Обо всем по порядку.
Про поезд писать не интересно. Он ехал долго и нудно. Температура была 27 градусов. Соседом в купе был милый узбек, впрочем, вполне европейской внешности.
Таможню прошли тихо и без происшествий.
В Киеве с горем пополам нашли маршрутку до Бердычева, сели. Там я познакомилась с Матвеем. Он сидел передо мной, со своей мамой. Иногда поворачивался ко мне и мы делали друг другу смешные рожицы. Потом мы громко смеялись и всей маршрутке делали "день" и "ночь" открывая и соответственно закрывая плотные занавески на окнах. Ехали тоже долго и нудно. Потом, когда приехали, Матвея увела мама в одну сторону, а меня мои родители в другую.. Вот так и поломали они нашу дружбу.
В Бердычиве нашли рынок с венками, стали покупать... Продавщица потребовала выдать ей всю нашу биографию и кто, когда и почему зачем у нас умер. Узнав всё это, она буквально заставила выслушать нас свои соболезнования (это минут 10) и начала предлагать венки. Когда дело дошло до траурных ленточек, я окончательно убедилась, что Турция по ней плачет - аниматор из неё вышел бы отменный. Кое-как уговорив разошедшуюся продавщицу не писать на ленте патетичные слова типо: "Драгоцейнешнему" т.д. мы купили два венка и под внезапно вновь прорвавшиеся соболезнования продавщицы убежали с рынка..
Дальше, ничего интересного, взяли такси, поехали.
Доехав до Петрикивцев, где хорошая дорога кончается и начинаются звериные тропы, внезапно обнаружилось, что машина не проедет, и дальше надо идти пешком.. 6 километров. С вещами. По полю. ПО СНЕЖНОМУ ПОЛЮ!!!!
Впрочем, сначала я отнеслась к этому весьма легкомысленно, бодро прыгала по сугробам напевая гимн России..
Спустя полчаса я умоляла родителей пустить траурные венки на снегоступы...
Вы когда нибудь ночью зимой гуляли в поле? Нет? Тогда мне не о чем с вами разговаривать.
Мать с вещевой сумкой наперевес и моим пакетом бодро шла впереди. Метров на 100 отстав неё шел отец с огромной сумкой и двумя венками. В хвосте плелась я со своей сумочкой. В голове крутилось "Ещё немного ещё чуть-чуть, последний бой он сложный самый. А я в Россию, домой хочу, Я так давно не видел маму." вперемешку с русско-украинским матом.
В начале мать меня подгоняла, пытаясь мотивировать спешку тем, что скоро стемнеет и в деревне выпустят собак, а из леса выбегут волки. Но услышав, что: "Крутила я твоих волков на большом андронном коллайдере" мать от меня отстала.
Нет, я ходила и большИе расстояния, и под дождем и под палящим солнцем этого лета, и в грозу.. Но не по сугробам!
Дойдя до березы, которая означала половину пути, я упала в снег и приготовилась умирать. В голове крутилось что-то типо: "Надо залезть в сумку, найти ручку. Написать последнюю записку с просьбой, к тому кто меня найдет похоронить мой труп где-то НЕ в Украине". Отряд не заматил потери бойца, поэтому, когда отец обернулся, я уже успела немного отдохнуть. Дальше меня долго уговаривали встать.
Пройдя большую половину пути, мы увидели два силуета. Я думала, разбойники, оказалось - родственники, мамины братья. Встречать нас пошли. Отдав им все вещи, мы пошли на легке. На подходе к селу сугробы стали меньше, а потом дорога и вовсе стала идеальной (в сравнении-то)), но было уже так темно, что где кончается дорога и начинается сугроб видно не было.
Кое-как дойдя до дома, гаркнув на залаявшую собаку "Заткнись, мы сами голодные!" мы ввалились в дом. Там уже были всевозможные родственники, в объятия которых мы и попали. Вспомнив тех, кого когда-то видела и познакомившись с теми, кого не видела никогда мы вошли в комнаты. Гроб стоял в проходе к дальней комнате, над ним сидела какая-то бабка монотонно читая молитву.
Дальше пишу кратко, т.к. если подробно все это описывать, то долго получится.
Переодевшись, мы пошли на кухню и стали помогать готовиться к поминкам. Мне дали самое почетное занятие - вытирать тарелки. Столько тарелок за свою жизнь я ещё не видела, и не секунду мне показалось, что я работаю в санатории..
Т.к. покойник был в доме, избу не топили и там было немногим теплеее чем на улице. Ходить надо было в платках. И спать не разрешалось.
Меня и мою двоюродную сестру Наташу, как молодняк, пожалели и снарядив всем необходимым отправили спать к соседке, сказав, чтобы в семь утра мы пришли обратно. Я уснула быстро (браво снотворное), а разбудили нас с Наташей в 10 утра... Говорили, что приходили и раньше, но соседка (спасибо ей) не пускала никого к нам и бойко охраняла наш покой.
Далее у меня сложилось четкое впечатление, что я попала в старую былину..
На санях с парой лошадей прикатил поп и бабки-плакальщицы (это я их так открестила, на самом деле они певчие). Все вошли в дом. Незанятых на кухне (в т.ч. меня) поставили вокруг гроба со свечками. Поп начал петь/читать, плакальшицы подпевали. Длилось это немногим больше часа. Свечи сгорали, народ переминался с ноги на ногу, подходили все новые и новые люди, а поп все пел..
Затем, мы пошли на кладбище. Гроб по традиции нужно было нести на руках (там мужики какие-то были специальные) через все село. В общем траурная процессия растянулась на много метров вперед. Впереди с крестами и какими-то полотенцами на них шли дальние родственники и соседи, коих большинство. Позади них шел поп и плакальщицами, они пели. Далее несли гроб, за ним шли мы - ближние родственники. Позади нас плелись лошади попа с санями.
На кладбище опять были молитвы. Поп собрал вокруг себя толпу страждущих и начал читать над ними что-то, стучать им книжкой (библией) по голове и протягивал целовать библию и руку. Как я не пыталась уйти от этой компании и затеряться в дальних родственниках и соседях поп догнал меня и протянул свою руку. Пришлось целовать. После молитв поп начал произносить речь. Стоял он при этом напротив меня, с другой стороны гроба, но полубоком. Говорил с закрытими глазами всякие скорбные слова.. И тут, он не открывая глаз, поворачивается ко мне (четко на меня!) и говорит о том, что надо воздерживать себя от алкоголя на поминках... Как я ни старалась отойти, чтобы его обращение не было направлено так четко на меня, но с обоих боков меня плотно прижимали.. пришлось стоять.
Обратно поп поехал на санях, а мы все пошли коротким путем через какие-то кусты и овраги, где я чуть не сломала себе шею.
Далее поминки. Столов было много, но все разом так и не вместились, поэтому близкие родственники поминали самыми последними, когда ушли все остальные. Т.к. все это происходило в пост, на столе не должно было быть мяса и прочих "запрещенных" продуктов.. Папа прятал от попа нарезанную колбасу. Поп деликатно не замечал.. Потом к нам подошли его плакальщицы и сказали, что пост постом, а поп тоже человек и у него дети есть, так что колбасу и конфеты пришлось отдать попу с собой.
Далее сели мы, все было скучно, долно и нудно. Дяди, разгоряченные горилкой чуть не подрались из-за политики (Один за Ющенко, другой за Януковича). Как мы не старались слиться с обоями, их алкогольные взгляды нашли нас и они объединились, вместе ополчившись на Путина.
Спать нас опять отправили к соседке. В семь часов вечера... Так как с двоюродной сестрой мы не особо контактные, лежали молча, пока не уснули.. Утром, пытаясь найти выход из дома, я заблудилась там, пришлось вернуться обратно. Пришли за нами в восемь утра. Я была так рада, что меня вывели оттуда, что в тапочках по снегу добежала до дома.
Начался сбор на кладбище. Пока собирались, тети с дядями двадцать раз переругались, кто-то сказал, что нас и так всё село обсуждает, ничего правльно сделать не можем.
Когда пришли на кладбище, оказалось, что забыли горилку. Из-за этого ещё двадцать раз переругались. Злые и уставшие выпили вина и договорились бабушке о горилке не говорить. (она старенькая, с нами не пошла, т.к. далеко).
На последнюю ночь нас не отправляли к соседке, спали дома. Утром за ними пришла лошадка и отвезла нас до автобуса. Дальше все разъехались по своим адресам.
Обошлось без приключений.
