«Однажды летом, около бассейна, вы поняли, что небеса начинаются прямо на Земле. Что ваша кровь бежит по венам земли как вышедшая из берегов река, уносящая мебель, игрушки, одежду утопленников…Что ваше сердце сможет быть заброшенным домом или улочкой, по которой время от времени проходит счастье… Вы скажете, что дети Земли по прежнему разбросаны по ее поверхности. И они верят, что их сердца — это кометы… Начинается лето. Ловите радиоволны, друзья, вскакивайте на карусель и не упускайте ни одного витка чертового колеса».(с)

Кино — взгляд в замочную скважину режиссерской души. Степень откровенности у каждого своя. Кто-то раскроет лишь часть секретов внутреннего мира; кто-то позволит увидеть зрителю чуть больше; кто-то ловко замаскируется за психоделику символов и аллегорий; кто-то искусно обманет, притворившись совсем другим человеком…

Антонио Бандерас своим вторым режиссерским фильмом щедро распахнул двери своей души настежь. Предоставив зрителю сделать выбор — встать и уйти или довериться ему как режиссеру и досмотреть фильм до конца.

Он создал «Летний дождь»: изнемогающе-чувственный, романтично-юный, вызывающе-циничный, эмоционально-яркий и неприкрыто-честный. Сумев мастерски соединить в одной картине весь стихийный спектр фонтанирующих эмоций молодости.

Это именно его фильм…

Фильм-признание, неумолимо ожидающий от зрителя ответной откровенности и открытости…

Фильм-пощечина, острым хирургическим ножом реальности вскрывающий вены юношеской мечты…

Фильм-подросток, с наивной наглостью сочетающий в себе изысканную образность европейского арт-хауса и такую до боли знакомую голливудскую лакировку…

Фильм-сумбур, дарящий своим цикличным финалом чувство восхищения его гениальной логичностью…

Фильм-желание, скользнувший острой капелькой возбуждения по мгновенно покрывшейся испариной коже…

Фильм-обладание, задыхающимся пульсом взаимности бегущий по набухающим венам…

Фильм, в котором ни в одной его сцене не было Антонио Бандераса…

И фильм, в котором в каждом кадре незримо правил бал дебютант Альмодовара.

Мне так не хватало его в кадре! И в то же время как никогда ярко в картине чувствовалось его невидимое присутствие. В мечтательной улыбке несостоявшегося поэта Мигелито. В эротичной пластике румбы любовных сцен. В полоснувшем до сочащегося рубца взмахе штопора в руке Баби. В бархате дикторского голоса в глубине диджейской радиорубки. В слезах юной балерины Лули, с прозрачным зонтом стоящей под проливным ливнем. В багровой ауре воды с умирающей от любви героиней Виктории Абриль. В закрытом томике поэмы Данте. Истинный сын Испании, режиссер щедро — как летний ливень — всласть напоил свой фильм сумасшедшей красоты музыкой и бурлящим потоком изумительных стихов…

Он весь был там — огонь и мука, дыхание и крик, поэзия тела и танец чувств, зрелость опыта и воспоминания молодости, упоительное наслаждение жизнью и обескровленное разочарование в ней, доверчивая наивность нежности и невыносимая боль потери юношеских иллюзий, трагедия ежедневного выбора и будничная незаметность предательства…

Раненая, обожженная, омытая дождем и — измученная… Вами, Антонио…


sensation white футболки для вас!!!