковского возникает постоянно. Сам он уже в конце жизни отмечал "огромное влияние" Чайковского (Лит. Наследие, I, 147) и с гордостью вспоминал, что осенью 1893 года Чайковский выражал пожелание, чтобы его опера "Иоланта" пошла на сцене Большого театра в один вечер с "Алеко". Смерть старшего музыканта не дала этим планам осуществиться. А как это было бы символично: последняя опера великого русского композиторa XIX века и первая опера века ХХ! (Лит. наследие, I, 97).
Смерть  П. И. Чайковского потрясла его, и спустя время, С. В. Рахманиновым написано трио памяти П. И. Чайковского, и это тоже было продолжением традиции Чайковского, в свое время посвятившего свое фортепианное трио "Памяти великого художника" - Н.Г.Рубинштейна. (об этом есть пост в сообществе тут). Первое исполнение фортепианного трио  при участии автора, Ю. Конюса и А. Брандукова состоялось 31 января 1894 года в Москве.

Рахманинов - Элегическое трио № 2 для скрипки, виолончели и фортепиано ор. 9 ре минор ("Памяти П.И.Чайковского») 1893 г

Отношение Рахманинова к Чайковскому оставалось неизменным на протяжении всей жизни.  Любовь к музыке П. И. Чайковского С. В. Рахманинов пронес через всю свою жизнь. Спутница юных лет Сергея Васильевича свидетельствует: "Петр Ильич Чайковский - вот кто был важнейшей рахманиновской привязанностью, кто был для него образцом..., что их роднило - общность духовного мира..." (Лит.наследие, II, 87). В свою очередь А. и Ж. Торпы, познакомившиеся с Рахманиновым уже в 30-е годы в США, вспоминали его слова: "Когда я был в Москве с Чайковским, я думал о нем как о божестве. Я и теперь думаю также" (там же, с.247).
Когда в начале 1900 -х годов Рахманинов стал дирижером Большого театра, музыка Чайковского заняла в его репертуаре большое место: "Пиковая дама", "Евгений Онегин", "Опричник", балеты, прошедшие под его управлением, вызывали восторг музыкантов и любителей. В 1912 году в Петербургском Мариинском театре он шесть раз кряду продирижировал своей любимейшей оперой - "Пиковой дамой". Среди высших достижений Рахманинова-дирижера на концертной эстраде были Четвертая, Пятая, Шестая симфонии, "Франческа да Римини", "Буря". Скупые жесты - и при этом неотразимая власть над оркестром, особенно в минуты нарастания звучности, драматическая напряженность, певучий лиризм отличали эти интерпретации. Множество раз Рахманинов -пианист играл Первый концерт - и в России, и в эмиграции. В его репертуар входили тема с вариациями ор.19, для ф-но, пьесы из ор.40, ор.72. А "На тройке" из "Времен года" он ещё в юности играл автору, а потом много лет спустя записал на граммофонную пластинку. Двоюродная сестра Рахманинова, близкий ему человек, слушая эту запись, сказала: "В каждой ноте "Тройки" звенела тоска по родной стране, по степям, таким ему близким, и по русской природе. Начало пьесы звучит у Рахманинова бодро, свежо... Но чем дальше, тем грустнее звенят бубенцы, уходящие в родную степь..." (Лит.наследие, II, 87).
Мелодические сокровища, найденные С. В. Рахманиновым, роднят его с П. И. Чайковским, которому композитор посвятил Фантазию для двух фортепиано в четыре руки, оп. 5, впервые прозвучавшей 30 ноября 1893 года, когда П. И. Чайковского уже не стало. В период работы в Большом театре (1904–1906) под управлением С. В. Рахманинова-дирижера засверкали новыми красками оперы: «Пиковая дама», «Евгений Онегин», «Опричник»; балеты П. И. Чайковского. Современники отмечали глубочайшее постижение самого духа музыки П. И. Чайковского, правдивость толкования замысла композитора, новизну и свежесть трактовок. Потрясающим по душевному подъему и пластической завершенности формы было исполнение Пятой симфонии. Поражала яркая, необычная интерпретация Первого фортепианного концерта, волевая, мужественно-выразительная, графически четкая по звучанию. С юношеских лет в исполнении С. В. Рахманинова звучали пьесы «На тройке» и «Баркарола» из цикла «Времена года». «Никогда не представлял себе, что эту пьесу можно так сыграть», — писал В. Р. Вилыпау С. В. Рахманинову, потрясенный исполнением пьесы «На тройке».
С. В. Рахманинов, живя в Америке, при встречах с друзьями, любил вспоминать время работы в Большом театре, играл любимые места из разных опер. Почти целиком исполнял «Пиковую даму», притом в его импровизированном переложении она звучала так, точно давно была «аранжирована и выучена». С душевным волнением С. В. Рахманинов рассказывал о трогательном внимании П. И. Чайковского к его первым композиторским опытам, искренней радости его успехам в стремлении выдвинуть его юношескую оперу «Алеко».
В лето 1941 года С. В. Рахманинов вновь обратился к кумиру юности и сделал транскрипцию для фортепиано его «Колыбельной» из серии романсов. В своих немногочисленных интервью и статьях, говоря о П. И. Чайковском, подчеркивал востребованность музыки композитора во всем мире и ее влиянии на слушателей, называя П. И. Чайковского великим национальным гением.
Какой из композиторов лучше, Чайковский или Рахманинов, - такой вопрос будет не корректным. Корректным будет следующий вопрос: чья музыка вам более близка, музыка Рахманинова или Чайковского? Кто вам больше нравится и почему? Можете высказаться в комментариях к посту или по адресу. 
Сравнивать музыку просто не стоит. Послушайте две элегии  двух гениев русской музыки, и вам станет ясно, почему это делать не стоит. Обе мелодии дивные и очаровательные. В Интернете определение, что такое элегия, дается в поэтическом плане, а не в музыкальном. Элегия - жанр лирической поэзии стихотворение с характером задумчивой грусти. В новоевропейской поэзии элегия сохраняет устойчивые черты: интимность, мотивы разочарования, несчастливой любви, одиночества, бренности земного бытия, определяет риторичность в изображении эмоций; классический жанр сентиментализма и романтизма.  Думаю, смысл этого слова понятен. 

С.В.Рахманинов. Элегия op.3 No.1

П.И.Чайковский. Элегия из "Серенады для струнного оркестра"

Источник 1
Источник 2