А ведь прав Johak, елы-палы!
Я, конечно, не знаю кто такой Федор-Михалыч, но не думаю, что бы ему в 22 строки удалось объединить нетрадиционную кулинарию с историческими экскурсами.
Знай наших! Ждите новое. Гыы....

Без заголовка

 

 Пришлось мне придумать название для дурацких стихов - "тяжелая поэзия". Есть же тяжелый рок, на котором мы выросли - вот и наша с Русланом Цароевым  дурь с заумью обретает какие-то очертания. "Тяжелая поэзия" - этот термин я внес в свои интересы  на главной странице и я пока единственный, кто пишет в этом стиле, получается?  Ладно, у нас на очереди -

                     Раскольников Родя

   Раскольников Родя

   Родился убогим

        Он с детства деньгу полюбил.

   Колол он копилки,

   Осколки в опилки

   Он прятал -

         В сарае в опилках нашел он топор.

   Собрался на дело:

   Старушечье тело

        Он выбрал объектом преступных идей.

   Старушечье тело -

   Известное дело -

         Руби его смело, топор не жалей!

   Кому-то - грудинку,

   Кому - серединку,

   Кому-то - огузок,

   Кому-то филей...

   Так, Родион каннибализмом

   Вступил в борьбу с капитализмом -

   Минуя возраст онанизма,

   Он топором

   Окно в Европу прорубил к марксизму!

                                                             Лето 1991 Астрахань

Цитата сообщения Johack Без заголовка

Пятница, 10 Августа 2007 г. 14:39 (ссылка) редактировать

Комментарии (0)Комментировать

Цитата сообщения myskov Без заголовка

Пятница, 10 Августа 2007 г. 14:40 (ссылка) редактировать

Комментарии (0)Комментировать

Цитата сообщения Johack Без заголовка

Пятница, 10 Августа 2007 г. 14:41 (ссылка) редактировать

Комментарии (0)Комментировать

Цитата сообщения myskov Без заголовка

Пятница, 10 Августа 2007 г. 14:42 (ссылка) редактировать

Комментарии (0)Комментировать

Цитата сообщения Johack Без заголовка

Пятница, 10 Августа 2007 г. 14:44 (ссылка) редактировать

Комментарии (0)Комментировать

Цитата сообщения myskov Без заголовка

Пятница, 10 Августа 2007 г. 14:45 (ссылка) редактировать

Комментарии (0)Комментировать

 

Как  вы относитесь к средневековым кострам, на которых не только сжигали...они еще и тепло давали - погреться можно было...

                  Вечерело в Орлеане

   Свистел мистраль

   И догорал костер...

   Палач грел руки около углей.

   А у костра стояли башмаки

   Сожженной девы

   И ремешок у них надорван был.

   Сапожник Пьер ,

   Что мимо проходил, хотел нагнуться:

   - "Чтож, починю..."

   Но вдруг на ноги натолкнулся взглядом -

   На то, что было полчаса ногами...

   Хотя огонь слизал с них все, что можно -

   Они еще хранили форму ног,

   Хоть и отталкивали видом непотребным.

   - "Тьфу, ведьма" - прошипел старик,

   Запихивая туфли быстро в гульфик,

   Что б не видал палач.

.....................................................................................................

   В тот вечер долго радовалась

   Жанна Д' Арк обновке,

   Что принес

   Ее отец-сапожник

   С места казни ведьмы местной...

                                                               1992 г  Астрахань

Поэтово тело - тяжелая доля

 

        Прерву хронологическую последовательность своих  ( пардон, наших с Русланом) произведений.  Сегодня хочу закинуть именно свое, написанное уже здесь в Израиловке, но под настольгию - часто вспоминаем Руслановскую "тир-р-р-анскую" поэму и как бы в подражание ему, великому Руслану Цароеву, я высидел это...

                                    Поэтово тело

     Тираны убили поэта...

    Тираним он был - и убит.

    Лежит и писать уж не может

    И больше не может дышать.

    Без воздуха птица - не птица,

    Без воздуха нечем дышать.

    Поэт, без дыханья лежащий -

    Бревно. Ну какой он поэт!?

    Простреленно тело поэта,

    Внутри его пуля торчит.

    Народ жаждет острого слова,

    А он бездыханный лежит.

    Не встретим горящего взгляда

    На завтра в пивной за углом

    И утром дрожащей руки мы

    Его мы с утра не пожмем.

    Бывало, разил наповал он

    В газете чиновничный люд,

    Теперь не разит с него пивом -

    Закрыл он свой рот на века.

    Тираны убили поэта - 

    Придется его закопать.

    А че, он так будет лежать чтоль

    Ведь так может он завонять!

    Из Санэпидем из Надзора

    Чиновник с портфелем придет,

    Понюхает спертый он воздух -

    Злорадно рукою взмахнет.

    И дюжие дяденьки в белом

    За ноги поэта возьмут

    Поэтово тело святое

    К кладбИщу скорей повлекут.

 

    Убит он, не стало поэта

    И тело его унесли -

    Ногами вперед ... без оркестра

    В могилу его понесли

    Поэтово тело зароют

    Землей забросают, уйдут...

    И только зеленая муха

    Прощальный проделает круг.

   

                                                    2004 г

В колонках играет - Генератор Х

    Это, по-моему, самое первое стихоблудие, написаное под влиянием Руслана Цароева, но самостоятельно.

           В джунглях Гонконга,

  В джунглях Малайзии

  Давайте друзья потолкуем об Азии.

         Чу! Там из бамбуков носорог вдруг выбегает -

   Он рогом по бамбукам водит словно носом.

   О нонсенс! Рогоносец джунглей зоркий

   Ты как разведчик Рихард Зорге.

            В бамбуковых джунглях страдая

    Росли два вождя -

    Из Китая - был Мао,

    А Ким ,

    Был в Корее скорее любим,

    Чем в Китае.

    Так, воробьев истребляя,

    Дзыбао с чучхе воплощая,

    Фиделя порой обнимая, 

    Ни  "Битлз", ни Пресли не зная

    Состарились Мао и Ким ...

            Мао уж умер, а Ким все живет

    "Да здравствует великий вождь - товарищь Ким Ир Сен!"

 

    Под утренний посвист нунчаков,

    Когда фей-хоа лепестки раскрывая

    Цикаду к себе завлекает -

    Родился Брюс Ли, полагая

    Китайский фонарик зажеч в Шао-Лине.

    Однако монахи, курнув фимиама

    Сами поставили Брюсу под глазом фонарь...

    С тех пор он герой экрана.

          Сын тросника и камышИны

    Был Чан-Кай-Ши несокрушимым коммунистом,

    Пока не услыхал про "Три танкиста".

    О экипаж машины боевой с собакой -

    У вас был друг - дальневосточная овчарка,

    Всегда в боях из люка лаять норовила...

    Умри, генералисимус китайский!

    Как нинзи тень над Чан-Кай-Ши склонились три танкиста...

    Без собаки.

    Все мстят, простить не могут

    Четвероногого дружка -

    Почившего в желудках красноармейцев КНР.

           Однажды, лежа на циновке из бамбука

    И созерцая за игрой любовной двух мангустов -

    Конфуций вдруг почувствовал в себе томленье:

    Ему пригрезилось, что Инь и Янь  боролись в нем.

    Как тигр сильнее трепетной косули,

    Так и Конфуций ощутил себя мужчиной

    Рукой дотронувшись до твердого начала

    И покраснев при этом как вареная лангуста...

          Так оконфузился Конфуций

    Случайной связью со своей блудливою рукою.

                                                                       лето 1991 Астрахань

   Ну, что, позволите? В этот шаббат никуда не поехали из-за жары и поэтому я позволю себе закинуться стишками в Интернет. Это написано нами с Русланом  в том плодовитом 1991 году.

     - "Позвольте мне своим дыханием зловонным

  Обедни Вашей не испортить..."

  Так Сатана сказамши,

   Сел на алтарь с питьем медвянным

   И обнимая трепетно монашку

   Стал примерять ее подвязки из атласа.

           - "Пойдем, красавица, со мной

   В моих штанах ключи от рая".

   Так молвил Люцифер играя

   Своим хвостом...

          Свеча потухла, потемнели лики,

   Хвост опускался в масло для лампады,

   Копыта мерно отбивали tempo

   И страстный вздох сестры господней

   Вознесся вверх под купола.

   ...................................................

    Вот так произошло мое зачатье...

                                                              лето 1991 Астрахань

  

       Как и обещал, продолжаю размазывать по Интернету наши с Русланом Цароевым поэтические экскрименты. Эту стишку мы написали с ним в 1991 г., будучи под воздействием дозы алкоголя и советской еще пропаганды со статьями-разоблачениями о исторических героях. Вот и мы сочинили свою версию о пионере, где не его убивают дед да баба, а он мочит стариков. Как всегда у нас  - много крови,  не обессудьте - история, все ж... 

               Памяти дедушки и бабушки

    пионера Павлика Морозова

 

    Молва народная вложила в руки деда вилы

    И с ними стал он одиозною фигурой -

    Детоубийцей счел его народ советский

    И проклял деда с бабкой в одночасье:

    За душу отрока убитого недрогнувшей десницей

    Уж готовЫ у нас проклясть кого угодно!

              Инициатором кровавой  драмы был сам Павлик.

     Он деда с бабкой заманил за лесополосу

     Велеричивыми речами - картошки посулив с селедкой.

     И самогонку деду обещал разлить он щедрою рукою.

     Эх, старичье... Купились вы, поверив пионеру -

      Молочных рек, кисельных берегов 

      Вам захотелося под старость лет?

      Забыли-ль вы как вашу коровенку 

        У вас увел такой же краснобай из ГубЧеКа

        С ревОльвером в кожАнке...

 

                        Тем временем недремля оком

        Наш Павлик вел в последний  путь

        Двух стариков уставших.

       -"Пусть отдохнут от бренной суеты..."

        Так думал пионер, сжимая вилы в голенище

        Отцовских сапогов,

        Которые достались по наследству ему от батюшки его,

        Которого этапом, с коровенкой вместе   угнали комиссары из ЧеКа,

             Которым Павлик доносил прилежно,

       Которые не только сапогами премировали Пашу,

       Но и наган вручили

       На линейке пионерской.

                       - "Павлуша, внУчек! Скоро ли дойдем?

        Пора бы сделать нам привал.

        За эти годы мы устали идти вперед

        Под барабанный бой твоих дружков -

        Краснознаменных пионеров.

        Оно, конечно, ничего пока, терпимо на талонах,

        Но скоро ли селедка будет и картошка?

        Ты ж обещал...Ты ж пионер..."

                     - "Ужо уж будет вам уикенд - в коммуне остановка!"

        Сказамши это

         Юнный большевик наш вынул вилы

         И раздирая уши, с хрустом,

         Вошли они в загривок деда по самый черенок!

         Седая голова поникла

         И дедовская грудь окрасилась багрянцем,

         А три стальных штыка от вил,

         Как три креста Георгия -

         Торчать остались из груди у ветерана.

         - "Пошто, засранец..." - проскрипели два последних зуба

          Плохой работы сельского дантиста-коновала -

          И взор потух у деда в одночасье.

          Схватимши свой наган за рукоять,    

          Приставив к голове седой старухи,

          Без сожаленья, а скорее с наслажденьем

          Нажали пальцы пионера на курок...

                                      Смещенный центр у пули наделал много шума

          В организме бабки...

          Вороний грай поднялся над озимьем.

          Стервятники воспряли духом, почуяв падаль свежую -

          На ветви устремились в ожиданьи,

          Косили глазом, наблюдая как Морозов Павлик

          Для верности затягивает туже

          В гордиев узел галстук пионерский

          На тощей шее старика.

                                                                     октябрь 1991 Астрахань

         

Без заголовка

А вот посевы дали первые всходы - Юрий, с иерусалимских предместий,  прислал мне вот такое вот письмо. Цитирую.

     " Не мог остаться равнодушным к тяжелой доле незнакомого китайца и его влачениям. На ваш прецедент, наш! Так сказать стих за стих.  Читайте, ругайтесь вставляйте в дневник. Ссылка на автора необязательна."

Призадумался китаец Ху-ан Хеянь
А на Хуйнань провинция такая?
А если взять и бросить Фы Чуань
И не влачить её по  Поднебесной.
А навсегда оставив всю Хуйнань
Податься в странствия по свету
Да втихаря границу пересечь,
И поселиться в северной стране
И там купить себе торговую палатку
И продавщицу Свету вместе с ней!
И нарожать желтушных россиянов.
И жизнь текла бы плавно как Ян-Цзы.
И.....
Такая жизнь могла быть у китайца.
Когда бы были у китайца яйца!
Но... когда был жив ещё Мао Цзедун
То поймал Ху-ан Хеяня хунвенбин
Грубо в рот ему цитатник запинул
И бамбуковою палкою избил
Вот с тех пор Ху-ан Хеянь наш
Может лишь влачить свою Фы Чуань.
Простите уж за неудобное названье -
Все ж, знаете, Китай...

Не знаю, можно ли печатать в цитатнике свои стихи, но попробую... Тем более, что прецендент создан самим ... Мао Цзедуном, который своими цитатниками очень даже был знаменит. Первая стишка, естественно посвящается Поднебесной.

Жил был китаец

Ху-ан Хеянь в провинции Хуйнань

Он со своей женой китайской Фы Чуань

Влачил существованье в Поднебесной,

Там, у отрогов Лань-Цандзаня он влачил.

Верней, они вдвоем влачили...

Наверное, неплохо быть женой китайца,

Но каково китайцу из провинции Хуйнань?

Простите уж за неудобное названье -

Все ж, знаете, Китай...

  Кто  к нам в Содом придет, от Гоморры и погибнет...