Трагизм одного из величайших произведений, которое было не понято, недооценено, грубо отвергнуто.

Голосов, не признававших вообще творческой одарённости композитора, не было, но во всех концах зала одинаково слышались одни только порицания, возмущения, недоумения, даже грубая ругань. Иные, пожимая плечами, удивлялись, каким образом такое «декадентское» произведение могло вообще проникнуть в благовоспитанные программы беляевских концертов.

Рахманинов начал планировать, что будет представлять собой его Первая симфония в сентябре 1894 года, после того как закончил оркестровку Сaprice Bohémien. Он сочинил симфонию между январем и октябрем 1895 года. 

Проект оказался очень сложным. Композитор жаловался, что, несмотря на семь часов работы в день, прогресс был чрезвычайно медленным. Ежедневный график работы был увеличен до десяти часов в день в сентябре и симфония была завершена 19 октября.

Премьера симфонии состоялась 27 марта 1897 года в Санкт-Петербурге, дирижировал Александр Глазунов. Симфония потерпела полный провал, в частности критики обвиняли С. В. Рахманинова в эклектизме. 

По воспоминаниям музыковеда А. В. Оссовского исполнение было необдуманным, недоработанным. Более того, Рахманинов и Глазунов были очень разными по мировоззрению, складу психики, эстетическим и художественным принципам и принадлежали разным школам: Рахманинов — московской, а Глазунов — петербургской. 

Провал симфонии имел трагические последствия для С. В. Рахманинова — композитор практически ничего не писал в течение трёх лет, симфония оставалась неизданной, а партитура считалась безнадёжно потерянной.

Впечатлительная, легко ранимая душевная организация молодого композитора на протяжении ряда лет подвергалась серьёзным испытаниям и ударам. Потрясение, вызванное неуспехом Первой симфонии, переполнило меру и надломило ещё не установившуюся юношескую психику.

В одном из писем Рахманинов сообщал: «После этой симфонии не сочинял ничего около трех лет. Был подобен человеку, которого хватил удар и у которого на долгое время отнялись голова и руки... Симфонию не покажу и в завещании наложу запрет на смотрины...» 

Переживая неуспех своей Симфонии № 1 d-moll ор.13, Рахманинов долгое время находился в состоянии тяжёлой нервной депрессии, потерял работоспособность и всякую охоту сочинять.

Ему пришлось обратиться за врачебной помощью к Н. В. Далю, который очень благотворно воздействовал на психику Рахманинова. Создав после болезни Концерт № 2, Рахманинов посвятил это сочинение Далю.
 

Лишь через двенадцать лет обратился композитор вновь к этому жанру — уже не как новичок, пробующий себя в разных видах творчества, но как автор, признанный в мире, имеющий собственный яркий творческий почерк, к тому же — прославленный пианист и дирижер.

В 1944 г. музыковеду А. В. Оссовскому, однако, удалось отыскать оркестровые голоса симфонии, по которым была восстановлена партитура произведения. «Вторая премьера» симфонии с огромным успехом прошла в Москве 17 октября 1945 года, дирижировал Александр Гаук.

Американская премьера состоялась 19 марта 1948 года в Филадельфийской академии музыки. Симфонию исполнил Филадельфийский оркестр под управлением Юджина Орманди.

Сейчас, с высоты времени с полной уверенностью можно сказать, что провал произведения случился не столько за счет «плохого» содержания самой музыки, как писали музыкальные критики после премьеры, сколько за счет неудачного исполнения.

В письме С. В.Рахманинова к Б. В. Асафьеву от 13 апреля 1917 года по поводу Первой симфонии можно найти такие строки:

«…Что сказать про нее? Сочинена в 1895 году. Исполнялась в 1897 г. Провалилась, что, впрочем, ничего не доказывает. Проваливались хорошие вещи неоднократно и еще чаще плохие нравились. До исполнения Симфонии был о ней преувеличенно высокого мнения. После первого прослушивания – мнение радикально изменил. Правда, как мне уже теперь кажется, была на середине…» 

По утверждению близких композитора, на автографе партитуры стоял тот же эпиграф, что и в «Анне Карениной» Л. Н.Толстого: «Мне отмщение, и Аз воздам», что дает основание предполагать некоторую философско-идейную связь с воззрениями писателя.  

Тематическим зерном симфонии является древнерусская литургичекая мелодия, которая проходит лейтмотивом через все ее части. 
Заключение утверждает победу роковой темы судьбы, что характерно для московской симфонической школы.

Рахманинова принято считать романтиком от русской музыки, и некоторые источники именно о нём говорят "самый русский композитор". Это во многих аспектах имеет смысл, потому что образы, которые использует Рахманинов в своих произведениях, глубоко стоят в традициях русского народа, будь то церковная тема, фольклор или собственное видение автором сначала классического постромантизма, а позднее и музыкального авангарда ХХ в.