уже не утро. ворох грязной посуды
и стакан на полу, граненый, со спермой
заботливого любовника, он девушку любит
и боится чтобы не забеременела елена.
по коридору чавкает соседка,
кто-то грозился подарить ей новые тапки,
но никто не знает ее дня рождения -
она продолжает чавкать в старых.
сосед семен использует туалет
думая, что он в отдельной квартире.
у него ни денег, ни блата нет -
он всю жизнь просрет в коммунальном сортире.
лена пошла писать в ванну
и, конечно, задела головой о трико,
которое сушит соседка анна,
выворачивая наружу неотстирываемым пятном.
вчерашние гости недоеденный салат
использовали под пепельницу.
ушедший последним, еленин брат,
разбил пластинку лещенко.
не радует портвейн, каким то образом не допитый,
первая сигарета не доставляет удовольствия.
хочется пива, с пеной, холодного,
но нету денег и одалживать не хочется.
возвращается елена, очень бледная,
залезает под одеяло с головой,
не от холода, от стеснения,
пытается слиться теплом со стеной.
лена, дай ему немного денег,
он пойдет и купит вам пива,
у елены в сумке много косметики,
но денег не хватает. тоскливо.
спасает незванный гость - татарин:
человек без образования и без фамилии.
у него в сетке - вобла и пиво,
и елена стыдливо улыбается,
она нежно сосет соленую рыбину,
на пухлых губах ее - белоснежная пена.
она щурится, запивая воблу пивом,
как будто отхлебывает из стакана сперму.
незванный татарин остается до вечера,
доедая еду с тарелок.
лена сидит на стуле полуодетая
и собирается уходить в девять.
она хихикает, рассказывая смешное,
и роняет пепел себе на колени
неловко отряхиваясь, раскрывает одежды,
показывая кусочек теплого тела...
и уже не хочется завтра на работу,
но надо платить за электричество,
давать на такси лживой елене,
и продукты покупать для яичницы.
8 декабря 1982 года Нью-Йорк
Н.М.