Шенкурская роспись была распространена по всему течению реки Ваги, левого притока Северной Двины. По своей композиции, орнаменту, цветовой гамме она значительно отличается от других северных росписей - борецкой, пермогорской, мезенской и т. д. Для шенкурской росписи характерен оранжевый, красный фон, встречается охристо-желтый, изумрудно-зеленый, темно-синий. Цветовая гамма росписи - насыщенная, преобладают красноватые, оливковые, охристые, коричневые, зеленые цвета, белый - для оживки, черный - для орнамента. В основе рисунка - три крупных цветка, нанесенных по центральной оси лопасти один над другим. По материалам Шенкурская роспись Пузенкова Л.А. Издательство: Архангельский областной институт переподготовки и повышения квалификации работников образования 1995г

1. 

Верхняя Уфтюга - село, названное по имени реки - небольшого притока Северной Двины, пересыхающего летом. История и географическое положение этого региона наложили особый отпечаток на характер торговых и культурных связей, в частности на местную художественную культуру и ремёсла. Эта самобытная культура связана живыми нитями влияний с культурой Москвы, Сольвычегодска, Великого Устюга, Ростова и Суздаля больше, нежели с культурой Великого Новгорода. Настоящим музеем народного искусства является район Верхней Уфтюги, лишенный большую часть года общения с внешним миром из-за полного бездорожья. Местные крестьянские мастера занимались бондарным делом, мастерили туеса, набирухи. Расписывали туеса как на продажу, так и себе на радость, дарили своим родственникам и односельчанам, а весной, во время разлива реки Уфтюги, вниз на Двину отправлялись баржи, наполненные туесами, которые затем продавались на базаре в Архангельске, Вологде, Великом Устюге и Сольвычегодске. Когда возник этот промысел - неизвестно, однако в XIX в. он был широко развит, и росписью туесов занимались во многих деревнях по реке Уфтюге. Но крупными центрами уфтюжской росписи считаются деревни Ново-Андреевская и Якшаково. Работали в одиночку и семьями, позже мастера стали создавать артели. В настоящее время только отдельные мастера-художники занимаются изготовлением и росписью туесов, коробов и набирух. Каждый туес имел свой уфтюжский стиль, Бурак берестяной, Уфтюга, 19 век так же как и индивидуальные отличия: росписью, тиснением, цветом бересты. На туесе стояла метка мастера, который заготовлял материал, обрабатывал его, собирал туес. Метки представляют собой вертикальные черточки внутри и по обеим сторонам зигзагообразного замка рубашки. Их проводили тупым шилом по линейке. Разновидностей меток много: они различаются и расстояниями между черточками, и порядком расположения. Современные мастера не помнят, когда начали ставить эти метки, но говорят, что так делали наши деды и нам наказывали. Одинаковые метки были у самого мастера и у членов его семьи. Составив каталог меток, всегда можно установить фамилию мастера. Уфтюжские берестяные туески имеют свою собственную роспись, созданную для бересты, неразрывно связанную с формой изделия и его материалом. Характерно для уфтюжской росписи то, что большая часть поверхности остается непокрытой орнаментом и сохраняет красоту материала. Фон часто подкрашивается тонким слоем краски, цвет его сохраняет теплоту и мягкость бересты. Наиболее распространенный цвет фона туеса - светлый солнечный, оранжево-розовый или красноватый. Прялка, Уфтюга, 19 век Композиция росписи всегда одна и та же - это гибкая веточка, несущая легкий цветок (тюльпаны-лилии, "котлы", "лунники", репей, ромашки), раскинувшиеся опушенные ресничками листья, несколько ягод; птички-"кутеньки" в различных позах: важно расхаживающие, клюющие, охорашивающие перышки, готовящиеся взлететь... Мастера уфтюжской росписи перенесли эти мотивы и на прялки. Прялки на Уфтюге расписывали те же мастера, что расписывали берестяные туеса и коробейки, интерьеры изб. Каждому мастеру присущ свой "почерк", хотя в целом сохраняет характерные для уфтюжского стиля особенности. Прялки предназначались не для продажи, а только исключительно для членов семьи или соседей, отец - дочери, жене, жених - невесте. Разнообразна форма уфтюжских прялок. Венчают лопасть прялки 4-5-6 городков, а иногда просто фигурный верх с возвышением посередине. Лопастка прялки прямоугольная, вытянутая, с зубцами по краям, завершающаяся двумя-четырьмя сережками, переходящими в фигурную ножку. На одной из прялок - две серёжки в виде трилистника. Традиционная композиция уфтюжской прялки - это гибкая веточка, расположенная вертикально или свободно лежащая по диагонали лопасти прялки. Используются мотивы ветвей с крупными листьями, цветами, на ветвях сидят птицы. В уфтюжской домовой росписи среди диковинных цветов уживались и птицы, и заморские звери. Роспись печного забора, с. Верхняя Уфтюга На филенках печного заборья можно встретить изображение льва - "зверины": синий лев с белой гривой расположился по диагонали во всю входную дверь и бросается на тех, кто берется за ручку двери, или небольшие оранжевые львы на красном фоне, вздыбленные по сторонам вазона с цветами, охраняют двери в подпечек - жилище домового. Выполненные на красно-оранжевом фоне, характерном для Русского Севера, где так мало солнечных дней, росписи служат напоминанием о лете. В районе бассейна реки Уфтюги избы и интерьеры внутри дома расписывали вятские и костромские артели "маляров"-художников, но чаще всего это были местные художники. Среди них Портнов И. Ф. и Тарабеев Н. А. из деревень Барановской и Чикурье (1902 г.). Иногда расписывали и сами хозяева. К сожалению, мы не всегда можем определенно назвать мастера, который изготовил и расписал прялку, берестяной туес или лубяной короб. Но есть известные фамилии мастеров уфтюжской росписи. Среди них Бестужев Ф. И., Кувакин А. Д., Андреев И. А. Источники: Тимофеева, Л. Ф. Уфтюжская роспись : метод. пособие для преподавателей сев. росписи по дереву / Л.Ф. Тимофеева. - Архангельск : Правда Севера, 2000. - 32 с., 24 л. ил. : цв. ил.

1. 

Каргополь - город, упоминавшийся в летописях еще с XII века, долгое время был важным экономическим, политическим и торговым центром на северо-западе России. В поселениях до сих пор сохранились интересные приемы строительства культовой и жилой архитектуры, свои обычаи и обряды, что свидетельствует о существовании здесь самобытной народной культуры. Многие слышали, знают, о каргопольской игрушке, но есть еще каргопольская роспись по дереву, весьма оригинальная, не похожая на другте северные росписи, так как сочетает в себе резьбу и роспись одновременно. В конце XIX - начале XX века свободно-кистевая роспись полностью вытесняет резьбу, и уже на каргопольских прялках этого времени часто встречается изображение цветов, произрастающих из вазона. Кроме этого встречаются на прялках и изображения животных и человека. Иногда мастер, расписывающий прялку, писал на ней фамилию и имя владелицы и ставил дату. По материалам http://brigitta-z.livejournal.com/30571.html

1. 

ГОРОДЕ?ЦКАЯ РО?СПИСЬ по дереву, традиционный художественный промысел, получивший развитие в середине 19 века в деревнях по реке Узоле в окрестностях Городца (см. ГОРОДЕЦ) Нижегородской области. Возникновение росписи берет начало в производстве городецких прялочных донец (см. ГОРОДЕЦКИЕ ПРЯЛОЧНЫЕ ДОНЦА), инкрустированных мореным дубом и украшенных контурной резьбой. В отличие от широко распространенных прялок, вытесанных из единого деревянного монолита, городецкие прялки состояли из двух частей: донца и гребня. Донце представляло собой широкую доску, суживающуюся к головке с «копылком» пирамидальной формы, в отверстие которого вставлялась ножка гребня. Когда на прялке не работали, гребень вынимался из копылка, и донце вешалось на стену, становясь своеобразным декоративным панно. В середине прошлого века мастера стали оживлять инкрустированные донца сначала только подкраской фона, затем резьбы, а впоследствии и введением красочных сюжетных рисунков. Самое раннее подобное донце, сохранившееся до наших дней, было изготовлено мастером Лазарем Мельниковым в 1859 году. Постепенно роспись, технологически более простая, окончательно вытеснила трудоемкую инкрустацию. В роспись городецкие мастера перенесли не только сюжеты, ранее используемые в инкрустации, но и обобщенную трактовку образов, подсказанную приемами резьбы. В росписи использовались яркие сочные краски — красного, желтого, зеленого, черного цветов, замешанные на жидком столярном клее. Со временем ассортимент расширился; помимо традиционных прялочных донец стали изготовлять и расписывать короба-мочесники, деревянные игрушки, мебель, даже части дома — ставни, двери, ворота. В 1880 году в промысле было задействовано около 70 человек из семи соседних деревень. В числе старейших мастеров, ставших зачинателями городецкой росписи, сохранились имена братьев Мельниковых и Г. Полякова, позже к ним присоединились живописцы, сохранившие секреты промысла в начале 20 века — И. А. Мазин, Ф. С. Краснояров, Т. Беляев, И. А. Сундуков. Постепенно выработались самобытные приемы городецкой росписи, по своей многоэтапности близкие к профессиональной живописи. Первоначально производится окраска фона, которая является и грунтовкой. По цветному фону мастер делает «подмалевок», нанося крупной кистью основные цветовые пятна, после чего более тонкими кистями моделирует штрихами форму. Заканчивает роспись «разживка» белилами и черным цветом, объединяющая рисунок в одно целое. Готовый сюжет обычно заключают в графическую рамочку или обводку. В городецкой росписи существует много простейших орнаментальных мотивов — розы-купавки, бутоны, травки. С развитием промысла значительно обогатились и сюжеты росписи, заимствованные, видимо, из лубочных картинок. Помимо традиционных коней появились чаепития, гулянья, сценки из городской жизни, персонажи народных сказок, батальные сцены, навеянные Русско-турецкой войной. Городецкий промысел просуществовал около пятидесяти лет. Его расцвет приходится на 1890-е годы, когда выработка донец доходила до 4 тысяч в год, но уже к началу 20 века промысел пришел в упадок. После Первой мировой войны расписное производство полностью прекратилось, и даже самые знаменитые живописцы были вынуждены искать иной заработок. Возрождение городецкой росписи связано с именем художника И. И. Овешкова, приехавшего в Горьковскую область в 1935 году из Загорска. Его стараниями в деревне Косково была открыта общественная мастерская, объединившая старых живописцев. Овешков принял на себя не только руководство работой мастерской, но и организовал профессиональное обучение художников. При его непосредственном участии началось расширение ассортимента расписных изделий — шкатулки, настенные шкафчики для посуды, детские стульчики, складные ширмы. В 1937 году городецкие мастера участвовали в выставке «Народное творчество», проходившей в Третьяковской галерее в Москве, где рядом с донцами 19 века демонстрировались современные изделия. В 1951 году в селе Курцево была открыта столярно-мебельная артель «Стахановец», которую возглавил потомственный городецкий живописец А. Е. Коновалов. Артель занялась изготовлением мебели с мотивами традиционной росписи — шкафов, тумбочек, табуретов, столиков; ассортимент постоянно расширялся. В 1960 году артель преобразовалась в фабрику «Городецкая роспись». В настоящее время фабрика выпускает расписные игрушки-качалки, детскую мебель, декоративные панно, блюда, токарную посуду. Хотя изменилось функциональное назначение городецких изделий, в их росписи сохранились традиционные мотивы и образы — длинноногие кони, всадники, волшебные птицы, цветы-купавки. Энциклопедический словарь. 2009.

1. 

Дворец царя Алексея Михайловича в Коломенском – памятник искусства и быта последнего, самого яркого периода Московского царства, в которое уходит корнями современная Россия. Это образец особого стиля, суть которого в успешном симбиозе искусства традиционной, допетровской Руси и Западной Европы. Дворец отличает высокий уровень исполнительского мастерства, декоративность и звучная, бравурная художественная полифония, обеспеченная разнообразием примененных приемов и материалов. Вместе они создают праздничное, жизнерадостное ощущение, которое сродни чудесной сказке. Дворец, названный современниками восьмым чудом света, сохранился в народной памяти и многочисленных документах, мемуарах, описях, графических листах, живописных полотнах, обмерных чертежах и моделях в архивах и музеях России и Западной Европы. В основе художественного решения интерьеров лежало глубокое изучение, как исторических источников, так и самого широкого спектра исторических аналогов, однако ведущее место в работе творческого коллектива художников, архитекторов и научных сотрудников музея-заповедника было отдано исторической достоверности и документальной точности. Экспозиция размещена в 24-х воссозданных интерьерах Хором Государя царя, Хором Государыни царицы и Хором царевичей, художественный образ каждого из них строится на основе взаимодействия архитектуры и убранства с функциями помещения: парадные залы для проведения торжественных приемов, пиров и празднеств, личные жилые покои.Художественная отделка помещений отличается насыщенным декором и разнообразием: затейливая резьба наличников и карнизов окон и дверей, горящая эмаль ценинных печей, мерцание слюдяных и стеклянных оконниц, полифония красок росписей стен и потолков, узорных тканей (на стенах и предметах мебели) и ковров; яркий свет уникальных светильников, воссозданных по аналогам русских и западноевропейских образцов XVII – XVIII вв. Все это делает мир царских покоев жизнерадостным и, отчасти, нереальным, сказочным. Сюжетную структуру росписи дворца составляют орнаменты, бытийное письмо, мифологические персонажи древности. Их состав определен по упоминаниям в описях XVII – XVIII вв. и виршах Симеона Полоцкого с их «чюдними историями», четырьмя частями мира, «небесным зодием», временами года и множеством «цветов живонаписанных». В текстах звучат имена героев древности: Юлия Цезаря, Александра Македонского и его вечных противников, Дария III Персидского и царя Пора Индийского – росписи на эти сюжеты выполнены в Кабинете царя Алексея Михайловича. В сюжетных росписях царских покоев (в Престольной палате Хором Государя царя) изображены и библейские цари, Давид и Соломон (не случайно сам дворец Алексея Михайловича Симеон Полоцкий сравнил с «Соломоновой прекрасной палатой»). Композиции на сюжеты из Библии имели основой западноевропейские гравюры (в росписи дворца использованы гравюры известной Библии Николаса Пискатора, 1674 г.), но современные художники, также как и русские мастера XVII столетия, перерабатывали их, внося черты национальной самобытности в трактовку сюжета, наделяя изображаемое характерными чертами русского быта. Огромную роль, как и во многих дворцах мира, еще с античных времен, играло изображение звездного неба, включавшее символы солнца, луны и звезд и знаков зодиака. Композиция росписи потолка Столовой палаты – «Зодий небесный» выполнена по западноевропейским аналогам кокнца XVI – первой половины XVII вв. «Звездотечное небесное движение» царской Столовой палаты пользовались в то время особенным уважением и несколько раз служило образцом при украшении других комнат в царских хоромах XVII столетия. «Зодий небесный» как бы утверждал полноту державы, соотнося власть земную с властью небесной. В Хоромах Государыни царицы (в Передних сенях и Престольной палате) выполнены росписи на темы «Времена года» и «Притчи из Книги Эсфири», упоминавшиеся в Описи Коломенского дворца. Наряду с сюжетными композициями покои дворца украшает орнаментальное («травное письмо») с включенными в него изображениями птиц, зверей и людей (Передние сени, Столовая палата, Престольные палаты царя и царицы, входы и рундуки Парадных крылец). Художественная отделка и убранство помещений дворца служат основой интерьерной экспозиции. Она представляет собой живой музей, образное пространство, с которое погружены, наряду с реконструируемыми, аутентичные предметы из коллекции музея-заповедника: в интерьерах Крестовой палаты Хором царя и Молельне Хором царицы экспонируются подлинные иконы и предметы церковного убранства, в покоях царя и царицы и можно увидеть подлинные гобелены работы французских и фламандских мастеров XVII века – «Въезд Александра Великого в Вавилон», «Пир у Алкиноя и Ареты» и «Жертвоприношение Авраама»; уникальные предметы декоративно-прикладного искусства XVII –XVIII веков, возвращенные в естественную для них среду, из которой они были выхвачены в прошлом неодолимым водоворотом времени.

1. 

Шаблоны, трафареты.Часть 4.