-Я - фотограф

Бесконечная книга


1 фотографий

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Makevala

 -Подписка по e-mail

 

Вересаев. "Сестры"

Дневник

Пятница, 27 Мая 2011 г. 14:41 + в цитатник

Вчера закончила читать роман Вересаева "Сестры". Прочитала быстро и с интересом, хотя и времена вроде описаны далекие уже от нас, и события не слишком актуальные - индустриализация, коллективизация... давно забытые слова. А поди ж ты, читала не отрываясь. Почему?

Во-первых, думаю, потому что героини молоденькие девчонки лет 18-20. Помню себя в этом возрасте, тоже был у меня заветный дневник, и отчаянные записи

"больше никогда!"

"гори оно огнем"

и так далее. Все на эмоциях, на порыве, и жажда деятельности, и - в кого б влюбиться, черт возьми? В такое тяжелое время выпало сестрам Ратниковым родиться и жить, все ломается, все меняется, тут и у старших и многоопытных голова закружится, не только у девчонок. Прекрасно помню, как в году, кажется, 88-ом смотрела "АССУ" в кинотеатре, и как молодежь в зале чуть ли не вскочила, заслышав в финале цоевское "ПЕ-РЕ-МЕН!" Да! Перемен! Сейчас, немедленно! Это, видно, клич всех молодых во все времена. Помнится, в 91-ом мы с подружкой, школьницы, чуть было не отправились защищать Белый дом неизвестно от кого, так хотелось участвовать во всем том жгуче-интересном и непонятном, что происходило, и, если бы на площади перед Белым домом нам встретились бы симпатичные и не очень пьяные защитники, думаю, они могли бы увлечь нас на любые баррикады. Но, по счастью, никто нас никуда не завлек, и мы поехали домой, так и не попав в историю.

Так вот про Вересаевских сестер, точнее, про сестру, Лельку. Красивая, начитанная девушка, тонкая и чуткая, легко расположила меня к себе, с волнением следила я за ее влюбленностями и жизненными метаниями. Отшила хорошего парня, который и нравился вроде, но - не пролетарий! Бросила институт, показалось ей, мало там жизни. Пошла на завод делать калоши, и чуть не отравилась бензином в первые же дни.  Вот она, жизнь, простые тетки, девчата и парни, чего ж тебе еще, сливайся с пролетариями, работай. Так нет, ей мало, она ударилась в общественную работу: отлавливает прогульщиков, читает зажигательные доклады, пишет стенгазеты. Похвально, ничего не скажешь, действительно, прогуливать плохо, хулиганить тоже, отлынивать от работы и курить по часу через каждые полчаса - это настоящее безобразие, и меня это раздражает. Да, бороться с этим надо, согласна, и молодец Лелька, что не молчит.

Но тут уж и не бесспорные вещи начинаются. Что насчет ударного труда? А слабо обслуживать не один конвейер, а два? А наклеить за день на тысячу стелек больше? Кому-то не слабо, кто-то справляется, но падает от усталости к концу рабочего дня, а одна девица так и вовсе померла от открывшегося туберкулеза в результате переутомления. Так что, загнанных рабочих пристреливают, остальные вперед, к светлому будущему? Это уже царапнуло.

А что случилось с Лелькой дальше? Почему она на общем собрании стала рассказывать то, что доверила ей подруга в задушевной беседе, рассчитывая на участие? Из комсомольской сознательности, или потому что брат подруги не обратил на нее внимание? Что сделало ее такой непроницаемой, в какой момент она уверовала в свою непогрешимость? Кажется, это произошло, когда ее одарил вниманием активист со стопроцентным классовым чутьем, Ведерников. Другие, понимаешь, сами к ее ногам падают, а этот ухом не ведет, задело это красавицу.


Метки:  

 Страницы: [1]