"Мне безумно хочется обрести счастье!!!"
«Мне безумно хочется обрести счастье» - думала она! Девушка приятной внешности с хорошей фигурой, брела по улице в конце мая. А весна, как известно это пора любви. Ей было совершенно наплевать, кто и как сейчас на нее смотрит, она понимала, что пока в ее жизни не зажжется зеленый свет, ничего больше не получится. И не появится это прекрасное чувство в ее жизни.
Человеку свойственно испытывать такие гадские чувства как жадность, злость, гнев, зависть... И именно сейчас она чувствовала зависть, один из 7 грехов, но ничего поделать с собой девушка не могла. Ей было противно быть собой, но, как известно, от себя не убежишь. Она старательно пыталась постоянно улыбаться, веселиться и радоваться, видя, как ее подруги наслаждаются и купаются в счастье, которого она не видела уже давно. Ей очень хотелось чистой, наивной любви. Она устала от вечного ожидания, обмана и не искренности, но зависть жила в ней всегда, и истребить ее у нее никак не получалось!
В конце концов она поняла, что все ее пороки, которые с каждым днем становилось все тяжелее спрятать под маской доброй, рассудительной, вечно переживающей подружки, погубят в ней желание дружить. Поэтому она просто ушла. Ушла, чтобы не вернуться обратно с этими эмоциями; ушла, чтобы научиться радоваться тому что есть; ушла, чтобы пережить все-то, о чем мечтала и не может получить; ушла, чтобы променять - свое горящее, готовое любить сердце, на все, что угодно, чтобы не чувствовать всю боль, не достижимого!
Как же надеялась эта девушка, что найдет в природе свое успокоение. Она скиталась по лесам и полям, она просила у земли ответа, она пела своим прекрасным чистым голоском, чтобы хоть на секунду забыть о переживаниях, но ее песни все были грустны и унылы:
Я без тебя жить научусь,
Я все смогу преодолеть.
Я в твою дверь не постучусь,
Я на ветру останусь тлеть.
Пусть гаснет свет, я отыщу,
Свою тропинку в темноте.
И никому не расскажу,
Как больно плакать в тишине.
Я не смирюсь, а все прощу,
Зачем таить на сердце зло.
И только тихо я спрошу,
Когда же счастье все прошло.
Я все смогу, я все сумею,
Ведь я живу и без тебя.
Лишь улыбаться я не смею,
И только злюсь я на себя.
Я все прощу: и боль, и слезы,
Они не стоят ничего.
На сердце светят, будто звезды,
Но света нет, в душе темно.
Я все смогу, я так мечтаю.
Забыть, не помнить и понять.
В своей любви я утопаю,
Но мне ее нельзя принять.
По ночам, когда она укрывалась в тени деревьев, делая себе, кровать из листвы, она долго лежала и мечтала, когда же сможет вернуться домой без всех пороков, без сердца и души. Потом она понимала, что должно пройти еще довольно много времени и от этой мысли ей становилось так грустно, что она вновь заводила свою одну из многочисленных самых грустных песен:
Пускай я сплю, во сне приходишь,
Пускай не сплю, ты рядом вновь.
Ты за собою грусть приводишь,
Не знаю, это ли любовь?
Я все смогу, душа стальная,
Но только плавится та сталь.
Душа моя теперь больная,
И держится за самый край.
Заплачу, слезы не заметишь,
Или не хочешь замечать.
И мне ты больше не ответишь,
Просто не хочешь отвечать.
Я не зову, не унижаюсь,
Нет сил для этого моих.
К стеклу рукой я прижимаюсь,
И стук дождя теперь затих.
Я не смогу, я не сумею,
Я не смогу забыть, простить.
Я не смогу, я пожалею,
Я не смогу тебя любить…
и начинала горько плакать. Ветер ласково трепал ее волосы, как будто мама обнимает за плечи и успокаивает, листва убаюкивающе шелестела, напевая ей колыбельную.
Прошел июнь, за ним наступил жаркий июль, за тем последовал август... Она скиталась в поисках себя. Только себя не доброй, наивной, глупой, мечтающей, а себя жесткой, принципиальной, неприступной и грубой. Когда наступили холода, люди, встречающие ее жалостливо поглядывали на оборванку, некоторые предлагали ей помощь и хотели ее из жалости приютить, помочь. Но она не давала себя ни кому жалеть, она стала как будто грубее, из нее пропала вера в людей, она начала надеяться только на себя, она поняла, что теперь и только теперь она готова проделать путь назад, который будет намного тяжелее, нежели вперед!
Она прошла, она полностью смогла преодолеть: и холодную погоду, мокрую землю и дождь, который хлестал ее по щекам, словно кнут; она шла преодолевая жуткую боль; она ползла, когда не было сил; она больше не плакала по ночам; она действовала: обустраивала себе на ночь ложе искала еду и огонь, из нее будто ушла вся детская сущность. Девушка знала, что ей помогла природа, ведь она так молила её по ночам, чтобы земля сжалилась над ней, и освободила душу и сердце от умения любить, переживать, желать, надеяться, мечтать.
Девушка вернулась и ее никто не смог узнать. Теперь это была холодная, как сталь; острая, как лезвие, беспринципная женщина. Которая не хотела ничего, она просто жила, потому что ее родили на свет и надо жить! Она никогда не полюбит, даже не потому, что она лишилась этих чувств, а только потому, что ей было не суждено полюбить, какие бы страдания и лишения она не перенесла.
Ррррррррррр...
